В болезни и здравии

– Мне жаль, что это заняло у меня столько времени, – негромко извинился Азирафаэль, пытаясь не обращать внимания на тупую боль в мышцах и горле. Он сошел с лестницы вниз. – Хочешь что-нибудь выпить? Вино? Виски? Чай? – Не беспокойся, я уже, – ровно сказал Кроули, указывая на недопитый стакан с янтарной жидкостью. С этими словами он вложил обжигающе-горячую чашку прямо в руки Азирафаэля. Негнущиеся пальцы ангела благодарно сжали ее бока. – О. Спасибо. Он стоял перед Кроули, глядел в чашку с «Эрл Греем» и пытался не обращать внимания на пульсирующую головную боль и внезапный озноб. Ангела терзало чувство вины, и он почему-то считал себя недостойным такого великодушного дружеского жеста. Кроули не сердился, и от этого становилось почему-то еще хуже. – Я нечаянно, – сказал он несчастным голосом. – Я не хотел, я просто... увлекся, решил сделать несколько чудес, когда никто сверху не следит, но как только я начал, стало так трудно остановиться... Всегда есть кто-то, кому нужно чудо, а потом на глаза попадается еще кто-то, кому оно нужно еще больше. Я знал, что могу помочь, и не мог просто так их бросить. Я... я не уследил за временем. Мне очень жаль... Кроули немного помолчал, наблюдая за ним из-под очков. Азирафаэль продолжал нервно тискать чашку и ждать, что он ответит. – О черт, – пробормотал Кроули, который тоже вдруг почувствовал себя не в своей тарелке. – Ангел, перестань. Только не это. Не вот это вот все... Ты не по адресу... – Я постараюсь в следующий раз... – Нет-нет-нет, не говори!.. Уф, садись, ангел! Ты как будто с Гавриилом разговариваешь!.. Азирафаэль неуверенно сел на диван, греясь ладонями о чашку на коленях, из которой не отпил ни глотка. – Прости, я не хотел... – Остановись. Не надо, пожалуйста. Не извиняйся! – Кроули в отчаянии провел рукой по волосам, затем резким движением снял очки и яростно встряхнул головой. – Ты же ангел, это заложено в твоей природе, зачем тебе извиняться за то, что ты сделал доброе дело? Подобных объяснений мог бы ждать твой долбанный босс, но с такими замашками он сразу может идти далеко и надолго. Я не против сделать мелкую пакость, чтобы ты мог кому-то помочь, правда! Я просто в какой-то момент не смог тебя почувствовать и начал гадать, куда ты пропал, вот и все. Он не спеша подошел к дивану и, вздохнув, сел рядышком с Азирафаэлем и снова обратился к нему: – Теперь понятно, почему ты увлекся. Так выбивать из райских бюрократов свое каждое сотворенное чудо... я правда не сержусь на тебя. Ты мне веришь?.. Я вообще не понимаю, за что сердиться в такой ситуации. Ангел слабо улыбнулся, услышав эти слова. Он не возражал бы, если бы Кроули вздумал поскорее уйти и дал ему возможность наконец-то прилечь и расслабиться, но в то же время хотелось, чтобы он никуда не уходил и остался – ради этого можно было потерпеть еще. Наконец он осторожно поднял чашку к губам и отхлебнул горячего чаю. Это был очень правильный поступок – горячая вода прокатилась по пищеводу, немного согрела изнутри и принесла долгожданное облегчение от холода, который глубоко угнездился в его привычном человеческом теле. Впрочем, чай помог ненадолго – когда он вновь открыл рот, горло драло по-прежнему. – Спасибо, мой дорогой. Я ведь и правда накосячил, разве нет? Я не жалею о том, что так поступил, тут ты абсолютно прав. Мне просто нужно было внимательнее продумывать все свои перемещения. Я увлекся... наверное, из-за этой непривычной свободы делать все, что захочу. Я косячу и совершаю ошибки. Лучше в следующий раз работать в связке с тобой; пожалуй, я так и сделаю. Это будет правильно. – Делать ошибки – это нормально. На мой взгляд, вся соль как раз в этом и заключается. – Ага, да. Особенно когда ты кого-то искушаешь, предлагая выбор, – Азирафаэль улыбнулся в чашку. Кроули пожал плечами. – Дело от этого не страдает, и выбор все равно остается за тем, кому его предлагают. Он еще немного понаблюдал за ангелом. Когда чашка Азирафаэля опустела, он немедленно сотворил ему еще чаю. – Я вот тоже облажался, – сказал он. – Надо было сразу же встретить тебя, когда я почувствовал, что ты уже в городе. А я позволил тебе продрогнуть и вымокнуть до нитки в такую ужасную погоду… Я же демон, вот и решил преподать тебе урок… решил, что это будет забавно... – Я его вполне заслужил. – Не настолько. Может быть, самую капельку. Так что с возмездием я переборщил, хотя, должен признать, что услышать: «Ну вашу мать!» от Санта-Клауса было просто восхитительно. Азирафаэлю от смущения очень захотелось продавить задом диван, чтобы глубоко спрятаться в нем от подколок и насмешек. – Чистая правда, – усмехнулся Кроули. – Ругайся почаще. Азирафаэль поджал губы и промолчал, но взгляд его Кроули не обманул – ангел посмотрел мимо него вбок, на пустое место между ними. Голова болела просто нестерпимо, ему приходилось прилагать колоссальные усилия, чтобы сидеть рядом не морщась, сосредоточившись на разговоре. И еще просто ужасно, ужасно хотелось поскорее принять горизонтальное положение... Он допил чай и отставил чашку в сторонку. Кроули вопросительно посмотрел на него, сразу распознав, что ангел чего-то хочет. – Э-э-э... Ты не будешь очень возражать, если я прилягу на минутку? – спросил Азирафаэль, преодолевая свою деликатность, потому что с пугающей отчетливостью понял, что вот-вот потеряет сознание. Кроули тревожно посмотрел на него. – Тебе плохо? С тобой все в порядке? – Я просто истощил себя чудесами, – с трудом выговорил Азирафаэль, стараясь не морщиться от боли в горле. Ему становилось все хуже и хуже с каждой минутой. – Это почти как похмелье… Кроули немедленно подвинулся, освобождая место для ангела, чтобы тот мог прилечь. Подумал, начудесил подушку и предусмотрительно подложил ему под голову. Азирафаэль со вздохом облегчения опустился на нее и закрыл глаза. Теперь и Кроули не скрывал своего беспокойства. – Прошло несколько часов с тех пор, как ты сотворил последнее чудо – ты хочешь сказать, что твоя благодать не возвращается? Азирафаэлю очень хотелось, чтобы демон замолчал и больше не задавал ему никаких вопросов. – Должно быть, я нечаянно перешел границы дозволенного… – прошептал он. – Я должен отдохнуть… – Это понятно. Тебе станет легче? – Должно, мой дорогой. Утром станет… Кроули понаблюдал, как ангел на его глазах провалился в глубокое забытье, а затем со вздохом сотворил ему одеяло в черно-красную клетку и заботливо подоткнул его. Но ангелу не стало лучше и утром. Он неожиданно для всех проспал десять часов кряду и совсем не собирался просыпаться. Кроули забеспокоился с новой силой. Ему не хотелось прерывать отдых, в котором отчаянно нуждался его друг, но он должен был поинтересоваться самочувствием Азирафаэля. Ему нужно было за что-то зацепиться, чтобы начать действовать и помочь. Он склонился над спящим. – Ангел? Уже утро, просыпайся! Эй! Азирафаэль нахмурился, но не проснулся. – Я завтрак приготовил! – сделал еще одну отчаянную попытку Кроули. Ответа не последовало. Демон встревоженно поднял руку, чтобы коснуться плеча ангела… и заколебался. Нечаянные прикосновения больше не считались табу, и ни один из них больше их не боялся. Да и за руки они уже держались (надо сказать, обоим это ужасно понравилось, в последнее время они частенько так гуляли, и каждый раз, когда их руки сплетались, обоих затапливало тихим счастьем, похожим на заоблачно-звездный свет). Если уж совсем по секрету, наши друзья даже успели разделить несколько очень целомудренных прощальных поцелуев у дверей книжного магазина… но прикасаться к ангелу без разрешения казалось Кроули почти святотатством. Однако другого выхода у него не было. – Если ты не проснешься, я тебя потрясу, понял? – вздохнув, предупредил он на всякий случай и осторожно опустил ему руку на плечо. Не дождавшись ответа, тут же потрогал лоб Азирафаэля, и… – Блядь!.. – Не ругайся... – пробормотал Азирафаэль, по-прежнему не открывая глаз и не проявляя особого интереса к манипуляциям Кроули. – Азирафаэль! Немедленно открой глаза – мне нужно тебя кое о чем спросить! Ангел страдальчески застонал и поморщился от боли. – Может, чуть позже? – прохрипел он. – Утром? – Так уже утро!.. Азирафаэль, какая температура обычно бывает у твоего тела? – настойчиво спросил Кроули. Ему совершенно точно казалось, что она обычно бывает гораздо ниже, чем та, которая была сейчас. Азирафаэль наконец разлепил мутные глаза. – Нормальная человеческая, а что? – пробормотал он и надсадно закашлялся. – Потому что у тебя, похоже, сильный жар, – сказал Кроули, когда кашель утих. – Довольно высокая температура, как мне кажется. В его голосе явственно слышалась паника. – Ерунда, – проскрежетал Азирафаэль из-под одеяла. – Ангелы не болеют... Я просто... – его снова скрючило в приступе кашля. – Я просто перенапрягся. – Перенапрягся, незаметно выдохся и тут же подхватил какую-то дрянь!.. – Ангелы не болеют… – Нет, потому что если они заболевают, они просто автоматически исцеляют себя, даже не замечая, что заболели!.. А ты не мог себя исцелить, потому что совершенно опустошил свои силы!.. – Это... только гипотеза… – Окей, гипотеза, но тогда почему ты говоришь так, как будто у тебя ужасно болит горло? – Оно не... э-э-э... – Азирафаэль поморщился. – Ты прав, болит… это все очень странно… – Он смежил веки и осторожно пошевелил головой, утопая в мягкой подушке. – Я что, действительно заболел? – сконфуженно спросил он. Кроули ужасно захотелось отвесить себе пинка побольнее. – Похоже, что да, – осторожно сказал он. – Ты заболел, потому что не учел, как чертовски легко можно подцепить какую-то дрянь, пройдя сквозь десятки больниц. А потом тебе пришлось ехать полстраны на автобусе, а потом еще идти пешком через весь Сохо, потому что поблизости не оказалось никого, кто был бы в состоянии подвезти тебя домой, когда было нужно. Фу ты ну ты! Покарай Всемогущая того проклятого идиота, который решил, что будет забавно позволить тебе шляться по улицам в полном одиночестве ночью на холоде! Азирафаэль открыл глаза. – Кроули, мой дорогой, – прошептал он. Оказалось, что шепот не так болезненно действует на связки, как разговоры в полный голос. Ну что ж, значит, им с Кроули придется перешептываться... – Ты же не подозревал ни о чем таком, и о всех последствиях тоже не знал… можно считать, что все вышло случайно... и оправданно… – Ничего не случайно и ничем не оправданно! – с горечью сказал Кроули. – Ты этого не заслуживаешь. – Почему ты так решил? – возразил Азирафаэль, снова необдуманно повышая голос. Это было не очень-то дальновидно с его стороны и он снова раскашлялся. Кроули поспешно создал ему носовой платок, который ангел с благодарностью прижал к губам, чтобы соблюсти приличия и не кашлять в воздух. – Ничего не говори. Я приготовлю чай, хорошо? Чай ведь должен помочь, как думаешь? – Чай подойдет, спасибо,– полушепотом ответил очень бледный Азирафаэль и снова смежил веки. На лбу у него выступили капельки пота. Кроули прикусил губу, поправил ему одеяло и вышел, а через минуту вернулся с чашкой чая с медом и лимоном, от которой вверх поднимались ароматные облачка пара. – Я принес тебе чаю… Азирафаэль? Ангел приоткрыл блестящие глаза – у него снова поднималась температура. Кроули помог ему приподняться и расправил подушку за спиной, поставив ее вертикально, чтобы больной мог пить горячий чай сидя. Первый глоток дался бедняге мучительно трудно. – Тебе нужно побольше молчать, я сам тебя об этом попросил, но мне очень нужно, чтобы ты сейчас точно описал, что именно ты чувствуешь. Я не смогу исцелить тебя чудом, но у нас есть выход – за последние двести лет люди очень преуспели в изобретении лекарств, и я слышал, что они даже помогают, нужно только правильно определить болезнь по совокупности симптомов. Давай начнем с этого? Азирафаэль сделал второй глоток чая и поморщился, когда горячая вода через больное горло прокатилась в желудок. – У тебя болит горло, – услужливо подсказал Кроули. – И жар. Что-нибудь еще болит? – Голова, – вздохнул Азирафаэль. – И руки, и ноги. Они как ватные. И дрожат. – Понял, – кивнул Кроули. – Давай я загуглю симптомы, Интернет – бесценный кладезь информации. Там точно найдется что-то полезное. Азирафаэль знать не знал, что такое Гугл, но согласно кивнул и продолжил потягивать свой лечебный чай. – Итак, судя по всему, – сказал Кроули, постукивая пальцем по экрану своего телефона, – у тебя саркома легкого. А может, ты ждешь ребенка? – Ты уверен, мой дорогой? Я не думаю, что это оно. Если вспомнить разные людские недомогания, которые я видел, то я бы поставил на обычный грипп. Он довольно часто встречается и у Уорлока тоже когда-то был, ты помнишь? – О! Правильно! Точно, это грипп. Должен сказать, на него похоже гораздо больше, чем на беременность. Азирафаэль слабо улыбнулся, оценив шутку. – Не о чем беспокоиться. Неделька в постели, и я буду в полном порядке. – Неделька?! Но ведь уже почти Рождество!.. – Я думал, ты его не празднуешь. – До этого года нет, искусственно выдуманный человеческий праздник. Но… ты не смейся, это глупо звучит, я знаю… я хотел... это наше первое Рождество вместе. Я хотел придумать что-нибудь особенное, необычное. Запоминающееся… – Мне так жаль, что я все испортил, мой дорогой… – Да не извиняйся ты!.. Это я все испортил. Наступил на грабли, боюсь, это уже профдеформация. Я самый большой любитель граблей… Ни в коем случае не расстраивайся! Мы можем отложить Рождество до тех пор, пока ты не поправишься. Или вообще отпраздновать Новый год вместо него. Ты просто отдыхай, а я обо всем позабочусь… Кто решил,что нельзя праздновать в постели? По-моему, пролежать в постели все рождественские праздники ужасно здорово и очень романтично. Азирафаэль улыбнулся уголком рта и поставил пустую чашку на маленький столик рядом с диваном. Кроули понял намек и снова опустил подушку, чтобы ангелу было удобнее откинуться назад. – Хочешь чего-нибудь съесть?- спросил он. – Нет, пожалуй, не стоит. – Окей. Тогда я полетел в аптеку. Ничего, если я ненадолго оставлю тебя одного? Я быстро, одна нога здесь, другая там. – Конечно, дорогой мой... – пробормотал Азирафаэль и снова закрыл глаза. – Окей. Я сейчас же вернусь. Я на минутку. Никуда не уходи! – Не пойду, – заверил его Азирафаэль и с облегчением вздохнул, когда демон перестал тараторить и скрылся с глаз долой. Он от всей души наслаждался воцарившейся тишиной, которая успокаивала его головную боль. Но Кроули действительно отсутствовал всего несколько минут – должно быть, он телепортировался прямо в ближайшую аптеку и обратно. Он начал выкладывать на стол из пакета свою добычу: разноцветные коробочки с лекарствами, плоские и объемные, большие и маленькие. – Это должно помочь при лихорадке. Это от кашля, это от боли в горле... и на всех написано, что они незаменимы при симптомах простуды и гриппа. Но я не знаю, какое из лекарств тут лучше всего, так что, возможно, будет правильно выпить их все одновременно. – Лучше не надо. – Азирафаэль провел последние несколько дней в разных больницах и поэтому имел некоторое представление о том, как правильно лечиться разными фармацевтическими средствами. – Если ты так думаешь, – с некоторым сомнением произнес Кроули и умолк, внимательно читая инструкции применения. В конце концов он остановился на одной белой таблетке, ложке сиропа, жевательной пастилке и каком-то порошке, из которого получался шипучий напиток, если залить его стаканом горячей воды. Азирафаэль безропотно все это выпил и съел. – Хочешь что-нибудь еще? – спросил его Крoули. – Принести тебе что-нибудь? Хоть что-нибудь, любую вещь на свете, ангел? – Лучше помолчи, пожалуйста, – виновато попросил Азирафаэль, очень надеясь, что его просьба не будет воспринята неправильно. Он очень хотел с головой закутаться в одеяло и подремать. Ему казалось, что это спасает от головной боли даже лучше, чем некоторые таблетки. – Ой. Ну конечно! – сказал Кроули. – Я буду рядом, если тебе что-нибудь понадобится. Рта не раскрою. Могу, например, почитать тебе, или еще что-нибудь... сделаю все, что ты захочешь. – Занимайся чем угодно, только чтобы было тихо, — слабо улыбнулся Азирафаэль. Кроули кивнул, но явно не знал, что теперь делать. В конце концов он просто намотался на стул, пробуя слиться с окружающей обстановкой и быть как можно незаметнее, и стал наблюдать за ангелом, пока Азирафаэль снова не заснул. Кроули понадеялся на целебную силу сна – очень жаль, что все так получилось, Азирафаэль не заслуживал быть таким по-человечески уязвимым и несчастным в течение целой недели. Через три часа Кроули от нетерпения лез на стену в буквальном смысле слова – он действительно сидел под потолком прямо над письменным столом Азирафаэля, наблюдая оттуда за спящим ангелом. Время от времени он спускался вниз и трогал его лоб, проверяя температуру, которую удалось немного сбить приемом лекарств, но теперь она снова ползла вверх. Еще не стоило опять соваться в Гугл – Кроули сунулся и теперь беспокоился, что Азирафаэль мог подхватить птичий грипп – это казалось правдоподобным, если учитывать некоторые особенности анатомии ангелов. Азирафаэль, конечно, попытался сгладить в нем чувство вины, но не до конца. Кроули терзался, потому что искренне считал, что Азирафаэль пострадал в том числе и по его чертовой милости, и от этого на душе скребли кошки. Видеть беспомощного ангела было невыносимо, Кроули легко согласился бы заболеть сам, если бы это могло помочь… и тут его осенило!