18
17 июля 2021 г., 01:22
Спать я больше не хотел. Во мне метались два противоречивых чувства: я хотел вернуться обратно, туда, на прогретый солнцем камень, где было тепло и спокойно, и я был неимоверно зол. Зол на себя за то, что был слаб. Зол на Наруто, на Омегу. Я ненавидел! Всех их ненавидел!
Я знал прекрасно, что заснув, я провалюсь или в глухую пустоту, или в бессвязный бред из фобий, но никак не в отравляющую своей фальшью грезу о спокойствии. Это же даже не мое желание!
Два полярных состояния меня выворачивали наизнанку.
Я все ещё шморгал носом, хоть и успокоился. Просто лежал, вбирая глазами темноту комнаты, рассматривал плотные тени в углах. Не медитировал и не спал. Пребывал в пограничном состоянии оцепенения.
Мне хотелось отодрать от себя этот кусок иррациональности поскорее. Запечатать Омегу, и покончить со всем этим. Все эти видения, эмоциональные перепады - все это было не моим. И началось все с пробуждением сущности. Поэтому я был точно уверен, что избавлюсь от этого, сковав в себе ее печатью.
Я буквально лелеял мысль о том моменте, когда сделаю это. Собирался применить печать в конце этой недели. Но Оротимару словно ждал - проснулся с каким-то заданием, словно специально. Придётся отложить все. Надеюсь, получится сделать все по быстрому, не растягивая.
Вернусь, избавлюсь от Омеги. Смогу снова вернуться к учебе и тренировкам. Смогу вернуться к поискам Итачи. И плевать хотел на эту дармовую регенерацию и бескрайний потенциал. Я и без этого доберусь до брата, и до этого ссаного Оротимару.
Как же вы все меня бесите.
Эти простые утверждения крутились у меня в голове, вытесняя любые другие логичные рассуждения.
Я давно уже успокоился, и почти забыл про чёртово сновидение и необоснованную тоску. Теперь просто лежал и ждал, когда в дверь раздастся короткий стук. Когда очкастый будет готов выдвигаться.
В темноте, где не было ни крупицы света, никого постороннего, и даже я сам только силуэтами видел предметы, я стыдливо прикрывал живот. Сжимая плотно бёдра , не верил, что позволил недавно кому-то побывать в себе. Пустил внутрь. Сам.
Так откровенно, похотливо. До омерзения приятно.
До сих пор не понимал, как допустил случиться чему-то подобному с собой.
Осязал горячую кожу и плоть, под которыми незримо существовал комок чужеродной чакры.
Мрак комнаты скроет мой стыд даже от меня.
Позор.
Не мог все никак признать тот факт, что под ладонью, в глубине организма, все-таки зародилась жизнь. Не могла зародиться в теории, а уже появилась. Это не укладывалось у меня в голове. Ситуация казалась ещё одним плодом не моего воображения, хотя теоретическую часть я зачитал до дыр так, что до смерти буду помнить все детали.
Умом я понимал. Но признать свершенный факт не мог.
Тихо трогая плоский живот и прислушиваясь, я пытался поймать хоть малейшие подтверждения этому интуитивному пониманию. Точнее, слушал тишину в надежде, что там ничего не будет.
Нет там никакой связи!
***
Так и не дождавшись прихода своего будильника, я поднялся сам, и, надев полную экипировку, вышел вон из комнаты. Я рад был выйти в коридор, покинуть своё «гнездо», где до этого уединялся и где меня не имели права трогать. Торопливо уходил. За эту ночь в комнате по углам, словно плесень, цепляясь за стены, осели видения о близости с этим идиотом Наруто, мысли про зародыша внутри меня, отголоски позорного удовольствия, горечь от липовой картинки счастья из сна, которой меня пичкала Омега. Все безумие моего положения. Противно… Я думал, что в периоды без приступов я буду свободен от влияния Омеги. Прошлые полгода прошли же спокойно. Но вот же подстава: в этот раз был один нюанс… Надо будет сменить комнату, когда вернусь, подумал мимолётом. Тут их было валом. А то в этой стало слишком много воспоминаний за несколько последних дней. Или же остаться? Наблюдать их, не забывать ни на секунду. Обернуть горечь в ненависть. Пустую надежду - в ненависть. Без каких-либо вариантов и колебаний. Превратить слабость в силу. Чем больнее, тем злее. Но все упиралось в процесс активации печати. Я хотел покончить поскорее с этим, но следовало быть методичным в своих действиях, ибо хаос только собьёт с пути. Ладно, разберусь позже. Выдохнул через нос сердито, неудовлетворенный своими же выводами. Я дошёл до кабинета саннина очень быстро, будто и вправду опаздывал. — Ого, Саске, - меня встретил Кабуто. Пасся у одного из стеллажей, просматривая что-то. - Ты немного… рановато. Снова он. Тошнило от его присутствия. Не думал, что он тут уже ошивался. Может я и был готов увидеть здесь Оротимару, но его - нет. Провожал меня настороженно взглядом, пока я проходил в комнату к столу учителя. Не собирался с ним общаться. Его наигранно любезный тон раздражал. Я все ещё был расстроен тем, что он так быстро смог починить свою рожу. Надо было не останавливаться. В этом кабинете был только один стул, да и тот рабочее место за столом самого саннина. Я без колебаний прошёл именно к нему, ногой выдвинул чтобы сесть, и, разместившись в ожидании, положил поперёк колен ножны с клинком. Подожду тут. С прошлого нашего диалога с аптекарем и суток не прошло. Как-то слишком часто мы снова стали общаться. Я помнил на чем мы остановились. После подслушанного в лаборатории с колбой у меня было желание выдавить из Кабуто что-нибудь по трудам Нидайме. Смотрел на него, как и он на меня, ощупывая фигуру и собирая информацию: что делал, как одет, где был. Что сможет рассказать сейчас, а что можно будет выбить и позже. Важно найти правильный вопрос... Но внезапно он заговорил первым. — Выглядишь уставшим, - он словно спрашивал. Продолжал пялиться со своего места, склонив голову чуть вбок. - Как ты себя чувствуешь, Саске? — Не твоё собачье дело, - сморщился я. Я как-то не подумал даже, что короткий сон мог как-то отразился на моем лице. Чувствовал я себя, к слову, вполне обычно. Непомерное усиление от Омеги после удовлетворения ее потребностей медленно сошло на нет, и теперь у меня в распоряжении снова были только мои способности. Но целебный эффект все ещё оставался. Жаль усталость и недосып он не убирал. — Ну уж нет, мое. Если в период задания что-то случится… — Ничего не случится, - С ленцой перебил, его кудахтанье начинало выбешивать с какой-то новой скоростью. Он давно закрыл книжку, ещё когда увидел меня. Но только сейчас отвернулся ее убрать. До этого ощупывал меня взглядом, забыв про своё чтиво. — Очень надеюсь, - фраза уперлась в шкаф, и до меня дошёл только тихий вкрадчивый вздох с укором. Да пошёл ты. — Саске, - обратился снова, повернувшись, - нам придётся держаться рядом, раз уж мы идём вместе. Могу я… рассчитывать на то, что подобное, - он неопределенно показал пальцем на свою скулу и очки. Намекал на разбитое лицо, - не случится? Жизнь его, вероятно, ничему не научила: получив один раз, снова залупается. У Кабуто хобби что ли, прыгать на одних и тех же граблях? Снова лез ко мне. Но. — Можешь, - снисходительно ответил я. В конце концов, мне от него тоже нужна информация. - Если будешь держать любопытство при себе, - уточнил в конце. Показалось, что Кабуто польщенно заулыбался. Стоял, словно заигрывал с девчонкой, заложив руки за спину. — Ты просишь не реагировать на чудо - это будет трудно, но я постараюсь, - косая улыбка не обещала ничего из того, что я хотел. Под этим взглядом я снова ощущал себя голым на его столе. Прикинул как буду сам выуживать у него интересные мне сведения, если сам же запрещал любопытствовать. Черт. Компромиссы не входили в мои планы. — Я предупредил, - подытожил мысль. - Тронешь меня и останешься без руки. Не исключено, что этот урод захочет бартер. Ответом мне была только снова эта тошнотворная улыбка. Я закрыл глаза, чтобы он больше не попадался на них, ведь мне и правда становилось неприятно физически его созерцать. Оротимару осчастливил нас своим появлением совсем не быстро, как я бы хотел. Я пытался медитировать, чтобы не видеть Кабуто, и не тратить время попусту, пока тот копошился рядом со своей сумкой. Пытался восстановить частично силы , которые сбивала банальная усталость за прошедшие сутки. Прислушивался к внутренностям, оценивая, какого рода неприятностей мне ждать от залетевшей Омеги. Меня тоже не совсем устраивали всякого рода «если». И открыто соглашаться с Кабуто я не хотел. Так-то у меня уже был план и для нежеланного плода. Когда саннин зашёл решительным шагом, вид у него был такой, словно он и не спал со вчерашнего дня. Пришёл только спустя полчаса моего вялого медитирования, если не больше. Был одет в тот же халат, как показалось, и фартук, частично забрызганный каплями крови. С собранными волосами. На носу красовались очки. Странно было его видеть в таком образе простого врача. — Замечательно, что вы оба здесь, - он прямиком подошёл к Кабуто и вытащил из кармана пузырёк и свиток, передал лаборанту. Я следил за всеми движениями, стараясь не упустить ни детали. — Вам придётся встретиться с членом Акацуки. Кабуто, как они ещё думают, является их шпионом и добывает ценные сведения и материалы в моих лабораториях, - саннин, пояснял ситуацию мне, улыбаясь. Смотрел на мою реакцию при упоминании этой организации. Я старался не показывать того, что сердце стало биться чуть быстрее с упоминанием этой группировки. Акацуки. Там был Итачи. Я имел все шансы схлестнуться с ним. Я мог. Сейчас у меня было уже больше силы, чем в нашу прошлую встречу, когда я был глуп и наивен. Поджав губы, слушал молча. — На деле же, преданность Кабуто оказалась сильнее техник господина Сасори и мне нужно кое-что из его мастерской за такую наглость, - Оротимару сухо засмеялся. - Саске, тебе предстоит выкрасть для меня это. Пока Кабуто будет занимать нашего могущественного «друга». Важно сохранить иллюзию преданности Кабуто. Нам это ещё пригодится, - он кивнул в сторону аптекаря: - Тебе придётся вести себя как незнающий овечке и не дёргаться, даже если на тебя нападут с подозрениями в предательстве. — Я все понимаю, господин Оротимару , - улыбка аптекаря была почти блаженной. Я подивился его отбитости, ведь только что саннин прямым текстом приказал ему подставится под удар. Это феерично. Просто блеск. Хотя во времена экзамена на тюнина он тоже подставлял лицо. И скорее всего все по такому же приказу. — Времени на это не больше недели, - саннин, повернулся в сторону выхода. - Не подведите меня. — Да, господин Оротимару, - чуть ли не кланялся аптекарь. Я тихо фыркнул себе под нос. Жополиз. Короткая вводная была отличительной чертой саннина. Он все пояснял так. Без умения думать самому и делать соответствующие выводы у него учиться было бесполезно. Оставшись вдвоём я все ждал от Кабуто ещё каких бы то ни было дальнейших пояснений. Куда, когда? Что мне надо выкрасть. Выходило пока, что я один был не посвящён в минорные детали: основную цель мероприятия. Но он не спешил. Ну ладно… Поднявшись, заправил ножны за пояс. — Что в пузырьке и свитке? - кивнул на склянку, которую тот прятал в сумку, попутно укладывая туда ещё всякую мелочь с полок. — Это добытые «тайно» рецепты для господина Сасори, - он завязал ремешки и закинул рюкзак за спину. Направился к выходу. — Это и так было ясно, умник, - я тоже двинулся за ним, покидая комнату. — Ммм, - протянул он, - тебе это вряд ли понравился, - проходя мимо поморщился и потом улыбнулся. - В склянке видоизмененная сыворотка на основе сжатой чакры Омеги. Меня моментально перекосило и от его театральщины и от того, что было в бутылочке. — Мало самим изучать, так вы ещё и на сторону толкаете? - презрительно бросил я. Шел чуть позади Кабуто, держа его в поле зрения. Так и хотелось ударить его посильнее: пусть сам идёт торговать. Я в этом участвовать не хочу. Мало того что в меня без спроса полезли, «ради науки», так теперь ещё и барыжат мной же с Акацуки!? Верх этики. Я в очередной раз одернул себя, напоминая, с кем связался. Было бесполезно говорить об этике и личном пространстве с теми, кто похищал и перекраивал людей просто так, ради знаний, как сумку для кунаев под новую моду. — Я предупредил же, - аптекарь даже ухом не повёл. - Если тебя успокоит, то это не в чистом виде чакра Омеги. Слишком уж дорогой ресурс, - он двусмысленно хихикнул. - Это разбавленная эмульсия с небольшим сюрпризом от господина Оротимару. Целебный эффект не такой сильный и бонусом, геном, который мы хотим опробовать. Я нахмурился. Оротимару не мог без подставы. Во всех его подачках было «но». Интересно, что это за сыворотка такая с геномом. Что-то из его личных исследований? — Что за геном? Опять чьи-то способности, которые он очень хочет, но они не приживаются? — Нет. Просто проверка старых исследований. Я насторожился. Мы вышли из убежища и остановились. На небе начинал брезжить рассвет, окрашивая перьевые облака по всему небу в цвета камелий. Я вдыхал полной грудью утренние запахи и легкий бриз, который еле еле доносился со стороны моря. Ненавидел затхлые подземелья убежищ и каждый раз выходя на поверхность искренне наслаждался свежим ветром. Аптекарь уже прикидывал наш путь, щурясь куда-то в горизонт и сверяясь с картой в блокноте. — А тебе предстоит выкрасть у него старый свиток с печатью второго Хокаге. - Улыбнулся мне. - Напоминать о том, что вскрывать ее не рекомендуется, не стану. — Что за техника? - я был готов активировать Шаринган. Мое любопытство задавливало даже брезгливость к очкастому. — Мы считаем, что там находится не техника, а исследования. Самые грязные из всего, что делал непогрешимый Тобирама Сенджу. Кабуто, смеялся своим же словам, будто те были какой-то шуткой. Убрал записную книжку и пошел в сторону, где как я помнил, находились леса, что вели к границам страны Дождей. Примерно в той стороне я недавно был, когда заходил в Сора-Ку. Я примерно представлял, что там за местность, и даже помнил карту территории и деревень. Не самый комфортный маршрут для дальних походов. Хотелось думать, что мне сегодня повезёт хотя бы с информацией. Разговор «пальцем в небо» был мне интересен. Пошёл следом за ним, чуть отставал. Думал. — Почему непогрешимого? - спросил спустя какое-то время. — М? - аптекарь повернул голову на мой вопрос. Не ожидал, что меня заинтересует такая абстрактная шутка. Ухмыльнулся. - А, ты про это. Ну, если верить слухам, то Второй был непреклонен в своих праведных принципах. А сами его принципы граничили с монастырским уставом, - он снова мерзенько хихикнул. - Поэтому и смешно, что тот, кто громче всех кричал про честь, совесть и высокую мораль, творил вещи похуже, чем господин Оротимару. - Последовала выразительная пауза. - Намного хуже. — Куда уж хуже-то… Кабуто был рад диалогу. Даже такому. — Поверь, в его записях много такого, что сейчас могут посчитать противозаконным и определить в отступники без суда и следствия. Будет достаточно только факта. — Что может быть ужаснее, чем отрезать наживую от людей все, оставляя только кишки и голову? - спросил я и пожалел, вспомнив случайно одно из исследований саннина, когда я зашёл в его лабораторию в тот момент, когда он разделывал живого человека. — Ну, тут они примерно одинаково грешны, - покачал головой. - Но господин Оротимару уважает смерть, и не пытается нарушать естественный ход вещей, а вот Второй работал действительно с темными материями. - Аптекарь пожал плечами. - Мне сложно разграничивать подобное на плохое и очень плохое. Или хорошее. Или бесполезное... Желание господина Оротимару жить вечно тоже, можно сказать, нарушает цикл жизни. Но перерождение это не то же, что управлять душами умерших… — Он убивает душу, отбирая тело, - перебил я его возвышенную речь. Ему нравилось разливаться рассуждениями перед слушателями. — Добровольно. - Он выставил вверх палец, делая акцент. - Все тела ему согласились отдать добровольно, - повернул голову в мою сторону, снова улыбался. - И ты тоже согласился. Я лишь презрительно цыкнул, оставив без комментариев его пояснение. Мы топали по каменному плато весьма неспешно. Никуда не торопились. И Меня это слегка подогревало, так как у меня было не так уж и много времени, как у этого блаженного. И в тоже время я был чрезвычайно заинтригован: этот очкастый, судя по всему, и был той самой книжкой с исследованиями саннина, которую я так хотел бы почитать. И бонусом он знал об исследованиях Второго. Про то, что рассказывал сейчас в учебниках не было ни слова. Мы все знали, кому принадлежат лица на скале, но, как оказалось, не знали о них ничего. Я в очередной раз про себя отметил, что праведные защитники деревни были так же отвратительны и так же измазаны кровью и грязью, как и отступники, которых громогласно объявляли чудовищами. От этого лицемерия тошнило. С каждым таким фактом я все меньше и меньше жалел, что покинул деревню. Мой путь явно расходится с тем, что было заложено первым Хокаге и его сказочной идеологией. Первый Хокаге. Сенджу Хаширама. Альфа… Я много размышлял о первом феномене, но как-то незаметно перестал думать о том, что этот человек был ещё и Богом. Смог приблизиться по силе к богу и стать им для шиноби. Скорее всего, все благодаря способностям сущности Альфы. Неизмеримому усилению. Но все равно все выходило косо и криво: судя по тому, что сейчас мир среди деревень был пропитано ложью и фальшью, мозгов тому Альфе не хватало так же как и Наруто, а то и больше. Тенденция на лицо. Оставалось загадкой, как ему хватило ума построить деревню и ввести новую эпоху в жизнь всех шиноби… Никак чудом, не иначе. Я продолжал молча размышлять о цинизме нынешних устоев, когда мы вошли в лес. Сразу в высокий и плотный, состоящий из сосен и корявых редких дубов. Он начинался резко, как только заканчивалось каменное плато, стоял стеной, словно искусственный. Солнце уже вылезло из-за горизонта, и в такой густой чаще уже было какое-никакое освещение. В сумерках мы двигались бы ещё медленнее. По такому лесу быстро передвигаться было невозможно: особо не попрыгаешь с ветки на ветку. Стволы у хвойных деревьев были без ответвлений , со множеством мелких острых сучков и веток, о которые было больше шансов покалечиться. Да и деревья росли очень плотно, не оставляя пространства для хоть какого-нибудь манёвра. Поэтому нам пришлось все также пешим ходом двигаться в подлеске. Молча. И медленно. — Не хочешь поделится информацией по заданию? Пока рядом нет ушей? Спустя пару часов такого нудного путешествия, я наконец задал вопрос по предстоящему заданию. Хотелось и самому распланировать свои действия. И чем йокаи не шутят, может между делом я ещё уловлю момент с интересной мне темой. — Не торопись. Все зависит от того, где будет встреча, - аптекарь даже не обернулся. - Пока что мы идём к первой точке связных, где нам придётся переждать ночь и дождаться координат для основного места встречи. О боги, что ж так сложно-то. Я терпеливо топал по хворосту в след за белобрысым, мягко пружиня на плотной подушке из осыпавшихся иголок. Если меня не подводила память, нам по этому лесу переть чуть ли не до вечера чтобы просто дойти до первых признаков цивилизации. Почему нельзя было взять на пару километров левее и в марш-броске преодолеть лес за четыре часа? Это было загадкой, ответ на которую мне даже спрашивать бесполезно. Что ж, гулять, значит гулять. Меня устраивало уже даже то, что Кабуто не пытался сам вести бесед и отвечал только когда его спрашивали.***
К вечеру мы добрались до нужного места. Первой точкой была скрытая в подлеске лачуга. Что-то среднее между бараком и домом. Сарай, возле которого нас ждало двое связных. Я их не видел, но чувствовал. Змеиные бонусы от Оротимару были почти как сенсорные способности, но только я чуял не чакру, а тепло живых людей. Окруженная кустами, с поросшей мхом крышей, и похожая на давно заброшенное здание, при детальном рассмотрении хибара оказалась очень даже обжитой. Следы человеческого присутствия умело маскировались под природу. Мы остановились метров за тридцать от этой поляны. Наверняка нас тоже заметили. Надеялся, что там не было сенсоров. Так-то Кабуто пусть видят, а я скрыл чакру, сведя ее фон почти к нулю. — Я пойду, а ты жди, - командовал аптекарь. - Они думают, что я один. Когда можно будет, я подам тебе сигнал. Мне не оставалось ничего, кроме как подчиняться. Устало выдохнул. Монотонная ходьба в течении всего дня утомила. И спорить было лениво. Солнце только только село, но под деревьями уже было темно. Я банально устал. Последний час я шёл с активированным Шаринганом. Ещё и он порядочно вымотал меня. Но безопасность была на первом месте. Меня не должны засечь вообще. Я этого не хотел. Поэтому шифровался всеми возможными способами. Мое положение только с одного бока было выигрышным: мне не приходилось маскировать от Кабуто чакру Омеги. Сколько ещё предстояло сидеть в кустах - непонятно. Я постарался разместиться поудобнее под корявым стволом массивного дуба. В кармане у меня болтались бодрящие пилюли от очкастого. Что-то наподобие энергетика, но если я и сегодня не посплю, то они будут совершенно бесполезны. Меня прикрывали со всех сторон кусты, позволяя при этом хорошо наблюдать за тем, как Кабуто строил из себя само дружелюбие, подходя к двум шиноби, сидящим на порожках дома. Они и правда засекли его. Ждали. В сторону, где сидел я даже не посмотрели, но от этого кунай, который я зажимал в кулаке, я не спрятал. Знал, что расслабляться в этом мире никак нельзя было. Тихий разговор, завязавшийся между ними я даже с хорошим ветром не смог бы услышать. И Шаринганом по губам прочитать не получалось: лица то и дело перекрывались постройками или людьми. Но аптекарь весьма быстро заговорил их, и все зашли в сарай. Вскоре там зажегся тёплый свет. Мягкое тёплое мерцание в открытые окна в наступивших сумерках меня завораживало, и я незаметно начал моргать все медленнее и медленнее. Вот же тюфяк. Мое терпение и бодрость были на пределе. Пришлось доставать допинг… По ощущению я просидел в этих кустах не меньше двух часов. Настороже, не производят ни шороха среди тихого ночного леса, полного сухостоя. Это было ещё тем удовольствием. Вдобавок ко всему на тепло тела стали слетаться кровососущие гады. Он что, блять, издевается надо мной? Мне казалось, что я тут же и заночую. Хотел уже доставать из печати на локте плащ, как вдруг в светлом проеме хибары появился этот мудак, и стал махать рукой надо головой. Слава богам. Я поднялся, разминая затёкшие ноги, и аккуратно, стараясь все так же не шуметь лишний раз, пошёл к аптекарю. — Какого хера так долго? - с порога предъявил ему. Чем можно было так долго пудрить им мозги. — Прости, Саске. Я хотел дождаться координат и только после смог усыпить их, - Кабуто пропускал меня в двери. Помещение внутри оказалось на удивление приличным. С ровным чистым полом, чистыми стенами, хорошим освещением и даже набором мебели для комфортного проживания. Тут была и ещё одна дверь, ведущая под открытый навес, где стояли небольшие клетки с птицами. Осмотрел и это помещение. Я заглянул везде: во все шкафы и окна, удостоверился, что тех двоих тут не было, как и не было скрытых печатей или прочих подозрительных моментов. — Куда ты их дел? — Спят за дальней комнатой, а что? — Они ещё нужны будут? Очкастый некоторое время смотрел на меня молча. Понял, на что я намекал. — Нет, но это излишне, - аккуратно начал он, но я уже услышал, что хотел. Вышел из здания, и пошёл в обход, аккуратно перешагивая мусор и камни на покорёженной отмостке. Я не стану оставлять за собой свидетелей. Хватит полумер. Собирался убить обоих, чтобы не переживать за то, что кто-то что-то может подсмотреть или подслушать случайно. Я все ещё не хотел светить свои лицом и, упаси Кими, чакрой. Нашёл обоих, смирно лежащих на густой траве, словно на матрасе. В ночной тишине среди сверчков шорох металла клинка был почти неслышен. Кунай, который все это время не выпускал из руки, убрал за голенище. Пожалуй, убивать спящих низко, но именно так бы поступил ниндзя: не объявляя о своём присутствии, сделал бы все тихо и быстро. Я приставил ладонь в торцу рукояти меча, чтобы удар был коротким и сильным. И уже почти поднёс клинок к груди первого, как меня схватили за локоть, удерживая от удара. Я обернулся. — Саске, стой, - белые стекла очков отсвечивали неяркий свет от окна. - Не надо. Я дернул локтем, смахивая чужую руку. Его касания доводили меня до дрожи. До тошноты. По коже прошёл короткий разряд аж до горла. Я неприятно поморщился, превозмогая рвотный позыв. — Прости, прости, - он спешно убрал руки и отошёл на шаг. - Но я ещё раз попрошу не убивать их. Обещаю, они не проснутся до обеда. Мы успеем уйти. - На меня по прежнему смотрели белые круги стёкол. Я не видел его взгляда, но вещал Кабуто крайне убедительно и явно смотря мне в глаза. - Тебя никто не увидит. Я стоял все также с клинком наготове. Странный рефлекс на чужое касание меня на секунду вывел из равновесия. Хотя и до этого меня воротило от белобрысого. Но этого хватило, чтобы я начал сомневаться. Стоило ли сейчас слушать его? Хитрожопый аптекарь был слишком уж изворотлив и умел манипулировать людьми. Мной в том числе. Его доверительный тон мог кому угодно запудрить мозги. Или все же сделать по своему?.. — Я хочу спать спокойно, раз уж у нас тут перевал, - не спешил убирать оружие. - Да и тебе я не особо доверяю, если уж на то пошло. Он коротко шумно выдохнул. — Прекращай, Саске, - он больше не говорил шёпотом. - Я же не идиот: понял с первого раза. И не мазохист, отхватывать от тебя по лицу. Приятного мало, если уж на то пошло, - кинул обиженным тоном и развернувшись пошёл обратно, - прячь меч, и иди есть. У них тут есть нормальная еда. Кабуто пошёл обратно, завернул за угол и скрылся в хижине, показательно игнорируя мои намерения и меня в целом. Сука. Я слышал теперь его возню с тарелками через окно. В итоге все же спрятал клинок. Стоял ещё некоторое время, взвешивая аргументы и пытаясь понять, что это была за реакция такая на его прикосновение?… Словно кто-то снова открыл флакон с тем омерзительным запахом. Крайне неприятно. Меня передернуло. Кажется, изменения все-таки есть… Черт, как же они не вовремя. Лучше б уж я сам в кустах заночевал, без очкастого и лишних, пусть пока и спящих, глаз… Но вопреки своим же сомнениям пошёл вслед за аптекарем, оставив двух шиноби сопеть в обнимку на траве. Рассудил, что убить никогда не поздно, и если правда во мне начались очередные изменения, то пусть хотя бы этот урод будет рядом, даже если меня от него и тошнит.
