По ту сторону воспоминаний

***

      Эрен заходит в квартиру, прокручивая ключ в замке.       «Ууух, наконец-то дома,» — на выдохе произносит он, ставя пакеты на деревянную банкетку в прихожей. Сняв с себя рюкзак и куртку, вешает обе вещи на крючки. Скидывает кроссовки, меняя их на домашние тапочки.       Парень идёт в уборную, чтобы помыть руки после улицы, и стягивает толстовку, закидывая её в стиральную машинку.       Затем направляется на кухню, где его встречает оставленная посуда.       «Что ж, не стоило перекладывать дела на потом,» — говорит сам себе Эрен и приступает к мытью. Чашки и тарелки перемещаются на свои полки. Увидев сковородку, юноша морщит нос, но всё равно принимается оттирать масленую утварь.       «Ну вот и всё, а теперь нужно что-нибудь придумать с ужином,» — размышляет парень, открывая поисковик в телефоне.       «Хмм, все рецепты слишком замысловаты, значит буду импровизировать,» — думает он, возвращаясь в коридор за пакетами. Эрен кладёт на плиту овощи и упаковку с мясом, остальное содержимое пакетов помещается в холодильник и в кухонные ящики.       «Сегодня в меню или рагу, или тушёная курица с овощами. Смотря что получится в итоге. Или это одно и то же? А впрочем, без разницы,» — думает он. Помыв и почистив морковь, Эрен кладёт её на разделочную доску и берёт нож, после чего начинает шинковать.       «Ой...» — медленно произносит парень, откладывая нож в сторону. По пальцу скатываются капли крови.       «Пойду залеплю пластырем, чтобы не задевать,» — проносится в его голове, пока он направляется к аптечке.

***

      Ощущается яркий запах сырости и плесени, от которого становится дурно. Лязг металлической цепи. Каменные стены и железные решётки, за которыми стоят двое людей, освещённые пламенем факела.       «Ты три дня провалялся в коме, а сейчас уже очнулся и почти в порядке?» — произносит один из них.       Я не могу понять, что происходит. Всё похоже на лихорадочный бред. И почему я отвечаю? Слова сами срываются с уст, как будто это говорю вовсе и не я, а кто-то другой.       «Эй, урод малолетний, у нас нет времени с тобой нянчиться. Определяйся уже, чего ты хочешь?» — произносит второй человек, стоящий скрестив руки. Его холодный взгляд пугает.       «Я хочу вступить в разведотряд и уничтожить всех титанов!» — произношу я почти рычащим голосом. Внутри меня бушует ярость.       И в ответ: «Ого, для начала неплохо».       Неожиданно картина меняется, и теперь я вижу огромные серые стены. И колоссальное чудище, похожее на человека без кожи, держащееся руками за них. По стене молниями бегут трещины. Не могу пошевелиться от страха. Слышится ужасный грохот. Я закрываю уши. Очередной удар. И защитные барьеры начинают осыпаться. Всё в пыли.       «Стена… Он пробил в ней дыру,» — в ужасе шепчет Армин. Армин? И Микаса тоже здесь. Почему? Что происходит?       Люди кричат и убегают. С неба падают валуны: они превращают дома в щепки, а бегущих — в кровавое месиво, сметая всё на своём пути.       Я отхожу от ступора и срываюсь с места. Домой! Обломки могли разрушить дом… А мама… Меня колотит, но я бегу. Бегу без оглядки, задыхаюсь, но не могу остановиться.       И сейчас я понимаю, что камни — не главная опасность. Многометровые монстры, проникшие в город, тянут свои ужасающие руки к людям, пожирая их.       «Нет, всё в порядке. Конечно, она успела спастись. Сейчас мы завернём за угол и увидим наш дом. Он будет стоять там… Как и всегда,» — я совсем не уверен в этих словах, но повторяю их про себя снова и снова.       «Мама! Мама?!» О нет. Нет, нет, нет.       «Микаса, помоги мне! Нужно убрать эту балку!» — кричу, стараясь изо всех сил вытащить маму из-под завала. Раздаётся душераздирающий вопль. Они надвигаются сюда. Титаны.       «Эрен! Микаса! Бегите отсюда! Быстрее!» — плача, кричит мама, — «Мои ноги…их раздавило обломками. Даже если я и выберусь, то уже никуда не убегу. Понимаете?»       Я почти ничего не вижу за пеленой слез. Почему у меня не получается её спасти? Почему?! Мне безумно страшно. Титан идёт сюда. С каждым шагом всё ближе. Он убьёт всех нас. Надо вытащить маму и бежать как можно дальше.       Но я отдаляюсь. Тяну руку в её сторону, но с каждой секундой нас разделяет всё больше шагов.       Хтоническое существо нависает над мамой, обхватив её тело своей жилистой рукой. Хруст костей. Пасть титана окрашивается красным цветом, и оттого его дьявольская улыбка становится ещё более пугающей.       Закрываю рот ладонями, чтобы не закричать, а по моим щекам ручьём льются слёзы. Я снова у себя в квартире. Что это, мать его, было?       Жадно глотаю ртом воздух, но мне всё равно его не хватает. Дыхание учащается, а пульс становится бешеным. Моё горло сдавливается, а лёгкие горят. Рёбра, кажется, вот-вот треснут от напора воздуха. Кончики пальцев немеют, и кружится голова. Но я не могу успокоиться. С каждым рывком вдоха мне становится всё больнее и страшнее.       Эти монстры, титаны... Что это вообще такое? Галлюцинации? Воспоминания? И самое жуткое — это то, что мне показалось, что я уже проживал эти моменты. Там были Армин с Микасой. И тот мужчина с пронзительным взглядом. Он слишком сильно похож на того, с кем я сегодня встретился. Даже голос такой же. Зачем я окликнул его на улице? Откуда я могу его знать? Наверное, я схожу с ума…

***

      За столом сидит мужчина, активно печатающий что-то на ноутбуке.       «Бесит. Взвалил на меня всё. На, Леви, делай. Ну мне же делать нечего вечером, наверное, кроме дополнительной части работы,» — слышится недовольное бурчание, — «На свои отчёты». В отправленном сообщении виднеется надпись «получатель: Эрвин Смит»       Мужчина закрывает ноутбук и снимает очки. Телефонный звонок прерывает тишину.       — Алло, да, мам, привет.       — Сынок, как ты там? Мне даже не звонишь совсем… — на другом конце трубки раздается грустный женский голос.       — Извини, на работе был завал… Директор в своём репертуаре. У меня всё хорошо, как твоё здоровье? — спокойным голосом произносит Леви.       — Да как обычно. Потихоньку. Ты не сильно устаёшь? Время на отдых остаётся? Кушаешь хорошо? — сыпятся вопросы.       — Мам, не переживай. Всё правда в порядке. Не волнуйся за меня, пожалуйста, — отвечает Леви, нежно улыбаясь.       — Ладно, не буду тебя отвлекать. Целую, потом созвонимся, — оживлённо заключает женщина.       — И я тебя, — тихо шепчет Леви. Рядом с очками лежит книга, открытая на первой странице: «Весь этот прекрасный пейзаж на расстоянии вытянутой руки — лишь слабый и хрупкий, призрачный образ, только и всего. В конечном итоге он рассеется».