Кукловод

После той встречи произошло много всего интересного с точки зрения кукловода. Мусор в виде слуг в рубиновом дворце почистили и просеяли, оставив лишь тех, кто не был туп и смог правильно расставить авторитеты. Именно авторитеты. Атанасии не нужны были те, кто трепетали перед императором и только. Ведь… В конце концов трон её. Она их будущая хозяйка, госпожа. И она никогда не будет выращивать псов, способных откусить её же руку. Нет. Ей нужны рабы в полном смысле этого слова. Покорные, наивные, безропотные, послушные и фанатичные. В результате исполнения приказа императора казнили более ста слуг прилюдно. Их вели на плаху и срубали головы, солдаты императора заставляя смотреть на их смерть тех слуг, которые остались на службе. Чтоб не повадно было. Атанасию в тот день спрятали в комнате, не позволяя даже слышать об ужасной казни, но…кто они такие, чтобы скрывать информацию от того, кто всё это и сотворил? Вот именно. Лишь мусор, пешки, пушечное мясо. Оставшиеся во дворце люди смотрели ей в рот и прислушивались к её вздохам, что её устраивало. Да. Слуги такими и должны быть. Они должны понимать, что их жизнь им не принадлежит. Они бесправные. Только их госпожа имеет голос в этом дворце. Их единственной целью должно быть служение ей. «К слову… Лили так тряслась в тот день…неужто боялась за мою хрупкую психику? Мило. Очень. Но…незачем. Она у меня не просто каменная… Я и сама могу, если понадобиться, лишить человека жизни…» Император также стал намного чаще посылать Феликса в её дворец, чтобы его «ненаглядная дочь» составила ему компанию на чаепитии или прогулке. Смешнее всего было, что Клод старался смотреть на неё пугающим взглядом, но напрягались лишь Лили и сам Феликс. За прошедшее время Атанасия прекрасно поняла всю ситуацию. Что бы она не делала, император был заинтересован не столько в ней, как в дочери, как в человеке, способном смотреть ему в глаза. «Соответсвенно, не стоит упускать возможности поставить на колени этого наглого придурка с венценосной шевелюрой.» Атанасия мило улыбалась, лила медовые слова в уши императору и…играла. Пожалуй, не она была в опасности, а Клод. За её приятными щебетаниями порой можно было увидеть не слова, а раскалённую лаву, а за милыми детскими глазами, скрывался настоящий дьявол, которого никто не видел в упор. Атанасия ложилась в кровать, просила Лили почитать ей сказку и мило хохотала вовсе не от сказки. Её тело сковывало безумным азартом от такой интересной партии. «Чудно. Очень привлекательно…» Всё шло отлично…ровно до того дня, когда императора без царя в голове приказал ей сесть в лодку…

* * *

Когда день только начинался, Атанасия могла предугадать, что он будет не самым лучшим, но чтоб настолько… Итак, всё началось в тот момент, когда добровольный раб его величества, которой ещё подрабатывает отцом Ати, но довольно хреново, прискакал, как заяц. В ту секунду милашка Феликс был весь такой бледный и дёрганный, что она даже напряглась. И вот этот рыцарь бегло окинул взглядом хозяйку дворца и Лили, а потом выдал: — Его величество желает видеть принцессу Атанасию. Боже, он серьёзно так спешил из-за этого… Но, что произошло дальше…не поддаётся объяснению. Значит Лили и этот красноголовый гений, по-другому их нельзя назвать, стали перекидываться знаками: то начнут моргать часто, то руками махать, то икать. И тут принцессе, если честно, страшно стало. Она не знала — это их тараканы или глюки. Тараканы не лечится, а вот глюки выбиваются… И в какой-то момент женщина, которую Атанасия считала очень умной в отличии от других, начала говорить с Феликсом о, мать его, грёбанных динозаврах. Вы можете себе это представить? — Ах, господин Феликс! Я слышала, что гигантский дракон вновь взбушевался. Неужели это так? Феликс, надо отдать ему должное, конкретно так завис на целую минуту. Сама принцесса уже подумывала о том, чтобы подсказать ему ответ, но он оклемался. — Ох, леди Лилиан, да не говорите. Дракон словно с цепи сорвался. И что могло вызвать его бешенство? — Божечки, ужас. «Хей, вы про императора своего так говорите… Хотя…а мне нравится». Вот честно, не знаю зачем, но Ати сказала следующее: — Феликс-Феликс! — Он обратил на златовласую внимание. — А чья псина взбесилась? — И глазки милые-милые. — Ха-ха-ха…! Первая принцесса империи вздрогнула. Лили и Феликс замерли и никак не могли смеяться. Кто? Где? Голос низкий, бархатистый и опасный. Ати напряглась — ей не нравилось всё это. — Лили? — Д-да, принцесса? — Она всё ещё тормозила после моих слов, но сумела прийти в себя. — Ты слышала, кто-то смеялся! Слышала? — Мм? Нет. Никто не смеялся. Девочка нахмурилась и сказала этим людям, что точно слышала смех. — Принцесса, вам точно показалось. Кто же мог смеялся над вашими словами? — А? Ты о чём? Феликс, о каких словах речь? «Давай же, повтори. Я же вижу, что тебя трясёт от смеха…» — О…О животном. — Ясно. Ну, пойдем? Лили кивнула, взяв ребёнка на руки зачем-то, и они отправились в гости к Клоду, решившим стать порядочным отцом. Миссия изначально провальная, но ладно… А вот Феликс… Какое-то время он держался, но спустя минут двадцать, он громко хохотнул. Я услышала слова о собаке и улыбнулась. Лили тоже улыбалась. Кажется, Атанасия подняла им настроение. Показался дворец Клода и он сам, развалившийся на прекрасном кресле. «Слушайте, а кто мне теперь настроение поднимет?» Заметив принцессу, император встал с стула, и, подойдя к девчушке и подхватив её за подмышки, он сказал одну единственную фразу: — Мне кажется, с нашей последней встречи ты пополнела. — Хе-хе, ты тоже очень красивый. «Кстати, мистер самый красивый, а вас как? Ногами или головой выносить в гробу? А то, больно много говорите.» — Я собирался на озеро. «Неужто здравая мысль? Утопиться решил?» — Ты должна постараться развлечь меня. «Тебе что: лопатой по лицу или топором по башке? Ещё в меню услуг, предоставляемых мной, есть уничтожение самооценки и простое «голову с плеч!», что выберете?» Атанасия смерила его холодным взглядом, желая убить его им. Как же её раздражал этот правитель. Её глаза сияли…раздражённостью и ближайшей клятвой придушить папочку. Однако Лили, державшая её за руку, задрожала, крепче хватая её ладонь. — Ваше Величество…может быть не стоит подпускать принцессу к воде…? — Раз она со мной — боятся нечего, разве не так? И вот хотелось бы согласится, но разум не дал это сделать. Лили и Феликс стали сканировать принцессу взглядами, словно накладывали на неё ещё тонну молитв и мольб том, чтобы девочка вернулась целой. «Хэй… Ребята, да вы не на того молитвы шепчете…» — Так что ты решила? «А? Чего ты у меня спрашиваешь? Решил воспитанным сделаться?» — Конечно~ Ати хочет плюх-плюх! Клод подошёл ко Ати и взял её на руки, охватив её грудную клетку ледяными пальцами. Посадив девочку на сиденье, он сам уселся напротив, все не спуская глаз с «дочери». Почему-то ему вспомнилось его первое катание на лодке. Вместе с матерью этого ребёнка — Дианой. Тут его прошиб холодный пот. Император нахмурился, сгоняя с себя странное предчувствие. И вот, всё-таки, стоило прислушаться к своим ощущениям… Лодка тихо качалась, а Ати думала. По рассказу, который она читала, это озеро кишит монстроподобными лианами… «А что если нам сыграть в игру?» Клод снова вздрогнул, а Ати мило улыбнулась, спрашивая своего отца: — Не хотите вместе с ати сыграть в одну очень интересную игру?