Можно мне с тобой... стать героем?

- Деку! Изуку, уже собиравшийся возмутится сравнением Каччана и светловолосого задаваки, по какой-то причине пытавшегося сжечь его в разваливающейся хижине, вздрогнул и вскинул глаза, встречаясь с красными глазами друга. Он опять был чем-то недоволен и хмурил светлые брови, решительно двигаясь в сторону дерева, под которым устроился юноша. - Каччан, а ты… - Откуда у тебя меч? – в голосе Кацуки звучало недовольство, но проскальзывало и любопытство. - Это наставника, то есть… он уже мой. Наставник отдал мне его, когда посчитал, что я готов, - затараторил Изуку, вцепившись в лежавший рядом меч и сверкая широкой улыбкой, - наставник сказал, что я его заслужил, и теперь меч принадлежит мне. Светловолосый решительно уселся справа от Изуку, буквально вытеснив сидевшего там Тенью. Брюнет возмущенно засопел, но спорить не стал и уступил место, не желая встревать в драку. - Это настоящий меч, - заметил Кацуки, оглядывая лежащее между ними оружие. - Да! – в зеленых глазах Изуку вспыхнула гордость, - самый настоящий! - А меч может быть ненастоящим? – с любопытством поинтересовался сидевший напротив Шото, склонив голову к плечу. - Конечно! – взбудоражено подтвердил зеленоволосый, - может быть! Настоящий меч – это оружие, которое служит воину для битвы, а не для украшения. - Или для бахвальства или запугивания, - неожиданно вставил Кацуки, глядя на собеседника насмешливым взглядом алых глаз, - у многих мечи просто висят без дела на стене, чтобы никогда и не пригодиться. Впрочем, такие мечи и не могут сгодиться хоть на что-то. А настоящий меч можно почувствовать. Изуку следил за другом, распахнув зеленые глаза, и кивал на каждое слово. И с готовностью протянул тому меч, когда Кацуки потянулся к нему. Он действительно гордился своим оружием, и тем, что он его заслужил, как признал наставник, и хотел, чтобы Каччан тоже его оценил. Отполированная рукоять уверено легла в чужую ладонь, и светловолосый легко вынул меч из ножен, разглядывая сверкающее в бликах от костра острое лезвие. На нем не было узоров или надписей, просто прекрасная сталь и остро заточенное лезвие – ничего лишнего. Даже на рукояти был лишь простой, ребристый узор, чтобы меч не выскользнул из вспотевшей ладони. Изуку, наблюдал за реакцией друга, раздуваясь от гордости и радости, что рядом есть тот, кто сможет по-настоящему оценить это оружие. Почему-то ему казалось, что Каччан сможет понять его лучше, чем Шото или Тенья, выросшие среди боевого оружия в окружении воинов и стражей. - Он теплый! – красные глаза распахнулись от удивления, и в них зажегся восторг. И такой же восторг мгновенно вспыхнул в глазах Изуку, жадно следившего за каждым движением друга. - Правда? – спросил он. - Конечно! – возмущенно ответил Кацуки, - он нагревается. Отвечает на прикосновение. Светловолосый парень вскочил, не сводя взгляда с оружия в руке, и чуть склонил голову, как будто к чему-то прислушиваясь. - Но откуда тебе это почувствовать, - хмыкнул он, насмешливо глянув на парня. - Нет, просто ты первый, кто почувствовал это тепло, кроме меня и наставника, - Изуку расплылся в широченной улыбке, - ни Шото, ни Тенья не почувствовали ничего, когда взяли в руки этот меч. И учитель Айзава тоже, но он сказал, что он очень хороший. Я не ожидал, что ты, Каччан, тоже сможешь это почувствовать. - Чего? Что это значит? – вызывающе нахмурился варвар. - Когда я впервые взял этот меч в руки, я выронил его, потому что он показался мне обжигающе горячим. Наставник тогда был очень доволен и сказал, что меч только что подтвердил, что он не зря взял меня в ученики, - примирительно вскинув руки, затараторил Изуку, - меч чувствует силу воина и отзывается на нее, но только… если эта сила, как бы сказать… нравится мечу. Похожа на его собственную. Именно поэтому, несмотря на то, что Шото один из сильнейших воинов королевства и могущественный маг, меч ему не отозвался. Но это не значит, что он слабый! - Изуку, ты не говорил, что у тебя магическое оружие, - вклинился в объяснение Тенья. - Оно не магическое! – покачал головой юноша, - оно… - Он просто настоящий, - хмыкнул Кацуки, все еще не спуская взгляда с тускло поблескивающего лезвия, - настоящий меч – это всегда продолжение своего владельца. Отражение его силы и умений. Ну а если при его ковке использовали еще и чуточку магии, то тогда такое оружие может стать почти легендарным. Но все равно, важнее то, кто им владеет. Откуда у твоего наставника этот меч, Деку? - Эм… я не знаю, - пожал плечами юноша, - то есть это его меч. Он всегда принадлежал наставнику. Но сейчас… он больше не может быть воином, поэтому отдал его мне, когда посчитал, что я заслужил. - Твой наставник был воином? А как его зовут? – поинтересовался светловолосый. - Господин Тошинори. Яги Тошинори. - Я никогда не слышал его имени, - неожиданно вмешался Шото, - но учитель Айзава хорошо знаком с ним и очень уважает его. Я однажды спрашивал его о твоем наставнике, Изуку, и он сказал, что это один из величайших воинов в прошлом. Но по каким-то причинам он не хочет, чтобы это было известно. - Не слышал о нем, - качнул головой Кацуки, - но меч действительно великолепный. Сделав еще несколько шагов назад, парень неожиданно легко крутанул меч в руке, после чего снова выставил его перед собой, не спуская с него внимательного взгляда алых глаз. Послышался громкий хлопок, и на тонком лезвии заплясали языки оранжевого пламени, а по губам расползлась хищная и очень довольная усмешка. Изуку подскочил как ужаленный и бросился к другу, восхищенно разглядывая свой пылающий меч. - Каччан! Это так… так… - Жаль, что ты не владеешь магией, - хмыкнул тот. Не сводя завороженного взгляда с объятого огнем меча, зеленоволосый кивнул и осторожно потянулся к оранжевому языку пламени. - Изуку! – испуганно подскочила Очако. Но парень ее не слышал, легко касаясь горячего, но не обжигающего пламени. Улыбнувшись еще шире, он погладил его, как гладят щенка, не замечая, как тянутся к его руке остальные язычки, как будто ластясь. Впрочем, в то же мгновение пламя неожиданно исчезло и, вскинув глаза, Изуку встретился с недовольным взглядом своего друга. - На, держи. И не вздумай потерять такое оружие, - довольно грубо, он пихнул меч в руки зеленоволосого. Изуку кивнул, не понимая, почему Каччан в очередной раз разозлился, и взял в руки меч, тут же почувствовав волну жара. Тонкое лезвие на мгновение окуталось зеленоватым сиянием и завибрировало, а потом все стихло. Юноша пару раз хлопнул глазами, глядя на меч, а потом неожиданно рассмеялся. - Изуку, что это было? – подскочил Тенья. - Твой меч светился зеленым! – взволнованно сообщила Очако. - Это твоя магия? – поинтересовался Шото. - Нет, - резко мотнув головой, Изуку продолжал улыбаться. - У Деку нет магии, - хмыкнул Кацуки, впрочем, и в его взгляде светилось любопытство, - что смешного, Деку? - Нет, ничего, просто… это он так извиняется. - Кто? - Мой меч, - улыбнулся юноша, - он ответил на силу Каччана, даже отразил его пламя, а потом, когда я взял его в руки снова, он откликнулся на мою силу. Как будто извинялся за огонь. - Такое разве бывает? – ничего не понимая, спросил Тенья. - Бывает, когда речь идет о магическом оружии, - пожал плечами Шото. - Но… мой меч не магический, - возразил Изуку, - просто… - Он такой же, как ты, - язвительно хмыкнул Кацуки, - а потому остается тебе. А я заберу меч Всемогущего, чтобы твой меч, упаси драконы, не расплакался, если ты вдруг выберешь себе другой. - Каччан! Мечи не могут плакать! – возмутился Изуку, все еще не пряча меч в ножны. - Почему это? Твой, вот, умеет извиняться, Деку, значит, может и расплакаться. Если ты его бросишь, - заметил светловолосый. - Нет, такое невозможно! – но в голосе не было уверенности, и Изуку продолжал разглядывать тускло мерцающее лезвие. Он ведь действительно почувствовал легкую тень сожаления, когда снова взял в руки меч. И зеленое свечение… это было отражением его силы, он знал, уже видел это, когда тренировался с оружием и учился вкладывать свою силу в меч. Но обычно она не проявлялась так, и наставник говорил, что настоящий воин всегда вкладывают свою силу в меч, но видимой эта сила становится лишь в тех случаях, когда владелец сосредотачивается на этом или когда она очень велика, что случается нечасто, ведь и великие битвы не происходят каждый день. В остальное время она ощущается, но глазу не видна, если только владелец меча не маг, как Каччан. А сегодня его меч как будто сам вспыхнул зеленым, напоминая, кому принадлежит. Но ведь он не мог и правда извиняться? - Деку, не стой столбом, садись и рассказывай, откуда ты знаешь, где меч, - позвал его Кацуки, удобно устроившийся под тем самым деревом, где еще недавно сидел юноша. *** Обернувшись, Изуку окинул взглядом развалившегося на его месте друга и вернулся под дерево, чтобы убрать меч в ножны. Пока он топтался, держа его в руках, Кацуки неожиданно дернул его за рукав, едва не порвав тонкую ткань, и усадил рядом. - Хватит топтаться! Садись и рассказывай! Шумно плюхнувшись рядом со светловолосым, Изуку потер ушибленное бедро, после чего все же устроился под тем же деревом, почти вплотную прижавшись к другу, чтобы опереться спиной на широкий ствол. Едва прикрытая алым плащом кожа показалась ему очень горячей даже сквозь ткань рубашки, и юноша невольно придвинулся ближе, ощутив прохладный вечерний ветерок. - Я рассказал наставнику, что мечтаю найти меч Всемогущего, и он обещал помочь. Он бывал в разных местах королевства и за его пределами, даже плавал за море, а потому много знает. И прошлой осенью он рассказал о том месте, где вероятнее всего спрятан легендарный меч, - Изуку задумчиво потеребил губу, - а потом мы стали изучать карты. Я попросил копии в столичной библиотеке, но наставник сказал, что они не такие мелкие, как нужно, и я вспомнил, что самые большие и точные карты видел в замковой библиотеке. - Что ты там делал? – нахмурившись, поинтересовался Кацуки. - Учитель Айзава заставил меня искать камень, из-за которого деревянный пол в тренировочном зале в новой школе испортился. У нас в столице три года назад открыли новую школу, и наставник настоял, чтобы я учился там. Я прошел экзамены и также участвовал в тренировочных боях, чтобы попасть в класс учителя Айзавы. И во время такого боя я должен был сражаться с Теньей, а он показал себя лучше всех, он из семьи военных и с детства обучался искусству боя. А я учился всего пару лет, поэтому решил попробовать использовать в бою порошок, который я сделал сам. Я подобрал в лесу камень и перетер его, а потом увидел, что испортил мамину любимую толокушку, и подумал, что этот порошок можно использовать в битвах. Мы сражались на деревянных мечах, и они тогда рассыпались в пепел. И пол тоже. Поэтому учитель Айзава заставил меня изучать этот камень в замковой библиотеке, потому что в столичной я ничего не смог найти. - Что за камень такой? – поинтересовался Кацуки. - Драконий! Каччан, это оказался драконий камень, хотя в библиотеке тоже мало о нем написано, но… - Изуку неожиданно задумчивым взглядом окинул сидящего друга, - наставник подтвердил, что такие камни бывают и даже рассказал, где он их встречал, и как они выглядят. Твои красные камни на ожерелье и сережках… Каччан, это что, драконьи камни? Зеленовлосый потянулся и вцепился в тускло поблескивающий красный камень неправильной формы, нанизанный на тонкую леску. - Да, - буркнул Кацуки, недовольно поглядывая на друга, однако Изуку его взгляда не видел. - А зеленые? Это что за камни? И разве они бывают в форме зуба? Тот, что я нашел, был круглым, а твои… все острые. - Потому что им придали такую форму, - фыркнул светловолосый, - это обычные камни, которых полно возле мест, где живут драконы. И да, они могут быть любых цветов. - Красивые! Я не думал, что они даже могут блестеть! – восхитился Изуку, склонившись ниже к ожерелью висящему на груди друга и перебирая красные и зеленые камни, - а почему у тебя красные и зеленые? Хотя красные подходят к твоим глазам и плащу, но… - Деку! Меч Всемогущего! – неожиданно грозно рявкнул парень, отпихивая зеленоволосого от себя и выдирая из на удивление цепких рук камни. - Но Каччан, если эти камни смолоть в порошок, он может стать грозным оружием, - Изуку все еще не спускал взгляда с украшения, - они даже испортили каменную ступку! А деревянные мечи превратились в пепел. И если такого порошка будет много… но это довольно странно, что камни обладают таким свойством, хотя… - Деку, хватит бормотать! Конечно, они превратили мечи в труху, драконий камень – это застывшие сгустки пламени драконов! – резко оборвал его Кацуки. - Правда!? – в зеленых глазах юноши загорелся восторг, - но если это пламя, почему оно бывает разных цветов? Огонь же красный или оранжевый, а… - Деку, - на этот раз со стороны друга детства раздалось настоящее рычание. - Потому что у каждого дракона свое пламя и свои особенности, - весело вставил Эйджиро. Изуку обернулся в его сторону и обнаружил, что все спутники Каччана сидят недалеко от них, не спуская с них горящих любопытством взглядом. Рядом с ними устроились и его друзья. Почувствовав, как щеки по непонятной причине заливаются румянцем, зеленоволосый отвел взгляд и неловко потер ладони друг о друга. - Так что там с мечом Всемогущего? – поинтересовался Денки, сверкая глазами. - Ага, Кацуки тоже о нем говорил, но в основном то, что он его найдет и тогда всем не поздоровится, - добавила Мина. - Заткнись, розовая ящерица! – возмутился Кацуки, после чего пихнул Изуку в бок локтем, - Деку, так ты знаешь, где искать меч или просто треплешься?! - Знаю! Я… когда искал хоть что-то об этих камнях, видел большие карты в замковой библиотеке. Поэтому я попросил разрешения у учителя Айзавы изучить их. И перерисовал нужные нам места, чтобы потом сравнить эти карты с теми, что были в столичной библиотеке. Наставник помогал мне и поставил метки на карте, а также рассказал про приметные скалы, которые помогут найти нужное место. Замолчав, Изуку потянулся к своей заплечной сумке, валявшейся под деревом с другой стороны. Единственной преградой на пути к сумке был сидящий Каччан, а потому парень не колеблясь, перегнулся через него, навалившись на ноги в кожаных штанах, и принялся рыться в сумке. - Деку, что ты делаешь? – недовольно зарычал светловолосый. - Ищу карту, - нахмурившись, ответил парень, - она должна быть где-то здесь, только… вот, нашел! Радостно улыбнувшись, Изуку снова уселся ровно и принялся рыться в мятых желтоватых листах, испещренных темными линиями и пометками. Высунув кончик языка от усердия, парень принялся бормотать себе под нос что-то невнятное, не обращая внимания на преувеличенно недовольные вздохи, раздающиеся рядом. - О, нашел! Вот она, Каччан! – довольно воскликнул он, когда наконец-то нашел нужный листок. – Вот здесь наставник отметил нужное нам место. На этом кусочке карты изображены Ледяные горы и вход в Черное ущелье… не уверен, что это его название, так как я нигде не смог найти его упоминание, но… наставник Тошинори сказал, что мимо пройти не получится. Там начинаются горы, самая высокая похожа на обезьянью голову, поэтому ее и называют Гора Красной Обезьяны, хотя не понятно, почему красной, ведь это Ледяные горы. В общем, у подножья этой горы и на ее склонах самый древний лес криптомерий в королевстве, а потому вход в ущелье надежно скрыт, и его не так просто найти. Нужно идти вдоль Горы Красной Обезьяны и соседних с ней, не таких высоких, на юг. Там еще несколько храмов по пути будут… Парень замолчал и задумчиво потеребил губу, разглядывая лежащую на коленях карту. Потом несколько раз перевернул ее и довольно кивнул сам себе, найдя нужное место. - Вот, вот здесь вход в ущелье, - ткнул он пальцем в жирную точку, - наставник говорил, что рядом с ним лес почти не растет, отступает назад, как будто расступается. И стены ущелья не высокие, оно кажется лишь небольшим оврагом между двумя невысокими холмами, но чем дальше вглубь ты заходишь, тем выше становятся холмы. А еще оно круто поворачивает на север и доходит до самой Горы Красной Обезьяны. И там нет даже растений на склонах ущелья, только голые скалы. Если мы выйдем к обезьяньей горе в нужном месте, то до входа в ущелье нам нужно будет пройти мимо трех храмов. И четвертый последний – разрушенный, поэтому не считается, и… - Хватит болтать, я понял, - перебил его Кацуки, вырывая из рук карту и рассматривая ее. - Если пойти через лес, то до ущелья мы доберемся за неделю. Сколько по ущелью идти? Твой наставник не говорил? - Нет, он сказал, что точно не знает, потому что путь всегда разный… ну то есть это ущелье опасное, и там часто происходят обвалы, а потому неизвестно, сколько точно уйдет времени, чтобы пройти по нему. А там мы сами поймем, куда двигаться дальше. Так говорил наставник. - И откуда он все знает? – хмыкнул светловолосый, продолжая разглядывать карту, - ущелье не очень длинное, всего день пути, но… я не слышал ничего о том, что там может быть меч. - А если лететь? – неожиданно поинтересовался Эйджиро. Изуку едва не подскочил на месте, чувствуя, как зашлось в ожидании ответа сердце. - Нет, возле храмов всегда слишком много охотников, их монахи подкармливают, - задумчиво качнул головой Кацуки, - а в ущелье негде приземлиться. Я слышал о нем, очень плохое место для драконов. Ты, красный, останешься у входа с остальными ящерками и будете присматривать за людьми. А мы с Деку отправимся за мечом. Завтра. - Завтра? Но Каччан, а как же эти бандиты, которые напали на твоих друзей? – заволновался Изуку, - мы должны отправиться в столицу, что… - Их здесь нет, и раз они пользуются порталом, выловить их будет сложно. Мы ищем их здесь, а они могут быть вообще в соседней стране, - качнул головой светловолосый, - тупой молниеносный слетает в наше поселение и расскажет все, что нам удалось узнать, а потом догонит нас. - Значит, мы все же отправимся на поиски меча Всемогущего! – довольно выкрикнул Эйджиро, вскинув вверх руки. - Кьёка, будь осторожна, не опускайтесь нигде в лесу, пока не добреетесь до деревни, - заметил Ханта, обернувшись к темноволосой девушке. - Конечно! – фыркнула та, покосившись в сторону глупо улыбающегося светловолосого спутника. Вздохнув, она дала ему подзатыльник, - не вздумай самовольничать, Денки. - Я домчу нас всего за пару часов! Они и лагерь свернуть толком не успеют, - ухмыльнулся светловолосый, вскакивая на ноги, - мы можем отправиться прямо сейчас, и тогда… - Сядь, дурак! Ночь наступила, - рявкнул Кацуки, - завтра утром слетаете, а мы отправимся на юг. А сейчас все спать! Ханта, ты первый на страже, разбудишь меня через три часа. Потом ты, Эйджиро. - Каччан, я тоже… - начал было Изуку. - Нет, Деку, ты будешь спать. Ты все равно не привык стоять на страже, - отмахнулся парень. - Но Каччан, ты не прав! Я несколько раз сопровождал караваны, когда учился у Гран Торино. И в том числе охранял лагерь ночью, - Изуку вцепился в край алого плаща, не давая другу подняться. - Ну, тогда завтра, - нехотя буркнул тот, а потом выдрал плащ из его рук и легко вскочил на ноги. - Мы тоже будем стоять на страже, - полным возмущения голосом вставил Тенья, окинув Кацуки твердым взглядом. - Нет, пока я не начну вам доверять, - фыркнул тот, роясь в своей походной сумке. - Что это значит? – вскочил на ноги темноволосый друг Изуку, - мы… - Тенья, не сердись, пожалуйста, - попытался успокоить его юноша, - я думаю, Каччан быстро поймет, что… - Кто вообще выбрал его главным? – перебил его Тенья, сверля светловолосого варвара недовольным взглядом. - Я сам себя выбрал! – фыркнул Кацуки, возвращаясь под дерево с тонким, шерстяным одеялом в руках, - во-первых, я лучше знаю местность. Во-вторых, я хотя бы не первый раз в жизни покинул родную деревню. Тогда как вы…, - он выразительно окинул взглядом друзей Изуку, - едва ли выбирались далеко за пределы города. Кроме Деку, если он не врал. - Я не вру, Каччан! – возмутился зеленоволосый. - Поэтому ведите себя тихо и не подвергайте лишней опасности всех, - не обратив на него внимания, закончил Кацуки, расстелив одеяло под деревом, - все, всем спать! С этими словами, варвар закутался в тонкое одеяло, устроив рядом два тонких, изогнутых меча. Его спутники разочаровано принялись рыться в своих сумках, доставая одеяла и ища местечко поудобнее. - А я хотела послушать истории о столице, - капризно протянула Мина, - мы же теперь туда не летим, а я… Из-под одеяла Кацуки раздалось отчетливое рычание, и девушка-дракон замолчала, недовольно глянув в его сторону. - Мина, ложись, - качнул головой Эйджиро, проследив за ее взглядом, - нас ждет приключение и долгая дорога! А потому все должны отдохнуть. - И ты же знаешь, Кацуки, - хмыкнула Кьёка, - он спать ложиться с петухами. И с ними же встает. - Какого дракона, вы еще болтаете? – взвился недовольный Кацуки, окинув своих спутников сверкающим взглядом, - Деку, а ты чего сидишь? Или ты теперь сидя спишь? - Нет, - поспешно мотнул головой парень, прикусив губу и пытаясь не улыбаться, но у него плохо получалось. - Что смешного? – конечно, его друг не мог не заметить его улыбку, - завтра будешь спать на ходу! - Я уже ложусь, Каччан, - поспешно кивнул юноша и потянулся к своей сумке, все еще валявшейся по другую сторону от его друга, потому что Каччан решил устроиться спать там же, где и сидел – под деревом рядом с Изуку. Вытащив свое одеяло, парень расплылся в улыбке, видя, что друг снова отвернулся и теперь его не увидит. Вскинув глаза, он увидел, что и остальные также улыбаются и даже беззвучно смеются, качая головой и кивая в сторону свернувшегося под одеялом Кацуки. Даже его друзья ухмылялись, впрочем, не забывая сверлить светловолосого недовольными взглядами.