Кукловод

Правильно говорят: лиса хитра, да хитрей тот, кто её словит.

День, когда Ати вернулась во дворец

Клод смотрел вперёд, подпирая подбородок левой рукой. Он ожидал, когда наконец снобы-аристократы начнут говорить по делу. Собрание высших аристократов, которое сейчас проходило, было необычным, из-за того, что было необходимо вводить экстренные меры из-за дождей, в следствие которых несколько деревень почти затопило. Лицо императора всегда выглядело одинаково, поэтому иногда казалось, что Клод постоянно испытывает один и тот же спектр эмоций, но лишь по плотно сжатым челюстям можно было судить о его раздражённости. К счастью собравшихся, и Феликс, и Роджер Альфиос прекрасно различали степень опасности императора. Хотя, это скорее сам Обелия позволял им спасать тушки этих раздражающих циркачей. Роджер Альфиос был умным человеком, но все понимали, что он также и чересчур алчный. Впрочем, он был чист на руку, на бумагах это было так, а значит и обезопасен. Мужчина со светлыми перламутровыми волосами смотрел на императора блестящими янтарными глазами. По другую сторону от него сидел герцог Робейн, который, как полагал Клод, присутствовал здесь лишь ради того, чтобы не пропустить момента, чтобы укусить руку, которая столько лет его кормит. Шмаль. Да и к сыну он не питал положительных чувств, лишь формально здоровался с ним. Его руки были сомкнуты в замок и буквально вжаты в стол из красного дерева, чтобы скрыть дрожь от взгляда императора. Жалкий пёс, по мнению Клода, вообще не должен был быть допущен до собрания, но он сумел оказаться полезным. Несмотря на напряженное настроение присутствующих, Клод лишь ухмыльнулся, всё забавляясь с такой быстрой смены настроений: то они слишком важничают, то трясутся, как дичь в ловушке. К слову, он не горел желанием беседовать с ними со всеми часами. Да и понаблюдать за мелкой принцессой, так похожей на Диану было бы интереснее. Его дочь была гораздо занятнее и интереснее, чем несколько десятков аристократов, которые были не больше, чем расходный материал. Простой народ бунтовал, требуя от власти помощи, и сейчас сам правитель был зол, ведь дворяне подумали, что решат всё, но в итоге…как всегда. Мусор пользу принести не сможет, если это человек. Им бы балы устраивать и кичиться золотом, а не мозгами. А ведь его родители и брат…были такими же. Желали признания дворян, но не считали простых людей теми, ради кого стоит хоть немного постараться. Однако не было причин для беспокойства. Исполнительный комитет был полностью в его распоряжении, а значит и дворяне лично дали ему свои поводки. Клод знал, что они не лишены голов. Пока, а значит и не будут нарываться, что немного радовало. Несмотря на то, как он уничижал дворян, что придерживались консервативного направления в политике — прямо как и его почивший брат, люди теряли остатки самодовольной веры в свою исключительность и между смертью и послушанием выбирали второе.  — Ваше Величество, — раздался голос Роджера, который немного улыбался, глядя на перепутанных коллег. — время, что вы нам дали подошло к концу и мы можем предложить вам решение проблемы. — Должен ли я тебя похвалить за такую эффективность? — холодно поинтересовался Клод. — Впрочем, — он показал ему раскрытую ладонь, останавливая почти заговорившего герцога. — это был риторический вопрос. Но, признаться, я не был до конца уверен, что вы и впрямь сумеете найти решение, которое хоть как-то поможет. — он окинул всех взглядом, а Роджер скрипнул зубами, ненавидя этого императора, что удумал ввести в стране законы для народа. Разве народ должен быть в приоритете, а не они, что платят налоги за бедняков и тратят своё время на таких как они? Услышав это, Феликс растянул губы в слащавой улыбке, которую можно было бы назвать красивой, если бы она не означала ненависть рыцаря к аристократам, в особенности к отцу. А он вздрогнул. — Деревня Нотгорн… — нарочито задумчиво продолжил Клод. — место, которое должно быть полностью восстановлено в кратчайшие сроки. Она стоит около границы и имеет значение для империи. Конечно, её полное уничтожение упростило бы задачу защиты границы, но гораздо продуктивнее позволить людям там работать, чтобы у гарнизона была возможность быстро пополнять продовольственные запасы, расплачиваясь с местными жителями монетами. — он бросил взгляд на маркиза Шмита. Генерал армии и безнравственная мразь, желающая видеть в других поклонение себе. В армии он устраивает адские игры тем, кто слушает закон, а не его. Вот только…выгоды убивать его нету. Он единственная нить с тем, что происходит в теневом бизнесе Обелии. — Также в скором времени будет реализован новый закон в военном кодексе. Полагаю, все согласятся с тем, что необходимо подавить дедовщину среди солдат. Нету никакой пользы от того, что в армии существует деление не на «сильных и способных», а на «властных и жадных». Подобное лишь ослабляет империю.  — Конечно, ваше величество, — ответила женщина — графиня Джудит, слегка склонив голову. — Это поистине гениально, мой император, — просипел Робейн. — Ваше величество, — Роджер улыбнулся, привлекая к себе внимание. — Позволите мне высказаться насчёт помощи деревням? — он послушно склонил голову, не поднимая взгляда на монарха. — Позволяю, — Клод взмахнул рукой, предоставляя слово герцогу Альфиосу. — Деревня Нотгорн находится близ великого обелийского плато, а прямо там располагаются и горы Льерра. Все мы знаем, как плодородны эти места и едой, и древесиной, и нефтью. — он указал пальцем на карту империи, что украшала стол собраний. — Если вы допустите использование этих территорий, то деревни будут способны восстановиться в рекордные сроки. Древесина будет использована для отстройки повреждённых домов и постройки плотины на реке, но только теперь она будет укрепляться металлическими платинами, дабы не повторить печальный опыт своей предшественницы. Еда не станет лишней, к тому же рядом с этой деревней находятся пограничная база… — Так ты хочешь, чтобы запрет на территорию обелийского оазиса был снят? — топазовые глаза потемнели как минимум вдвое от раздражения, не отобразившегося на его лице. — Вы как всегда проницательны, ваше величество. Эти территории отличный шанс исправить положение деревень. — начал поддакивать герцог Робейн, стараясь не смотреть на Клода и Феликса, стоящего за спиной императора. — Да, это отличное решение, что вы решите, ваше величество? — с придыханием ответила графиня Джудит. Её слащавый голос вызывал рвотные позывы. — Я вас всех выслушал и принял решение. — Клод немного улыбнулся, наблюдая, как аристократы едва ли не облизывались от возможного обладания такой плодородной землёй. — Я поступлю, как герцог и предложил, но с одним изменением. — в зале повисла пауза, которая не помогала дышать нахмуренному Альфиосу. — Земля Оазиса должна существовать и после нас. К тому же, вы все и так заняты во благо империи. Я ценю это. — Клод лил им в уши мёд, уже зная. исход собрания. Феликс молчал, внутренне посмеиваясь над ними. — Поэтому я решил, что предоставлю это дело государственной важности молодому герцогу Робейну. — Простите? — герцог Робейн побледнел, глядя на собственного сына. — А что не ясно? — Феликс весело улыбался, видя страх и растерянность на лице родителя. — Мне, ка будущему главе семьи Робейн, и как доверенному человеку его величества Клода, поручено проконтролировать, чтобы та нефть, о которой упомянул великий герцог Альфиос, осталась нетронутой, а древесина пошла на благо народа, а не кошельков. — Мальчишка… — начал шипеть герцог, но его остановил сам Клод. — Для вас всех он «господин Феликс». — он изобразил скуку, зевая. — Не он ли отговорил меня от вашего убийства? — Простите меня, ваше величество. — трясясь проговорил Робейн. — Извинись перед тем, кого ты назвал мальчишкой. — Клод веселился. — Простите меня, господин Феликс. — мрачно процедил дворянин, стреляя глазами в сына. — Не беспокойтесь, герцог Робейн, я в силах не заметить вашу промашку. — Феликс улыбнулся, смотря на отца взглядом ледяного ада. — В конце концов у всех бывает сложный день. — Рад, что вы понимаете. — Раз все так легко разрешилось, то собрание окончено. — Клод не хотел больше наблюдать за попытками друга сдержаться. Но и понять он его мог. Наверное. Герцог Робейн — напоминание о том, кто он такой. Это очень важно для человека, который так боится утерять свою сущность. — Я дам вам знать, когда понадобитесь, — Блондин взмахнул рукой, позволяя дворянам покинуть свои места, и комнату собраний в целом, таким образом выпроваживая из своего дворца этих лицемеров. Как только двери закрылись и Клод было подумал, что сможет отдохнуть от всего этого, раздался стук. — Феликс, это кто? — он прикрыло глаза, чувствуя, как голова начинает болеть всё сильнее. — Не имею и малейшего понятия, ваше величество. — Рыцарь приоткрыл дверь, узнавая, кто пришёл. — Но он сказал, что великий маг. — … — Клод размышлял, что ещё сегодня произойдёт. Солнце погаснет? Наступит конец света? — Впусти его, а сам за дверью подожди, посмотрим что произойдёт. — Да, ваше величество. — Фелкс послушно выполнил указ, не смея противиться воли правителя. Когда двери с изображением золото деревца открылись, а шаги стали чётко слышны, Клод наконец увидел незваного гостя, оставаясь с ним один на один. — Решил вернуться, маг? — голосе почти физически ощущался сарказм и ядовитая насмешка. Лукас сощурил глаза, улыбаясь понимающей улыбкой. Его волосы были собраны в высокий хвост, а сам он был в своей любимой мантии, которая так отлично подчёркивала его превосходство. А этот царёк не поменялся. Всё такой же ёж с иглами. — По-моему, тебе, ваше величество, от такого поворота событий будет лишь лучше. — Лукас свободно прошёл к столу, садясь напротив собеседника. — Кажется, сейчас дворцового мага нету? И как же башня стоит без хозяина? — Я не жил тысячу лет, но не мог не заметить твои визиты на мою территорию. — Клод был холоден. — Так что прекрати игры. Зачем ты здесь? — Расширение территории. — властно проговорил маг, придавая своему голосу манерный тон. Лукас ухмыльнулся, глядя на то, что император всё равно согласится. Великий маг на дороге не валяется. — Твоей империи от этого хуже не станет точно. я ясно показал плюсы этого решения, а если ты не можешь совладать с собой и не хочешь сотрудничать со мной, то воспользуйся услугами врача.  — ледяным голосом ответил черноволосый, забавляясь с недовольства царя. — Хочешь похвалы? — Что ты. — забавлялся сам Лукас. — Хвалить меня — это не право, а привилегия. — Ты совсем не изменился. Как бесил меня, так и бесишь. — Ой, как неловко-то… — он пожал плечами. — Это люди меняются ради меня, а не я ради них. Так каков твой ответ? — Забирай ты свою башню. Моё мнение не требовалось все эти года, а сейчас вдруг понадобилось. Я с тебя глаз не спущу. — Император, не переживайте так. — он расслабленно облокотился на стул. — Я всего-то буду наставником принцессы. — Вот зачем тебе моё разрешение. — вздохнул Клод, меряя его ледяным взглядом. — Она принцесса. Одна её жалоба и ты лишишься этой должности. — Ясненько. — он встал из-за стола, весёлым шагом направляясь к выходу. — Но, Клод, — он обернулся к мужчине, смотря на него красными глазами. — чёрная магия не лучший способ избавится от проблем. А он замолчал. Клод не хотел говорить об этом даже с самими собой в мыслях. Он не ради этого использовал магию.

* * *

День выдался отвратным. Как только Атанасия была найдена Лили, её тут же подхватили на руки, не слушая и слова. На улице светило весеннее солнце, но даже оно лишь мелькало в тот день, в череде хаотичных движений людей вокруг. Принцесса отчасти понимала, почему её няня так себя ведёт, но такая гиперопека целый день подбешивала. Ещё больше её бесило другое. Лукас. Этот неадекватный маг исчез у неё на глазах, называя себя новым дворцовым магом. Только бы его погнали взашей. Из-за воспоминаний о самодовольном придурке с симпатичным личиком, она почувствовала зуд где-то внутри своей головы. Это наваждение было мимолётным, но его хватило, чтобы знатно насторожить Ати. Её личные демоны начинали свой танец с огнём. И, чёрт возьми, она очень хотела верить в то, что черноволосый никак не связан с этим. Его вообще не должно тут быть. Мысли прервались ироничным смешком и резким появлением в воздухе запаха мяты. — А вот и я, принцесса. — она обернулась, натыкаясь взглядом на рубины волшебника. Он издевательски смотрел на неё, словно доказывал, что он сильнее. — Поздравь меня, я теперь главный маг Обелии. — Неужели ты не использовал никаких хитростей? Жухлил и обманывал отца? — выплюнула Ати, зная, что рядом нет никого из её слуг. — Как мило. — Лукас растянул губы в улыбке, явно издеваясь над ней. — Но в магии мне равных нет, так что увы и ах, я лишь позволил твоему отцу увидеть крупицу моей силы. Я не просто так являюсь архимагом, милая. — Я тебя ненавижу, сгинь. — Оу, принцесса, я тронут. — он приложил руку к груди, приближаясь к ней ещё сильнее. В опасную близость. Для обоих. Атанасия быстро просканировала местность вокруг. Обстановка для побега, который она когда-то отмела, как неподходящий вариант, была не слишком хорошей. Они были в садике, и никого, кроме них, там больше не было. Для маневра, который она продумала, нужны были люди, иначе она не успеет и шага сделать, как Лукас поймает ее. Лукас кошачьей походкой направился ко дворцу, знаком показывая ей ити следом. — Идём, — его тон был безапелляционным. Она с вызовом посмотрела на него и последовал следом, не обращая внимания на его смешки. Прийдя в огромную гостиную, Лукас развалился на диване, наблюдая за растущим негодованием Атанасии. Ему было интересно, как она себя поведёт. Маг повернул голову и посмотрел на блондинистого ребёнка. Она молча смотрела в окно, устроившись в кресле. Ее лодыжки были аккуратно скрещены одна за другую. Правая рука лежала на подлокотнике, а голова была откинута назад и чуть повернута в сторону окна. Весь ее вид излучал безразличие ко всему происходящему. Он отвел от нее взгляд, негромко смеясь с ситуации. Забавно видеть, как она пытается доказать, что властнее его. — Милая, так какую игру ты подготовила? — Прости? — спросила она. Он указал на неё и книгу, в которой виднелось множество закладок, помеченных красными крестиками. — Ты не сумеешь просидеть тихо, учитывая недавние события. Так поделись игрой. Мне скучно. Блондинка повернулась к нему и скрестила руки на груди, не обращая внимание на то, что сейчас это выглядело смешным. Она с восьмилетним телом и этот клоун, выглядящий лет на двадцать. — Как будто меня это волнует. Скучно, так уйди уже. — Ати очень метко бросила в него скомканный листок бумаги, попадая прямо в голову. Она делала это назло, он знал это. А она была горда. Хоть немного, но она отомстила. — Насколько я бы ни наслаждался видом тебя в этой комнате, милая, но ты должна мне, я ведь жизнь тебе спас. Я ясно выразился? Это не обсуждается. Будь поласковее, принцесса должна быть доброй. — Единственный человек, которому я должна — это только я сама. — прошипела блондинка — Тебя никто не звал во дворец. Свои диктаторские замашки ты можешь направлять на своего Леонардо, а меня оставь в покое. И будь моя воля, я бы сбежала, как только смогла бы. Он резко повернулся и посмотрел на нее. Улыбнулся, поднимая руку. Она тут же осеклась. Минуту они смотрели друг на друга. Лукас мазнул пальцем по воздуху, зажигая на нём магию. Потом подошёл поближе к ней наклонился вперед и резко схватил ее пальцами за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. Она пыталась вырваться, но было бесполезно. Он начал говорить, и она почувствовала, как свет от его руки тянется к её голове. Чёрт, неужто магию использует на ней. — Ты будешь жить в рубиновом дворце и никуда не сбежишь до тех пор, пока я не разрешу тебе это сделать. Он резко отпустил ее голову и улыбнулся ей одной из своих улыбок. — Вот теперь я использовал силу, А-т-и. — Ах ты властный ублюдок. Какого черта ты сделал? — Применил силу, как ты и говорила. Я же диктатор? И следи за своим языком, или я опять применю давление, и тебе это не понравится. — Он предостерегающе указал на нее пальцем. — Ты использовал на мне магию и подавил меня. — Тяжелые времена требуют крайних мер, Ати. В том, что это произошло, виновата только твоя собственная язвительность. Нечего нападать на меня. Принцесса отвернулась и начала смотреть окно, в котором садовник подрезал кусты с розами. Воткнуть бы шипы в глаз этому волшебнику. — Если ты думаешь, что тебе это хоть как-то поможет, то ты ошибаешься. Я не подчинюсь и не стану тебе клоуном. Я буду делать лишь то, что захочу сама. Он повернулся и посмотрел на ее профиль. А затем наклонился и прошептал ей на ухо, так что от его голоса у нее по телу пошли непозволительные мурашки: — О, принцесса, я не сомневаюсь в вас. Я знаю, что вы крепкий орешек. И я намерен насладиться каждым мгновением нашего с тобой противостояния. Согласись, это весело и точно не скучно. Атанасия посмотрела на него и почему-то не могла отогнать от себя мысль о том, что у неё не получится избавится от него. Вообще не получится. И лучше им работать вместе.