Случайный свидетель

- Яков, - Анна впервые за все время их совместных обедов сидела не напротив него, а рядом, - а тебе не кажется, что чего-то не хватает? Штольману, успевшему за последние полчаса приобщиться к мистике, узнать тайну девушки и пережить приступ её истерики, сейчас не хватало именно таких минут неторопливой трапезы и ощущения любимого человека рядом. - Нет, не кажется, - честно ответил следователь, отодвигая тарелку. Мужчина посмотрел на любимую, увидел в глазах нотки озорства и поправил выбившийся из причёски локон. Анна замерла на несколько секунд от неожиданной ласки, но потом все же продолжила: - А мне кажется. Кроме тебя, я сегодня не видела ни одного человека из твоего подразделения, - спокойно высказалась девушка. Однако в её словах и на лице не было злости или досады. Она говорила о конкретной ситуации, но не упрекала. А майор почувствовал себя идиотом. С Мироновой он виделся каждый день и периодически путал даты её занятий и отправлял все подразделение на задания. Сегодня, правда, и так всем хватило работы, но девушку можно было хотя бы предупредить. - Извини, служба. Расследований в последнее время много, - попытался пояснить майор. - Я все понимаю. Тогда, может быть, вечером, когда ты соберёшь всех своих, я после этого проведу пару? - предложила Анна, просительно заглядывая в глаза Якову. Под влиянием голубых глаз Штольман согласился и на эту авантюру. Пары по английскому были явно безопаснее прогулок девушки за духами или участия в расследованиях. А вечер, если им повезёт, у них никто не отнимет. - Давай, - согласился мужчина, наблюдая, как глаза девушки снова начинают сиять. - Спасибо, - проговорила Аня, тепло улыбнувшись. От её радости Штольману тоже становилось светло на душе. - Яков Платонович, Анна, как хорошо, что я вас застал! - за их столик плюхнулся Коробейников, осмотрелся в поисках воды, ничего подобного не обнаружил и расстроенно продолжил: - Я обошел все салоны и нашёл его! Майор мрачно посмотрел на помощника. Опять тот не вовремя! Правда, ситуацию смягчила Миронова, медленно проведя ладонью по руке Якова и в итоге взяв пальцы мужчины в свои. Желание отправить Коробейникова на завтрашнее дежурство вместо приёма у мэра пошло на убыль. - Кого его? - поинтересовался Штольман, пытаясь соотнести сказанное Антоном Андреевичем с проверкой информации об учёбе студенток-заочниц, живущих в "Пролетарской", на которую и был направлен капитан. - Как кого? - удивился Коробейников. - Мастера, который набил татуировку на шее "греку". Он говорит, что делал татуировку одному мужчине, именно его видели у жертвы. И даже координаты того человека дал! Антон Андреевич сиял примерно так же, как и Анна Миронова пять минут назад. Штольману же показалось, что человек, которого они не могут задержать уже два месяца из-за того, что следов он не оставлял, не мог так топорно проколоться. Майор собирался уже сказать об этом, как в диалог вмешалась Анна. - Это не он, - уверенно сказала она. - Почему? Девушка не ответила, её взгляд был устремлен куда-то в сторону, мимо мужчин. Яков почувствовал, как напряглась его любимая, как похолодела её рука. Анна побледнела и говорила, обращаясь к кому-то невидимому. - Покажите его! Но почему? Не бойтесь, тогда он не сможет навредить. Прошу вас, покажите мне его! - уговаривала кого-то девушка. Неожиданно Анна задрожала, схватилась свободной рукой за стол и глубоко и часто, словно после марафона, задышала. - Что с тобой? - забеспокоился Штольман, чувствуя, что теперь его слышат. - Что тебе сказали? - спросил Антон Андреевич, понимая, что девушка только что говорила с духом. - У него нет татуировок на шее, последняя жертва видела его со спины, - пояснила Анна капитану, а затем обратилась к Якову Платоновичу: - Все хорошо, просто нужно немного посидеть. Штольман обнял Анну и отослал капитана привести мужчину с татуировкой в отделение. Мало ли, чего ещё обнаружит его помощник. Правда, после этого приказа майор спохватился: - Антон Андреевич, а что со студентками? - Ничего особенного, все подтвердилось. И про зачёт, и про причуды преподавателя. Яков Платонович так и думал. Спустя десять минут он уже провожал пришедшую в себя Анну до гостиницы и направлялся в отделение.

***

Илья Петрович расположился напротив Кирилла Разумовского. - Я же просил Вас не приходить без особой надобности в это место, - недовольно протянул Разумовский, окинув сердитым взглядом Увакова. - Это именно тот случай, - с удовольствием пояснил подполковник. - В телефоне госпожи Мироновой обнаружилась одна очень интересная запись. Мужчина включил воспроизведение файла, комната мгновенно наполнилась звуками гостиничного быта: бряцанием посуды и передвижением предметов. - А если ты попробуешь хоть что-то пикнуть, то, - угрожающий голос Разумовского был четок и легко узнаваем. - Кирилл Владимирович, как можно! Не волнуйтесь, никто ничего не узнает. Я открою Вам пожарный выход, и Вы спокойно уйдёте, камер там нет, - отвечала Фаина. - Но если рядом с входом меня будут ждать менты, то твой щенок ничего не получит, - пояснил Князь. Разумовский выругался. Значит, эта дура Фаина прозевала момент, когда Миронова вернулась в гостиницу. А какой преподавательница подавала себя! Мягкая, добрая, кроткая, слова лишнего не скажет! Да актриса не хуже Нины! А сама-то... Кто же в итоге на кого вёл охоту? Разумовский на Миронову или Миронова на Разумовского? Эта духовидица играет на стороне Штольмана. Конечно, запись мало что может доказать, но если Анна Викторовна дотошно поговорит с духом Фаины, то всей империи Кирилла Владимировича может прийти конец. Уж Штольман своего не упустит... По крупицам все восстановит из пепла. - Благодарю за службу, Илья Петрович! - Разумовский задумался и поспешил выставить вон исправно выполняющего свои задачи Увакова и позвал Жана. - Миронову нужно убрать, - приказал он Лассалю. Лучший медиум - мёртвый медиум. С того света Анна вряд ли сможет передать весточку. Француз, давно ожидавший этого приказа, кивнул и даже потёр руки в предвкушении. - А Штольмана? - уточнил он. - А Штольман пусть помучается, после смерти Анны ему будет не до нас, - Разумовский уже выяснил, что Миронова участвовала во многих расследованиях и с её помощью много кто оказался за решёткой, кто-то из них уже вышел. Так что будет достаточно материала для работы полиции. - Только сделать это надо на виду у всех, но очень тихо. - Я Вас понял! - ответил Жан, придумывая, как это можно осуществить. - Разрешите привлечь Нину к делу? Нежинская, влюблённая в Штольмана, как кошка, была далеко не дура и наверняка уже поняла, что с господином следователем ей ничего не светит. Лучшей помощницы, чем обиженная и готовая на месть женщина, не сыскать. - Разрешаю. Действуйте, Жан, - проговорил Кирилл Владимирович, с наслаждением закуривая сигару.

***

Пётр Иванович находился в поиске вдохновения для очередного заказа и пододвинул поближе бокал с коньяком. Привычные его музы - Зизи и Аннет - были слишком заняты. Супруга была на работе, а племянница наверняка проводила время в компании следователя. Впрочем, с последним предположением Миронов-младший явно поторопился, о чём свидетельствовал входящий вызов от абонента "Будущий зять". Штольман просил мужчину о встрече и уже через час стоял возле квартиры Мироновых. - Добрый день, Пётр Иванович! - поздоровался следователь. Выглядел он крайне задумчивым и встревоженным. - И Вам не хворать, Яков Платонович! - ответил удивлённый Миронов. Он терялся в догадках о целях визита кавалера племянницы. Руки обычно просят у отца, а не у дяди. Да и в таком случае Пётр Иванович наверняка бы был предупреждён Анной. Эту новость девушка не стала бы скрывать. - Проходите на кухню! Полагаю, речь пойдёт об Аннет? Яков Платонович не удивился подобной проницательности и кивнул в знак согласия. - Да, об Анне. Точнее, об её даре. Вот Вы в общение с духами верите? - с долей нерешительности в голосе спросил мужчина. Пётр Иванович окинул изумлённым взглядом следователя. В своей жизни он частенько рассказывал о мистицизме, о духовидении, о медиумах, но обыкновенно это служило поводом для развлечения людей или для поддержания светской беседы. Лишь Аннет воспринимала эту информацию всерьёз, поскольку сама была живым подтверждением реальности общения медиума с духами. Но в то, что подобной темой заинтересовался Яков Платонович, материалист, скептик до мозга костей, было сложно поверить. Что такого сотворила племянница с этим мужчиной?! - И верю, и видел, - подтвердил Миронов, раздумывая, как бы доступнее объяснить ситуацию. - Только вряд ли Вам будет этого достаточно. Ответьте Вы мне, Яков Платонович, верите ли Вы в физику? Теперь уже Штольман был удивлён, но отозвался практически сразу: - Разумеется. Физика - это наука, наблюдения, измерения, факты, наконец. - Вот! - обрадовался Пётр Иванович, найдя верное толкование. - Измерения! Вы же знаете, что у любого прибора своя чувствительность? Так вот, Аннет - натура тонкая, она способна увидеть и почувствовать то, что другим не под силу. У нее как бы другой порог чувствительности, более высокий. Понимаете? Судя по выражению лицу Якова Платоновича, тому никогда бы не пришло в голову рассматривать любимую женщину в качестве своеобразного "прибора".  В глазах отражался мыслительный процесс и доли сомнения. Наконец Штольман произнес: - С такой стороны я об этом не думал, - признался он. - А Вы подумайте, подумайте! - настаивал Петр Иванович. - Но Вы правы, в этой сфере много жульничества. А у Аннет дар настоящий, очень сильный. Она может видеть духов, говорить с ними, правильно толковать их ответ. Взгляд следователя вновь наполнился тревогой и беспокойством.  - А не общаться с ними она может? Неизвестно, о чем её могут попросить и кому могут быть полезны эти знания. Теперь уже заволновался Пётр Иванович. Коль разговор принимает такой оборот, значит, Аннет успела ввязаться в новую историю и ничего не сказала! Всю юность девушки любимый дядюшка, которому не чужд дух авантюризма, провел весьма бурно. Откуда он только не вытаскивал Анну! Подвалы, старые дачи, крыша высотки, склеп на кладбище составляли лишь малую часть боевого прошлого племянницы. Иногда Пётр Иванович думал, что у Аннет очень сильный ангел-хранитель, раз девушка дожила до своих двадцати шести лет целой и невредимой. - Игнорировать духов нежелательно, - пояснил Миронов. - Они, видите ли, крайне мстительны и стараются добиться своего любой ценой. Земные законы на них не действуют и призвать их к порядку крайне сложно. Штольман явно принял услышанное к сведению и продолжил: - Анна рассказала о неудачной попытке игнорирования духов. Это на самом деле так серьёзно или подростковый возраст исказил её впечатления? Пётр Иванович в первый момент даже растерялся. Об этой истории в их семье не принято вспоминать. И если Аннет рассказала о ней, значит, по-настоящему доверилась сыщику и поведала, как в свои шестнадцать лет, не желая подчиняться воле духа, чуть не погибла. - К сожалению, не исказил, - развёл руками Миронов и добавил, пристально посмотрев в глаза сыщика, - Вы берегите Аннет, Яков Платонович. - Непременно, - пообещал Штольман. - Вот за это и выпьем! За Аннет! - предложил Миронов. Мужчины опустошили бокал за отсутствующих здесь дам, посидели еще немного и разошлись по делам. А Пётр Иванович приобрёл ещё один повод для размышлений.