The Only Air Worth Breathing

В следующий раз, когда она увидела его, она была спокойной, сдержанной и хладнокровной. «Я не хочу тебя видеть»,- сказала она ему, когда он ворвался в комнату, которую она использовала для уроков рисования, умоляя ее о прощении. «О, Эми, мне так жаль, что я вел себя», - возразил он. Запах перегара и дешевого вина следовали за ним, когда он приближался к ней. - Почему ты так строга со мной? – спросил он. - Кто-то же должен, - ответила она. Повисло неловкое молчание. - По правде говоря, я уже пришла к выводу, что моего художественного таланта было недостаточно, чтобы заставить меня быть кем-то иным, кроме изготовителя дешевых копий. Осознание своих собственных недостатков, понимание, что моя мечта несбыточна, больно ударили по моей гордости. Я подумала, что было бы жаль, если бы то же самое случилось с тобой из-за чистой апатии и праздности. По крайней мере, ты мог бы попытаться сделать что-нибудь из себя. -Это довольно серьезное заявление, чтобы сделать его в двадцать, - сказал он, когда она рассказала об этом. Он насмешливо спросил её о Фреде. Эми попросила его не шутить на этот счет. - Я только сказал его имя! - поддразнил он её в ответ, и она поняла, что он не хотел обидеть её- возможно, только уколоть. - Надеюсь, вы не помолвлены? По ее мнению, это был забавный вопрос. - Нет. - Но ты согласишься,- продолжал он, - если он ... опустится на одно колено? - Скорее всего, да, - ответила она, отчаянно желая знать, почему он вообще задает такие вопросы и что он надеялся почерпнуть из ее ответов. Она чувствовала себя вынужденной оправдать своё решение. Он богат, - почти выпалила она. - Даже богаче тебя. И как легко ему было за это высмеивать ее! Он, который всю свою жизнь прожил на деньги и никогда не беспокоился о том, откуда его ужин, ему не приходилось часами чинить и поправлять юбки, которые уже были починены трижды, или просыпаться рождественским утром без подарков или видеть, как сестра продаёт свои волосы, чтобы купить билет на поезд для мамы. - Это действительно звучит странно , - сказал он, - зная мнение твоей мамы на этот счет. И что, хотела спросить она, вы могли бы знать о моей матери и ее мечтах? Вместо этого она парировала. - Я всегда знала, что выйду замуж за богатого, - чего ей стыдиться этого? - Нечего стыдиться, - быстро ответил он, - если ты его любишь. Ах, любовь моя. Он, конечно, не мог знать, что любовь - это роскошь, которую могут себе позволить немногие; меньше всего Эми, надежда ее семьи. И какая ужасная ирония - вести из всех людей именно с ним этот разговор. - Я считаю, что у нас есть некоторая власть над нашими чувствами, и мы можем выбирать тех, кого мы любим, - осторожно ответила она, стараясь чтобы ее голос был ровным и спокойным. - Думаю, поэты могут не согласиться, - ответил он. Она тогда чуть-чуть улыбнулась. В конце концов, он не был неправ. - Но ведь я же не поэт? Я просто женщина, пытающаяся пробиться в этом мире, созданном для мужчин. И это нелегко. Возможно, он не ожидал от нее такой речи, поскольку после того, как она закончила говорить, он выглядел пораженным и застенчивым. «Хорошо»,- подумала она самодовольно. А потом сам предмет их разговора подъехал к её мастерской, и она повернулась, чтобы Лори мог помочь ей снять фартук. Он был достаточно близко, чтобы она могла чувствовать каждый выдох на затылке, его длинные пальцы слегка касались её спины, снимая пуговицу с крючка. «Как это было забавно», - подумала она. В юности она целыми днями мечтала о подобных сценариях. В ее снах он не отпустил бы ее, он бы задержал руки на ее талии, повернул бы ее лицом к себе и поцеловал ее, как будто он думал об этом целую вечность и века. В реальной жизни снаружи ждал Фред Вон, а Эми все еще не была поэтом. Она отстранилась, поблагодарила его и, в последний раз повернувшись, прежде чем выбежать на улицу, задала ему вопрос. - Как я выгляжу? - Ты прекрасно выглядишь, - ответил он с улыбкой, которая не достигла его глаз. - Ты очень красивая. Он стоял у двери, глядя на нее, пока она подбежала к Фреду, целуя его в щеки, прежде чем усесться в его красивую карету. - Это был Лори? - вежливо спросил Фред, собирая поводья. – Он словно постарел. Она оглянулась на него, все еще стоявшего на пороге со странным выражением лица. «Кажется, это мой удел, - подумала она, - всегда смотреть на него, когда я удаляюсь все дальше и дальше». - Он в порядке, - тихо сказала она, прежде чем просиять. - Какие замечательные приключения были у вас в Лондоне? Пьянство, азартные игры и флирт, я полагаю, - она подразнила Фреда. - О, Эми, - румянец залил его щеки. - Вы знаете, я бы не стал. Да, она знала. Фред никогда бы не поступил так, и за это она его полюбила. Он был таким милым и добрым, что она едва ли заслуживала его. Не в первый раз она подумала, как жаль, что она не любит его. Впервые ее это обеспокоило. * Фред снова уехал в Лондон по делам, и это была более длительная поездка, поскольку он собирался проводить время со своей семьей. - У меня есть некоторые ... вещи, которые я должен обсудить с матерью и отцом. Тогда она знала, что он попросит кольцо. Она поцеловала его, когда он уезжал по дороге в Кале, и заставила себя стоять там, глядя ему вслед в карете, пока он не скрылся из виду. Не то чтобы она была совсем счастлива. Скорее, она думала, что будет счастливее. В любом случае, это было такое облегчение, не так ли? Все шло точно по плану, потому что Фред Вон действительно собирался сделать ее своей женой. Эми упорно игнорировала свое беспокойство, когда думала об этом, и гнала от себя мысли о Лори. В течение следующих нескольких недель она видела его много раз. Он даже дважды приходил на чай с тетей Марч и каждый раз настаивал на том, чтобы целовать ее в щеку, что было бесконечно весело для всех, кроме тети Марч. Они гуляли по Иль-де-ла-Сите, и, к ее удивлению, Лори принес с собой блокнот и уголь, чтобы она нарисовала Нотр-Дам. - Мы будем здесь весь день, Лори! - увещевала она, обрадовавшись его внимательности больше, чем следовало бы. - Вам будет скучно через двадцать минут, - настаивала она. - Ты неправа- ответил он, улыбаясь, растягиваясь вдоль скамейки, на которой они сидели. - Вряд ли я найду что-нибудь получше, чем посидеть с тобой, не так ли? Ну же, Рафаэль, - умолял он, - научи меня всему, чего я не знаю о французской готике. Он послушно сидел рядом с ней все это время, отвлекаясь только для того, чтобы попросить официанта принести им вина с сыром и немного хлеба с паштетом на обед. Пока она рисовала, они придумали имена всем горгульям, которых могли видеть, и задались вопросом, был ли ещё Квазимодо там, в своей башне, и смотрел на них сверху вниз. Она чувствовала себя необычно застенчивой, показывая ему законченный рисунок, но ее страхи улеглись, когда он объявил рисунок красивым и отметил, насколько хорошо она прорисовала аркбутаны по сторонам собора. Они проехались на карете до Булонского леса и прогулялись по нему, посетив недавно сформированный Акклиматический сад с его экзотическими растениями, зоопарком и великолепным вольером. Они шли по территории массивной металлической конструкции в форме птичьей клетки, где свободно бродили павлины, короли вольера. Эми увидела джентльмена с красивыми радужными попугаями с длинными пернатыми хвостами, и Лори заметила ее интерес. - Взглянем, мисс Марч? Джентльмен предложил ей подержать одну из птиц, и она на мгновение посмотрела на Лори, ожидая его одобрения. Он кивнул и встал рядом с ней, когда попугай с длинными красивыми перьями начал перебираться к ней на руку. Птица вдруг взмахнула своими большими крыльями, а затем осела, но Лори успел вложить свою руку, чтобы поддержать вес зверя. Они пили чай в модных кондитерских и восхищались десятками прекрасных пирожных, которые казались слишком идеальными, чтобы их есть. Однажды, когда они уходили, Лори попросил ее подождать снаружи, пока он побежал за покупкой. Подождешь?- спросил он. – Это всего на минуту. Эми недолго ждала, он быстро появился с коробкой шоколадных конфет. - Это то, что вам так отчаянно нужно? - скептически спросила она, приподняв тонкую бровь. -Попробуй сама , - сказал он, протягивая ей один из маленьких шариков. На мгновение она подумала, что он хотел, чтобы она взяла его ртом из его руки, этот образ вызвал бы буйный румянец, если бы она не умела управлять такими вещами. Она стянула одну перчатку и осторожно взяла конфету из его руки, сохраняя скептическое выражение на лице до того самого момента, когда она укусила ее и - о! Ее глаза расширились от восторга, когда Лори засмеялся, удовлетворенный ее реакцией – конфеты были наполнены шампанским! Он дразнил её, когда они ели остальные на обратном пути в ее отель, где по прибытии ей пришлось вздремнуть. «Все это было совершенно безобидно», - рассудила она. Они были друзьями детства, и их семьи были знакомы много лет. Почему бы ей не повеселиться со старым другом до того, как начнется ее помолвка, и ее жизнь навсегда изменится? И если она испытывала какое-то особое чувство предвкушения или особого рвения к его компании, в частности, это было только из-за того факта, что они с детства знали друг друга и легко общались друг с другом. В конце концов - она собиралась выйти за Фреда, и она была рада тому, что выйдет за Фреда. Гвозди и лента, удерживавшие позолоченную коробку закрытой, все еще были на месте. «Нет причин для беспокойства, - сказала она себе, - она полностью контролирует ситуацию». Два дня спустя она получила письмо от Фреда. Он был счастлив сказать ей, что почти закончил свои дела в Лондоне и что его визит с семьей прошел особенно хорошо. Он вернется через две недели, и сможет навестить ее и тетю Марч по прибытии.