Преданность

      На бледные руки натягиваются кожные черные перчатки, пока их обладатель вздыхает, смотря в отражении высокого зеркала. Его лицо не выражает никаких эмоций. Абсолютно. Он может побыть собой когда остается один. Становится так тихо и спокойно на душе в такие моменты, что кажется, словно он освободился от вездесущих проблем, но одна деталь, все же, никогда не даст ему настоящего душевного покоя.       На шеи свисал аккуратный золотой медальон, что, казалось, тянул все его существо вниз, давал вновь понять и вспомнить, кто он и что делал в своей жизни, а что не удосужился выполнить и исполнить. Разбил все ожидания вдребезги, будто бы стал частью порочного круга.       Прикрывает глаза, доставая из резной шкатулочки темную атласную ленту, которой завязывает кудрявые и непослушные волосы в хвостик.

Пара щелчков и на ушах уже красуются златые серьги.

      Он проколол уши раскаленной иглой еще пару лет назад, когда ездил по соседним деревням, с целью наладить контакт с другими дворянами и боярами.

Раздается стук.

— Входите, Сноу.       Дверь со скрипом приоткрывается, прежде чем в комнату входит маленьким ростиком парень, которого Романов считает милым мальчиков, кудряшка по имени Дэвин Сноу. Этого малыша ему подарил младший Камчатский из деревни Соровского.       Мальчишка медленно заходит с подносом овсянки и горячего кофе. — Как Вам спалось, Господин Романов? Может Вы хотите чтобы я принес что-то? — Дэвин ставит поднос на столик рядом с кроватью и выпрямляется, послушно ожидая указаний своего хозяина. — Хочу, — Романов прикусил внутреннюю сторону щеки. — хочу чтобы ты ходил сегодня со мной, пока мне не надоест. Ты не против, Дэви? — К-конечно нет, Господин Романов. Мне не трудно. — Сноу сглатывает и отводит вгляд, пока Александр умиляется этому милашке. — Тогда мы должны идти прямо сейчас. Я не желаю сейчас есть. Мне важно чье-либо присутствие сейчас.

***

      Девушка убирает свои волосы назад прежде чем положить свою ногу на другую. — Вильгейская, поймите, это будет выгодно для нас обоих. — напротив сидел рыжий мужчина с длинными волосами и тростью. Казалось, Госпоже вовсе не нравилось предложение ее оппонента. — Как соединение усадьб принесет роду Вильгейских пользу, если от Вас, Петр, я не вижу ничего корректно подобающего. Ваше обращение к прислуге портит мнение о Вас с моей стороны. Наши взгляды кардинально отличаются. — Алиса, моя Госпожа. Вы верите клевете обо мне? Да это лишь брошенные звуки из жалких ртов куриц, изображающих себя соловьями. Я слышал так же подобное о Вас, милая моя. — И тем не менее, я не соглашаюсь, потому как не вижу в этом пользы. — Как же так? — Петр сжимает свои кулаки и наигранно милостливо улыбается. — Что же Вас не устраивает? — Вы мне не кажетесь хорошим вариантом. У меня есть намного больше тех Господинов, с которыми мои отношения имели бы большую пользу для моего рода. — Какие же? — Господин Романов, Господин Льюис и Камендант Алекс. — Алиса отпивает немного чая и вдыхает. — Вы утомили меня данной беседой. Прошу, прекратите напрасные попытки, милый мой Петр. Вы мне не нравитесь. — Я не нравлюсь Вам из-за слухов, но не бойте-с, — Петр сложил руки в замок. — Скоро их не станет.       Прошлое еще немного времени за беседой, прежде чем Петр покинул усадьбу молодой Госпожи. Дрожь в руках и скрип зубов, от злости, не давали Камчатскому мыслить здраво. Вильгейская — большая проблема с хорошими ресурсами. Неудивительно, что она не хотела просто как делится ими и связывать себя узами брака. — Северная сука. — мужчина откинул голову назад и вздохнул. — Тупая псина.       Но не все было потерянно. Нужно было выставить цель и то, чего хочет дама. Во-перых, названные претенденты имели некоторые проблемы. Например, Алекс имел намек на отношения с прислугой Вильгейской — Корой Строуд, как ее любили называть, савраской. Льюис не хотел иметь отношений ни с кем и боролся пока что, за свою холостую свободу.

Александр. О нем шло много слухов, но никак не подтвержденных фактов.

— Нужно выяснить. — вслух говорит Петр и тихо усмехается. — Пора брать ситуацию в свои руки.

***

      В кудрявые волосы вплетают пару ромашек, пока аристократ улыбается своей проделанной работе. — Ты похож на паледского барашку, Дэвин! — восклицает Романович и смеется, пока Сноу краснеет и пищит что-то несуразное.       Они гуляли по саду, остановившись в самой дальней его части. Тут не было скульптур и прочего, что ассоциировало это место спокойным. — Г-Господин. Это смущает. — Я знаю. — Александр хитро улыбается и проводит рукой по кудрям младшего. — Хочешь есть? М? — Н-Нет, Господин. — Досадно. Я хотел предложить тебе вкусных шоколадных прянико-о-ов.. -..Пряников? — Ты не знаешь что такое пряники? — Нет. — Ну. Это русская сладость. М. Представь булочку политую шоколадом. -..О! Но разве это можно есть мне? — Конечно можно!       Они вскоре отправляются обратно в усадьбу. Гулять это хорошо, но обед должен быть по расписанию. Романову прокралась мысль, что прислуги кроме Дэвина он не видел сегодня, что было странно. Правда, подозрения пропадают как только он с Сноу заходят на кухню, где суетились две поварихи. Одна в возрасте, а вторая — ее внучка по имени Таби. Готовить, Таби, по виду ее недовольной моськи, не нравилось. Старшая повариха сразу же приветливо улыбается, пока Таби мешает варево в белой кастрюльке с узорами роз. — Здравствуйте, Господин! Обед почти готов. Скоро можно накрывать будет. — говорит старшая и убирает на плечо палатенце. — Ишь. Кто это с Вами? — Прислуга. Он будет обдать со мной. Накройте на трех. — Трех? — Да, трех. — повторяет Романов и переводит взгляд к окну. — Достаньте еще пряников к чаю. Чаю.. Ромашкового.       Дэвину становится неловко, но виду он не подает, а позже направляется вслед за своим хозяином. — Дэвин, у меня есть к тебе важный разговор.