Миссия: Убить семью

      Случилось то, чего боялся Бен: Пятый не выходил из ванной комнаты уже больше часа, а вода продолжала ударяться о стенки кабины. Шестой несколько раз намеревался зайти, но в последний момент что-то заставляло его передумать.       Когда же гнетущее ожидание переросло в лихорадочное волнение, Бен направился к лестнице. Спустившись на два этажа ниже, он прошел сквозь дверь в комнату Клауса, который, в отличие от Пятого, уже давно вышел из душа.       Клаус лежал на кровати в халате и с полотенцем на голове. В руках он держал клубок пряжи и две вязальные спицы. Увидев Бена, Клаус оторвался от своего занятия. — О, Bruder, я уже стал забывать о твоем «существовании», где ты пропадал?       — Пятый… — начал Бен.       — О, не волнуйся, наш маленький Alter Mann наверняка все еще без сознания лежит в своей комнате.       — Нет, Клаус. Пятый не выходит из душа уже целый час, — повысил голос Бен. — Я волнуюсь, как бы он там не потерял сознание и не захлебнулся.       Клаус подскочил на кровати. — Oh mein Gott! Почему ты сразу не сказал?! — Он опустил ноги в мягкие розовые тапочки.       — Я вообще-то сразу и сказал… — сказал Бен, но Клаус его уже не слышал, так как выбежал из комнаты и, стучась во все двери, которые ему попадались на пути, орал:       — Angst! Angst!       Когда он постучал в комнату Вани, мелодия скрипки оборвалась, а некоторые члены семьи уже стояли в коридоре и недоуменно смотрели на удаляющегося по коридору Клауса в халатике и полотенце, которое уже спало с головы и висело на шее.       — Что случилось? — наконец спросила Эллисон, но Клаус, кажется, ее не услышал.       — Забейте, это же Клаус, наверное, опять нашел наркоту, и ему мерещится какой-нибудь апокалипсис.       Тем временем на лестнице Клауса прижал Диего, который, услышав крики, поспешил подняться с кухни на второй этаж.       — Ты чего орешь как ненормальный? — прошипел он. — Все спят!       — Я не спала, — сказала приближающаяся к ним Ваня.       — Я тоже, — призналась Эллисон.       — И я не спал, — сказал Лютер. Теперь на лестничной площадке стояли все, включая Бена.       — Ладно. Спит только Пятый. Хотя бы о нем бы позаботился…       — Не-а, вот именно, Пятый не спит. Кроме того, его даже нет в комнате, — завопил Клаус. — Бенерино сказал, что наш маленький Alter Mann уже в душе целый час.       Все удивленно уставились на брата.       — Что? В каком душе? — изумилась Эллисон.       — Старик, видимо, очнулся и решил принять душ, вас это удивляет?       — Диего, у него два огнестрельных ранения, несколько часов назад он истекал кровью и почти не дышал! — воскликнула Эллисон.       — Где он, Клаус? — спросила Ваня.       Он посмотрел куда-то в сторону. — Бен покажет.       Диего выпустил край халата Клауса. Тот сразу же направился к лестнице.       Они поднялись на четвертый этаж и дружно врезались в Клауса, который остановился у двери в конце коридора. Он прислонился ухом к двери. — Вода вроде не льется, — прошипел он. — Пятый? — Постучал.       Тишина.       — Отойди! — Диего грубо оттолкнул брата от двери и громко затарабанил по ней кулаками. — Пять! Открой дверь, иначе я ее выбью!       — Я выбью, — вставил Лютер.       По ту сторону двери послышались шаги, но Пятый продолжал молчать. Затем послышался грохот.       — Пять? — Ваня оттолкнула Диего от двери и настоятельно постучала. — Открой, пожалуйста, мы волнуемся за тебя.       Когда им снова никто не ответил, Диего не выдержал. — Старый, маленький придурок! — Он со всей силы собрался ударить плечом в дверь, но она неожиданно открылась и Номер Два полетел прямо на кафель.       — Чего орете? — возмутился Пятый, переводя взгляд с валяющегося на полу Диего на остальных братьев и сестер. Он стоял, уперевшись на дверь. На нем была чистая форма академии, а мокрые волосы явно были взлохмачены полотенцем.       — Мы переживали за тебя, вообще-то, — отозвалась Эллисон.       — Спасибо, очень приятно, — съязвил Пятый и, переступив упавшего Диего, вышел из ванной комнаты.       — Ты ничего не хочешь нам сказать? — крикнул Лютер хромому, удаляющемуся по коридору брату.       Пятый скрылся на лестнице, ничего не ответив.       Братья и сестры переглянулись между собой. Схватившись за руку Лютера, Диего наконец поднялся с пола. — Маленький засранец, я ему устрою. — Он направился туда, где только что исчез Пятый.       — Интересно, кто кого убьет раньше, — усмехнулся Клаус, провожая брата взглядом.       — Диего, остановись. — Лютер толкнул Клауса плечом и пошел вслед за братом. — Пятый ранен.       Номер Два догнал Пятого на лестнице и, грубо схватив его за руку, повернул к себе. — Может объяснишь, почему ты вернулся из шестидесятых как решето? И почему сейчас, вместо того, чтобы лежать и не двигаться, ты запираешься в ванной и не откликаешься, когда тебя зовут? — прошипел Диего, смотря Пятому прямо в глаза.       — Это не ваше дело — это раз. Я не ребенок, мне, черт возьми, пятьдесят восемь — это два. Отвали от меня — это три, — ухмыльнулся Пятый и, вырвав руку, хотел было направиться дальше, но брат его удержал.       В это время из коридора показался Лютер, а за ним и все остальные.       — Хоть ты и старик, ведешь себя, как ребенок. — Диего, в отличие от Пятого, не заметил подошедших Лютера, Эллисон, Ваню и Клауса. — Ты скрыл очень серьезные огнестрельные ранения. Только пять часов назад ты лежал здесь полудохленький, Грейс еле-еле удалось тебя спасти! После этого случая теперь никто из нас не может быть уверен, что ты не скрываешь свои травмы!       — Пф. Все это ерунда. — Пятый отвел взгляд. — Мне некогда было перевязываться и перебинтовываться. Мне нужно было как можно скорее вернуться в 2019 и покончить с апокалипсисом. — Удивительно, но он говорил совершенно спокойно.       — Нет, Пять, это не ерунда. — Диего же наоборот с каждым словом повышал тон голоса. — В чем смысл всего, что ты делал, если в процессе мог погибнуть? Я не думаю, что все, что ты делал, было только ради нас. Ты мечтал вернуться из сорокапятилетнего заточения, чтобы мы все стали семьей, как раньше. Мы все, Пятый, и ты в том числе. Я даже не уверен в том, что ты рассказал бы о своих ранениях, не упав в обморок во время «перелета».       Парень отвел взгляд. — «Да, не рассказал бы». — Я не хочу это больше обсуждать. — Хватка Диего ослабла, Пятый легко выдернул руку и направился вниз по лестнице.       — И куда ты? — крикнул ему вдогонку Диего. — Мы еще не закончили! — И снова направился за братом.       Пятый резко развернулся, от чего Второй чуть не врезался в него. — Чего ты хочешь?       — Я хочу знать, что с тобой случилось и почему ты был с огнестрельными ранениями, при том что пуль в твоем теле мама не нашла, — ответил он.       Пятый прикрыл глаза.       Сарай…       Куратор…       Падающие тела братьев и сестёр…       Путешествие во времени…       — Пятый!       — Пятый! — В горле образовался комок, а в глазах неприятно защипало. Он осознал, что держит глаза закрытыми на протяжении минуты. Диего по-прежнему стоял перед ним и тряс за плечи.       — Это не имеет значения. — Голос, казалось, совсем сел и звучал очень хрипло. На этот раз, чтобы избежать конфликта, Пятый со всей силы сжал кулаки, отчего на ладонях появились рубцы и, сделав пол оборота, исчез в синей вспышке.

***

      Пятого выбросило возле пончиков Griddy's, куда он, собственно, и хотел попасть. А именно «выбросило» потому, что Пять на полпути потерял контроль над своей силой и был безусловно рад, что хотя бы остался в тоже время и в том же месте. Это раны давали о себе знать.       Пятый думал, что огнестрельные ранения, которые он получил от Куратора, исчезнут с его тела, потому что его братья и сестры были целы и невредимы. Такой аномалии, как пулевые ранения без пуль, у них не отслеживалось. Но позже, поразмыслив, Пять пришел к выводу, что его тело во время путешествия во времени не совсем поняло, чего он хочет, так как подобное путешествие Пятый совершал впервые. Итог такой: он вернулся назад во времени за сто двадцать секунд до того, как Хендлер застрелила всю его семью. То есть пули остались в ее оружии, а его семья не пострадала, так как Пять совершил это путешествие и изменил время вокруг себя, но раны на его собственном теле никуда не делись. Это был просчет.       Это напомнило Пятому его миссию по убийству президента в Далласе, в 1963, которую он не выполнил, потому что вернулся в 2019. Тогда он тоже просчитался и застрял в теле подростка. В итоге всех просчётов всегда страдал только он…       Сейчас Пятый лежал на спине на холодном мокром асфальте и не мог заставить себя подняться. На бинтах проступила кровь, а голова буквально раскалывалась от резкого прыжка, который, честно, он не хотел совершать. Почему он прыгнул?       Потому что не хотел признаться, что снова облажался. Ведь рассказать о ранах — рассказать о той ситуации в сарае, где снова по своей вине Пятый подвергнул опасности всю семью. Прыгнул, чтобы избежать откровений, чтобы не показать слабость.       Ночь сегодня была беззвездной, потому что весь день напролет лил дождь, и тучи заполонили небосклон.       Пять услышал шлепки и стук каблуков. Через несколько секунд над ним навис чей-то силуэт. Он проморгался.       — Эй, с тобой все хорошо? — Черноволосая девушка в коричневой кожаной куртке присела на корточки.       Пятый сразу узнал ее. Это была та самая девушка Диего, детектив.       — Да… — прохрипел Пятый, пытаясь подняться. Юдора подала ему руку.       — Что ты здесь делаешь посреди ночи? Где твои родители? — спросила она, как только мальчик поднялся.       Пятый злобно рыкнул. Вопросы о родителях и возрасте ему уже порядком надоели, он недовольно прошипел: — У меня нет родителей, и, черт возьми, мне пятьдесят восемь, я нахожусь где хочу и когда хочу.       Детектив Пэтч удивленно уставилась на мальчика. Она поднесла руку к его лбу. — У тебя жар, хотя бы скажи, куда я могу тебя отвезти. Я работаю в полиции. — Она не поверила ему. Безусловно. Пятидесятивосьмилетний мальчик? Звучало не очень убедительно.       Пятый откинул ее руку и, ничего не ответив, направился в пончики Griddy's, хромая еще больше.       Не раздумывая, Юдора направилась за ним.       Дверной колокольчик сообщил, что кто-то вошел в помещение. Старушка, стоящая за барной стойкой, приветливо улыбнулась, когда в дверях появился чей-то силуэт. — Здравствуйте.       К бару подошел мальчик и запрыгнул на стул. Агнес посмотрела на наручные часы, улыбка спала с ее лица. — Ты один?       Дверной колокольчик снова зазвенел, и в кафе вошла детектив Пэтч, поймав взглядом Пятого, она уверенно направилась к нему. — Ох, вот ты где.       Мальчик закатил глаза. Агнес снова улыбнулась. — Что будете заказывать?       Юдора села рядом с Пятым и выжидающе посмотрела на него.       — Кофе, — сказал он и опустил голову на сложенные на стол руки.       Агнес перевела удивленный взгляд с мальчика на Пэтч. Та невинно улыбнулась. — Чай и два пончика, пожалуйста.       Когда все еще удивленная Агнес скрылась на кухне, Юдора коснулась рукой плеча мальчика. — Как тебя зовут хотя бы?       Пятый что-то буркнул.       — Прости, как, еще раз? — Девушка надеялась, что ей послышалось…       — Пять! — рыкнул он, подняв голову.       — Может, у тебя есть фамилия? — спросила Юдора.       — Есть, — ухмыльнулся Пятый.       Когда Пэтч в полном смятении хотела спросить про фамилию, в дверях кухни появилась Агнес с двумя кружками и пончиками. Она поставила их на стол, а сама с газетой в руках села за стул недалеко от них.       Пятый поспешил сделать глоток кофе, прежде чем Юдора успела рукой придвинуть ему тарелку с пончиками. — Ты, наверно, голодный?       Аппетита у него не было, поэтому Пять отодвинул тарелку от себя и покачал головой.       Детектив Пэтч решила повременить с допросом, в надежде что мальчик, поужинав, будет более сговорчивым.       Чашка кофе действительно заставила его смягчиться. Когда Юдора и Пятый вышли из кафе, она снова спросила его: — Могу я отвезти тебя домой? Надеюсь, ты знаешь, где ты живёшь?       Мальчик кивнул. — Я не помню адрес, но знаю дорогу.       — Уже что-то, — улыбнулась Пэтч. — Пойдем, моя машина вон там.       Сев на заднее сидение, Пятый пристегнулся. Поначалу он действительно указывал дорогу фразами «прямо», «направо», «налево», но когда Юдора, проехав по длинному шоссе, очередной раз спросила «куда?», она не получила ответ.       Повернувшись, она увидела, что мальчик, откинув голову, лежит с закрытыми глазами.       — Пять? — Пэтч окликнула его, дотронувшись до колена мальчика. Но он только сонно мотнул головой.       Развернув машину, она была вынуждена ехать в другом направлении, так как довезти мальчика до пункта назначения она не успела.