В Цзянху повсюду удивительно

Шэнь Цяньлин и маленький феникс были потрясены, услыхав из уст простодушной тетушки «возьми наложницей». — Решено! — тетушка, сама простота, радостно направилась наружу. — Я немедленно назначу день и приведу ее сюда. Эй, эй! Что значит «решено»?! Шэнь Цяньлин торопливо потянул ее обратно: — Это правда невозможно! Ему хотелось расплакаться. — Но почему? — удивилась тетушка. — Я слышала, что молодые господа из богатых семей могут брать несколько жен. Шэнь Цяньлин не знал, куда себя деть. Почему, в конце концов, нужно следовать этой нездоровой тенденции?! Моногамия — это здорово! — Эта девушка очень тихая и спокойная, — тетушка неустанно продолжала свою рекомендацию. — Так тоже ничего не выйдет, — Шэнь Цяньлин понизил голос и серьезно проговорил: — Моя жена очень свирепая. — Опять чепуху болтаете! — тетушка явно ему не верила. — У молодого господина такой добрый нрав, как же его жена может быть свирепой? — Это правда, — Шэнь Цяньлин в полной мере реализовал свои навыки короля экрана и, с лицом готового снести позор ради важной миссии, проговорил: — Она не только превосходно владеет боевыми искусствами, но еще и страшно ревнива. Если она узнает, что я за ее спиной обзавелся наложницей, последствия будут ужасными, она наверняка разнесет весь дом! Страх-то какой! — О боги! — глаза тетушки вдруг наполнились сочувствием. — Как же мог такой молодой господин, прекрасный, словно небожитель спустившийся с небес, жениться на такой ведьме? — Родители решили, а сваха познакомила, тут нельзя ничего изменить, даже если захочешь, — на лице Шэнь Цяньлина отразилась скорбь. — И я прошу тетушку Тянь впредь больше никогда не упоминать об этом. — А… тогда что насчет вашего старшего брата? — тетушка не желала сдаваться. Шэнь-сяошоу немедленно насторожился. Мой мужчина тем более не может ни на кого зариться, ведь у него уже есть я! — Так что? — в глазах тетушки сквозило нетерпение, она явно уже не могла дождаться момента, когда приведет свою подопечную для знакомства. Шэнь Цяньлин решительно покачал головой. — Тоже нельзя. — Почему? — тетушка впала в отчаяние. — Его жена тоже свирепая? — Вовсе нет, — Шэнь Цяньлин принялся бесстыдно нахваливать: — Его жена очень хорошая. Она добра и благородна, хороша собой и очень одарена, не найти в ней ни одного недостатка. Нужно расхваливать как в последний раз! — Тогда почему нельзя? — тетушка явно была озадачена. — Именно потому, что она слишком хороша. Брат влюбился в нее решительно и бесповоротно, это пара благословлена самими небесами, — говорил Шэнь Цяньлин. — Других же девушек мой брат просто не видит. —… — тетушка. — Даже если бы брат заставил себя жениться на другой, он и смотреть бы на нее не стал, — сказал Шэнь Цяньлин. — Поэтому для девушки выйти за него — все равно, что остаться вдовой при живом муже. Какой в этом смысл? Брак без интима будет несчастным! Тетушка ощущала неописуемую утрату. — Скоро пойдет дождь, тетушка Тянь, вам лучше поскорее вернуться, — поддерживая, Шэнь Цяньлин повел ее наружу: — В этой деревне столько братцев, вы спокойно можете выбрать кого-то из них. — Пи! — Увидев, что Шэнь Цяньлин вышел за ворота, маленький феникс на всех парах, вспархивая, побежал в спальню, с разбегу влетев в объятия хозяина дворца Циня и принялся тереться. Голоден! Цинь Шаоюй улыбнулся и уколол булавкой подушечку пальца, на которой тут же образовалась красная бусинка крови. Маленький феникс пришел в восторг и, обхватив палец крылышками, вылизал палец дочиста. Шэнь Цяньлин толкнул дверь. Маленький феникс мгновенно ослабил хватку и пушистым комком повалился на одеяла, изображая спящего. В этот раз он был более бдителен! Цинь Шаоюй невозмутимо зажал проколотый палец, будто бы ничего не произошло. Когда отец и сын работают вместе, то понимают друг друга без слов. — Не спишь? — Увидев, что тот сидел, Шэнь Цяньлин слегка удивился. — Нет, — Цинь Шаоюй смотрел на него и губы его слегка дрогнули в улыбке. —… Не делай такое лицо! Меня начинает мучить совесть! — Иди ко мне. — Цинь Шаоюй протянул к нему руку. — Ч-ч-что ты слышал? — Шэнь Цяньлин отчаянно надеялся, что он скажет что-нибудь вроде: «Я только что проснулся и ничего не слышал». Но реальность оказалась жестока. Цинь Шаоюй произнес: — Я слышал, как ты назвал меня ведьмой. … Шэнь Цяньлин решительно развернулся и направился к выходу: — Молодой воин, я подожду, пока ты это забудешь и потом вернусь. Как же неловко-то! Цинь Шаоюй расхохотался. — Смешно тебе?! — Смущенный Шэнь Цяньлин мгновенно вскипел. Вот возьму и разведусь с тобой! — Не буянь. — Цинь Шаоюй подозвал его: — Иди сюда, обними меня. Шэнь Цяньлин обиженно уселся на кровати. Даже если ты слышал, не следовало об этом упоминать! Что за самодовольство? — Пи! — Маленький феникс тайком сполз с кровати и вприпрыжку выскочил за дверь. — Чем это вы тут занимаетесь за моей спиной? — Шэнь-сяошоу прищурился. Это сверхъестественное шестое чувство воистину способно было вызвать гнев у людей и богов. Цинь Шаоюй сгреб его в объятия и ласково проговорил: — Ты похудел. —… Почему мы вдруг сменили тему? — Когда мне станет лучше, я обязательно тебя откормлю. — Цинь Шаоюй взял в щепоть его острый подбородок. — А что плохого в том, чтобы быть худым? — хмыкнул Шэнь Цяньлин. — Раньше ты постоянно был недовольным, что я толстый! — Как я могу быть недовольным тобой? — сказал Цинь Шаоюй. — Я на тебя налюбоваться не могу. Любовные речи действительно создают непередаваемую атмосферу! И потому Шэнь-сяошоу спокойно сидел и позволял ему щупать свой живот. Цинь Шаоюй поцеловал его в щеку: — Маленький животик почти исчез. — Это же хорошо, — Шэнь Цяньлин был очень серьезен. — Мы его вернем потом, — прошептал Цинь Шаоюй на ухо. Такого рода вещам лучше не возвращаться! Шэнь Цяньлин внутренне протестовал, а затем выпрямился. — Хочешь прогуляться? Погода сегодня хорошая. Цинь Шаоюй кивнул и, позволив ему себя придерживать, медленно вышел из дома. Во дворе стояла большая кушетка, и маленький феникс лежал на ней, принимая солнечную ванну. Шэнь-сяошоу поднял его за шкирку и усадил на жердь. — Пи! — сердито запротестовал маленький феникс, а затем повернулся к нему задом и продолжил спать. Огород дышал зеленью. В нем росли лук и капуста, в стороне висело несколько мочалок из люффы; на перекладине сушилась одежда и одеяла; двор был чисто выметен. Шэнь-сяошоу в самом деле был настолько добродетелен, что словами не описать! Цинь Шаоюй откинулся на спинку кресла. Он уже не был настолько бледным, и жизненные силы немного восстановились. Шэнь Цяньлин накрыл его ноги одеялом и вымыл несколько персиков. Вдруг с неба, кружась, опустились два больших феникса и приземлились на деревянный насест во дворе. Воздев головы к небу, они закричали. Маленький феникс кинул на них неодобрительный взгляд, а затем, расправив маленькие крылышки, влетел в объятия Цинь Шаоюя. У вас что, других дел нет, кроме как являться к другим домой? Вот уж в самом деле приставалы! Шэнь Цяньлин, уже наученный горьким опытом, выставил перед ними пару чашек с кукурузой. Большие фениксы опустили головы и добросовестно принялись есть, что вызвало у маленького феникса еще большее негодование, и он протестующе запищал. — Это же божественные птицы, почему ты кормишь их как кур? — рассмеялся Цинь Шаоюй. — Ничего не поделаешь, у нас не так уж много мяса, — Шэнь Цяньлин помогал большому фениксу привести его перья в порядок. — Прокормить их гораздо легче, чем тебя, к тому же они не привередливы в еде. —… — А труднее всего прокормить его! — Шэнь-сяошоу сердито ткнул пальцем в маленького феникса. — Он не будет есть, если нет мяса! — Пи! — Маленький феникс распластался в руках Цинь Шаоюя и прикинулся мертвым. — Молодой господин, — селянин зашел во двор с бамбуковой корзиной в руках. — Дядюшка Шуй, — поспешно поприветствовал его Шэнь Цяньлин. — Только-только вылупился выводок цыплят, — без предисловий начал селянин. — Староста просил отдать их вам. — Что вы, не стоит, — попытался отказаться Шэнь Цяньлин. — Да чего не стоит? Это всего лишь несколько цыплят, — заявил селянин. — К тому же следовать за божественной птицей — это ли не счастье? —… На самом деле божественная птица не такая уж божественная. — Пи! — Маленький феникс запрыгнул на край корзины. Склонив голову, он воззрился на цыплят, ощущая себя как никогда великим и могучим. — Чип! — отозвались несколько цыплят, задрав кверху головы. Маленький феникс пошаркал лапами, развернулся и приготовился уже гордо улететь, но из-за своего слишком уж круглого телосложения потерял равновесие и плюхнулся в корзину. — Пи!!! … Цинь Шаоюй хохотал до колик в животе. У Шэнь Цяньлина ладонь прилипла к лицу. Тебе обязательно нужно было осрамиться перед посторонними? — Чип! — Цыплята со всех сторон обступили пушистый комок. — Пи-пи! — Маленький феникс пристыженно выпорхнул нарожу. Жизнь птицы — боль. Селянин восхищенно воскликнул: — Божественная птица воистину необыкновенна! Воистину глупая… У Шэнь Цяньлина разболелась голова. Подняв малыша за шкирку, он усадил того на жердь. Как раз к этому времени большой феникс вдоволь наелся, развернулся и смахнул хвостом пернатый комок прямо в бочку с водой. — Пи… — слабо пропищал маленькой феникс. Шэнь Цяньлин торопливо выловил его. Мокрый пушистый комок молча забился в угол, очевидно, впав в глубокую депрессию. — Ну, пойду я! — сказал селянин. — Если молодому господину захочется еще цыплят, то через несколько дней будет новый выводок. — Не нужно, не нужно, — Шэнь Цяньлин замахал руками. — Нам действительно больше ничего не нужно. — В любом случае, молодой господин, если вам что-то понадобится, обращайтесь ко мне. — Мужчина быстро подхватил пустое коромысло и вышел за дверь. Цыплята носились по двору. Большие фениксы проводили их холодным взглядом, а затем, высокомерно вскинув головы, направились наружу. — Я тоже ненадолго отлучусь. Несколько дней назад я попросил тетушку помочь нам залатать одежду, сегодня ее нужно забрать. — Шэнь Цяньлин собрал с собой корзину со свежими овощами. — Ты можешь пока погреться на солнышке. Я скоро вернусь. Цинь Шаоюй кивнул и проводил его взглядом. Дом тетушки располагался восточной части деревни. Большие фениксы следовали за Шэнь Цяньлином на протяжении всего пути, время от времени тычась его головами. Шэнь Цяньлин нащупал в корзине огурец. — Вот этот я отдам другим, а остальное можете есть. Однако, не проявив никакого интереса к огурцу, большой феникс вцепился клювом в его пояс. — Эй, не хулигань, — Шэнь Цяньлин похлопал его. — Уже поздно, вам пора возвращаться. Большой феникс потянул его и толкнул, отчего Шэнь-сяошоу плюхнулся на спину другого феникса. — Эй! — Шэнь Цяньлин перепугался и вознамерился уже сползти вниз, когда вдруг большой феникс распахнул крылья и взмыл в воздух. — Немедленно опустите меня!!! — Шэнь Цяньлин пришел в ужас. Второй феникс пролетел рядом и потерся о него головой. — Не смей прикидываться милашкой! — Наблюдая за тем, как земля все больше отдалялась Шэнь Цяньлин почувствовал, как обмякли его колени. И хотя после падения со скалы его боязнь высоты немного притупилась, все же у любого нормального человека, окажись он в таком положении, уже случилась бы истерика. Не обмочился, считай, уже хорошо. — Ва-а-а! — крестьяне, работавшие в поле, уже возвращались домой, когда вдруг что-то заслонило солнце. Возведя глаза к небу, они узрели молодого господина верхом на божественной птице. Зрители были потрясены и немедленно заявили, что этот человек не может быть простым смертным! Заходящее на западе солнце окрасило небо красными красками вечернего заката, а багровые, будто языки пламени, облака еще долго расстилались плотном парчи. Молодой мужчина в белом одеянии летел на божественной птице навстречу заходящему солнцу — такое можно встретить только в сказке! Все восторженно зааплодировали! Сам же молодой господин Шэнь в этот момент был уже на грани обморока. Куда вы меня несете?.. Ему хотелось разрыдаться! ___________________ Перевод: EzkinM *П.п.: — В любом случае, молодой господин, если вам что-то понадобится, обращайтесь ко мне. — Мужчина быстро подхватил пустое коромысло и вышел за дверь. Мы привыкли к мысли, что коромысло используется для ношения ведер, но в Китае его часто используют для ношения корзин)