Вечное Утро

Из до боли знакомой капитанской каюты нашарского парусника Арвел прогнал её хозяина, передвинул кресло от стола к окну и сел в него, подзывая трёх самок располагаться: — Теперь нам не помешают поговорить ни остолопы из команды, ни людишки со своим лизоблюдом, что остались в храме. Когда Каури добрался до Нашара и пересказал ваш допрос, я сразу понял, что надо было поверить первой же вашей версии про оракула и святилище. Нав это подтвердил. А вот ту антейку, что помогла мне вырваться из измерения-музея, где меня и мою жену держали в заложниках, я не признал по словесному описанию. И тем более не мог предположить, что с ней в передрягу влипла моя потерянная дочь! — Я тоже не сразу поняла, с кем познакомилась, — Рарека с трудом переборола неприятные воспоминания, чтобы сесть в другое кресло. Уже свободной, а не со связанными лапами. — И кто нас так свёл — судьба, Боги или Тьма? — Кстати, будь осторожен, — Алисара продолжила стоять, брезгуя неприятной каютой. — Птица у Каури — Воплощение Тьмы. Не знаю, ведомо ли тебе это, но предупрежу на всякий случай. — Я сейчас занимаю ту же должность, что занимала архидемоница Инанна, когда наподдала копытом Тьме, — Арвел залюбовался мечом, который так и не убрал, — волод нашарской столицы Утгарда. Хотя меня постоянно срывают контролировать удалённые точки Нашара. Поэтому я думаю оставить основную работу, да не на кого. Дочь кинула образование и примкнула ко врагам… — А если я скажу, что ищу способ прекратить нападения антов? — Целея обхватила свой посох, чуть не поцарапав его когтями. — Тогда ты ищешь не там. Вот подумай, — Арвел закинул ногу на ногу и расслабил крылья, смотря на нахохлившуюся дочь, — если антейские Боги-Предки, кем бы они ни были, натравили антов на остальные земли, зачем спрашивать у тех же Богов-Предков, как остановить войну? Я тебе и сам отвечу, что они скажут: «Война закончится полной нашей победой!» — Так если они сказали, что проблема в придворных заговорах… — Алисара слегка оскалилась, а Рарека хлестнула её легонько хвостом: — И тут же отправили нас в поход за реликвией, украденной людьми! Богам нужно всё и сразу. — Я могу для облегчения ваших поисков приказать Каури поработать для вас извозчиком, — Арвел предложил, но Алисара настояла: — Лучше верни виману. — Не могу, её уже прихватили ребята повыше меня. Я и так делаю для вас больше, чем требует гражданский долг нашаранина делать антам, — Арвел показал на дверь, за которой наверняка сейчас стояли и подслушивали капитан и истерическое Воплощение. — Ну спасибо, что хоть ты не порываешься героически нас убивать и насиловать, — Рарека встала и выпрямилась рядом с Алисарой. — Значит, я тебя выцарапала из плена не зря. — Папа, я чувствую, с Каури мои подруги ничего общего иметь не захотят, но есть другой способ, как ты можешь нам помочь, — Целея подошла ближе к Арвелу. — Отправь нас во дворец Лели. С обратной дорогой мы попробуем разобраться сами. — Думаешь, я знаю, где он? Тогда бы я и с Виэнелью, нашей дальней родственницей и матерью Лели, поговорить смог бы. А может и смерти её не допустил бы. Но анты не пустили «грязных Тёмных убийц» даже на её похороны! — вонзил Арвел когти в подлокотник кресла, упруго натянувшийся и при этом пошедший складками. — Виэнель как приданое взяла с собой Трон Солкара, — продолжила Целея, сильнее успокаиваясь вопреки раздражению отца. Усугубление спора не решит ничего. — Тот, что раньше стоял во Дворце Сталагмитов в Утгарде. Ты там наверняка был, причём ещё пока трон там находился. Наведись поисковыми чарами на трон. — Я в то время ещё не был володом, — процедил Арвел, вытянув морду к ней. — Думаешь, такие простые решения не пришли бы мне в голову? — Значит, я буду договариваться с Тьмой насчёт Зерцала, — Целея открыла окно каюты. Воплощение-сокол действительно подслушивало диалог, только не стоя за дверью, а сидя на карнизе. Птица влетела в каюту и вспорхнула на люстру: — Отдавать артефакт обратно я не собираюсь. Беспомощные Боги сами сказали — кто что завоюет, то ему принадлежит. — Значит, люди действительно похитили Зерцало с твоего позволения? — Целея подняла бровь. — И много драконов в Чуму Двойников померло именно по воле их Безначальной Матери? — А я этого не говорил. Впрочем, я не открещиваюсь, ведь всё на этом свете происходит по воле Тьмы, даже незаметные мелочи, и это не сарказм, а закон бытия. Если б я хотел уничтожить драконов, люди сделали бы это гораздо раньше Чумы Двойников. Смысл её был как раз в том, что исцелялись от неё лишь те, кто согласился стать Воплощением. А кто погиб, не желая принять мою любовь — тех я избавил от страдания жизни без меня. Мёртвые ведь не страдают, — птица довольно крикнула, но сердито нахохлилась после слов Арвела: — А то, что архедемоница нашла иной способ всех вылечить, не заставляя принимать сторону Тьмы или свою сторону, банально уничтожила вирус сложнейшими чарами — это тоже по твоему плану произошло, умник? То есть срыв гениального плана — часть ещё более мудрёного плана? Ох не завирался бы ты… — Это всё прошлое, — Целея приподняла ладонь, не желая развития теологического спора, тем более в присутствии обсуждаемых божеств. — Тьма, докажи делом, что ты мудрее моих Богов, если это так. Верни Зерцало владельцам, оно всё равно не так совершенно, как ты. Из-за этого несовершенства твой лишённый изъяна план, должно быть, и провалился. Сокол повернул к Целее голову, круглые птичьи глаза были полны интереса: — Давно со мной так никто не разговаривал. Я отвезу вас к Зерцалу. Но завоюете вы его сами. А то, чего доброго, мудрый Один решит, что это меня достойно сопроводить во дворец, а не вас. Целея молча поклонилась. Алисара посмотрела на неё с подозрением, но когда потомственная Белояр вспомнила, что жрица генетически сама из Тёмных, взгляд сменился презрительным. — Только это… — Рарека, наоборот, подбодрилась и прониклась к Целее уважением за её дипломатичность. — У нас будет отдельная каюта? А то команда твоего капитана давно на нас глаз положила. По твоей вине, между прочим. — Не будет, — сокол слетел на стол и стал кормиться ломтями вяленного мяса из изрядно опустевшей миски. — Захотите спать в мягкой кровати или в уютном гамаке — флиртуйте с Каури и его командой. А не захотите — ночуйте в трюме или на палубе. Война это вам не увеселительный круиз, лишних мест на боевом корабле не имеется. — Ладно, трюм нас устроит, — отмахнулась от Воплощения божества Рарека. — В крайнем случае забаррикадируемся там и не будем ваши припасы отдавать, сами съедим. — И всё-таки, Арвел, — Алисара вздохнула, — вы благородный дракон, пусть из Тёмного рода. Я попрошу вас постараться вернуть виману и Глаз в Антею. Это дело моей чести. — Это не я решаю, а даже если бы решал — учись признавать поражения, — Арвел встал и направился к выходу, но Алисара вдруг метнулась к его дочери, схватила её резко и обжала её шею челюстями, угрожая прокусить шкуру. Вздрогнув, Целея оскалилась и подняла лапы с растопыренными когтями, но остановилась, понимая, что Алисара будет быстрее. Рарека просто мотала мордой от Алисары к Арвелу в удивлении, Воплощение прервало трапезу, задумчиво щёлкая клювом. — И что ты теперь будешь делать? — Арвел улыбнулся одной половиной пасти и опустил уголок другой. — Да, впрочем, делай что хочешь. У меня тоже есть честь, и она мне дороже неверной дочери. Сказав так, полосатый резанул воздух перед собой. Там на миг стало так же звёздно, как на лезвии его меча, и нашаранин шагнул в этот пролом, что быстро закрылся за ним и зарос, будто и не было ни его, ни Арвела. Алисара медленно отпустила Целею: — Прошу прощения. Попытка действительно не удалась. Но я должна была. — Ты ничтожество. Раз за разом проигрываешь, — сокол вылетел в окно. — Лучше бы спросила у него насчёт Благодара, — прохрипела Целея, поднимая со стола металлический кувшин. — Ладно, Боги с тобой, забыли, — и сделала несколько глотков, после чего говорила уже почти нормальным голосом, волнение ещё не прекратилось. — Больше так не делай, Тёмные не анты и на подобное не ведутся. Дверь в каюту открыл Каури: — Кто не желает со мной остаться на ночь — прошу на выход! Только Боги и Тьма знали, как худосочный мутант раздражал Рареку… Даже драка подруг по приключениям так её не напрягала, как этот скользкий дракон. — Девушки… Может, пусть он поночует в трюме? — медленно вдохнула Рарог. — Он там точно поместится, а мы — не знаю… — Чтобы уже он там заперся? — Целея прошла мимо капитана, задрав нос. — Ему отъедаться полезно, но пусть лучше он помрёт от голода, чем я. — Он пусть делит гамак с командой, — Алисара попробовала один из оставшихся ломтиков мяса. — М-м! Хорошо едят Воплощения. Мы и в капитанской каюте с голода не помрём. — Кажется, вы забываетесь, — Каури поднял лапу с мешочком первоматерии. Тем самым, что притащил на борт виманы хаосист, а нашарский дракон забрал себе. — Я, как мутант, уже подвергся действию хаоса, а выживите ли вы — ещё можно выяснить. Воплощение Серапель попросил вас подвезти, но он ничего не говорил о том, везти ли вас в качестве бесформенных трупов… или трупов в фигурных формочках. Вон, проститутки ментальные, пока я вас физическими не сделал! — Манеры матроса, а не капитана, — Алисара доела мясо и только тогда отправилась на выход. — Приятного аппетита, госпожа Белояр, — Каури довольно вернулся в своё владение и самодовольно уставился на всё ещё медлившую Рареку. — Возвращайтесь к ужину, открою вино специально для вас! От быстрой и болезненной смерти дракона спасло только то, что Рарека скинула на пол кувшин и смяла его ударом хвоста, выместив всю злобу. Несмотря ни на что, в трюме девушки смогли устроиться более или менее удобно, для начала вняв совету Рареки и забаррикадировав вход, чтобы никому из команды не пришло в голову нарушить их сон. Затем крылатые устроились с возможным комфортом прямо на ящиках, в которых находился какой-то хлам и ветошь. Поступая практично, Рарека извлекла пропахший сеном издырявленный плащ и устроила его себе под голову вместо подушки. — Пожалуй, один плюс в нашем положении есть. Сегодня мы сможем хотя бы нормально выспаться, — объявила она, потягиваясь. За последнее время даже привыкшая к комфорту личной каюты Алисара приспособилась спать на жёстком, поэтому и она расстелилась на грузах: — Целея, у твоего отца меч, разрезающий пространство… Почему бы ему просто было не телепортировать нас куда надо? И как он с такими возможностями сам попал в плен, откуда его спасла Рарека? — Эта долгая история, — вздохнула Целея. — И я не хочу сейчас о ней говорить. По-видимому, слова, сказанные её отцом «на прощание», серьёзно ранили драконессу. Рарека ответила на часть вопросов вместо неё, устраиваясь на ящиках так, чтобы крылья не отлежать: — Арвела и его жену украли навы с их собственной свадьбы. Наверное, разозлились действиям эксплуатировавшей их Радины, предка Целеи, или ещё что-то. Впрочем, дочери повезло, что нашаране это не анты и играть свадьбу задолго после беременности можно, наверное в тот момент она и училась на Лууне обрядам Тёмных. Ну а спасла я Арвела… можно сказать, случайно, ввязавшись в авантюру, полного смысла которой не представляла. Планировала украсть один пропавший антейский артефакт, чтобы выторговать право не жениться на Жарегневе, а в результате помогла сбежать Арвелу из соседнего тюремного измерения… Меня больше интересует, Целея, как ты сочетаешь в себе покорность Богам и уважение Тьме, их прямому противнику? К этому моменту Целея уже успокоилась. Сев на бухту верёвки и облокотившись спиной о связку парусины, она сонно опустила ресницы и расслабленно выдохнула: — Вести себя тактично можно с кем угодно, вежливость не означает поклонения. Боги и Тьма высокого о себе мнения, почему бы им не польстить, если это поможет делу? К тому же, Предки — буквально предки нашей расы, не оскорблять же мне своих же родителей? И Тьма, если ей верить, Безначальная Мать драконов и присутствует в душе каждого. Себя ли ругать? — В Кереоне есть анекдот, что Тьма у каждого в горле… и это ещё цензурная версия, — Рарека обустроилась в спальнике. — Ты же сказала, что Тёмные тебе не понравились, и ты от них поэтому сбежала к Антам, — Алисара приподняла заинтересованно голову и коснулась ладонью своего подбородка. Целея улыбнулась. Кажется, подруги впервые увидели её навеселе: — Да. Только мне и нынешний Покон не совсем нравится, поэтому я с вами путешествую. — Дива, как выяснилось, нав, но Покон она не меняла, — заметила Алисара, — да и Перуница в воле Богов-Предков, как мы убедились сегодня. А родителей не ругают… Наверное раз надо, чтобы благополучие жизни бралось силой — значит, надо. — Кому надо? — Целея открыла глаза обратно и вопросительно на неё посмотрела. Та пояснила, как понимала сама: — Нам самим, чтобы не деградировать и не стать беспомощными в счастливом беззлобном мире, а потом помереть всей расой, если он вдруг перестанет быть таким. Это тоже объяснили сегодня Предки. Ведь прежде всего они заботятся о нас. Но нас много, и забота идёт не о личности, а об обществе. Вот, тот же Ардин: высочайшие технологии, а драконам настолько вырвали зубы, что даже не помышляет никто о бунтах. А Нашар — другая крайность, нет любви к собственным родным. И везде падает рождаемость, кроме Антеи. Планета останется за теми, кого будет больше. Вот, наверное, и план Богов-Предков — оставить планету за своими потомками, чтобы они хотя бы могли жить, не опасаясь соседей. Пусть не сразу, а после войны, но народ антов не вымрет, как остальные. Вот сколько у тебя братьев и сестёр? Ведь явно даже меньше пяти? А сколько из них имеют здоровую ориентацию и здоровую совесть, чтобы захотеть растить потомство? — Чего там у меня нездоровое, совесть или ориентация? — неожиданно вспылила Рарека. — Жарегнев, которого мне настаивали брать в мужья, имел несносный характер. Если о покойниках можно говорить только хорошее, я промолчу. — Говори правду либо молчи, — Целея примирительно приподняла лапу. — Планы Антеи не относятся к отдельным индивидуумам, они и без твоего потомства победу удержат. Примирения не вышло. Рарека гневно хмыкнула, скрестив лапы на груди, и отвернулась от подруг. — Он примерно такой же, как и его отец, прошлый мирувей. Властолюбивый, эгоистичный, любит прятать своё мнение за свежепридуманными законами. И относится к женщинам как вещи. Что бы я делала, согласись с ним жить? Рожала бы каждый второй год и с детьми носилась? — А как ещё предлагаешь? — фыркнула Алисара. — Как детей воспитывать, если с ними не носиться, а без детей кто жить на планете будет? Или ты предложишь ему потомство кормить, а ты за него государством поруководишь? Оно б каждой так, да… Только ещё вопрос, у кого больше забот будет. — Инанна умудрилась воспитать детей от Зората, хотя они оба активны в делах Нашара, — заступилась Целея. — Если я правильно помню, её дочкой в своё время пытались овладеть Свет и Тьма, — Алисара закатила глаза. — Тёмным не везёт с детьми. Одни насилуют своих собственных родителей, другие и пальцем не пошевелят, чтобы спасти ослеплённую мать, третьи борются за власть… — Анты не лучше! — выпалила вдруг Рарека. — Анты могут стать лучше, на то им и даны заповеди, — строго отчеканила Белояр. — Если б только их соблюдали… — Мы уж точно не соблюдаем, — тихо хохотнула Целея, — раз не сидим на кухне. На этот раз и морду Рареки тронула лёгкая улыбка.