Путь восхождения

— Мы отвлеклись, да, мой дорогой? — спросила госпожа Куроичи. Изуку сразу же перестал думать о ходе письма UA в почтовой администрации. Допуск или отказ. У него был хороший результат, но он должен был быть среди лучших, чтобы быть допущенным. И какое-то время после возвращения домой он жил в страхе, что UA пришлёт ему счёт за их гигантского робота-убийцу. В конце концов, он должен был избегать его, и уж точно не таранить с достаточной силой, чтобы превратить его в запчасти. — Мне очень жаль, госпожа Куроичи. Я думал о школе. Она махнула рукой, говоря ему, чтобы он не беспокоился об этом. В свои семьдесят два года Куроичи Цубаки была маленькой, хрупкой, но очень активной, никогда не задерживалась на месте слишком долго, и у Изуку возникло смутное подозрение, что она согласилась присесть только для того, чтобы накормить его печеньем. Они познакомились неделю назад, и её первые слова были примерно такими: «бедный мальчик, ты такой худой!» — О, пожалуйста, не волнуйся. Это я должна извиняться. В конце концов, ты проделал этот путь зря. Изуку почти чувствовал себя виноватым. Он пришёл сюда не для того, чтобы досаждать ей. Он не хотел, чтобы она чувствовала себя плохо. — Я пришёл не просто так, эти печенья очень вкусные. Она тут же пододвинула к нему тарелки с конфетами, и когда он уже собирался отказаться, так как съел шесть штук, то увидел в глазах милой старушки что-то свирепое. Он взял ещё одно печенье и откусил кусочек. Восхитительно, но это был седьмой день. У госпожи Куроичи была причуда, усиливающая вкус. Это делало её отличной кухаркой, но, как она сказала ему в первый раз, когда он приехал, хорошим детектором ядов. Очень скоро влиятельные мужчины и женщины, приходившие за её стряпней, отказывались что-либо есть, пока она не попробует их еду первой. И как только она это сделала, она попросила рецепты. — Я думала, что смогу от неё избавиться. Я становлюсь всё разборчивее и разборчивее сейчас, когда я так много тренировала её. Но когда пришёл ты, я поняла, что просто не могу. — Я не возражаю. Враньё. Она потчевала его таким количеством историй, что любопытство пожирало его всю неделю. — Даже если бы вы потом передумали, — напомнил он ей. — Вам просто нужно было позвонить мне, и я бы вернул её. Я принимаю только пожертвования, и нет никаких крайних сроков. — Я знаю. Ты хороший мальчик. — Кстати, как долго вы можете здесь оставаться? Если вы не будете осторожны, я могу утомлять вас своими историями весь день. Изуку вытащил свой блокнот, заставив её рассмеяться.

***

Изуку вышел из дома престарелых немного разочарованным, но восхитительные истории, которые рассказала ему госпожа Куроичи, того стоили. Чтобы изучить её, не нужно было брать причуду, и это, возможно, было его любимой частью: знать, как работает причуда, каковы её границы и как они могут быть расширены. Причуды продолжали развиваться в течение жизни, но большинство людей не находили времени, чтобы развить их. Для Изуку это было пустой тратой времени. Он лелеял свои причуды и работал над их усилением каждый раз, когда у него была такая возможность. Именно это и привело его к пенсионерам. Больше опыта, отчего они нашли более практическое применение своим способностям. Если его примут в UA, это лето станет последним, когда он сможет свободно развивать свои причуды. Он написал «суперсилу» под общим описанием твоей причуды, чтобы иметь возможность использовать как можно больше, но там не приняли бы ничего, что не было бы усилителем. Его телефон зазвонил, прервав вихрь мыслей, и глаза расширились, когда он увидел заголовок.

[Всемогущий замечен в Фурано.]

Изуку активировал одну скоростей и побежал к указанному месту. Там был какой-то злодей в бегах, так что, если ему действительно повезёт, он сможет его увидеть! Всемогущий славился тем, что быстро заканчивал бои. Один полицейский увидел, как он бежит, заколебался, но ничего не сказал. Некоторые причуды были более тонкими, чем другие, и он не мог сказать, использовал ли Изуку свою причуду на общественной дороге или он просто был быстрым бегуном. Одним отличием Изуку часто злоупотреблял. Он не был воспитан в уважении к законам об использовании причуд. Бегать по крышам было бы быстрее, но есть предел тому, как далеко он может отклониться от правительственных правил. Изуку прибыл как раз вовремя, чтобы увидеть высоко в небе фигуру. — КАЛИФОРНИЙСКИЙ ПОГРОМ! Люди на тротуаре пригнулись, когда удар вызвал ударную волну, но Изуку просто схватился за фонарный столб и использовал скольжение , чтобы удержаться на месте. Он был в идеальном положении, чтобы увидеть, что Всемогущий нейтрализовал злодея с гигантской причудой, женщину, которая теперь медленно возвращала человеческий размер. Это был первый раз, когда Изуку увидел Всемогущего во плоти, и тот был так же невероятен, как он и думал. Сильный, властный, приятный и улыбающийся, будто ничего плохого не могло случиться. И у него была самая яркая причуда, которую Изуку когда-либо видел. Подросток заподозрил это, когда смотрел на Всемогущего с экранов, но это было ничто по сравнению с тем, что он видел собственными глазами. Причуда Всемогущего была тайной, которую Изуку не удалось разгадать, несмотря на годы поисков. Насколько он мог судить, это был невероятно мощный усилитель, который, вероятно, начинался как способность силы, прежде чем эволюционировать по линии крови. Но если бы Всемогущий не согласился, наконец, ответить на вопросы его поклонников, а поскольку он менял тему каждый раз, когда это упоминалось, это было сомнительно, лучшим шансом Изуку было бы принять причуду и приступить ко всем тестам, которые он хотел попробовать. Не то чтобы Изуку когда-нибудь задумывался о том, чтобы взять её. Люди предлагали ему причуды, потому что они были не нужны, и сочувствовали его желанию стать героем. Всемогущий нуждался в своей причуде, чтобы защитить всех. Но можно было и помечтать. Изуку был не единственным, кто смотрел на Всемогущего голодными глазами, и герой Номер Один определённо заметил это. Всемогущий стоял позади полицейских, ожидая, пока те схватят злодея, и махал людям, которые остановились, чтобы посмотреть на него. Поклонники героев знали, что лучше не приставать к профессионалу во время ареста, но как только полицейские ушли со злодеем, Всемогущий был отдан на милость толпы. Одна из причуд увеличения зрения позволила Изуку увидеть почти обеспокоенное выражение его лица, когда он внезапно столкнулся с когортой поклонников. И ещё кое-что. Всемогущий закашлялся, приложив руку ко рту, и Изуку мог поклясться, что его пальцы были испачканы чем-то тёмным. Он попытался рассмотреть получше, но Всемогущий исчез, сокрушив надежды Изуку получить автограф. Как бы то ни было, он сдержал своё разочарование и собрался уходить. У героев были дела поважнее, и пора было уходить. Его мать не любила, когда он опаздывал к обеду. Никакой причуды, но анализ причуд в хорошей компании и одно призначное видение Всемогущего. Сегодня был хороший день, в целом. По крайней мере, до тех пор, пока он не увидел кого-то на обратном пути к вокзалу. Он никогда его не видел. Он бы запомнил, хотя бы потому, что незнакомец был настолько истощён, что мог сойти за блондина, изображающего саму Смерть. Обычно никто бы не заметил, что он так пристально смотрит, но тут было что-то ещё. Изуку знал причуды. Он чувствовал момент, когда кто-то использовал их. Он мог узнать в них сокровище, которым они были. И в этом человеке, который казался таким хрупким, что даже лёгкий ветерок мог бы заставить его упасть, он узнал золотую причуду, которую всегда обожал. Несмотря на его костлявое тело, здесь была сила. Сила, скрытая под его истощённой фигурой, и тлеющие угольки чего-то великого. Этого не может быть, верно? Но так и было… — Все…могущий? Незнакомец на мгновение замер, затем повернулся к Изуку, склонив голову набок. — Как ты меня назвал? — спросил он с таким недоверием, что Изуку усомнился в том, что он видит. Но только на мгновение. Он просто знал. Тот же рост, те же конечности, что и раньше, та же одежда, тот же цвет волос, тот же цвет глаз, та же структура костей, та же структура черепа, тот же голос. Либо член семьи, либо, ох, но каковы шансы, когда Всемогущий просто броситься сюда? Нет, это определённо Всемогущий. Это из-за причуды или… Изуку понял, что говорит вслух, когда глаза худого мужчины расширились до комических размеров, и он быстро заткнулся. — Ты что, робот? Подростку вдруг захотелось куда-нибудь спрятаться. Люди даже начали на них поглядывать. — Извините, — продолжал мужчина, — но… Возможно, вы захотите проверить свои глаза. Изуку покраснел. Что бы там ни происходило, это его не касалось, и он просто выставил себя дураком. Не то чтобы это было редкостью. — Извините, что побеспокоил вас, — сказал он очень быстро себе под нос и ушёл с твёрдым намерением никогда больше об этом не думать. Или, по крайней мере, сделать всё возможное. Смущение было хорошим средством для долговечного сохранения воспоминаний. Десять минут спустя, без ведома Изуку, из теней переулка появилась рука, и он осознал это только тогда, когда рука опустилась ему на рот и кто-то потащил его прочь от главной дороги.

***

Хотя его сердце молило о праве напасть здесь и сейчас, у Изуку не было времени на это и он бросился назад, протаранив того, кто схватил его. Он думал, что этого будет достаточно, чтобы причинить ему боль, но услышал только хрюканье, и стальная хватка осталась такой же сильной, как и прежде. И он замер, когда увидел, кто стоит перед ним. — Откуда ты знаешь? — спросил Символ Мира. Всемогущий стоял перед ним. — Я не хотел тебя пугать. Мне… нужно было поговорить с тобой наедине, — он ждал, или Изуку, чтобы проявить какую-то реакцию, любую, но только «Изуку.exe» перестал работать. — Я… мне очень жаль, — извинился Всемогущий, и он казался таким удручённым, что Изуку почувствовал себя виноватым. Изуку попытался что-то сказать, но в голове у него было отчаянно пусто. Всемогущий ткнул в него пальцем. И запаниковал, когда Изуку чуть не упал. Изуку, возможно, был немного удивлён. — Вы — Всемогущий, — наконец, произнёс он. Доказывая, что он лучший герой в мире, Всемогущий не обращали на его вопрос внимания, несмотря на очевидное желание сделать это. Это действительно освободило Изуку от изумления. — Конечно, вы Всемогущий! Извиняюсь. О чём вы спрашивали? — Откуда ты знаешь? — переспросил Всемогущий, и на этих словах измождённый человек появился в облаке дыма. Который тут же закашлялся кровью, что заставило Изуку отпрыгнуть назад. Я. Был. Прав. Значит, это уже было. Но Изуку думал, что Всемогущий был поражён причудой, и теперь больше походило на то, что его причуда была трансформацией. Хотя и уникальной. Изуку понял, что Всемогущий всё ещё ждёт ответа. Всё очень просто. У меня есть причуда, которая позволяет мне давать и брать чужие причуды, и я могу использовать её, как радар. Чем сильнее, тем лучше. Он мог бы ему сказать. Это был Всемогущий. Сколько раз он говорил по телевизору, что каждый может быть героем, независимо от причуд. Изуку открыл было рот, чтобы объяснить, но вместо этого сказал: — Ох, да. Честно говоря, это была скорее интуиция. Это не было ложью. Но это была не вся правда. — Честно говоря, я просто фанат и склонен зацикливаться на вещах, которые мне нравятся. — Ты поклонник Всемогущего? — спросил он с сомнением в голосе. Он казался удивлённым, но, честно говоря, кто не был поклонником Всемогущего в этот день и век? Изуку улыбнулся. — Конечно. Всемогущий долго смотрел на него. Всемогущий. Странно было думать о нём именно так. Не из-за его костлявой внешности, хотя это тоже было странно, не нужно было скрывать это, но ещё больше его беспокоило отсутствие улыбки. — Мы можем поговорить наедине минутку? — наконец-то спросил Всемогущий.

***

Всемогущий уже знал его по вступительному экзамену в UA, который ошарашил Изуку. Он был близок к самопроизвольному возгоранию, пока Всемогущий не открыл ему, почему он хотел поговорить с ним. Всемогущий рассказал ему о своей травме и попросить держать всё в секрете. Это потрясло Изуку до глубины души. Кто-то сумел тяжело ранить самого могущественного человека в мире. Это не должно было его удивить. Каждый может пострадать.

***

Мальчик ушёл, оставив Тошинори одного, куда более спокойного, чем прежде. Юный Мидория был похож на него. Волосы, лицо, но это было нечто большее, чем физическое. Точно таким же взглядом он смотрел на истинный облик Тошинори; глазами, которые, казалось, смотрели на его душу, но не на самого человека. Его улыбка и то, как он, очевидно, любил использовать свою причуду во время экзамена, напомнили Тошинори о том удовлетворении, которое этот человек выказывал, когда давал волю своим причудам. Когда он убивал… Он отогнал эту мысль, пока она не запятнала его мысли о мальчике. Наблюдая, как юный Мидория уничтожает нольочковый, он сразу же подумал о Все За Одного. Даже если это был он на одно мгновение. Выставляет напоказ свою силу в бывшей старшей школе Тошинори. Как бы говоря: посмотри на меня. Пока я здесь, ты всего лишь тень самого себя, а я такой же могущественный, как и раньше. Но пять минут разговора с юным Мидорией отвлекли Тошинори от этой мысли. Нельзя было точно подделать этот уровень фанатизма. И было в этом мальчике что-то слишком молодое и чистое, чтобы исходить от демона в человеческом обличье. Тошинори убил Все За Одного. Он не собирался возвращаться.