Автобус

Рогозина наконец-то выбрала время чтобы посидеть в буфете со старой подругой Валей. Она с наслаждением отхлебнула из кружки горячий кофе. – Ммм… блаженство какое… – Галина прикрыла глаза и откинулась на спинку диванчика, на котором сидела. – Да уж, – улыбнулась Антонова, жующая сухарик и уже выбирая в миске следующий, покрупнее. – Наконец-то ты выбрала время для встречи со старой заброшенной подругой. – Всем бы заброшенными быть, с мужем и детьми, – ответила Рогозина и тоже потянулась за сухариком. Они часто общались в насмешливой манере, слегка подшучивая друг над другом и никогда не обижаясь. – Я тут кстати распечатала наконец-то наши старые фотографии, – Валя начала копаться в своей сумочке. – Вот смотри, – она положил на стол несколько фотографий. Полковник взяла их и сразу улыбнулась. Затем стала перебирать их одну за другой. Вот она, высокая девушка с волосами, собранными в хвост, вот они рядом прилежно сидят за одним столом в читальном зале – точно кто-то из однокурсников фотографировал – у Валентины смешные ямочки на щеках, а Галя почему-то смотрела не в объектив, а куда-то в сторону… дальше несколько фотографий с выдачи дипломов, с выпускного, Слава уже в военной форме… да, он же уже тогда в начал карьеру военного, и очень гордился этим… – Ты совсем не изменилась, Валя, – сказала Галина, возвращая подруге фотографии и она сразу убрала их обратно в сумку. Она и правда мало изменилась. Те же светлые волосы, то же стройное телосложение, не смотря на рождение детей, даже ямочки на щеках остались и смотрелись очень мило на взрослой женщине. Только глаза стали более серьезными. – Ты тоже, – ответила Антонова, отхлебывая кофе, и, критически осмотрев и добавила – Ну почти. Рогозина махнула рукой. – Как твои дела? Как стажер-то? Продвигается обучение? Управляешься с ним? – засыпала она вопросами подругу и принялась за новую порцию еды. Конечно, можно пожевать, слушая ответы. Стажеры в этот момент как раз проходили мимо буфета, о чем-то разговаривали и весело смеялись. Валентина огляделась, чтобы не обсуждать работу при ненужных ушах, но стажеры были достаточно далеко, чтобы их не слышать. – Учится Артем… Времени на него уходит, не успеваю ничего, – не успела Антонова закончить эту фразу, как Артем Тукаев снова прошел мимо двери буфета, тихо напевая какую-то мелодию. Рогозина посмотрела на парня, и какое-то смутное ощущение, вдруг начало вкрадываться в ее сердце. У нее не было оснований пристально смотреть на Артема, тем не менее мысль о сходстве его с каким-то знакомым лицом внезапно овладела полковником с такой силой, что она не могла отвести взгляд. "Сейчас все молодые люди выглядят одинаково, – мысленно успокоила полковник сама себя, – мы в их годы хотели выделиться из массы, а у этих все наоборот, ну чистые близнецы." Валентина подождала, пока стажер скроется из виду, а затем продолжала: – Но в целом он хорошо занимается, я прям не нарадуюсь. Всему еще не научила, ясное дело, но базовые навыки уже хорошо поставила. Галина посмотрела на подругу сочувственно. – Да уж я представляю – со всеми стажерами морока, а уж в морге тем более… – она немного помолчала. Как раз в эту минуту Тукаев опять показался в коридоре, но, вместо того чтобы пройти дальше, он остановился, повернулся лицом к подругам, нерешительно посмотрел вокруг, подошел к стеклянной двери и остановился, глядя на них. Галина вдруг вскочила с диванчика, ее охватил леденящий ужас, как и тогда в зале заседаний. Перед ней стоял Артем Тукаев, одинокая фигура в бледном свете, — воплощение Славы, которого она недавно видела на фотографиях: та же поза, тот же поворот головы, те же русые волосы, тот же овал лица! Только намного ниже ростом и глаза, карие, а не голубые... Мучившее ее подозрение мгновенно превратилось в уверенность. Сходство было не очень заметно, но вдруг в каких-то поворотах головы, в выражении лица проступало явственно, и Галине странно было узнавать черты мужа в этом, невысоком молодом парне... Слава, судя по его молодым фотографиям, таким не был, но похожи, похожи! Тот же нос и овал лица, но главное — что-то неуловимое, словами не определимое. Похожи. И до чего непохожи!