Лю Цинге и иные неприятности

      Создавая Мобэя, Шан Цинхуа никогда не думал, что однажды станет его супругом. В ледяном демоне воплотились все его самые смелые мечты и фантазии: и холодный нрав, и крепкий стан, и большой… кхм. Мобэй Цзюнь стал ожившим фетишем для писателя, идеалом партнера. Точнее партнерши, просто делать ледяного короля женщиной – означало бы отдать его в гарем Ло Бин-ге, чего Шан не мог допустить. Поэтому демон вышел именно таким, какой он есть сейчас.       Размышления писателя прервал очень «любимый» звук Системы:

«Пользователь, для вас есть вопрос: как проходила ваша первая ночь с Мобэем?)»

      Скобочка? Это правда скобочка в конце? У его Системы произошел сбой, или она переобщалась с Сири Шень Цинцю?

«Минус десять баллов за оскорбление моей девушки!»

      У Цинхуа отлегло от сердца. Это точно его су... супер прекрасная Система. Отнимает баллы по поводу и без. Но что касаемо вопроса… У писателя не было четкого ответа. Да и кто вообще придумал этот вопрос? Вот точно чувствовал, что подписывался на очередной геморрой, когда соглашался пройти опрос. - Что ж, Система, записывай… - обреченно произнес Шан Цинхуа. – Мой король был нежным…

***

      Брачные ритуалы демонов почти не отличались от людских, и причина этому была лень Шан Цинхуа. Он не стал придумывать ничего нового, оставляя очередную сюжетную дыру на этом месте, скромно описав свадьбу Ло Бинхе и девы Ша, перейдя к самому главному – па-па-па. Теперь ему самому предстояло пройти через все эти поклоны, клятвы и испития вина, и, сказать по правде, Цинхуа радовался своей лени. Соблюдать жуткие демонические обычаи совсем не хотелось. У него даже мысль о брачной ночи вызывала тихий ужас и громкую панику. Еще и Система издевалась над ним. И как тут быть уверенным в себе? К братцу Огурцу обратиться за советом? Да-к, пошлет же. Расстроенный Шан Цинхуа сел на кровать, растеряно теребя края красного свадебного одеяния. Мобэй скоро вернется, а он, теперь его супруг, так и не смог настроиться. Что делать? Может стоит довериться мужу? Он же не сделает этому Цинхуа больно…       Ледяной демон вошел в их спальню, тут же направляясь к постели, на которой сидел писатель. Тот неосознанно сжался, все еще не веря в реальность происходящего. Мобэй Цзюнь осторожно коснулся щеки супруга, обжигая ее прохладой ладони. Писатель прильнул к ней, словно котенок. Невинная ласка помогла немного снять напряжение в теле, а нежный поцелуй выветрил все посторонние мысли из головы, оставляя блаженную пустоту. Шан Цинхуа неосознанно тянулся в след за мужем. Мобэй Цзюнь не сильно толкнул супруга на постель, нависая сверху.       Демон не спешил продолжать, рассматривая мужчину под ним. Беззащитный, маленький и хрупкий. Как такое нелепое чудо могло забрать его сердце? Мобэй Цзюнь осторожно потянул пояс ханьфу супруга, распахивая его и многочисленные слои под ним. Он осторожно провел ладонью по груди мужчины, вызывая судорожный всхлип, когда ногтем задел бусину соска. Цинхуа смял простынь в кулаке. Он извивался, пытаясь уйти от нежных рук, от жуткого желания, которое только распалялось от действия мужа. Глаза писателя затянула пелена желания. Он сам не до конца понимал, чего хотел.       Мобэй Цзюнь провел дорожку поцелуев от кадыка до ключиц, оставляя влажный след и срывая еще один тихий стон. На штанах Цинхуа в районе паха виднелось мокрое пятно, выдавая возбуждение. Член болезненно потирался о ткань. Неискушенному в интимных ласках телу не нужно было многого, чтобы возбудиться. Демон избавил супруга от остатков одежды и провел рукой по аккуратному столпу. Цинхуа хватило пары минут интенсивных движений, чтобы излиться в руку мужа. Из-за этого его затопил стыд, лицо можно было сравнить с цветом свадебных одежд. Мобэй, казалось, на это не обратил никакого внимания, продолжая ласкать тело мужчины.       Чтобы отвлечься от конфузной ситуации, Шан Цинхуа принялся судорожно снимать одежды с мужа, но тот перехватил его ладони и мягко прижал к постели, уже самостоятельно скидывая с себя слой за слоем. Писатель хотел как-то помочь супругу дойти до разрядки, но терялся, а потому ему оставалось только лежать, задыхаясь от удовльствия. Чисто теоретически, Цинхуа знал, как и что нужно сделать, но вот применить свои знания на практике оказалось сложно. Когда Мобэй поцеловал внутреннюю часть бедра, заклинатель крепко вцепился в его плечи, чтобы остаться в сознании, до того было хорошо. Казалось, он достигнет небес во второй раз только от одних поцелуев любимого демона. Когда муж остался совсем без одежды, лорд пика Аньдин осмотрел его тело пьяным взглядом, чтобы оценить масштабы бедствия, после чего еле слышно псикнул. Простите, а как ЭТО войдет в бедного и маленького Цинхуа? Кто наградил демона такими размерами? Ах, да, это был он сам.       Несмело коснувшись рукой крупной головки, заклинатель осторожно погладил ее, после чего провел пальцами по всей длине органа. В противовес постоянно холодному телу, член Мобэя был горячим, бархатным на ощупь, а у основания виднелись темно-синие чешуйки. Пальцы едва обхватывали ствол демона, и один только вид этого будоражил воображение. Собрав остатки воли в кулак, Шан Цинхуа стал надрачивать мужу. На утро его точно затопит стыд, но сейчас он старался вести себя как можно более открыто, желая получить как можно больше удовольствия, и доставить его партнеру. Тихий рык со стороны мужа подтверждал, что заклинатель делал все правильно. Мягко толкнув демона в грудь, Цинхуа намекнул ему, чтобы тот перевернулся на спину. Мобэй послушно исполнил немую просьбу любимого, и тот, оказавшись сверху, склонился над мужем. Расцеловав крепкий торс супруга, при этом уделив особенное внимание его широкой груди и низу живота, Цинхуа, снова обхватив член демона, мягко поцеловал головку, но так и не набрался мужества, чтобы накрыть ее губами и сделать минет. Ему было боязно сделать что-то не так.       Пока супруг мялся, пытаясь принять решение, Мобэй уже был на грани. Резко притянув мужа к себе, он снова сменил их положение, перевернув заклинателя на живот и подмяв его под себя. Тот от неожиданности оттопырил попку, прижавшись ей к паху супруга. Демон некоторое время любовался представшей перед ним картиной, а потом, отстранившись, взял с тумбочки масло, налил на пальцы и растер между ними, согревая его. Цинхуа не знал, чего ожидать дальше. В своем мире он никогда не интересовался отношениями между мужчинами и познаний в этой части не было. Он поерзал, но тут же получил несильный шлепок по попе. Ошеломленный и возмущенный, заклинатель проглотил все скопившиеся на кончике языка слова, когда ощутил, как демон пальцами массирует его проход.       Мобэй медленно подготавливал супруга, стараясь не причинять сильной боли. Он осторожно вводил пальцы, один за другим, пока Цинхуа не смог вместить в себя три. В определенный момент демон удачно задел точку внутри, от чего его маленького супруга подкинуло от нахлынувшего наслаждения. Кивнув самому себе, Мобэй уже целенаправленно двигал пальцами в том направлении. Стоны заклинателя становились все громче, заводя еще больше. Ледяной король еле сдерживал себя, чтобы не наброситься на любимого. Он хотел сделать все правильно, чтобы его человеку не было больно. Именно поэтому так старался быть нежным. - Мой король… прошу, - взмолился Цинхуа, не осознавая, чего просит. Кажется, эти слова были последней преградой для Мобэя. Слишком сладострастно они звучали.       Демон убрал пальцы, получив в награду придушенный всхлип, после чего приставил влажную от смазки головку к хризантеме мужа, чуть надавливая, и медленно вошел в него. Заклинатель заскулил. Это было чертовски больно. Мобэй остановился, давая супругу привыкнуть. Цинхуа смог кивнуть, чтобы муж продолжал, через несколько ударов сердца. Демон двигался медленно, стараясь прислушиваться к языку тела партнера. Боль мешала заклинателю нормально мыслить, но он терпел. Мужчина верил в своего короля, что тот не причинит ему вреда.       Когда демон снова задел простату, Цинхуа ощутил прилив наслаждения, перемешанный с болью. Его тело неосознанно тянулось поближе к мужу, чтобы продлить агонию сладострастия. Хотелось большего, поэтому он стал подвиливать бедрами, глубже насаживаясь на член. Постепенно боль ушла, оставив за собой лишь удовольствие. Мобэй двигался плавно, размеренно. В Цинхуа было так узко, так горячо, что крышу сносило от удовольствия. Он даже не думал, что парное совершенствование могло быть таким... Почувствовав, что он на грани, Мобэй дотянулся до члена мужа и стал двигать по нему рукой в такт толчкам. Первым не выдержал Цинхуа, сознание которого и так было на грани, он излился в ладонь мужу, а следом за ним кончил и демон.       Мужчины лежали в обнимку, приходя в себя после постельных игрищ. Никто не произносил и слова, пытаясь уложить произошедшее в голове. Кровь до сих пор кипела в венах, а отголоски страстной неги не желали покидать тела. Им было слишком лень, чтобы двигаться. Так они и уснули. Усталые, но довольные.