Sweet dumby Wonka

Этот день прошёл чудесно. Чарли был всё таким же милым как и раньше, боже… Как я его люблю. Мы решили погулять с ним в парке, не смотря на то, что ноги мои были всё ещё ватными. Хотя усталости я и не чувствовал, Чарли настаивал чтобы я отдохнул. Много времени мы провели в этот день на разных лавочках: ели и разговаривали.

Что же мы ели в тот день?

Я не силюсь вспомнить. Помню что-то белое, большое… Каков же вкус? Ох, видимо я действительно мало спал за это время. В голове всё плывёт от того странного видения. Ладно, шоколатье. Внутренний голос говорит что не стоит бояться, всё встанет на свои места. Главное что с Чарли всё хорошо, верно? Верно.

К концу дня я перестал бояться. Словно неприятный осадок сошёл без следа. Ох, как я соскучился по своему спокойствию!

Ложусь на кровать. Надев свою полосатую пижамку, укрываюсь тёплым одеялом и стараюсь заснуть. Казалось бы: недосып — лучшая колыбельная, но нет. Просто невозможно спать. Уютно, но всё же не хочется. Повалявшись где-то минут десять, я почувствовал что матрас прогнулся, словно кто-то забрался в моё мягкое царство. Я насторожился. Всё же иногда некоторые умпа-лумпы могли извратиться и пробраться ко мне в комнату, только для того чтобы до смерти напугать, а затем защекотать своими маленькими ручками, брр! Такое стало уже ежемесячной традицией, особенно учитывая, что я всегда вёлся. Чарли тоже любил ко мне приходить. В основном чтобы пожалеться и понежиться, а затем уткнуться вечно замерзающим носиком в мою спину и тихо засопеть. А иногда в нём просыпалась настоящая шкода и он тоже бесился со мной. Только вот его руки были мягкими и тёплыми, не хотелось даже пихаться и отбиваться от них. Судя же по габаритам, гость всё же не был умпа-лумпой. Да. Именно так. Это был Чарли. Нежные руки обхватили мою талию и прижали к своей. Я так рад чувствовать его рядом… Я словно бы в нём растворён, как какао-порошок в молоке. Его существование является стимулом к жизни. Я резко вздрагиваю, чувствуя его зубки на мочке моего уха. Шалунишка, решил поиграться со мной? Хах, ну тогда держись, солнце. — Мистер Вонка — его голос тихий и робкий. И всё же я слышу эту нотку игривости, к которой никак не мог привыкнуть раньше. Я буквально ощущаю его улыбку, чувствую как его руки спускаются ниже по моей пижаме — Вам не одиноко? — Хах, Чарли, я по тебе слегка заскучал — подхватывая его настрой, я прогинаюсь так, что пижама задирается, оголяя живот и бока — Надеюсь моя теория о том зачем ты пришёл не ошибочна? Он ласково целует меня в шею, но как-то по-другому, нежели раньше. Какое-то нетерпение чувствуется в его движениях и дыхании. Мне нравится его страсть, но немного напрягает что раньше он так себя никогда не вёл. Я беру его руку и медленно, даже немного с издёвкой поглаживаю. Внезапно, мой ученик, что минуту назад казался таким беззащитным и беспомощным буквально валит меня на пушистую простынь, переворачивая на спину. Я не могу видеть его лицо из-за темноты вокруг нас, но я буквально чувствую жар, исходящий от разгорячённого тела. Его руки на удивление сильные, хоть по ощущениям ничуть не изменились. Хоть я не чувствую его кожу через ткань пижамы, я знаю что он разгорячён. Ахах, ведь ему удалось меня повалить, он не каждый день так делает. Звучит глупо, но это так. Он смолкает, но его руки говорят сами за него. Я словно иду у него на поводу сам того не понимая, но как же это здорово. Мягкие губы на моей шее, на моих плечах… Словно я таю от его тепла. Его руки, массирующие мою спину в самых чувствительных точках, просто сводят с ума. Эти мурашки от его прикосновений! Я в трепете. Странно что это происходит в абсолютной тишине. Я слышу только его сбивчивое дыхание и собственные стоны. Я тоже хочу что-нибудь сделать и коснуться его, я натурально схожу с ума от жажды и желания. Я тяну к этому телу свои руки, совсем как год назад. Он слегка замедляется, словно в неком недоумении, а затем грубо пихает меня обратно. Что происходит? Он хочет просто взять меня? Это странно и не похоже на него, но прикосновения снова сбивают меня с толку. Он касается бугра в моих штанах, даже не снимая с меня пижаму. Я хотел заикнуться об этом, но снова не смог. Мне словно мешает сосредоточиться эта сладкая страсть, а он всё шалит со мной. Пальцы ощущаются сквозь непозволительно тонкую ткань, напряжённый член просится наружу, прямо в объятия этих мягких пальцев, но я просто не могу сопротивляться. Что-то странное, словно я вдруг испугался его? — Ч… Чарли… Единственное что я произношу, перед тем чтобы снова бессильно застонать. Меня снова душит эта приятная тяжесть внизу когда его пальцы касаются моих сосков, всё так-же через блядскую ткань. «Да сними ты, сними ты с меня эти тряпки, сними, пожалуйста!» — хочется молить, но слова тонут во мне. Тонут так же, как и я в нём. Он снова склоняется над моим плечом и… Что за хрень происходит?!

Он впивается в меня зубами.

Не игриво кусает за плечико, как обычно описывается в околоэротических рассказах, а натурально вгрызается. Я чувствую резкую боль, словно мою руку оторвали от тела. Чувствую тёплые капли крови, скатывающиеся между его зубов. Да и зубы ли то? Нет, боже, нет! Это клыки словно у зверя, словно зубья на циркулярной пиле! Тварь не даёт закричать, моментально валит с кровати и вгрызается в мою шею. Больно, больно не так как в кошмарах, а словно меня грызёт уличная псина. Чарли, боже… Что это? Смогу ли я выжить?! Где Чарли и что это?! «Шоколатье, ты не можешь умереть, ты не должен! Ты великий человек, ты погибнешь в глубокой старости, прожив долгую, счастливую, полезную для людей жизнь! Ты так молод, ты можешь драться, ты можешь…» Силы возвращаются ко мне и я бью тварь прямо по щеке. Вернее туда, где должна быть щека. В ладонь впиваются иглы, что растут из этого. Я на шатких ногах поднимаюсь и теперь, когда моё сознание не затуманено страстью к любимому созданию, я могу увидеть тварь во всей красе. Оно похоже на Чарли, но у него здоровенная пасть. Я не уверен в его цветовой палитре, но у него есть чешуя и её цвет заметно отличается от основного оттенка кожи. — Что ты такое, чёрт тебя дери?! Тварь поднимает на меня взгляд и ухмыляется. Изо рта выпадает длинный, словно у жабы, язык. Такой склизский и розовый, словно тянучка… Так закручивается в спирали, меня это манит к себе. Я понимаю что мне нельзя подойти, но ничего не могу с собой поделать… Подхожу медленными шагами, словно во сне. Я хожу во сне, я хожу я хожу я хожу…

Я хожу во сне?

Сознание проясняется когда я уже лечу с лестницы головой вперёд. Мой цилиндр словно в замедленной съёмке пролетает над ступеньками, но я, беспощадно матерясь, хватаюсь за перила. Конечно, я безусловно и неизбежно падаю. Боль пронзает мои колени, но всё же это значит что я их чувствую. Я жив. А если бы не пробудился, то без криков и ругательств уже лежал бы со свёрнутой шеей на семь ступенек ниже. От этого осознания передёргивает. Отойдя от шокового состояния, я сажусь на ступеньку и оглядываю колени. Они, конечно, ободрались о две ступеньки вместе с руками, что я понял чуть позже. На пижаме красовались два свежих багровых пятна, быстро увеличивающихся в размерах. «Нужно пойти к Чарли, у него должна быть… Аптечка…» По пути в его комнату я думал. Я ведь никогда не ходил во сне ранее? Никто из моих родственников не лунатил, я это точно помню. С чего бы мне, а точнее моему телу вдруг решить что «Ах, шоколатье, пора бы нам немного развеяться и разбиться на лестнице»? Это очень странно. Да и этот сон… После него был стойкий осадок. Даже убеждая себя в том что я иду к любимому, что он поможет мне полечить колени и что это в принципе мой Чарли, а не какая-то неведомая тварь, я не мог успокоиться. Особенно я вспоминал этот скользкий язык. Отвратительный и манящий, словно сцены из нелицеприятных групп в ВК. Это странно. Мне страшно. — Чарли… — я робко позвал юношу когда стук в дверь остался безответным. Услышав копошение я заволновался. У меня не было ни сил, ни мотивации представлять что же там скрывается за дверью, но подсознание уже било тревогу. Однако дверь открылась. На пороге стоял сонный Чарли в своей ночной рубашонке, до смешного милых мягких тапочках и растянутых штанах. Он устало протёр глаза, но увидев меня сразу же встрепенулся. — Ох, мистер Вонка, что случилось? — паренёк пока не понял что именно произошло, но я то знаю что его сразу же обеспокоил сам факт того что я пришёл к нему посреди ночи. Я никогда так не делал по пустякам, только если действительно что-то случилось и мне нужно было утешение, хех. Эта ночь не стала исключением. Он наконец заметил кровь на моих коленях и руках, его аж передёрнуло. На зелёных глазах навернулись слёзки. Так хотелось его пожалеть в тот момент, но он начал говорить — Быстрее заходите! Захлопнув дверь за мной, Чарли тут же ринулся к прикроватной тумбочке и принялся что-то там искать. Немного покопавшись, он извлёк аптечку. Ах, мой предусмотрительный ученик. Первое на чём он твёрдо настоял когда заселялся, так это полноценная аптечка для оказания медицинской помощи мне, либо рабочим. «Мало ли что, мистер Вонка!» — взволнованно говорил он тогда, глядя на меня своими большими глазами — «А вдруг в самый неподходящий момент у нас не окажется рядом пластыря или перекиси? Это же кошмар!». Он всегда такой заботливый… — П… Присядьте, пожалуйста… Он берёт большие ножницы и надевает на них ватку. Затем обмакивает в перекись и просит меня снять штаны, что я послушно делаю. Кожу печёт, но я послушно сижу, чтобы лишний раз не нервировать своё чудо. Ах, его глазки… Внезапно я вижу что он не просто боится за моё состояние. По его щекам катятся слёзы, а губы и руки сильно дрожат… Бедняжка… — Чарли… — Сидите на… На месте и молчите — нервно произносит он, затем на секунду отворачивается и, кажется, считает до трёх. Повернувшись ко мне обратно, он наклеивает пластыри и облегчённо вздыхает — Мистер Вонка… Я боюсь крови… — говоря это он обнимает меня и прижимается совсем как ребёнок. А я ведь и не замечал, дурак дурацкий… Он терпел только чтобы помочь мне… Это он. Мой Чарли, тот, кто готов помочь мне всегда и развеять мои страхи. У него такие тёплые руки…