анахронизм

Они нашли меч почти сразу. Адора не хотела его. Не теперь, когда она знала, что он делает, для чего он был создан. Это есть, и всегда будет, оружием для уничтожения вселенной. Он был таким же, каким она его запомнила. С широким, почти кристаллообразным лезвием, золотой рукоятью и бирюзовым камнем посередине. Она знала этот рунстоун. Она знала, как он выглядит. Она знала, как он ощущается под ее собственными пальцами. И более того, она знала для чего он был сделан. Этот рунстоун позволял Первым контролировать и использовать Ши-ру. И, спустя некоторое время, он позволил Лайт Хоуп контролировать и использовать и Адору. Он был здесь, этот меч, заманивал Адору своим блеском с небольшого расстояния. Он стоял прямо, запутавшись в корнях и лозе. — Так... На что это было похоже, — она услышала, как пробормотала Катра, — Когда ты нашла меч, я имею в виду. Адора повернулась и встретилась глазами с Катрой. Она чувствовала себя отстраненно из-за того, что смотрела на меч так долго, и, как во сне, она заметила, что ее рука уже протянута — непроизвольно приближаясь к мечу, пальцы покалывало от желания схватить и взять и присвоить. Адора убрала руку обратно. В этом было что-то тревожное — то, как меч притягивал ее. Особенно теперь, когда она знала правду. Она задумалась, а был ли у нее выбор вообще, еще тогда, когда она нашла меч в этом лесу. И только тогда она заметила, что Катра тоже протягивает свою руку. Взгляд был притянут к лезвию как под гипнозом. Всем телом она склонялась к мечу, застрявшему в лозе. Адора встала между ними — между Катрой и мечом. Это бремя Адоры, а не Катры. Хотя Катры не была здесь, когда это произошло в первый раз. Они случайно разделились — лиана сбросила Адору со скиффа, пока он летел сквозь деревья. Она падала между ветвями, прежде чем приземлиться, потеряв сознание на кровати из мха. И это то место, где она впервые нашла его. Меч ожидал ее, когда она проснулась. Хотя Адора отказалась повторять историю насколько точно. Она не хотела так неуклюже падать со скиффа. Она не хотела рисковать неудачно приземлиться и сломать шею об ветку дерева. Было бы лучше, подумала она, если они будут просто бродить по лесу какое-то время, пока блеск меча не привлечет внимание Адоры, что и произошло. Хотя Катра очень из-за этого нервничала. Она опасалась, что смена даже маленькой детали может привести в итоге к ужасным последствиям. — Катра, — строго сказала Адора, — Я не собираюсь выбрасываться из движущегося скиффа. А теперь, ты идешь со мной искать меч или нет? — Но, что если твое падение со скиффа было каким-то образом важно для судьбы вселенной? — Послушай, — сказала Адора, — Если я найду меч сегодня, я смогу найти его и завтра. Это маленькое изменение. Только мы будем его помнить. Я сомневаюсь, что это что-то изменит. Катра что-то пробормотала, выглядев при этом неубежденно. Но это не остановило ее от того, чтобы последовать за Адорой в лес. От того, чтобы идти за ней до того самого места, где был меч. Адора вздохнула и снова вытянула свою руку, пытаясь собраться. Меч не причинит ей вреда. По крайней мере, не перманентно. Она должна была его взять. Должна. — Просто, чтобы ты знала, — сказала Адора, посмотрев на Катру через плечо, — Когда я дотронусь до него, я могу вырубиться. И тогда меч исчезнет. Катра приподняла брови. Она никогда не любила всю эту излишнюю театральность магии. — Серьезно? — К сожалению, — сказала Адора и ее живот сжался от страха, — Это просто... Это было не так уж приятно, когда я впервые соединилась с мечом. Это было невыносимо. Даже больно. Я больше никогда не чувствовала ничего подобного с тех пор. — Ох, — сказала Катра, ее выражение лица смягчилось, — Ты уверена, что хочешь...? — Все нормально, — заверила Адора, — Это продлится не дольше пары секунд. А потом, через короткое время, я проснусь. Катра кивнула с сомнением. — Ну... Если ты и правда отключишься, я тебя поймаю. Адора послала Катре краткую улыбку благодарности. Она подумала, какой могла быть их жизнь, если бы Катра была здесь, когда Адора нашла меч. Они бы вернулись в лес и подружились с Глиммер и Боу? Стали бы они вообще врагами? Она никогда не узнает. Она не может себе позволить узнать. Так что она повернулась к мечу, резко выдохнув через нос. Она не могла поверить, что делает это снова. Она не могла поверить, что возьмет меч, после всего произошедшего. Это было нечестно. Почему она не может позволить себе хотя бы научиться на своей ошибке? Почему, после всех этих лет, у Адоры снова не было выбора? Она протянула один единственный дрожащий палец. Она сможет это сделать. Она должна это сделать. Адора едва дотронулась до рукояти меча кончиком ногтя, когда в ее глаза ударил яркий свет, наполняя ее разум образами, которые она помнила только смутно, но они все равно были насыщенными и интенсивными. Лайт Хоуп и корабль Мары и портал, который отправил Адору на Эфирию и Ши-ра... А затем все потемнело, и ноги Адоры подкосились. Резко выдохнув, она начала падать назад, кровь гудела в ее ушах. Ее кожу покалывало, как от удара током. — Поймала, — прошептала Катра, придержав Адору за талию, чтобы она не упала на землю. И последней вещью, которую почувствовала Адора, прежде чем отключиться, это руки Катры, придерживающие ее, несмотря на стремление гравитации затянуть ее вниз, в бессознательность. Это все, что у нее было. Эти объятия. Это тепло. А затем тьма полностью поглотила Адору.

***

Когда они вернулись в Зону Страха, было довольно поздно. Едва закончился ужин.  Катра и Адора осторожно проникли обратно в казармы, смешавшись с толпой кадетов, которые все еще шли по коридору. Было легко притвориться, что они просто были здесь все это время — спокойно обедали, а не исследовали заброшенную часть территории восстания. Когда в казармах выключился свет, Катра легла у Адориных ног, как раньше. Как она делала все время. Хотя сейчас это было немного непривычно, после нескольких лет проведенных подле Адоры на настоящей кровати. Кровать Катры и Адоры в Брайт Мун была просто огромной, настолько огромной, что могла вместить в себя еще четырех человек, а потом еще несколько. Было сложно поверить, что они спали здесь на протяжении стольких лет, два тела зажатые в пространстве, тесном даже для одного. Хотя Катра помнила, что ей не придется долго переживать из-за тесноты. Скоро Катра получит достаточно большую койку в казарме для капитана силы. Удивительно большую и пустую платформу для ее кошмаров — кровать, в которой она будет спать одна еще несколько лет. Она едва могла переварить эту мысль. Но нарастающие страдания Катры были прерваны ногой Адоры, она настойчиво подталкивала ее. Катра открыла один глаз и прошипела. — Что? В темноте Катра увидела, как Адора заманивает ее к себе. — Иди сюда. Ее другая рука была протянута для объятий. В которые Катра отчаянно хотела упасть, но знала, что не стоит. Им нужно было учитывать слишком много факторов. Одно неверное движение, и все могло пойти не так. — Мы не должны...— прошептала Катра, — Если кто-то увидет... — Катра, — перебила Адора, — Пожалуйста, иди ко мне. У нас только несколько часов и я... — Адора издала тихий, жалкий звук. Не совсем стон. Не совсем всхлип. Но Катра все равно почувствовала себя так, словно ее ударили в живот. — Это наш последний шанс, — сказала Адора, дрожащим шепотом, — Прежде чем мы разделимся, я имею в виду. Никто не заметит. Я обещаю. Она видела руку Адоры. Протянутую в темноте к Катре. Адора знала, что Катра может видеть это — ее руку, так же как и умоляюще глаза Адоры. И Катра просто не могла оставить руку, зовущую ее. Она тоже этого хотела. Она не собиралась терять свое место на кровати Адоры, ни за что на свете. Ну. Почти. Скоро ей придется его отдать — если она хочет защитить их будущее вместе, как и будущее всей вселенной. Но она надеялась, что Адора права. Она надеялась, что маленькие перемены не навредят. Так что Катра привстала, осторожно подползла к Адоре, пока они не оказались близко друг к другу. Адора завернула их обеих в жесткое одеяло, приготовившись спать — но не совсем. Сначала она положила руку на заднюю сторону шеи Катры и притянула ее лицо к себе. Это был ленивый поцелуй поначалу. Неловкий, из-за неспособности Адоры видеть в темноте. Отчаянный. Беспорядочное столкновение зубов и языка, губ, похожее на перетягивание каната. Они не могли зайти дальше этого. Не в казармах. Они могли только упасть рядом, вздыхая собственные тяжелые вздохи друг друга, пытаясь уснуть.

***

Адора резко вскочила в кровати от кошмаров о мече. Он звал ее откуда-то из Шепчущего Леса, и Катра не могла ничего поделать, кроме как успокаивающе гладить Адору по плечам, пока видение не покинуло ее разум. Адора пробормотала. — Наверное, пора идти. Но Катра уже знала. Она часто моргала, глядя на металлическую койку над ней, заставляя себя не плакать. Адора сбросила с себя одеяло. Она расправила свой пиджак и набросила его на плечи, а затем застегнула пояс вокруг талии. Когда Адора ускользнула из комнаты, Катра задержалась, чтобы успокоить себя. Она моргала и моргала, пытаясь остановить слезы. Было сложно представить, как это будет, когда Адора уйдет. Катра так привыкла, что Адора рядом, что почти забыла, каково это — потерять ее. Но Катра не могла остаться здесь, на койке Адоры. Она не могла позволить Адоре уйти, не попрощавшись. Катра не простила бы себя за такое. Так что она встала на ноги и выбежала в коридор. Преследуя звук удаляющихся шагов Адоры. Адора стояла здесь, дожидаясь ее. Переминаясь с ноги на ноги, прячась за толстой панелью трубопроводов. Когда она увидела приближающуюся Катру, она протянула ей руку, и Катра практически бросилась в ее объятия. Она притянула Катру ближе, пока ее дыхание не оказалось напротив ключицы Адоры. Их руки крепко обвились вокруг друг друга. — Ну, так значит — все, да? — прошептала Катра, — Следующий раз, когда мы встретимся, мы будем врагами. Катра почувствовала, как Адора качает головой. — Притворяться врагами. Катра кивнула напротив высокого воротника Адоры. — Слушай, — продолжила Адора, гладя Катру по волосам, — Неважно, что произойдет... Неважно, что я скажу или сделаю... Пожалуйста, не забывай. Не забывай, что я люблю тебя. И я буду скучать по тебе каждую секунду. Это всегда было правдой. И это все еще правда. И снова, Катра кивнула. Заставляя себя слушать слова Адоры и верить им. — Я тоже люблю тебя, — пробормотала Катра. И она знала, что ее слова не должны звучать так. Сломано. Безнадежно. Всего день назад, Катра просыпалась с этими словами, соскальзывающими с ее улыбающихся губ. Выкрикивая их между раскатами смеха. Выдыхала их напротив голой кожи Адоры. Но теперь это все утеряно. И будет утеряно, пока Катра не переживет все ошибки, которые она совершила так давно. Когти Катры вцепились в спину Адоры. Не так сильно чтобы проткнуть кожу или даже ткань пиджака. Катра просто хотела держаться и все. Держаться как можно сильно, так долго, как только это возможно. Катра вздохнула. — Мне придется сделать... столько ужасных вещей. И на этот раз у меня не будет выбора. — Я знаю, — сказала Адора. Как будто бы она понимала. Как будто бы Катра уже была прощена. Но этого было недостаточно. Этого было недостаточно для Катры. Адора прощала ее так легко, она всегда... — Но я больше не тот человек, ладно? Я не хочу ранить тебя или кого-то еще. Я не хочу уничтожить мир или сражаться или разрушать королевства. Я просто хочу быть с тобой и это... — легкие Катры опустели, а дыхание перехватилось, и внезапно, слезы полились из ее глаз, падая на белую кофту под пиджаком Адоры, — ... это единственный способ это осуществить. — Я знаю, — снова сказала Адора, также как и в первый раз. Рука Адоры переместилась с волос Катры на ее подбородок, она нежно провела пальцем по ее дрожащей нижней губе. Ее прикосновение было до невозможности нежным, когда она приподняла голову Катры, притянув ее ближе, ближе, пока их губы не встретились в пространстве, где сущие дюймы казались целым океаном. Поцелуй, который последовал, мог остановить вращение планеты. Он остановил время, он украл дыхание Катры. Этот поцелуй поймал, захватил и не отпускал. Слишком глубокий. Бездонный. Катра глотала дыхание Адоры через свои легкие, сохраняя ее тепло перед долгой, холодной зимой. Адора была и всегда будет лучшей вещью в жизни Катры. И больше всего на свете она хотела поступить эгоистично и удержать ее рядом, пожертвовав вселенной. Но это невозможное, непозволительное желание. Которое не должно быть выполнено, если Катра все еще хотела вырасти из своих прошлых недостатков и ошибок. Так, прошел момент, и медленно, они смогли отпустить друг друга. Их руки и тела начали разъединяться до тех пор, пока они обе не стояли здесь, сокрушенные и обессиленные. Время вышло, для них обеих. — Я люблю тебя, — сказала Адора, прощальным шепотом, — И мы скоро увидемся. И тогда она побежала к Шепчущим Лесам. К восстанию. К Ши-ре. Подальше от Катры.

***

Адора нашла меч почти сразу. А вместе с ним и Боу и Глиммер. Увидев их, она почувствовала такое облегчение, что ей понадобилась каждая частичка ее самообладания, чтобы не сброситься к их ногам, выложив все подробности ее странной ситуации и умоляя о помощи. Они были ее лучшими друзьями. Людьми, которых она любила, людьми, которых она так хорошо знала. Иногда лучше, чем она знала саму себя. Но они не узнали ее. Они вздохнули с удивлением и начали кричать на нее, подняв их оружия и кулаки, как будто она представляла опасность для них. И это было несправедливо. Бессмысленно. После всего, через что они прошли, они абсолютно ничего не помнили. Они не волновались за нее. Они совсем ее не знали. Эта мысль разбила сердце Адоры на кусочки. Адоре пришлось схватиться с ними за меч, который все еще был погружен в землю под клубком корней. Боу выпускал свои стрелы, Глиммер швыряла магией ей в лицо. Адора была готова к этому, да. Но это все еще ранило несколькими способами сразу. Адора сжала зубы, заставляя себя быть терпеливее. Несмотря на их сражение сейчас, Адора знала, что к концу завтрашнего дня, вещи станут лучше. Адора заслужит доверие Глиммер и Боу, и они примут ее как подругу. Нет, как лучшую подругу. Иногда она забывала, как быстро они начали любить ее и заботиться о ней. Но прямо сейчас, они боялись ее. Она выглядела, как солдат Орды по всем признакам. Враг. Та самая вещь, против которой они сражались всю свою жизнь. Они тянули ее назад, пытаясь оттащить от меча. Но было слишком поздно.  Снова тем же самым дрожащим пальцем она коснулась лезвия, и рунстоун засиял потусторонним, пламенным синим. Адора снова отключилась, сопротивляясь и крича от видений о Лайт Хоуп и предназначениях, которые она никогда не выполнит.

***

— В последний раз... где Адора? Катра знала, что это произойдет. Этот маленький допрос от Шедоу Уивер. Исчезновение Адоры не прошло без последствий в первый раз. И это определенно не пройдет без последствий сейчас. И так же, как в первый раз, Катра прикрыла Адору. Это один из немногих поступков, которым она будет гордиться, когда это все закончится. — В последний раз, я не знаю. Думаешь, я ее держу на поводке?  Катра знала, что это бесполезное занятие. Шедоу Уивер найдет Адору, независимо, скажет ей Катра или нет. У нее всегда были магические методы, чтобы отслеживать действия Адоры. Даже сейчас, когда Шедоу Уивер склонилась над бассейном кружащейся воды и тьмы, Катра предполагала, что она наблюдает за Адорой. Чрезмерная опека Шедоу Уивер над Адорой постоянно вызывала у Катры ревность. Катра всегда хотела этого — чтобы о ней беспокоились, как Шедоу Уивер беспокоилась за Адору. Чтобы ее ценили. Чтобы о ней заботились так, как Шедоу Уивер никогда бы не заботилась о Катре. Но теперь на месте ревности осталось только беспокойство. Катра знала, что Шедоу Уивер на самом деле никогда не заботилась о Адоре. Ее волновали только собственные усилия вложенные в исполнение предназначения Адоры. И, больше всего на свете, ее волновала сила, которую она почувствовала в Адоре так много лет назад. Шедоу Уивер провела почти двадцать лет, делая из Адоры идеально послушного, саморазрушительного солдата. А теперь она волновалась из-за исчезновения Адоры, только потому что не могла пережить, если все годы манипуляций пройдут зря. Катра ненавидела это. Она ненавидела во что Шедоу Уивер превратила Адору. В этого человека, которому Катра завидовала за то, что она получала хоть капельку внимания. И более того, человека, который готов умереть при первом упоминании героической жертвы. Катре понадобилось все ее самообладание, чтобы не сорваться и не предложить Шедоу Уивер поджечь себя. В конце концов, она этого заслужила. И это предложение было бы особенно смешным, учитывая, что потом Шедоу Уивер на самом деле сгорит заживо. Но она не сказала этого. Она не могла рисковать будущим ради удовольствия от оскорбления. — Я знаю, ты лжешь, — сказала Шедоу Уивер, как ни в чем не бывало, — Вы двое близки. Она бы никогда не ушла, не сказав тебе. Да, так и есть. И она бы так не поступила. Катра подавила желание провести пальцем по своим губам, чтобы почувствовать призрак поцелуя Адоры. Она не знала, когда они смогут снова поцеловаться. Маленькая пессимистичная часть ее волновалась, что пройдут месяцы. Может даже годы. Она почувствовала слабость в руках от этой мысли. Как будто бы ее конечности лучше исчезнут, чем проведут столько времени без Адоры между ними. Грубый голос Шедоу Уивер отвлек ее от этих мыслей, и у Катры пробежал холодок по спине. — Как хочешь. Я уже знаю, где она. Шедоу Уивер показала Катре то, что она и так знала. Колдунья уже определила местоположение Адоры. Она поручила Катре пойти за ней — найти ее и вернуть в Орду. И также, как в прошлый раз, Катра отказалась. Она сделала это даже более дерзко. Более нахально, более уверенно, чем когда-либо — практически выплевывая слова в безэмоциональную маску Шедоу Уивер. Конечно, Шедоу Уивер пугала ее. Она всегда будет ее пугать. Но Катра побеждала ее раньше. И не просто слабого, лишенного магии человека, которым она когда-нибудь станет. А эту Шедоу Уивер. Колдунью, которая все еще связана с Черным Гранатом. В самом деле, что она может сделать ей, чего Катра еще не чувствовала? Но затем все тело Карты охватило жалящее, обжигающее электричество, которое парализовало каждый мускул ее лица и конечностей. И она тут же вспомнила, почему все эти попытки неповиновения заканчивались для нее плохо. И вспомнила, почему у нее до сих пор были кошмары об этой женщине, и о нанесенной ею боли. Корявые руки Шедоу Уивер схватили Катру за голые плечи, ее когти вцепились в ее кожу. Катра хотела вскрикнуть. Но она не могла. Ни за что. Она не собиралась предоставлять Шедоу Уивер такое удовольствие. В этот момент все, чего она хотела, это чтобы Шедоу Уивер продолжила быть мертвой.

***

Адора едва ли могла вынести прогулку в Теймор, зная что через несколько часов он будет предан огню и пеплу. Но она не могла вмешиваться в ход событий. Ни в коем случае. Меч все еще был закреплен у Глиммер за спиной. И если бы атака никогда не произошла, Глиммер, возможно, никогда бы не доверилась Адоре настолько, чтобы отдать его. И тогда Ши-ра бы никогда не существовала, и Хорд Прайм никогда не был бы побежден... От этого нонсенса с путешествиями во времени у нее разболелась голова. Было тяжело представить, как самые маленькие изменения могут повлиять на ее будущее. Хотя допустить нападение на Теймор это не малозначимый выбор. Это решающий выбор. Ужасный, отвратительный выбор. Который будет стоить людям их домов, жизней, и бог знает чего еще. Но что оставалось Адоре? Как она могла выбрать между катастрофой, происходящей на ее глазах и потенциальной катастрофой в будущем?  Когда прибыли танки, Адору стошнило в кусты, она не смогла сдержать богатую еду Теймора вместе со всей тревогой, смешанной в ее желудке. Глиммер и Боу осторожно смотрели, беспокоясь за ее самочувствие. Но они не могли позволить себе беспокоиться об этом слишком долго — ни с приближающимися танками Орды, которые разрушали все на своем пути. Адора воссоздала эту историю, признав, что она знала об атаке. В первый раз это было еще простительно. Адора и правда думала, что Теймор был крепостью восстания — бастионом сопротивления. Но в этот раз у нее не было оправдания. Совсем. Адора знала все, она знала о Тейморе. Она знала, что сделают эти танки, и кому они это сделают. Но она все равно ничего не предприняла. Она притворилась невинной жертвой. Она сказала именно то, что и в прошлый раз, действуя как будто она была в неведении. Как будто она не знала всего, даже самую крохотную деталь... У нее не было выбора рассказать им все. Или, по крайней мере, она так думала. Но она была сбита с толку. Все казалось неправильным и неверным, особенно сама Адора, ей казалось, что ее сейчас опять стошнит в кусты... Она бежала к танку Орды, проглатывая подступающую тошноту. По ее воспоминаниям, Катра должна была внутри и действительно, это было единственной успокаивающей вещью — видеть, как люк танка открывается и знать, что человек внутри будет помнить правду. Улыбка Катра была искренне радостной, когда она спрыгнула с люка сбив Адору с ног силой ее объятий, мурчание вибрировало из груди Катры. Это знакомый звук — один из Адориных любимых — и на мгновение она закрыла глаза и представила себя в другом месте. В их кровати в Брайт-мун. И то, как солнечный свет просачивался через занавески, пока Катра нависала над ней, осыпая ее кожу ленивыми поцелуями. Звук стрельбы из пушек заставил Адору распахнуть глаза. Она увидела Катру над ней, ее глаза были немного опухшими — как будто она плакала где-то перед поездкой сюда, и изо всех сил пыталась это скрыть. Адора знала, что это будет непросто для них обеих — этот повтор такого ужасного момента в их жизнях. И действительно, Катра все время нервно озиралась вокруг. Взгляд задерживался на воспламеняющиеся огнях и дыме, поднимающимся в небо. — Катра, — сказала Адора, протянув руку, чтобы направить взгляд Катры обратно вниз, на свое лицо, — У нас не так много времени. Катра уставилась на нее на мгновение, как будто запоминала ее черты лица. А затем, медленно, как под гипнозом, она протянула руку и достала цветок, который был у Адоры за ухом. Адора резко вздохнула, когда костяшки пальцев Катры коснулись ее кожи. — Это будет гораздо сложнее, чем я думала, — пробормотала Катра. А затем она отбросила цветок в сторону, в грязь. Катра подняла Адору, схватив за воротник. И пока она пыталась твердо встать на ноги, Адора заметила, как пальцы Катры залезли за ее воротник, прикрепляя к ткани что-то твердое и металлическое. Только когда она посмотрела вниз, в пространство между пиджаком и кофтой, Адора поняла, что это. Коммуникатор из Орды. Их выдавали шпионам, которые не могли носить значки своего ранга с радиосвязью, чтобы не разрушить прикрытие. После дезертирства Адоре придется избавиться от своего значка капитана силы, чтобы избежать слежки. Но она не думала об этом — что ей пригодятся способы связи с Катрой, когда значка не будет. — Послушай, — сказала Катра поспешно и тихо, — Если Энтрапта придет за нами, мы не будем знать к кому она придет первой. Если она найдет тебя, ты сможешь связаться со мной с его помощью. Если она найдет меня, я позвоню тебе. И тогда мы встретимся и пойдем домой. Окей? Адора сжала челюсть и кивнула. — Хорошо, — сказала Катра, затем схватила Адору за запястье, что со стороны выглядело более грубо, чем на самом деле, — А теперь расскажи мне, насколько Орда плоха, и скажу, что знала об этом все это время. Адора ответила ни сразу. Она просто стояла на месте. Сглотнув. Кусая губы. Катра горько усмехнулась. — Давай же, Адора. Мы должны показать всем шоу, да? Зрение Адоры помутнело от слез. — Что если... Что если ты просто пойдешь со мной? — спросила Адора с мучительным оттенком надежды, — Может, нам не нужно этого делать. Может, все выйдет даже лучше, если мы останемся вместе...  Ухмылка Катры исчезла. Преобразившись в самую непривычную гримасу, которую она видела. Суровость, которая образовалась под тяжестью, но вместе с тем, выкованная из стали. — Мы не можем знать наверняка, — сказала Катра, как будто бы это самая худшая вещь, которую она могла представить, но вместе с тем, единственная истина, за которую она могла зацепиться, — Это все, что мы знаем. Единственная вещь, которая точно сработает. Мы не можем рисковать... Адора начала плакать, слезы вырисовывали кривые линии на ее щеках, запачканных грязью и потом. — Но это еще хуже, чем тогда, Катра. Хуже, когда ты знаешь все и позволяешь этому случиться, и я не могу... Ее голос звучал слабо и по-детски для ее собственных ушей, но она ничего не могла поделать. Это гораздо больше, чем Адора могла выдержать. Она глотала воздух в свои легкие, которые болели, потому что это все было неправильно. Это все неправильно... Голос Катры не мог звучать более хрипло, более разбито. — Пожалуйста, Адора. Мы должны это сделать. Адора проглотила всхлипы, пытаясь собраться. Все ее тело кричало, сопротивляясь этому — этому пути, этому повтору ее жизни, который принесет так много горя, прежде чем даст что-то хорошее. И прямо сейчас, она не могла сделать это. Она не могла заставить себя сделать следующий шаг на этом пути. — Тогда ты сделай это, — сказала Адора, ей было трудно говорить от скопления слез, застрявших в ее горле, как нечто твердое и режущее. Она с презрением посмотрела на электрошокер, прикрепленный к поясу Катры, вспомнив, как он был использован в первый раз. — Ударь меня током. Выруби меня. Просто... Она вытерла слезы, пытаясь найти хоть какое-то спокойствие. — Просто сделай это быстро, хорошо, Катра? У меня действительно нет сил снова ругаться. Взгляд Катры никогда не покидал лицо Адоры, пока ее рука шарилась в поисках оружия, она выглядела так, как будто была в ужасе от попытки вспомнить, для чего оно использовалось в первый раз. Но Адора помнила это, даже если она —нет. Адора не могла забыть. Медленно, как будто она работала со взрывчаткой, Катра открепила электрошокер с ее пояса. Она бросила взгляд на него, а затем снова на Адору. Ее рот безмолвно открылся. Адора смогла изобразить искреннюю улыбку. — Мы должны показать всем шоу, да? Она пыталась поддразнить, чтобы в этом была слышна горечь, как когда Катра это сказала, но это прозвучало обреченно. Выражение лица Катры помрачнело еще сильнее. — Я... Я не хочу... Она дрожала, пока пыталась поднять оружие в подобии нападающей позы, электричество загорелось ярко-зеленым в ответ на ее крепкую хватку. Оно отразилось в сине-желтых глазах Катры, освещая ее слезы почти что болезненным зеленым. Но она не сдвинулась с места, не протянула руку дальше. Шокер просто завис здесь, в дрожащей руке Катры. В этом моменте, который ни одна из них не хотела повторять. Как оказалось, этого было достаточно. Вида оружия, направленного на Адору, было достаточно для Глиммер и Боу, чтобы вступиться за нее. Они были верхом на коне, который скоро станет Свифт Виндом, атакуя стрелами и магией. Прежде чем Глиммер телепортировала Адору оттуда, она оглянулась на Катру, извивающуюся на земле, запутавшись в сетях Боу. Она посмотрела на Адору в ответ, кивнув. Поощряя ее уходить, идти за ними. Повторить историю как можно более точно. Но вместе с тем, Катра плакала под всеми этими веревками. Всем остальным казалось, что это слезы огорчения из-за попыток выбраться из сети Боу. Но Адора знала. Эти слезы были отражением ее собственных слез. Слезы разбитого сердца, потери, боли. Но Глиммер не позволила им пялиться друг на друга долго. Ее руки нашли плечи Адоры и со вспышкой сияющей магии, Адора телепортировалась подальше от Катры.