No Right To Love You

Сицилия. Семья Антонелли. 1892–1912 гг. В дни, когда плантаторы собирали последний урожай красных апельсинов, Алессандро Антонелли и Федерика Пелагатти перевезли оставшиеся вещи в небольшую квартиру на окраине Палермо.Такая возможность у двух молодых людей из небольшого городка Алькамо появилась благодаря дону Тирелли, который видел в Алессандро невероятный потенциал и хватку, как у него самого в молодости. Антонелли был на хорошем счету у главы палермской мафии; выполняя небольшие поручения, он пробивался наверх. Федерика конечно не была в восторге, когда Алессандро попал в криминальный мир, считая, что выбиться в люди можно было бы и честным трудом, но несмотря на эти обстоятельства, всё равно старалась поддерживать горячо любимого мужа. Через несколько месяцев после переезда, в начале осени, у Федерики и Алессандро родился первенец — Доменико. Молодые родители были вне себя от счастья, когда впервые увидели своего сына, а Алессандро был невероятно горд тому, что у него родился наследник. Однако семейная идиллия продолжалась недолго. К моменту, когда Доменико исполнилось три года, Алессандро полностью завяз в делах палермской мафии, он буквально жил работой и делами, забывая о том, что дома его ждут жена и маленький сын. Федерика пыталась вразумить мужа, но все попытки были тщетны, даже после рождения второго ребёнка — Маттео, старший Антонелли продолжал игнорировать просьбы супруги, подвергая свою жизнь и жизнь семьи опаности. Несмотря на то, что Доменико было всего пять лет, когда родился его младший брат, он уже понимал, что его мать возлагает на него большие надежды и что в будущем именно он будет являться для неё и Маттео опорой. В это же время Доменико познакомился с соседским мальчишкой — Лео Солари, мать которого умерла во время родов, а отец ушёл ещё до его рождения. Лео взяла к себе бабушка его матери, но в силу возраста она просто не могла уследить за неугомонным мальчиком, но после того, как он начал общаться с не по годам серьёзным и умным Антонелли, бабушка Нора успокоилась, видя, что её внук берёт пример с соседа. Через год Нора умерла и Лео остался сиротой. Узнав, что лучшего друга забирают в приют, Доменико попросил свою мать взять мальчишку на воспитание к ним и женщина, зная, что не сможет отказать своему первенцу, согласилась. Но Алессандро явно был не рад тому, что в его отсутствие жена взяла в дом беспризорника. Они сильно поругались с Федерикой, но она отстаяла право бедного мальчика на нормальную семью и материнскую любовь, которую она дарила своим родным сыновьям. Время шло, подрастал и Маттео, который всё время брал пример со своих старших братьев, видя, что те всегда помогают матери и в таком раннем возрасте берутся за любую работу. Поэтому, после знакомства с Джузеппе Гвидиче, с которым они быстро нашли общий язык, Тео обращается к Доменико с просьбой помочь им найти работу, чтобы немного разгрузить мать и братьев. К удивлению, Маттео брат согласился, так как он всегда очень трепетно относился к младшему Антонелли и старался уберечь его от реалий жизни, но понимая, что вскоре ему понадобится поддержка младшего брата, Доменико уступил. Алессандро, возвратившись домой после шестилетнего отсутствия, из-за того, что ему пришлось залечь на дно, увидел, что его сыновья выросли и во всём помогают матери. Он долго выпрашивал прощения Федерики за то, что оставил семью даже не прояснив ситуацию, и мягкое сердце женщины простило ему всё. То, что он ушёл через два года после рождения Маттео; то, что её семилетние сыновья, ибо Лео она уже считала таковым, пошли работать, чтобы они могли себе позволить вдоволь наедаться и не голодать, как это было, когда Алессандро в первый раз залёг на дно. Как ни странно, на тот момент двухлетний Доменико прекрасно запомнил этот непростой период в жизни их семьи. Тринадцатилетний Доменико был в ярости, когда мать сообщила ему, что отец вернулся в семью, как ни в чём ни бывало. В этот день он впервые подрался, выбрав себе в соперники собственного отца. В последствии отношения между Доменико и Алессандро были безумно натянутыми, несмотря на все попытки Федерики как-то наладить обстановку в семье. Даже после рождения Николетты, которая должна была объединить старших Антонелли — ничего не поменялось. Доменико лишь больше убеждался в том, что ему необходимо брать больше обязанностей на себя, чтобы его мать и маленькая сестра ни в чём не нуждались, потому что дождаться от отца какой-либо помощи было просто невозможно — он снова повяз в криминале. Маттео же в целом старался игнорировать конфликт старшего брата и отца, держась от всего в стороне. В 1910 двум Антонелли пришлось зарыть свой топор войны — Федерика погибает от рук соперников дона Тирелли, на которого на протяжении долгих двадцати лет работал Алессандро. С тех пор он жил только местью, желая найти тех, кто посмел забрать жизнь у его жены и матери его детей. Первое время Доменико следовал по пути своего отца, но потом пришёл в сознание, понимая, что сейчас ему важнее семья — его младшие брат с сестрой, которые остро нуждались в нём и его уверенности в том, что они справятся с чем угодно. Поэтому, взяв себя в руки и забыв самое главное правило вендетты, Доменико сфокусировался на благополучии Маттео и Николетты. А после гибели Алессандро в 1912, Антонелли прининял решение перевезти семью в Америку, чтобы начать всё с чистого листа, и заручившись поддержкой Лео, собрал младших брата и сестру, купил билеты на паром и отправился в новую жизнь. Теперь Доменико следует лишь одному правилу — семья превыше всего.

1925 год.

— Франи, ты была просто неотразима! — с громким возгласом, Карлотта набрасывается на старшую сестру, после её выступления. — Mio caro*, дай ей прийти в себя. — Лукреция мягко отстраняет неугомонную племянницу от Франчески, давая той возможность перевести дыхание, — Ты же знаешь, как она волновалась. — Не переживайте, — Франческа оглядела своих родственниц и мягко улыбнулась, — я в полном порядке, правда. — Что-то не похоже. — появление Джузеппе за спинами тёти и сестры, ещё больше заставило расплыться в улыбке Гвидиче, — Смотри не урони стакан, не хочу потом бегать по всему Чикаго, ища ему замену. — Не стыдно тебе такое говорить? — Лукреция укоризненно взглянула на единственного сына, а потом устремила свой взор на действительно трясущиеся руки девушки напротив, — Дорогая, думаю нам пора собираться домой, уже поздно. Тебе стоит отдохнуть. — Да, конечно, только переоденусь, — Франческа обняла тётю и, поставив стакан на барную стойку, быстрым шагом направилась на второй этаж, где она оставила свои вещи. Старшая Гвидиче всё никак не могла прийти в себя, постоянно вспоминая взгляд дона, который она ощущала на себе во время выступления. Но в спешке пришедший синьор Солари, завершил «пытку» девушки. Она просто не представляла, как реагировать на столь явное внимание дона Антонелли к собственной персоне. А может ей лишь привиделось это? Нет, такое не могло показаться, девушка точно заинтересовала его. К тому же, она так и не смогла рассмотреть его лицо из-за фактически отсутствующего освещения в зале. Так что же будет дальше? Крутя этот вопрос в своей голове, Франческа закончила переодеваться и уже собиралась брать в руки чехол для платья, что её сестра одолжила у коллеги, как услышала голос позади. — Признаюсь, давно не слышал местные сицилийские песни, я поражён, — девушка повернула голову в сторону говорящего и обомлела — перед ней стоял сам дон Антонелли. Он оказался намного моложе, чем она думала. — Благодарю, — Франческа совершенно не знала, как вести себя рядом с человеком, который держал под собой целый город. — Вы родились на Сицилии или…? — внезапно даже для самой себя произнесла Гвидиче, ей действительно стало интересно откуда он знает эти композиции. — Да, в Палермо, — мужчина смотрел на девушку, не отрываясь ни на секунду. — Прекрасный город, — тихо проговорила Франческа и наконец взяв в руки свои вещи направилась к выходу, тем самым ставя точку в этом опасном разговоре. Кто знает к чему он приведёт. — Не боитесь так поздно идти домой одна? — спросил Доменико, когда Франческа быстро прошла мимо него. — Мы поедем семьёй, так что нет — не боюсь, — уверенно взглянув на своего непосредственного начальника, Франческа продолжила свой путь. — Боюсь огорчать вас, — Франческа насторожилась и остановилась на первой ступеньке лестницы, что вела вниз, — но вашей семье пришлось уехать раньше. — Не стоит беспокоиться, они были приглашены в гости к моему консильери, — видя панику в глазах девушки, поспешил объяснить Доменико. Он хорошо помнил её, и знал о ней достаточно, чтобы считать её частью семьи. — Вот как… — лицо девушки приобрело задумчивый вид, — В таком случае, придётся добираться до дома на своих двоих, — пожав плечами, она начала спускаться вниз. — Поверьте, это не лучшая идея, — Доменико решил довести дело до конца, он просто не мог позволить девушке идти домой ночью одной, — я довезу вас. — Синьор Антонелли, не хочу мешать вашим планам на вечер, к тому же, — Франческа обернулась и посмотрела на Доменико, чтобы убедить его в обратном, — идти мне не долго. — Мой план на вечер — довести вас до дома, — Доменико сказал это тоном, не терпящим возражений, и прошёл мимо девушки, открыв перед ней дверь, пропуская вперёд. Франческа опешила от таких настойчивых действий молодого мужчины и на секунду даже растерялась, но лишь на секунду. Гордо вскинув голову, она подошла к нему почти вплотную и посмотрела прямо в глаза. — А вы настойчивый, — и направилась прямо к припаркованному у входа чёрному, как сама ночь, Cadillac V-23. Она была более чем уверена в том, что это машина дона, так как раньше она не замечала подобного транспорта на местности. Доменико лишь усмехнулся от действий молодой итальянки, но это дало ему понять, что она совершенно не боится его, от чего сердце дона сделало удар. Давно девушка не бросала ему вызов. Когда машина тронулась с места, Франческа незаметно попыталась разглядеть мужчину, который полностью сосредоточился на дороге. Уверенный взгляд тёмно-зелёных глаз; сильные руки, что крепко держали руль, плавно управляя транспортом; такие же угольные волосы, как у девушки; небольшая щетина, которая не отталкивала и не выглядела неопрятно, а наоборот подчеркивала мужественность этого человека. — Вы скоро прожжёте на мне дыру, — глубокий голос вернул Франческу в реальность, она поймана с поличным. — Простите, — тихо проговорила девушка. — Не извиняйтесь, — он бросил мимолётный взгляд на спутницу, — в этом нет ничего такого, но это немного отвлекает. А мне бы не хотелось стать виновником аварии, — мужчина остановился аккурат напротив дома девушки и заглушил мотор. — Спасибо, что подвезли, — девушка открыла дверь машины, — но в следующий раз я всё же пойду пешком, — и захлопнула её, скрывшись в подъезде малоэтажного здания. Доменико снова усмехнулся на слова девушки, она явно не из робкого десятка. Она ещё тогда была смелой девочкой с изумрудными глазами и даже спустя столько лет — не изменилась. Конечно, это не могло ни радовать мужчину, который был таким же. Антонелли не появлялся в ресторане несколько недель, занимаясь своими делами в другом заведении — баре, который так же принадлежал ему. Война с ирландцами давала о себе знать — бессонные ночи, проведённые за разработкой дальнейших действий; постоянные вылазки, в которых он сам участвовал. Всё это в совокупности сказалось на состоянии Доменико, под глазами которого залегли огромные тени. Лео, видя состояние своего названного брата, просто не мог остаться в стороне, поэтому передав некоторые дела Маттео, пригласил дона развеяться пятничным вечером в собственном ресторане. Как ни странно, Доменико быстро согласился, так как сам прекрасно понимал, что если он не отвлечётся от работы, то вероятность совершить ошибку возрастёт в разы. Глава семьи знал, что вечером будет выступать Франческа, об этом ему сообщил Солари, надеясь на то, что он обратит своё внимание на столь удивительную итальянку. Лео вообще давно говорил Доменико, что тому пора обзавестись постоянными отношениями, но с их ритмом жизни это было практически невозможно. Однако, на горизонте показалась Гвидиче, которая прекрасно знала, чем занимаются владельцы ресторана, и не бежала оттуда в панике. Доменико также знал о том, что Франческа сестра Джузеппе, ведь он приходил к нему с просьбой устроить ту на работу и Антонелли не мог отказать своему подчинённому, так как он был верен семье и никогда не подводил дона, к тому же, их связывает общее прошлое в Палермо. Устроившись поудобнее за столиком, располагавшимся не так далеко от импровизированной сцены, Доменико был готов услышать голос, о котором так восторженно отзывался его советник. На сцене появилась она, мужчина стал пристально рассматривать её невероятно красивое лицо, и когда девушка встретилась с его взглядом, он буквально утонул в её изумрудных глазах, они были так прекрасны, что он просто не мог оторваться. И внезапно, Доменико вспомнил эти глаза, этот взгляд. Они встречались, ещё там, на Сицилии, в его далёком прошлом, которое он старался похоронить. Он никогда в жизни не встречал больше людей с такими пронзительными глазами, как у Франчески. Доменико решил, что обязан познакомиться с итальянкой вновь, ведь вряд ли она помнит его. Он бы ещё долго наслаждался пением девушки, если бы Лео не отвлёк его срочными делами. Сейчас, смотря на ночной Чикаго из окна своей квартиры, в которой мужчина много лет жил один, он чётко осознал, что сделает всё, чтобы она стала только его.

***

Франческа никак не могла унять дрожь в теле, метаясь по комнате, постоянно прокручивая в голове разговор с Антонелли, что так сильно взволновал её. А ведь она даже не знала его имени. Постоянно поглядывая на часы, которые стояли на единственной тумбочке между двумя односпальными кроватями, она отсчитывала минуты, а может и секунды до прихода Карлотты. Ей было необходимо поговорить с сестрой и узнать, почему они оставили её в ресторане один на один с ним, даже не предупредив и не оставив никакой записки. Это не было похоже на поведение её семьи, они всегда держали друг с другом связь, поэтому Франческа была сильно поражена их поступком. Но вот послышался скрежет ключа о замочную скважину и на горизонте появилась её «блудная» сестрица. Франческа практически налетела на младшую Гвидиче, осматривая ту с ног до головы. — Где ты была?! — несмотря на то, что итальянка знала, где пропадала её сестра, ей было необходимо услышать это лично от неё. — Ммм, в гостях у синьора Солари. — еле слышно проговорила Карлотта, понимая, что ужасно провинилась перед старшей сестрой. — Франи, прости, что не предупредила и никак не связалась с тобой, — поторопилась извиниться девушка, жалобно взглянув на сестру. — Что уж теперь об этом говорить, — сдалась Франческа, она даже не могла злиться. Лицо Карлы расплылось в улыбке, и она заключила сестру в объятия. Пообещав, что обязательно всё расскажет, младшая Гвидиче направилась в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок перед сном. — Лео подошёл к нам после того, как ты скрылась на втором этаже, — начала Карлотта своё повествование, — сказал, что хочет познакомиться с другой частью семьи Гвидиче поближе и пригласил к себе. Его дом располагается неподалёку от нашего, буквально через квартал. Конечно, мы не могли отказать ему, ведь мало ли какие последствия могут быть… Но знаешь, как оказалось, Лео очень приятный и интересный мужчина, мы так много разговаривали. Мне даже стало казаться, что мы давно знакомы. Он очень понравился мне, Франи, — последнюю фразу Карла произнесла чуть тише и опустила взгляд в пол, как будто ей было стыдно признаваться в этом не только Франческе, но и себе. — Ты уже достаточно взрослая, чтобы решать такие вопросы самостоятельно. Тем более, когда дело касается личных отношений, тебе не стоит стыдиться этого, — старшая Гвидиче очень тонко чувствовала состояние сестры и поспешила её успокоить. Она села рядом с ней и обняла ту за плечи. — Спасибо, Франи, — Карлотта сильнее прижалась к сестре, ощущая идущее от неё такое родное тепло, прямиком из детства. — Дон Антонелли знал, что мы поедем к синьору Солари и сказал, что предупредит тебя об этом, — после недолгого молчания добавила Карла. — Да, он сообщил мне, и довёз до дома, — теперь пришла очередь Франчески переходить на шёпот. — Он подвёз тебя?! — подскочила младшая Гвидиче, — И как он тебе? — Мадонна, Карлотта, о чём ты думаешь? — Франческа сама не понимала почему не говорит сестре о том, что её очень взволновал Антонелли, ведь изначально она собиралась всё рассказать сестре. — Не строй из себя дурочку, ты прекрасно понимаешь о чём я, — Карлотта внимательно следила за тем, как Франческа встала с кровати и начала ходить по комнате, заламывая пальцы. Она всегда так делала, когда о чём-то переживала. — Я видела, как он смотрел на тебя во время выступления, — не получив от сестры ответ, Карла решила продолжить, — так смотрят на любимых женщин, Франи. — Что за глупости, — сердце Франчески забилось сильнее, почти так же, как и рядом с ним. — Это далеко не глупости, сестрёнка. К тому же, — русоволосая девушка умолкла ненадолго, стараясь правильно подобрать слова, — Лео сказал, что мы все пересекались ещё там, на Сицилии, летом 1911. Я этого не помню, потому что была слишком маленькой, мне было всего четыре, но, может ты это помнишь? — Пересекались? — Франческа задумалась, ей только исполнилось шесть, когда они поехали в Палермо к тёте и дяде, и она так же, как и Карлотта мало что помнила. — Да, Джузеппе дружил с младшим братом Антонелли — Маттео, и… — Dio*! — вскричала Франческа, перебив тем самым свою сестру. В памяти итальянки внезапно всплыл образ молодого парня, который несколько раз выручал её, и это точно был дон Антонелли.