Мой Учитель

- Доброе утро, - Дима вошел в класс быстро, принеся с собой ощущение нервозности и какого-то внутреннего напряжения. - Доброе утро, - в ответ раздался нестройный хор голосов, и Влад напрягся, ожидая каких-нибудь комментариев со стороны любимых одноклассников и одновременно всматриваясь в чуть более бледное, чем вчера лицо. Но настроение Димы, видимо, каким-то волшебным образом передалось классу, потому что никто не произнес ни слова. Влад чуть расслабился, всматриваясь в лицо Димы пристальнее. Темные круги под глазами, взгляд уже устремлен не в пол, а бегает по лицам ребят. Нервничает. Не так, как вчера. Влад нахмурился. Дима сложил принесенную стопку их тетрадей со вчерашним сочинением. На мгновение прикрыл глаза, словно собираясь с мыслями или силами. - Я проверил ваши сочинения, - спокойный, хорошо поставленный голос поплыл по классу, и Влад почувствовал, как где-то внутри разливается тепло. – Должен сказать, что я удивлен. Вы оказались гораздо более интересными, чем я мог предположить. И я ОЧЕНЬ надеюсь, что мне не придется разочароваться в вас. По классу пронесся возбужденный шепоток. Влад опустил голову, пряча усмешку. Один-ноль в пользу Димы. - Но… - Дима вдруг резко вскинул голову, - кому-то из вас придется сочинение переписать. Я все написал в ваших тетрадях. Раздайте, пожалуйста, - он вышел из-за стола и, сделав пару шагов, положил стопку тетрадей перед Лизой, сидящей на первой парте среднего ряда. Та послушно встала. В классе тут же поднялся легкий шум. А спустя секунду перед Владом легла его тетрадь. Он потянулся ее открыть и услышал рядом судорожный вздох. Обернулся как раз вовремя, чтобы заметить, как сидящая рядом Дашка стискивает пальцы в кулаки и прячет их под партой. Влад вытянул шею, а потом недоуменно нахмурился: в самом верху тетрадного листа красной ручкой было написано «Переписать». И все. Влад скользнул взглядом по белому Дашкиному лицу, а потом отвернулся. И что же такого Дашка написала? Вроде строчила вчера, как пулемет. Влад пожал плечами и вернулся к собственной тетради. Так-с, что там у нас? Красного немного, это хорошо. А что в результате? Четыре за грамотность, пять за содержание. Влад довольно улыбнулся. А еще от мысли, что Дима держал эту самую тетрадь в руках и читал написанное Владом, стало почему-то жарко. - Если у кого-нибудь появились вопросы по поводу оценок, то я с удовольствием отвечу на них после урока, - Дима вернулся к столу. Откинул уже знакомым небрежным жестом волосы, и Влад выпал из реальности, глядя широко распахнутыми глазами на четко очерченные скулы и красивые губы, от одного взгляда на которые вдруг потяжелело внизу живота. Испугавшись реакции своего организма, Влад на секунду сильно зажмурился, а потом снова отвернулся к окну. По классу плыл голос их практиканта, но до сознания Влада, которое витало где-то в заоблачных далях, он не долетал. Только ласково волной скатывался по позвоночнику. Иногда Влад все же делал усилия, чтобы вникнуть в смысл урока, но спустя секунду опять возвращался в свои размышления. Отец опять в командировку смотался. Мать… Легла на очередную «пластику». Дом пустой, но даже устраивать вечеринки настроения нет. Все-таки эта зима его доконала. Или это просто он стареет? Подумав об этом, Влад фыркнул. И реальность тут же ворвалась в мозг, почти ударив наотмашь холодным баритоном: - Вам кажется смешным то, что я рассказываю? Влад вскинул голову, краем сознания отметив, как судорожно выдохнула Дашка. Прямой, острый взгляд по-зимнему зеленых глаз стоящего рядом с его партой Димы поднял внутри бурю. - Нет, - Владу вдруг захотелось удержать этот взгляд на себе подольше. – В ВАШЕМ рассказе нет ничего смешного. Но мои «тараканы» у меня в голове показывают смешные фокусы. По классу раскатился смех. А изумление, промелькнувшее в глазах Димы и мгновенно им спрятанное за ресницами, заставило Влада пойти дальше: - Если хотите, я вас с ними тоже познакомлю, - произнес он и улыбнулся совсем по-детски, распахнув глаза, добавив в них наивности. - С «тараканами» своих учеников я предпочитаю знакомиться ВНЕ урока. К тому же, думаю, у меня еще будет шанс познакомиться с вашими, - уголки губ Димы дернулись вверх, и пришел черед Влада прятать изумление: никто, кроме завуча, не мог разговаривать на одном с ними языке. Любой другой учитель тут же начинал читать лекции об уважении, поведении на уроке и прочей лабуде. А вот так отвечать… - Или у вас есть какой-то особенный, с которым вы хотите познакомить весь класс? - Дима, кажется, тоже решил не останавливаться на достигнутом, и теперь ребята смеялись уже над внезапно смутившимся Владом. - Нет, не хочу, - довольно резко ответил он, а потом, чуть поколебавшись, добавил: - Извините. В затянутых метелью глазах проглянуло солнышко, взгляд потеплел на пару градусов, и Дима отошел, возвращаясь к прерванному уроку. Сидящая рядом Дашка выдохнула с Владом почти синхронно. Сколько там до перемены? Три минуты… Влад на автомате записал домашнее задание, отсчитывая про себя оставшиеся до звонка секунды: почему-то хотелось покинуть класс побыстрее. Хотя почему «почему-то»? Он отлично знал, почему – ему надо покурить и успокоиться. А то этот практикант своим подходом к «воспитанию молодежи» его из колеи выбил. Про глаза не думать. Звонок! Влад начал судорожно собирать рюкзак, одновременно пытаясь нашарить в кармане зажигалку. Перемена короткая, а ему надо еще успеть одно упражнение по алгебре списать. Покончив со сборами и найдя зажигалку, Влад закинул рюкзак за спину и поднялся. Взгляд скользнул по стремительно пустеющему классу и замер на склоненной черной макушке. Дашка сидела на месте и, похоже, никуда не торопилась. Только тетрадь к груди бережно прижимала. Влад нахмурился, вспомнив короткое «переписать» наверху страницы. Мысли о сигаретах как-то сами собой покинули голову. Любопытство – его самый большой недостаток, благодаря которому он вечно попадал в переделки – тут же напомнило о себе. Не долго думая, Влад потянулся и резко выдернул тетрадь из рук Дашки. Та тут же взвилась с места: - Отдай!! Ну, куда ей до него: почти на голову ниже, худая, как щепка. - Я ее не съем, - «успокоил» одноклассницу Влад и, подставив под удары ее слабых кулачков спину, открыл тетрадь, заскользив взглядом по сочинению. Знакомая «переписать», а в самом низу приписка: «Вы не знаете меня. Вы ошиблись». Брови Влада взметнулись вверх. Да что… «Я люблю вас…» Сердце гулко стукнулось о ребра, а потом быстро заколотилось. - Дашка… - изумленно выдохнул Влад, поворачиваясь к девушке. Та с минуту вглядывалась в его лицо, а потом отступила на шаг. Сжалась, став еще меньше, обхватила себя за плечи: - Ну давай, Соколовский… Смейся. Смейся, как все остальные надо мной смеются! – она кричала, дрожа и отчаянно пытаясь взять себя в руки. – Страшненькая, наивная дурочка, влюбившаяся в учителя в его первый же день… Куда ей до него… - она замолчала, захлебнувшись воздухом, а потом всхлипнула. И Влад шагнул к ней. Осторожно обнял, чувствуя себя почему-то старшим братом. - Не буду я над тобой смеяться. Здесь нет ничего смешного. И вообще… Ты не страшненькая. Ты вполне себе симпатичная девчонка. Даша глубоко вздохнула, а потом отстранилась, стараясь не смотреть на Влада: - Прости, - она шмыгнула носом, и Влад, только головой покачав, полез в карман за платком. Детский сад, штаны на лямках. – Я не должна была на тебя кричать. - Да, ладно, - скромно потупился Влад, благородно решив ей не напоминать, что он сам спровоцировал все это, отобрав у нее тетрадь с сочинением. – Проехали. Даша вытерла краем платка растекшуюся по лицу косметику, и Влад вдруг добавил: - Ты это… Если кто смеяться будет или наедет, ты мне скажи. Я с этим «кем-то» проведу разъяснительную беседу. Даша очень мило покраснела и, пискнув что-то вроде «хорошо, спасибо», выхватила тетрадь из руки Влада и выскочила из класса. Влад проводил ее взглядом, а потом вздохнул, пытаясь сделать тяжелейший выбор: сигарета или домашка по алгебре. В ушах вдруг зазвучал глубокий голос: «Вам кажется смешным то, что я рассказываю?» и Влад снова вздохнул, делая выбор в пользу сигареты. Неделя пролетела почти незаметно. Весна все-таки соизволила прийти, снег потемнел еще больше и начал проваливаться под ногами. Днем немного подтаивало, а за ночь улицы покрывались коркой льда. Владу казалось, что он живет в тумане. Вся жизнь заключалась в походе из дома в школу и обратно. Уроки то делались, то не делались, количество прогулов росло в геометрической прогрессии. Единственные предметы, которые он никогда не пропускал – это алгебра с геометрией, да литература. Последняя почему-то особенно напрягала, но даже мысль о том, чтобы не прийти безжалостно давилась. Влад сидел на своей первой парте, также смотрел в окно, но каждым волоском, каждой клеткой тела чувствовал, как приближается Дима или удаляется, расхаживая по классу и рассказывая очередной урок. Он по-прежнему ни во что не вслушивался, поэтому сказать что-либо об интересности материала не мог, но голос… Влад от него просто с ума сходил, каждый раз задаваясь одним и тем же вопросом: откуда в этом теле такой голос? Он словно изнутри ласкал. Может, именно поэтому его так и слушали внимательно. Даже вечный хам Гришка молчал, не пытаясь ляпнуть какую-нибудь гадость. Но сегодня суббота. Литературы в расписании нет, но Влад зачем-то приперся в школу. Ах, да… Ему надо покопаться в библиотеке, а то историк пригрозил за прогулы поставить историю в список обязательных предметов для сдачи на выпускных экзаменах. «Специально для вас, Соколовский…» А историк – мужик крутой. Ему не заржавеет. И Влад «засыпется» на первой же дате, которые он никогда не запоминает. Библиотека встретила его тишиной, усталой улыбкой библиотекарши и бумажной пылью. Влад молча протянул список нужных книг, заполнил формуляры, а потом пошел между столов, ища, куда бы приземлиться. Не то, чтобы зал был забит до отказа, просто хотелось спрятаться куда-нибудь подальше. Кстати, если завернуть вот за этот шкаф, там будет еще три стола, которых не видно ни от входа, ни от конторки библиотекаря. О-па! А здесь уже кто-то сидит. Влад с коротким выдохом сгрузил на свободный стол стопку книг и выпрямился. Кинул взгляд на нежданного соседа и застыл. - Эээ… Здравствуйте… - как-то совсем несерьезно произнес Влад. Озадаченные и немного настороженные серо-зеленые глаза Димы скользнули по стопке книг и учебников, а потом вернулись к Владу: - Здравствуйте. - Я вам не помешаю? – только сейчас пришла мысль о том, что Дмитрий Олегович не зря спрятался в этот уголок. Может, он тоже не хочет, чтобы его кто-то здесь видел? - Нет, - Дима снова отвернулся, возвращаясь к прерванному занятию, и Влад сел за стол. Выгреб свой старенький, уже потрепанный, но нежно любимый блокнот из рюкзака и открыл первую книгу. Но сосредоточиться упорно не получалось. Строчки если не расплывались перед глазами, то прыгали по странице, доводя до бешенства. Вокруг скапливалось напряжение, и Влад точно знал, где его причина. Совсем рядом, только руку протяни, и можно зарыться в водопад густых светлых волос. Кстати, а что это чудо делает здесь в субботу, если у них в расписании литературы не было? Боооже, о чем он думает? Надо бы сосредоточиться. Спустя еще пятнадцать минут Влад сдался. Злым движением захлопнул книгу и начал собираться. Все равно только время здесь теряет. - Что-то случилось? – всего лишь мягкий голос с ноткой обеспокоенности, а из Влада словно весь воздух вышел. Вместе с раздражением и злостью. - Не могу сосредоточиться, - буркнул Влад, и глаза Димы немного расширились: - Я вам мешаю? Влад кинул на тонкое лицо быстрый взгляд. Ну, и что отвечать? «Да, мешаете, потому что я все время думаю о вас, а не о том, о чем надо думать?» Без сомнения, гениальнейшая мысль. Как раз в его духе. - Нет… - Влад отвечал медленно, тщательно подбирая слова. – Просто я не люблю историю. Я путаюсь в датах, событиях, причинах и предпосылках. К тому же, она скучная, - неожиданно пожаловался он. - История не может быть скучной, - Дима улыбнулся, и Влад, не удержавшись, фыркнул. Настоящий учитель… - Зря смеетесь, - Дима развернулся к нему всем корпусом и потянулся к стопке с книгами. Влад только ошарашено смотрел на тонкие пальцы. – Что за тема? - А… Средневековье. - Средневековье? – кажется, ему удалось удивить Диму по-настоящему. – Разве ее проходят в одиннадцатом? Влад только пожал плечами: - Наш учитель предпочитает Новейшей истории России историю старую, - как-то не совсем складно ответил Соколовский, и Дима только предсказуемо поморщился. А потом поднял взгляд на Влада. - Но разве Средневековье может быть скучным? Рыцари, турниры, замки, крестоносцы… - серо-зеленые глаза Димы начали тускло сиять, и Влад, завороженный, опустил уже почти собранный рюкзак на пол: - Рыцари, турниры… Романтика для девчонок, - что-то внутри подталкивало, почти жгло, заставляя вести себя… непривычно. Ворчать, как старый дед, и не отпускать, не отпускать странных, красивых глаз. Удержать их взгляд на себе еще хоть на секунду. - Ведьмы, инквизиция? – Дима вдруг потянулся вперед и, сложив руки на столе Влада, опустил на них голову, глядя сквозь длинную, пышную челку. Влад про себя застонал. Разве можно быть… таким? - Уже интереснее, но это только для фильмов ужасов, - Влад заставил себя встряхнуться. А то сознание уже начало тоненько попискивать от ужаса. Интересно, а если нагрубить этому чуду, он обидится? Отодвинется, отвернется или вовсе уйдет? Почему-то от этой мысли стало страшно. - Тогда, может, вернемся к Крестовым походам? Влад отвел глаза, чувствуя, как начинают алеть щеки: - Я ничего о них не знаю, - тихо, на грани слышимости произнес он. Почему-то проявлять свое невежество перед ним, Димой, Дмитрием Олеговичем, было стыдно. Но тот только улыбнулся. Мягко, солнечно: - Тогда позвольте, я вам о них расскажу? Влад зачарованно кивнул, и Дима вполголоса начал свой рассказ. А Влад, чуть приоткрыв рот и глядя во все глаза прямо перед собой, слушал, впитывая каждое слово, каждый звук. Дима рассказывал об Иерусалиме, Святом Граале, рыцарях, Ричарде Львиное Сердце, а Владу казалось, что это вокруг него кипят бои и даже слышно, как лязгают доспехи. Но вот Дима замолчал. И Владу показалось, что его безжалостно выдернули из сказки, фильма в реальную жизнь. Он кинул на Диму по-детски обиженный взгляд, но в следующую секунду ему стало стыдно: Дима держался за горло, которое явно пересохло. Влад окинул быстрым взглядом окружающее пространство, но ничего, что могло бы ему помочь, не нашлось. Подождите-ка…. У него в рюкзаке… Влад тут же нырнул под стол, куда в порыве боевого азарта запинал свой несчастный рюкзак, а потом протянул учителю маленькую бутылку с водой. Она была начатая, и Влад чувствовал себя немного неловко, но Дима только благодарно улыбнулся и сделал пару больших глотков. Облегченно выдохнул и вернул Владу бутылку: - Спасибо. - Пожалуйста, - Влад вернул бутылку на ее место в рюкзаке и с сожалением начал собираться заново. - Спасибо большое за рассказ, - сухо поблагодарил он. Хотелось сказать что-нибудь еще, что-нибудь теплое, но мысль о том, как это будет звучать и смотреться со стороны, останавливала. – Вы мне здорово помогли. - Я рад, - Дима отодвинулся и снова повернулся к своим бумагам. Влад только нахмурился, не в силах расшифровать темную тень, легшую на его лицо. Он еще немного потоптался, а потом решил, что ничего другого, как уйти, он больше сделать не может. - До свидания, - нейтрально попрощался он и, получив в ответ не менее нейтральный ответ, сгреб не понадобившиеся книги и направился к библиотекарше. В голове стоял полный сумбур из обрывков рассказа, видений боев и мягко сияющих глаз, которые из серо-зеленых за этот час вдруг стали просто зелеными. **** Дима еще с полчаса просидел над своей программой, а потом, покосившись на часы, начал собираться. Он здесь с утра сидит, а сделал… Кот наплакал. Но он не жалел ни о чем: широко распахнутые глаза Влада, слушающего его так, как обычно дети слушают сказку на ночь, многого стоили. Вот и подтвердилось одно из утверждений завуча. «Если вам удается его заинтересовать, более благодарного слушателя вы не найдете». Похоже, Диме удалось его заинтересовать. Это радовало и разливалось теплом внутри. Особенно, по сравнению с тем, каким безучастным Соколовский обычно выглядел на его уроках. В этой школе Дима провел всего неделю, но уже успел привыкнуть и даже прикипеть к своей работе. И раздумий о том, куда же идти после окончания ВУЗа уже не было. Только в школу. Может, даже в эту же. Если возьмут. Дима застегнул свою сумку, чем-то похожую на портфель, с которыми до сих пор ходят учителя «старой школы» и, кивнув библиотекарше, вышел. Улица встретила его громкими птичьими разговорами, снежным месивом под ногами, от которого мгновенно промокали ноги и пока еще только проглядывающим сквозь тучи солнышком. Дима перекинул ремень сумки на плечо, застегнул куртку и уже собрался идти домой, как сзади раздался знакомый, спокойный голос: - Там лужа. Дима обернулся. На перилах, в углу, скрытый тенью, сидел Влад Соколовский и индифферентно смотрел на кончик своей тлеющей сигареты. - Не сиди на холодном, простудишься, - автоматически сказал Дима, и Влад, к его удивлению, коротко фыркнул и, щелчком отправив окурок в урну, легко соскочил с перил. Кинул на Диму странный взгляд, а потом, закинув рюкзак за спину, подошел к нему. - Занятия уже давно закончились, почему ты не идешь домой? – хотелось отступить и в то же время не двигаться. И когда он успел перейти на «ты», кстати? - Вас жду?.. - Влад чуть улыбнулся. - Зачем? – удивленно спросил Дима, вскидывая голову, ловя его взгляд. Ох… Лучше бы он этого не делал. Мятущийся океан пронзительно-голубых глаз снова начал утаскивать на дно. - Может, для того, чтобы уберечь вас от лужи? – Влад не утверждал, он спрашивал, но смешинки в его глазах заставляли волноваться. Дима отвел глаза, почему-то чувствуя смущение: - Спасибо, конечно, но вам лучше идти домой. Занятия давно закончились, а на улице все еще холодно, - вот и вернулась его обычная вежливость. Дима повернулся к Владу спиной, глядя себе под ноги. Действительно, лужа. И, похоже, совершенно гигантских размеров. Дима огляделся. Сзади выдохнули, а потом Соколовский встал рядом. Кинул на Диму быстрый взгляд: - Идите за мной, я вас проведу. Сдаваясь, Дима кивнул и пошел вслед за Владом, который с ловкостью опытного следопыта находил островки и бугорки, на которые можно было поставить ногу, не боясь, что она погрузится в воду. Шел и думал, показалось ли ему, что его волос коснулись? Наверное, все же показалось. Или это был ветер. - Спасибо, - Дима только благодарно выдохнул, когда оказался наконец на твердой и относительно сухой земле. - Не за что, - Влад улыбнулся, и Диме показалось, что солнце все-таки выглянуло из-за туч. Потому что вокруг все словно осветилось и стало даже немного теплее. Поймав себя на том, что засмотрелся на улыбающегося парня, Дима поспешно отвел взгляд. К тому же Дима чувствовал на себе его взгляд, Прямой, изучающий. Неловкая тишина была заполнена шумом автомобилей, криком птиц и руганью прохожих. А потом… Сначала они услышали визг покрышек. Потом – чей-то испуганный крик. А спустя доли секунды Дима увидел несущуюся по дороге машину, которая вылетела из-за поворота, искаженное страхом лицо водителя, пытающегося справиться с управлением. А потом его рвануло в сторону. Он только успел зажмуриться, как его прижало к чему-то теплому и отчаянно матерящемуся. Ревущий гул мотора машины стал мягче, а затем и вовсе стих. Стук дверцы и задыхающийся незнакомый голос: - С… вами… все… в порядке? - Мужик, ты сегодня в первый раз за руль сел?! Кто на такой скорости по такой грязи гоняет?! – чуть дрожащий и очень злой голос раздался откуда-то сверху, а еще спустя секунду Дима понял, что узнает этот голос. Влад. Дима открыл глаза, вдохнул слабый аромат неизвестного парфюма и с удивлением, почти шоком, осознал, что стоит, уткнувшись Владу куда-то в шею, а тот прижимает его к себе, обнимая. Представил себе, как это выглядит со стороны, и на щеки словно кипятком плеснуло. Стараясь не привлекать к себе внимания отчаянно извиняющегося мужчины, он попытался осторожно выбраться из не по-детски крепких объятий Соколовского. Тот, конечно, спас его, убрав с дороги свихнувшегося автомобиля, но пора бы уже ему и отпустить его. Но Влад только сильнее сжал руки. Дима обреченно затих, не желая дергаться и привлекать к себе и своим попыткам ненужное внимание. Господи, и это на пороге школы! - Ладно, - над головой раздался усталый голос Влада, которому надоели причитания их неудавшегося убийцы. – Езжай дальше. Дима только облегченно вздохнул, слишком отчетливо вдруг чувствуя, что почти касается губами обнаженной кожи шеи Влада: куртка того была расстегнута. Желание лизнуть, чтобы попробовать ее на вкус было таким неожиданным и сильным, что Дима, забыв обо всех своих намерениях, сильно, отчаянно дернулся, вырываясь из рук Соколовского. Тот послушно ослабил захват, и Диме показалось, что он вывалился на улицу из теплого, уютного дома. Испугавшись своих мыслей, он поспешно отступил от Влада, взгляд забегал по тротуару, а потом Дима заставил себя поднять голову. Но глаза Соколовского были полны такой обиды и непонимания, что Дима мгновенно забыл обо всем. Подчиняясь желанию убрать из глаз Влада это выражение, он шагнул вперед. Улыбнулся тепло: - Спасибо, - тихо шепнул, а потом потянулся вперед и, как маленькому, заправил шарф и застегнул куртку. – Простудишься. Обида в глазах Влада сменилась удивлением и непонятной тихой радостью. Пряча глаза от его взгляда, Дима отступил. Неловко кивнул, прощаясь, повернулся и пошел в сторону дома. Сердце неровно стучало и немного подрагивали пальцы, но разбираться в причинах Дима не собирался, предпочитая думать, что это всего лишь последствия легкого шока. В конце концов, его чуть не сбила машина. Если бы не Влад… Влад… Нет, не думать. Но рядом с ним так спокойно и уютно. А еще от него пахнет летом. Поймав себя на этой мысли, Дима зло тряхнул головой и ускорил шаг, стараясь думать только о том, что впереди воскресенье и можно наконец выспаться.