В погоне за...

Отношения между Сарой и Вишней складывались весьма странно. Днем Вишня работал с документами, которые приносил ему Аарон, пока Сара занималась домашними делами. Днем они не общались, лишь перекидывались взглядами и парой дежурных фраз, а когда Сара приходила вечером обрабатывать рану мужчины, они не могли наговориться. Каждый раз Вишня просил Сару остаться с ним и уже три ночи она ночевала в его постели, засыпала в его объятиях под нежные поцелуи в макушку. Без предлогов, без выяснения отношений. Он просил, она оставалась. Девушка понимала, что заведи она разговор на тему происходящего между ними, все закончится, а ей этого совсем не хотелось, впрочем, как и самому мужчине. Он сам не раз думал, что происходит, но ответ на это так и не находил. Вернее находил, но старательно отмахивался от него. Эти несколько вечеров были наполнены тихим смехом, улыбками, легкими разговорами ни о чем, смущением девушки и изучающими взглядами мужчины. Он испытывал свою выдержку на прочность и не позволял себе целовать Сару, несмотря на дикое желание вновь ощутить ее вкус и прижать к себе дрожащее, податливое тело. Он не прикасался к ней, а девушка мучилась вопросами, хоть и неоднократно ловила его взгляды на своих губах, сгорая от желания поцеловать Вишню вновь, но не могла себе этого позволить, как бы ни хотелось, она не могла вешаться на него. Они воздвигли между собой невидимую стену, ограничивая себя в… в чем? Возможно в мыслях о каком-то совместном будущем или же об отношениях, старались не думать об этом, но отказать себе в удовольствии чуть дольше задержаться в близости друг другу не могли. Так что стена оказывалась с крупными пробоинами, что норовила разлететься на мелкие осколки, словно хрустальная ваза.

***

Утро в канун Рождества было каким-то особенным, душевно-теплым и уютным. Сара проснулась чуть раньше и, отметив тяжесть мужской руки на своей талии, позволила себе растянуться в глупой улыбке всего на пару секунд, пока никто не видит. За окном было еще темно, а в тусклом свете фонаря были отчетливо видны крупные снежинки, что создавали атмосферу волшебства. Сильно потянувшись до темноты и мушек в глазах, девушка выгнула спину и уперлась ягодицами прямо в твердый член Вишни. Сара не сразу поняла, что происходит, пока в волосах не ощутила шумный выдох мужчины и усиливающуюся хватку крепкой руки на талии и под шеей, что инстинктивно прижали к себе хрупкую фигурку. Девичье лицо залило густой краской, а в животе настолько все свело, что захотелось ноги в узелок завязать, лишь бы хоть немного отогнать это дурманящее чувство. Вишня всегда просыпался раньше Сары, но сегодня что-то пошло не так. Возбужденное сознание во сне рисовало самые откровенные картины девичьего тела в руках, колом стоящий член терся о ткань штанов и провоцировал на действия. Безумное желание накрыло с головой еще не проснувшегося мужчину и тот скользнул руками на плоский животик под пижамную маечку, вжимаясь пахом в ягодицы еще сильнее. Девушка не знала куда себя деть от переизбытка незнакомых ранее чувств: с одной стороны — хотелось вырваться из объятий и в страхе убежать из комнаты, а с другой — желание прижаться посильнее и впиться в губы, продолжая эту безумную, сладкую пытку. Горячее дыхание обожгло тонкую шейку, мягкие губы прикоснулись к плечу и оставили несколько влажных поцелуев, заставляя мурашки расползтись по телу. Руки Вишни медленно поползли вверх по бархатной коже, оглаживая ребра и поднимаясь к груди, когда тихий стон Сары вынудил его все же открыть глаза. Вся эта ситуация застала Вишню врасплох и он растерялся. С одной стороны она поддавалась его ласкам, но с другой — все же останавливала его руку, ползущую к груди. Он остановился и развернул Сару на спину, навис над ней, раздвигая ножки своим коленом и удерживая вес на локте. Свободной рукой он невесомо поглаживал талию под маечкой и неотрывно смотрел на раскрасневшееся лицо девушки, на приоткрытые, пересохшие от частого дыхания губы и бегающие изумрудные глаза. Потерявшись в крышесносных ощущениях, она находит единственным ориентиром искристо-голубые глаза с расширенным зрачком и понимает: она не хочет останавливать это безумие, не хочет, чтобы он отпускал ее. Она хочет наслаждаться в его руках, хочет целовать его мягкие губы и сходить с ума от желания слиться с ним воедино, и смотреть на застывшего в нерешительности мужчину она не может, потому тянется к его губам, зарываясь в смоляные кудри и настойчиво надавливая на его голову, притягивая к себе. Глубокий поцелуй вырывал тихие стоны и вызывал легкие спазмы внизу живота, заставляя ерзать под крепким мужским телом и сгорать от желания. Крепкие руки возобновили движение уже более настойчиво, пробираясь к груди под хлопковой маечкой. Пропуская между пальцев возбужденный сосок и сжимая его, Вишня вырывал из девушки все более громкие стоны и сходил с ума от того, как она подавалась бедрами к нему. Легкие обжигало от нехватки воздуха и мужчина перешел на шею, покусывая и лаская языком тонкую кожу, спускаясь к груди. Вишня стянул маечку на живот и припал губами к соску, втягивая его в рот и щекоча языком. Пока он наслаждался стонами, Сара, потерявшаяся в ощущениях совсем не понимала, куда ей деть свои руки и в голове плыли мысли, что она тоже должна как-то доставить ему удовольствие, но от неопытности накатывало лишь смущение. Наигравшись с возбужденными сосками Вишня начал снимать маечку, спуская ее на бедра. Влажные поцелуи и легкие укусы спускались все ниже и остановились в районе пупка, когда ему стало жизненно необходимым заглянуть в ее глаза. Он приподнялся и посмотрел на тяжело дышащую девушку, что зарылась в свои волосы и неотрывно следила за ним. Глядя девушке в глаза, он зацепил пальцами шортики, потянул вместе с маечкой вниз, на что она лишь подняла бедра, помогая ему. Оставшись совершенно голой, на Сару вновь накатило смущение и она прикрыла глаза, справляясь с ним и не выдерживая проницательного взгляда мужчины, чем вызвала его улыбку. Раздвинув стройные ножки, мужчина стянул с себя футболку и навис над Сарой, поглаживая ее ногу под коленом. Она открыла глаза и уперлась взглядом в его торс, наконец не пряча взгляд, она рассмотрела накаченную грудь и татуировку дракона, что перекинулся через левое плечо, уходил на спину и заканчивался на ребрах скрученным хвостом с острым наконечником. Ее пристальный, изучающий взгляд возбуждал мужчину еще сильнее, он выдохнул и припал к ее губам, всасывая нижнюю и ощутимо прикусывая, вырывая из ее груди новый стон. Вишня вернулся к плоскому животику, закинув ножки себе на спину и покрывая поцелуями бедренные выпирающие косточки, спускаясь все ниже, к самому сокровенному месту. Оставляя влажные поцелуи на лобке, мужчина провел пальцами по влажным складочкам и чуть не застонал от того, какая она влажная, как остро реагирует на все его касания, как желает его. Кончик языка с нажимом прошелся по клитору и девушка выгнулась дугой в спине, сходя с ума от его ласк. Сара стонала, дрожала, выгибалась на каждое движение его языка. Введя в нее один палец, Вишня на секунду остановился, а Сара уже хотела отодвинуться от него, но он резко втянул губами клитор и почувствовал волну дрожи в девичьих бедрах. Она была уже близко и Вишня усилил напор, входя в девушку уже двумя пальцами, на что та выгнулась и громко застонала, содрогнувшись от теплой волны оргазма. И пока девушка была на пике блаженства, Вишня аккуратно скользил пальцами по сокращающимся стенкам, поглаживая свободной рукой низ живота и оставляя влажные поцелуи на внутренней стороне бедра. Медленно поднявшись, попутно покрывая поцелуями живот, покрытый испариной, Вишня еле сдержал смешок от представшего перед ним вида удовлетворенной девчонки, чьи волосы прилипли ко лбу, а маленькие ладошки закрывали раскрасневшееся лицо. Недолго думая, мужчина подхватил губами возбужденный сосок и слегка прикусил его зубами. Сара чуть вскрикнула и отняла руки от лица, недовольно посмотрев на широко улыбающегося Вишню и неловко улыбнулась в ответ. Он медлил, внимательно рассматривая лицо девушки. Мужчина прекрасно понимал, если он продолжит свои ласки, то с легкостью склонит девчонку к большему, вот только ему не хочется, чтобы она жалела о близости с ним. Возможно, впервые в жизни он задумался о чужих чувствах, а не о своем удовлетворении. Подумал и в неверии происходящего усмехнулся. Перед ним лежит голая, возбужденная девушка и он уверен, что жаждет продолжения, мужское достоинство уже до боли распирает и трется о ткань боксеров, а он о чувствах думает. Охренеть можно. Скорее, Вишня уже в том возрасте, когда начинают думать головой и сразу понимают с кем можно выпустить пар, а с кем — нет. С ней нельзя. Она слишком юна и совершенно неопытна, а он слишком взрослый, чтобы этим воспользоваться, как бы сильно не хотелось обоим. Гормоны уже отыграли свое и хочется наслаждаться близостью, а не скорее дойти до разрядки и если она действительно захочет его в здравом рассудке, а не за пеленой возбуждения, они насладятся вместе. Потому он оставляет нежный поцелуй на распухших губах и зовет завтракать, тактично покидая комнату, чтобы не смущать девушку, пока та оденется и приведет себя в порядок. Да и самому не мешает успокоиться и умыться, желательно ледяной водой, а еще лучше вывернуть ведро льда себе в штаны, потому что он тоже не железный, а картинки в голове уж слишком горячие и покидать его разум не спешат. Сара осталась одна в его комнате, все еще переводя дух и не знала, как ей быть дальше. К ней еще никто не прикасался, никто не видел ее обнаженной в таком ключе, потому смущение и стыд уже пробираются на подкорку, и теперь идти с ним завтракать просто духу не хватит. Быстро натянув на себя пижаму и убедившись, что Вишня пошел в душ, девушка решает быстро заварить себе кофе и скрыться в своей комнате, желательно до вечера, а лучше до конца жизни, потому что смотреть ему в глаза сейчас выше ее сил. — Ты слишком громко думаешь. Она вздрагивает от бархатного голоса прямо над ухом и крепких рук, что удерживают талию. Девушка настолько ушла в свои мысли, что не слышала, как Вишня вышел из ванной и несколько минут наблюдал за ней. — Я… Да… Извини, задумалась. — О чем? Она мямлит что-то непонятное и поджимает губы, краснея от своих мыслей. Он спрашивает, о чем она думает? Да обо всем сразу, начиная с того — что между ними и заканчивая тем, почему он ушел. Вот только вопросов своих она даже не думает озвучить, просто потому что до жути боится услышать неутешительный ответ, вот потому и молчит, прожигая пустую чашку, зажатую в руках, взглядом. — Это твой первый сексуальный опыт. Ты юна и прекрасна. Я бы не хотел, чтобы ты пожалела о поспешном решении. Его шепот с легкой хрипотцой тонет в волосах, что он аккуратно собирает с левого плеча и перекидывает на другое, открывая вид на тонкую шейку, покрытую крупными мурашками. Сара откидывает голову на его плечо и шумно выдыхает, когда влажные поцелуи покрывают ее шею, ключицу и плечо. — Красивая. Нежная. Я еле держусь, чтобы не взять тебя прямо здесь, но буду держаться, пока ты не скажешь, что тоже хочешь меня. Мужские руки крепко прижимают трепещущую девушку к себе, поглаживая пальцами низ живота и ребра прямо под грудью. Вишня прикрывает глаза и заставляет себя оторваться от шеи и сменить тему, потому что действительно уже балансирует на грани. Он резко разворачивает Сару к себе и улыбается, хитро прищуривая глаза: — Запеченная утка. Рождественские фильмы. Девушка вопросительно смотрит на мужчину, она еще от его прошлых слов не отошла, а тут новый непонятный поток информации и лицо его слишком хитрое. Когда до нее наконец доходит, что он имеет ввиду, не сдерживает смешок и улыбается. — А бенгальские огни? — Обязательно, принцесса. Пойду звонить нашей крестной фее. И под заразительные смешки Вишня идет к телефону, а Сара готовит завтрак на двоих, все еще посмеиваясь. Они завтракают, вновь разговаривая ни о чем, будто и не было ничего между ними девушке это безумно нравится. И взгляды его нравятся, что он между делом направляет на нее. Чуть позже пришел Аарон с новой порцией документов и фирменными, магазинными, забитыми до отказа пакетами, с порога покрывая друга отборными словами, начиная с фразы: «Ты что курил, идиот? Какая, на хрен, фея?», на что Вишня долго смеялся и подмигивал девушке. Хилл вышел злой, кинув на последок, что- то вроде: «Иди, проспись!» и хлопнул дверью. Пока Вишня работал, Сара запекла утку, сделала красивую нарезку и аккуратно разложила на тарелках. Было решено посидеть в комнате мужчины, он освободил небольшой журнальный столик и достал несколько видеокассет рождественских фильмов. Когда к празднованию все было готово, Вишня и Сара устроились перед телевизором и включили первый фильм. Немного перекусив, Вишня лег на кровать и потянул за собой Сару, укрыв обоих плюшевым пледом и обнимая девушку, что устроилась головой на его груди. Она не смотрела фильм, постоянно проматывая в голове сегодняшнее утро, как бы ни старался, Вишня не мог надолго отвлечь девушку даже своими шутками. — Принцесса. — Ммм? — Ты где? Сара приподнялась и нахмурилась, вопросительно смотря на мужчину. Вишня прекрасно понимал, о чем думает девушка, но все же ему очень хотелось хоть что-то услышать от нее. — Здесь. — Сара… Она вздрогнула от произнесенного имени, кажется, он впервые обратился к ней по имени и это было необычно, и волнительно, настолько, что та в удивлении распахнула глаза и уставилась на Вишню, будто видит его впервые. А потом начинает тихонько смеяться, качая головой, будто не веря в абсурд, что хочет произнести. — Я ведь даже не знаю, как тебя зовут и сколько тебе лет. Да я вообще о тебе ничего не знаю, но все равно тебя хочу. От пронзительности прямого взгляда изумрудных глаз, у Вишни дух захватывает. Это что-то новое, что-то безумно приятное щекочет изнутри грудную клетку, запуская глухие удары сердца, что отбиваются о ребра и учащают глубокое дыхание. Он тянет Сару на себя и завладевает ее губами, проникая языком в ее ротик и ловя томные вздохи. Возбуждение стремительно нарастает, преграда в виде одежды начинает раздражать, потому что прижаться к оголенной, бархатной коже становится сейчас жизненно необходимым. Быстрыми, но все же аккуратными движениями он стягивает с девушки одежду, попутно оглаживая чуть шершавыми пальцами мягкую кожу и наслаждается податливостью тела на каждое действие. Его напор и чуть резкие движения не пугают, а наоборот подталкивают к действиям, и Сара неловкими движениями тянет футболку, скрывающую чертовски привлекательный вид на подкаченное тело, украшенное витиеватыми, черными узорами, образующими величественного дракона. Хлопковые, домашние брюки поддаются дрожащим ладошкам, а Вишня помогает девушке избавиться от них. Оставив Вишню в одних боксерах, на Сару накатывает страх неизвестности, что не дает ей с тем же рвением стянуть последний предмет одежды. Тело пробивает мелкой дрожью и она прижимается к крепкому, мужскому телу в поисках тепла и защиты от глупого, совершенно невовремя охватившего ее, смущения. Вишня не дает ей окончательно погрузиться в смятение и ненужные мысли, укладывая ее на постель и нависая сверху. Она вновь краснеет под его изучающим взглядом, в котором разгорается не шуточное пламя и это нисколько не пугает, а лишь разжигает в ее глазах ответное желание. Сейчас ей некомфортно лишь от того, что она не знает, как доставить ему такое же удовольствие, как он ей и действует на уровне интуиции: зарывается в кудрявые волосы, оцарапывая кожу головы ноготками; целует шею, с нажимом проводя кончиком языка влажные дорожки до уха и прикусывает мочку, чуть всасывая. Девушка не осознает, насколько остро Вишня ощущает эти неумелые ласки, какая буря эмоций захлестывает его с головой, как сильно он стискивает зубы, что бы не застонать в голос от таких дурманящих ласк. Он глухо мычит, срываясь на рычание и Сара продолжает ласкать его шею, плечи, скулы, периодически срывая страстные, глубокие поцелуи. Вишня стягивает с девушки трусики и она сводит колени перед ним, когда он снимает белье с себя. Он возвращается обратно к девушке, что послушно лежит под ним и глубоко дышит, боясь потянуть руку к его достоинству, в то же время до срыва вдоха желая. Он придавливает девушку своим телом к постели и опускает руку к разгоряченному лону, зажмуривая глаза от того, насколько она влажная, а ведь только раздел ее. Пальцы проходятся по всем складочкам, размазывая и утопая во влаге, вырывая из девушки томные, глубокие вздохи прямо в ухо мужчины. — Расслабься. Шепчет Вишня в ушко Саре, выводя языком линии за ушной раковиной, погружая в нее один палец и чувствуя как девушка бедрами сжимает его талию, а ноготками впивается в плечи. Он ждет, пока девушка привыкнет, еле заметно поглаживая упругие стенки влагалища изнутри. Бедра ослабляют хватку, маленькие ладони расслабляются и поглаживают оставленные царапины, подталкивая к продолжению. Поймав взгляд девушки, Вишня поглаживает большим пальцем клитор, смотря как изумрудные глазки закатываются в удовольствии и заводит уже два пальца, чувствуя более сильную хватку и дрожь в стройных ножках. Поймав губами возбужденный сосок, Вишня сбивает, сосредоточившуюся на болезненных ощущениях внизу живота, девушку и довольствуется стонами, наконец расслабившейся девушки. Большой палец возвращается на скопление нервов, с нажимом поглаживая, пока пальцами он растягивает тугие мышцы изнутри. Сара выгибается и стонет, потерявшись в ощущениях чуть саднящей, сладкой боли и тяжести внизу живота, зарывается в его волосы и тянется за поцелуем, настойчиво, напористо врываясь в его рот языком и мычит, всхлипывая от приближающейся волны. Вишня, тем временем сходит с ума от эмоций, которые вырисовываются на ее личике, что так откровенны и искренни, таких он еще не встречал несмотря на обширный список всевозможных красоток, стонавших под ним. Еще несколько движений умелых рук и Сара вскрикивает, мелко дрожа и пытаясь свести ноги, но его бедра становятся преградой, а пальцы, крепко обхватываемые мышцами, продолжают поступательные движения вызывая все новые сокращения и подрагивания бедер. Она сжимает его руку, которая продолжает свои движения, в немой просьбе остановиться и тяжело дышит, откидывая голову, когда мужчина убирает руку, вытирая влагу о простынь и вновь нависая над все еще дрожащей девушкой. Дав Саре немного успокоится, Вишня покрывал поцелуями шею, ключицы и грудь. Вернувшись к губам, он поцеловал ее и заглянул в глаза, пристраиваясь поудобнее и упираясь головкой во влажное лоно. Просунув одну руку под шею Сары, второй рукой он направил член, немного подразнив клитор и размазывая влагу. Войдя в нее головкой, он ощутил всю тесноту и жар ее тела, найдя ее широко распахнутые глаза, он следил за каждым изменением, входя все глубже. Изумрудные глаза заволокло прозрачной пеленой слез, а губы сжались в белесую полоску и лучшим решением Вишни было усилить напор и войти до конца чуть резче, что он и сделал, сорвав вскрик и болезненный всхлип. Острая боль пронзила девичье тело, охватывая все тело сковывающей ломотой. Она сильно зажмурилась, пуская дорожки слез и сильно прикусила губу, уперевшись в мужское плечо. Острая боль не уходит, она расползается по всему животу, сковывая мышцы и не дает сделать нормального вздоха. Вишня покорно ждет, пока хватка мышц хоть немного ослабится, сходит с ума находясь на грани, чтобы не поддаться желанию двинуться вновь. Он гладит ее ножку под коленом, поднимается выше, оглаживая талию и переходит на грудь, большим пальце играя с соском. Поднимается к шее и поглаживает кожу под скулой, покрытую испариной, чувствуя под пальцами быстро-бьющуюся артерию. Сара чуть расслабляет ноги, удерживающие его бедра и это становится ему знаком на пробное движение, но оно вновь отзывается болью и девушка не может сдержать болезненного всхлипа, как бы сильно не прикусывала губы. Вишня глубоко выдыхает, справляясь с желанием и выходит из девушки, поглаживая теплой ладонью низ живота. Понимает, что удовольствия не получит, смотря на боль, отражающуюся в ее глазах, потому принимает решение переместиться в душ. Под непонимающий и немного испуганный взгляд девушки, Вишня поднимается и надевает боксеры, скрывая от нее вид на колом стоящий член и кровь на нем, достает из шкафа большое полотенце и накидывает на плечи, принявшей сидячее положение, девушке. Протягивает Саре руку и ведет в ванную, настраивает душ и стягивает полотенце, обнажив, покрытые крупными мурашками, плечи и грудь. Он подталкивает ее встать под душ и стянув с себя боксеры, становится рядом под теплыми струями воды. Берет свой гель для душа, что пахнет хвоей, выдавливает себе на ладони и размазывает по девичьему телу, пока та, прикрыв глаза, наслаждается запахом. Соблазнительный вид стекающего по острым ключицам геля, вновь ударяет возбуждением и Вишня зарывается в мокрые, шоколадные волосы, впиваясь в губы Сары. Она отвечает на поцелуй с таким же рвением, исследует маленькими ладошками мокрый торс и спускает руки к паху, удивленно охая от размера его достоинства, а он мычит ей в губы, жмурясь от удовольствия. Она исследует каждую венку твердого члена, водя рукой по всей длине, чуть сжимая, надавливая и массируя указательным пальцем уздечку, заставляя вишню все тяжелее дышать и подрагивать. Член подергивается в ее руках, когда она ускоряет движения, а губы саднят от напористых, властных поцелуев. Его вдохи и рука, спускающаяся на ягодицу ее возбуждают, затягивая чуть болезненный узел внизу живота и Сара начинает в унисон ему постанывать. Хватка крепких рук усиливается, его торс напрягается, будто струна и он мычит, не в силах продолжить глубокий поцелуй, кончает девушке в ладонь. Она все еще поглаживает его член, когда Вишня пытается отдышаться и унять звон в ушах вместе с накатившем расслаблением. Он резко приблизился к оргазму, когда услышал ее стоны, а руки возбужденной девчонки начали подрагивать, усилив резкость ее движений. И он хочет послушать еще. Разворачивает ее спинкой к себе, и прижимает грудью к холодной, кафельной стене душа, опираясь локтем о стену чуть ниже ее головы. Она хватается рукой за его предплечье, соскальзывая по мокрой коже, чуть оцарапывая бицепс и откидывает голову на плечо, когда ноги становятся ватными от руки, ползущей по ребрам в низ. Уверенными движениями, его пальцы приносят неземное удовольствие, заставляя подниматься на носочки, прижимаясь ягодицами к его паху, стимулируя член. В охватившем ее удовольствии она стонет, все плотнее прижимаясь к Вишне и вдруг чувствует, сводящую с ума пустоту. Безумное желание почувствовать его внутри сбивает с ног, своей рукой она прижимает его руку, ласкающую пах и откровенно-просяще выгибает спинку. Вишня понимает ее просьбу, отрывая руку, направляет член к ее лону и медленно входит, не сдерживая стона, когда Сара выгибается еще сильнее к нему, буквально сама насаживаясь. Боль не сходит до конца, но уже не так остро чувствуется, принося ей новые ощущения наполненности. Поступательные движения немного ускоряются, а рука возвращается на клитор, принося двойное удовольствие. Она стонет все громче, выгибается все сильнее, впивается ногтями в его руки и вытягивается в струну. Вишня ускоряет движения рукой и доводит до оргазма Сару, что мышцами сжимает его член и стонет так громко, и так сладко, что мужчина не выдерживает и изливается на ее поясницу, выйдя в самый последний момент. Удовлетворенная девушка обмякает в его руках, дыхание восстанавливается, усталость наваливается с удвоенной силой. Вишня выносит, укутанную махровым полотенцем Сару на руках в свою спальню и укладывает на кровать, ложась рядом, закутывает обоих одеялом и прижимает девушку к своей груди, поглаживая плечо. — С Рождеством, Вишня. Она улыбается, не открывая глаз и оставляет нежный, почти невесомый поцелуй чуть ниже ключицы и, проваливаясь в царство Морфея, слышит мягкий, бархатный голос: — С Рождеством, Принцесса.