your eyes tell

Комиссия на собеседования радовала маленьким количеством людей, что для большой компании было странно: присутствовал сам Ким Тэхён, за его спиной стоял Намджун, душой явно в прострации, и ещё три человека – две девушки и мужчина. Все были цветными: девушки обе синие, а мужчина оранжевый. Меня усадили на стул перед комиссией, как подсудимого, рассматривая моё резюме досконально, как и сам Ким Тэхён тогда за ужином – одна из девушек задавала вопросы, другая записывала, мужчина пристально смотрел мне в глаза и хитро улыбался. Собеседование было быстрым, но не скомканным – вопросы задавали спешно, ответ требовали сразу же, как будто холодный взгляд президента Кима торопил их. Я было думал вообще не смотреть на него, чтобы не зависнуть, но глаза сами бегали в его сторону, на кончик его носа, пальцы, расстёгнутую верхнюю пуговицу. Как бы сильно я не пытался сосредоточится на собеседовании – блядский красный тянул одеяло на себя. Похоже было на то, как жертва шла к хищнику, следуя за его гипнотическим взглядом – в моём случае, гипнотическим был весь Ким Тэхён целиком, и к нему не то, что подойти, в нём хотелось тонуть. Будучи в обличие чёрного, он затягивал, как сингулярность, но притяжению приходилось противостоять – хер знает, как, но что-то всё же удерживало мою задницу на стуле. Хотя, вопрос был скорее в другой: как работает этот магнетизм у красных, если я чувствую это не постоянно, а только сейчас? - Господин Чон, - подаёт голос президент Ким, выводя меня из маленького ступора, - я думаю, мы закончили с вашим собеседованием. – Весь состав комиссии, включая меня уставились на Тэхёна, хлопая ресницами, но никто ничего не сказал. Ким Тэхён отдал моё резюме одной из девушек, приказал оформить пропуск новому сотруднику, и буквально вывел меня за ручку, оставив Намджуна разгребать остальное. - Подожди, - я вырываю руку, пока мы идём по пустому коридору, но хватка была такой сильной, что я только зря пытался. – Президент Ким, что происходит? - Ты очень много думаешь лишнего, милый мой, - тихо, но злобно говорит тот, заводя меня в лифт, - это приведёт к неприятным последствиям. - Ты-то откуда знаешь, о чём я думаю? Ты не фиолетовый! - Да, но… - Он запнулся, взглядом упираясь в панель с кнопками. – Я не читаю твои мысли, но я знаю, о чём, - он ясно выделил это своё «о чём» интонацией, - ты думаешь. Я просто чувствую это. Ничего не понятно, и ахуеть, как интересно. - Я не могу это объяснить, - Тэхён вдавил кнопку этажа, и повернулся ко мне, глядя в глаз – его немного покраснели, - что-то внутри меня как бы… Ну, подсказывает. - Чуйка? - Типа того. Лифт звякнул на нужном этаже, а он всё ещё не отпустил мою руку. Работники, ломанувшиеся в дверь, были, мягко говоря, ошарашены. - Прошу прощения, - тихо прочистил горло Тэхён, совсем даже не отпуская мою руку, а наоборот – сжал крепче. – Не пропустите? Под вообще не тихие сплетни и переговорки – меня завели в кабинет, почти что кинули на диван, будто я мешок картошки, ещё и придавили сверху. Эх, как хотел бы я сказать, что сверху приземлился сам Ким Тэхён, томно порхая ресницами и смущённо улыбаясь, но придавило меня совсем не тело, а излишне тяжелая, как для своего размера, кожаная подушка, под неразборчивое бормотание президента Кима. Тот выглядел так умилительно, когда нарезал круги по кабинету, что-то бормоча, что я даже наслаждался зрелищем, пока – обычно молчаливое – сердце не ухнуло в груди. Это было что-то новое. - Заткнись и не перебивай! – Злится Тэхён, тыча пальцем в меня. Я молчал. – Оно мешает. Не мог бы ты как-то усмирить своё сердце? Очень громко, что звон стоит в ушах. - Извини, но это мне не подвластно. – С улыбкой говорю я, продолжая любоваться, как красный в непонятном припадке говорит с голосами в голове. Это почему-то забавляло. – А ты чего взъелся-то? Тэхён повернулся с такими глазами, как будто я ляпнул одновременно самую глупую и самую запрещённую вещь на свете. - Ты буквально на весь офис вещаешь внутреннее радио о том, как твоё тело тянет к моему, и о том, что я красный – а ты удивляешься, что меня вывело? Хах, дорогой мой, ничего не смущает? - Ладно, то, как ты всё это понял – мы выясним позже. – Отвечаю я. Нет, не дело, согласен. Сколько тут фиолетовых вообще? – Что предлагаешь? - Держать извилины в пределах черепной коробки. – Флегматично говорит тот, усаживаясь достаточно близко ко мне. – Разве сложно? - Мне никогда не приходилось, если честно. – Я опускаю глаза вниз. Ким Тэхён замер. Да, признаю, в свои двадцать пять лет я так и ни разу не вылезал в центр из своего района по делам работы. - То бишь, если я правильно тебя понял… - Да. – Подтверждаю я. – За двадцать пять лет я не покидал Коты без надобности. А как тебе должно быть известно… - На Котах только один фиолетовый. – Продолжает Тэхён. – Мин Юнги избаловал своё королевство, и даже не научил тебя мысли держать при себе, как благородно. – Он закатывает глаза. - Да ладно вам, президент Ким, это всё сказки! Невозможно скрыть что-то то фиолетового, это против природы человека! - Скрыть – да, но зачем думать об этом, Чонгук? – Тэхён смотрит глубоко мне в глаза, словно становясь ещё ближе, чем просто физически. – Просто забудь о том, что я красный, или я не смогу взять тебя на работу. - У вас так много фиолетовых в подчинении? - А ты думал они все едят золотыми ложечками сливки у себя на равнине? Некоторым приходится работать, если их цвет недостаточно насыщенный. – Ким Тэхён кладёт руку на моё плечо, а голос его становится тише. – Мир куда больше и удивительнее, чем ты мог представить, живя под тёплой лапой Юнги на Котах. - Можно подумать он настолько отличается. Тэхён смотрит снисходительно. Как будто видит перед собой вообще не сверстника, а маленького мальчика, который начитался сказок и теперь задаёт вопросы. - Ладно, маленький принц. – Рука ложится мне на голову, чуть поглаживая, и хоть сердце всё ещё громко колотиться – нутро странно молчит, не бунтуя. – Я покажу тебе Город. Сидя на Котах ты ничего не видел и не знаешь, так что, если ты не против, - он осмотрел меня, ухмыльнувшись, - а ты не против – думаю пару вечеров побуду твоим гидом. - Пару? Вот это планов он там настроил, это всё прекрасно, но Город за пару дней не посмотришь. Не то что вечеров. - Один вечер – один район. – Его палец касается моего лба, выводя линии. - Покажу основное и, если что-то понравится – могу показать больше. - А что же район красных крыш? Тэхён замялся. Да, это глупый вопрос – для начала, меня туда не пустят на пункте контроля, да и я не уверен, что мне стоит туда идти. С моим-то настроем к красным. - Ты уверен, что ты туда хочешь попасть? - А, то есть ты сможешь меня туда провести? – Я кое-как улыбаюсь, с натяжкой. – Ты говорил, что туда вообще никого, кроме красных не пускают. - Пускают, конечно, - он рассмеялся, но как-то слабо. – С визитом по пропуску к нам заезжали фиолетовые, к тому же рабочие, которые рискнули устроится там на работу, друзья заезжали. – Перечислял он с досадой, как будто сожалея о чём-то. – С нынешним правительством Города, конечно, пункт контроля усилили, но в принципе я мог бы тебя провести. Отец там не последний человек. - Да, а потом ещё с семьёй познакомишь, свататься будем, и свадьбу там же сыграем, так? И жить, конечно. Ким Тэхён разразился громким хохотом. - Так сразу, милый? Я ещё не купил кольцо! Жди вечера. - Приготовишь романтический ужин на двоих? – Тэхён кивает, пытаясь отдышаться, но всё равно ржёт. – Ох, только мне надо побриться, и я хочу красное полусладкое к основному блюду. – Я флиртую. Это определённо флирт. Мы с Тэхёном сейчас флиртовали. Мозг со скрипом формулирует эту мысль. Флирт. С красным. Дожили. - Мне тебя после свадьбы как лучше называть, - Тэхён ещё хихикает, но уже смотрит мне глубоко в глаза – они у него, кстати, снова краснели – и его рука внезапно тянет меня за затылок ещё ближе, - милый, сладкий, или муженёк? Он так близко. Я чувствую его дыхание на своих пересохших губах. - А может, - от каждого слова в груди как будто что-то бурлит, - дорогой супруг? Чувствую физически как горят уши, щёки, и румянец сползает пятнами на шею. Жарко и одновременно с тем мурашки. - Т-Тэхён, - в горле пересохло. – Это… - Да, прости. Это слишком. И он отходит буквально в другой конец кабинета, отворачиваясь к окну. Становится почему-то одиноко и грустно. Хотелось, кажется, продолжения. В голове один только облом. Мозг сигналы не принимает. В глазах всё вообще плывёт. - Твоё сердце очень громко стучит. – Тихо говорит Тэхён. - Твоё тоже. - Ты не можешь слышать моё сердце. – Он усмехается, поворачиваясь. Его глаза красные, как и волосы у корней. - Да, но, - я опускаю глаза, сжимая в руках край рубашки. – Я это чувствую.