Дневник неудачника

На четвертом этаже на скамеечках никого не было. Хотя действительно, середина пары же. Я сидел в наушниках, слушал грустную музыку и смотрел в противоположную стену. Злиться я, вроде, уже не злился, но легче от этого не становилось. Кажется, к такой развязке все и шло. Да ну. — Кх-кхм, молодой человек, а что вы не на паре? Я попытался сфокусироваться над нависающим надо мной лицом и вытащил наушники. — А вам есть разница? — Я бы советовал вам посещать занятия. Я глубоко вздохнул. Так, на препода кричать уже совсем не стоящее занятие, нужно было успокоиться. — А, может, мне к третьей сегодня. Отстанет он или нет, наконец?! — Тогда я бы советовал вам потратить это свободное время на что-то полезное. На математику, например. А то последнюю работу вы совсем слабо написали. Я еле сдерживался. Мне хотелось, чтобы меня оставили в покое. Хотя бы на одну эту пару. Но Правдин не унимался. — Втыкание в стену и слушанье музыки не самые продуктивные занятия. — Да не трогайте меня, пожалуйста! Я занимаюсь чертовой математикой, я делаю домашку, я просто хочу побыть один и ни о чем не думать. Хотя бы чуть-чуть! Я схватил рюкзак и быстрым шагом двинулся к лестнице. Посижу в столовке, ладно. Только не трогайте меня уже. Ах да. Кстати. Отстаньте от неудачника. — С преподавателями так не разговаривают, вообще-то, молодой человек. — Ага, а еще мне говорили, что в университете преподаватели не будут за мной бегать. После пар я угрюмо поплелся на физру. Идти не хотелось. Хотелось лечь куда-нибудь и делать ничего. Если бы я открыл дверь раздевалки и увидел Правдина, я бы сразу же не задумываясь ушел. Но вот его там как раз не было. Но там был всего лишь Дима. Я быстренько прикинул, поразмыслил (хотя, скорее всего, я при этом очень долго стоял в дверях) и решил, что это мне тоже, пожалуй, не надо. И вообще я могу ходить на какую-нибудь другую физру. В какое-нибудь другое время. — Что, уже уходишь? — спросил он, когда я начал разворачиваться, чтобы уйти. — Очень наблюдательно, спасибо, что заметил, — огрызнулся я, захлопывая дверь. Я секунду буквально постоял на месте, вздохнул и побрел к выходу. — Эй, ну извини, окей? Я остановился, но ничего особенно остроумного в голову не приходило. Поэтому я молчал. — Я был неправ, я не хотел, честно. Дима замолчал, вероятно, ожидая от меня хоть какой-то реакции. Но у меня эта реакция еще не сформировалась. — Возможно, временами я перегибаю палку, — наконец выдавил он. — Давай гейские шутки будем шутить исключительно в узком дружеском кругу, а? — Заметано, — наконец выдавил из себя я. — Что, мир? — Дима улыбнулся. — Ладно, пидараса кусок. Но я тебе всю эту ебанину еще долго припоминать буду. — Как будто мне нечего тебе припомнить, блин.