Солнце взойдет

Утром в мотеле было тихо и безлюдно. Поначалу даже казалось, что они попали в какой-то Сайлент-Хилл. На улице даже туман стоял. Чертовщина — уж точно. — Номер шестьдесят шесть, — кинула хостел, зевнув. — Благодарю, — Бобби забрал ключи со стойки и пошел за братьями. — Мы в шестидесятом номере. Если что, заходи. — Конечно, возьму пиццу, резиночки и будем всю ночь смотреть «Сумерки», — сказал Бобби, забираясь по лестнице в номер. — Лучше еще походите и поспрашивайте знакомых убитых. — А ты? — спросил Дин. — А я осмотрю тела. — Мы уже… — Кто знает, что вы, балбесы, упустили, — Бобби посмотрел на номер на ключе и пошел к двери. — И не прохлаждаемся, — условился охотник, отпирая дверь. — Есть, сэр, — отсалютовал Дин. — И почему именно «Сумерки»? — Дин, — жалобно протянул Сэм. Дин вздохнул и скрылся. В морге Роберта ожидали только два трупа. Остальных уже либо кремировали, либо уложили в гроб. «Что ж, хотя бы что-то», подумал он, пряча поддельный бейдж в карман пальто. — Заключение патологоанатомов лежит уже там. Если еще что-то нужно, я буду рядом, — сказал парень в белом халате и пошел дальше по коридору. Бобби зашел в прохладную камеру, надел перчатки и приоткрыл клеенку с первого трупа. Мертвенно-бледный, как и положено. Шов на животе. Пустой взгляд. Пока что все на удивление обычно. Никаких укусов, синяков, царапин… И в заключении все чисто. Сингер усмехнулся. Им бы еще жить и жить, с таким-то здоровьем. Но внезапная остановка сердца — и все. — И кто же так вас невзлюбил? — прошептал Бобби, накрывая тело. Он надеялся, что хотя бы у мальчиков что-то да будет. Любой мелочи сейчас можно было радоваться, как манне небесной. — Вы закончили? — внезапно (по крайней мере, Сингер был готов поспорить, что рядом никого не было) позади него раздался голос женщины — с русыми, видимо, крашеными волосами и зелеными глазами — он сосредоточил внимательный взгляд именно на них. — Такое запутанное дело, агент… — А… — Бобби на секунду замер, заморгав. — Агент Энтин, — он достал удостоверение, но она даже не взглянула на него. — Кларисса Твид, — улыбнулась Кларисса. — Вы?.. — Я здесь… помогаю. Временная работа. И в чем же? Бобби хотел засомневаться, понимая, что что-то точно будет не так, но не получалось. Эта женщина источала доверие, как никто другой, или же почти «никто», но той давно нет. — Миссис Твид… — Мисс Твид, но можно просто Кларисса. — Кларисса, вы не осматривали эти трупы? —  Он встал боком, указывая на тела. Она метнула на них быстрый взгляд и замотала головой, мол, нет, не приходилось. — А ничего не слышали? Может, кто-то говорил, что это необычная смерть, или все же нашли что-то необычное? — Все совершенно обычно. Остановка сердца — дело непредсказуемое. Кто знает, сколько Бог нам всем уготовил, — она вздохнула и опустила взгляд, только сожаление в ее голосе не звучало так искренне, как должно было. Но Бобби и это не заставило заострить на ней взгляд. Только вздохнуть и сразу забыть. А впрочем, почему под подозрением должны быть все? Эта женщина просто попалась ему в коридоре, видимо, приглашенная дабы проводить его к выходу. И чем она могла зацепить?.. Может, схожестью? От этих мыслей Роберт поджал губы. Нет, он просто соскучился. А она оказалась… похожей. — Тогда спасибо за помощь расследованию, просто Кларисса, — сказал Бобби и улыбнулся. Кларисса улыбнулась в ответ. — Всегда рада помочь, — уведомила она. — А вы здесь надолго? То есть, это дело ведь еще не окончено, да? — словно предвидя его уход, женщина остановила Бобби, невесомо дотронувшись до его предплечья. Сингер мельком кинул взгляд на ее руку, сглотнул и ответил, что не знает. Вообще, он думал уехать этим вечером и вновь углубиться в поиски твари, только уже дома, но что он там не видел? Можно ведь и задержаться? — Не думаю, — ответил Роберт. — Помимо меня здесь еще двое агентов. Они более молодые и точно решат это в скором времени. Я вернусь в контору и буду думать оттуда. — Какая жалость, — произнесла она и опустила брови. — Почему же «жалость»? — Просто не каждый день к нам приезжают такие статные мужчины, тем более из ФБР… — Она секундно помедлила и продолжила: — В общем, не хотите сходить, может быть, сегодня вечером в кафе? Или бар, клуб, ресторан, не знаю… — торопливо начала предлагать Кларисса. — Хорошая идея. — Я освобождаюсь в четыре. — Через два часа? Я бы мог подождать. — Напротив есть кафе… — Я буду там, — пообещал Бобби, и женщина еще раз улыбнулась, смущенно опуская взгляд и одаривая его невесомым поцелуем в щеку. — До встречи, агент Энтин, — и Кларисса поспешно ушла, а Бобби только спустя несколько секунд вышел из немого шока и понял, что у него будет свидание. Как ему вообще пришло это в голову — согласиться? А ответить на еле заметный, но все же флирт? Как он не свалил оттуда, как только та начала разговор? Ведь обычно все именно так и бывает, и неважно, кто перед ним — обаятельная девушка или харизматичная женщина. Может, у нее и было преимущество, понятное только ему, но почему?.. Ладно, возможно, он просто устал. Ему нужен отдых. Ему нужна нормальная компания, а Кларисса как раз подходила под все критерии. Признаться, под них подходили все, кто не носил черные дорогие костюмы, не выглядел, как пижон, и не был Королем Ада. И к чему это? В конце концов, он свободный мужчина. Он имеет право на отдых в чьей-то компании. Да черт, он имеет права на все в рамках закона! Только в последнее время он не зависит от этого. Тот самый пижон в черном костюме — вот от кого зависят его планы. Планы, которые он отчего-то гибко прогибал под ним. Стоя в мужской комнате кафе, Роберт освежился прохладной водой, достал мятную жвачку и поправил прическу. Он надеялся, что ей нравятся мужчины в костюме-тройке. Да кому они вообще не нравятся? Даже он питал к ним некую слабость… Но признаться в этом было сверх его сил. — Ведешь себя, как перед первым свиданием, — брезгливо прошептал своему отражению Роберт и почесал щеку. — Противно смотреть. Он поправил пиджак и проверил время. Еще двадцать минут. Вдруг она пришла раньше? Тогда получится некрасиво. Значит, самое время выходить и гордо ждать. И не было никаких сомнений и неуверенности. Особенно — терзаний совести. Да и из-за чего?.. Выходя из уборной, он столкнулся с кем-то невысокого роста, но не придал этому значение. Тем более, Кларисса только что зашла в кафе — медлить было нельзя. — Я уже думала, ты забыл. — Тебя не забыть, — он галантно взял ее ладонь и поцеловал в костяшки, даже сам удивившись этому жесту. Все-таки еще есть порох в пороховницах. — Куда поедем? — Для ресторана я не брала одежду, но ты действительно хорошо выглядишь, — она оглядела его снизу вверх и улыбнулась, незаметно закусив губу. — Может, в бар? Если женщины когда-то предлагали пойти в бар, то они либо там работали, либо говорили это язвительно, либо были женщинами мечты. Первые два Бобби уже и не рассматривал. Он в легком забвении подставил ей локоть, и они направились к его машине, а дальше — в бар, как ни странно, находившийся около его мотеля. Кстати, он еще с утра подметил его и планировал на одиночное рандеву, не считая стаканчика янтарной жидкости. И, как обычно, планы рушились, но в данном случае совершенствовались. Охотник давно вышел из того возраста, когда в теле бушуют гормоны, когда из-за них и приливающей крови забиваешь на все крепким болтом и живешь в иллюзии сознания, где ты, она и инстинкты. И ведь из-за этого обычно страдают подростки. Хотя, Бобби еще не решил — к хорошему это чувство или нет. Какая-то часть кричала, что да, все верно, а какая-то тихо сжалась и хотела другого. А пока что он опрокинул в себя второй шот текилы вместе с Клариссой, на миг застыл на ее смехе и засмеялся сам. — Давно я так не сидел, — признался он, почесав щеку. Кларисса вновь закусила губу и призналась в этом же. — А что-нибудь удалось найти по делу? — вдруг спросила она, попросив у бармена еще пару шотов. — Не знаю, ничего, если мои балбесы ничего не нашли, — Бобби усмехнулся и почувствовал, как до его ноги дотронулась чужая нога под столом. Не заострять же на этом внимание?.. Просто будет вести себя обычно, может, ответит… Да что там может — определенно ответит. Если ему и перепадет этой ночью с ней, то он красным цветом отметит этот день в календаре. И когда же он стал таким Дон Жуаном? — Придется остаться, — она подмигнула и провела круг кончиком пальца по столу. Бобби почувствовал же, как его качнуло в сторону — совсем легонько, но и этого достаточно, чтобы узнать опьянение. Черт, не вовремя и уж слишком быстро. Действительно, как подросток… И они опрокинули в себя еще по паре шотов, стакану виски и самой приятной и интригующей беседе, пока Сингер не обнаружил себя в тумане. Нет, буквально в тумане. Он даже бегло осмотрел помещение, сначала не поверив этой смазанности. Все в радиусе метра казалось далеким, либо будто его зрение село в один момент. И видел он только Клариссу, концентрируя все внимание на ней. — Мой мотель в паре метров, — внезапно сказал он. Женщина томно посмотрела на него и расплатилась, тут же встав. Он не медлил — встал за ней и пошел как по инерции, огибая столы, людей и идя по притягательному шлейфу ее духов, как по зову… Ночь, тусклый свет фонарей, лай собак и быстрые шаги по тротуару, затем по паркету, беглый розыск ключей. Упали. Резво поднял, ощутил руки на своей шее, тело, прижатое со спины, скрип скважины. Хлопок двери, частые вздохи и теплую ладонь у паха, а после… — Мог бы и постыдиться, — раздался спокойный голос в его сознании… Стоп. Нет. Он не мог думать о нем в такой момент, да даже если мог, то почему сейчас?! Да потому что эта сволочь сидела в его номере, в его кресле и что-то пила! — Роберт, а это кто?.. — боязливо спросила Кларисса. — Да, Роберт, кто это? — более твердо повторил голос, и Сингер смог сконцентрировать взгляд на нем. Кажется, Кроули не был шокирован или удивлен. Он явно был зол. Поправив галстук, демон встал с кресла и аккуратно поставил стакан в сторону. — Ты какого черта здесь делаешь? — вспылил Бобби, напряженно смотря на него. — Жду тебя здесь, как верный муж, а ты заявляешь с изменой в чистом виде! Я потребую развод, лапуля! — Он подошел еще ближе, но, как ожидал Сингер, не прожигал ненавидящим взглядом его, а ненавидящим и догадливым — Клариссу. В эти же секунды она отпрянула от Сингера. Он в непонятках обернулся, заметив потерю тепла, но никого там уже не было. — Что?.. — потерянно спросил Бобби. — Все хорошие девочки попадают в Ад, — монотонно произнес Кроули и посмотрел на Бобби. — Уверен, ты хотел ее назвать такой, если бы я не застукал вас. Мужчина фыркнул, еще оглядываясь и совершенно не понимая ничего. — Это что?.. — Давай потом все растолкую, Роберт. Только скажи мне: вы целовались? Бобби ошалел от такого вопроса. Да почему его вообще интересует? Какой любопытный! Все ему нужно знать! — Не твое дело! — все же ответил Бобби и хотел было пойти в ванную, но его резко остановил Кроули, вцепившись в плечо крепкой хваткой. — О, нет, дорогуша, мое. Ответь, — он сильнее надавил. Охотник вновь фыркнул и вспомнил о том единственном поцелуе в щеку. — Тогда у меня плохие новости. Это Эрот — греческое божество любви. — И что же тут плохого? — усмехнулся Роберт. — А то, болван, что она не богиня любви, роз, романтики и прочей ерунды. Она сильно провинилась и была изгнана в Ад. Теперь это Адское божество. Понимаешь теперь? Сингер потупил взгляд. Кажется, понял… — В ее поцелуях Ад, в словах дурман, а после — смерть. Особенно для таких холостяков, Сингер, — фыркнул Кроули, отпустив его. Признаться, он уже и сам понял, что влип. Но хуже всего было то, что он отчетливо ничего не помнил об Эроте, как будто ее нарочно стерли из истории, а она внезапно воспользовалась этим, и вуа-ля — на удочке даже он. И лишь обеспокоенный взгляд демона подсказывал ему, что дела не то что плохи — они отвратительны. И ведь только этот засранец все мог знать о ней… — Ты ведь поможешь? — спросил Сингер, придерживаясь за стену. Кроули с робостью посмотрел на него. — Не оставлять же тебя здесь одного, лапуля, — тепло усмехнулся демон, с переживанием. — Помогу.