Пожалуйста, спаси меня

Убрав телефон в карман темно-зеленой толстовки, я вышел из подъезда. До дома Сереги идти пять минут, поэтому у меня было время заскочить в магаз за сигаретами. Зайдя в Пятёрочку, я сразу пошел к кассе. — Здрасте, можно пачку Winston с кнопкой, — продавщица, не задавая ни каких вопросов, достала пачку. Расплатившись, я вышел на улицу, раскрыл упаковку, достал сигарету и закурил. Да, наконец-то, а то с утра не курил. Дойдя до подъезда, я увидел Серёгу со скейтом в руках. — Шаст, здорова! — Привет! Нафиг ты со скейтом вышёл? Мне что предлагаешь? За тобой бежать? — я сделал максимально злой вид, но в глубине души я-то понимал, что просто хочу повыступать. — Ну, давай я тебе тоже вынесу. У меня второй есть, — Серега хищно улыбнулся. — Ой, прости, я забыл! Ты же у нас кататься не умеешь! — ну, блять, опять он начал. — Ну, не умею, и что с того? — Может тогда попробуешь? — Нет. — Ну, Шастик. — Серый, нет. — Тох. — Нет. — Тоша, — специально растягивая буквы произнес он. Вот зараза, это запрещённый прием. Он же знает, что при таком раскладе я не откажу ему — Хорошо! Но учти, если наебнусь, то сам потащишь домой. — Без б. — К себе. — Хм… по рукам, — мы обменялись рукопожатием и под смех над этой комичной ситуацией пошли в Михайловский сад. Лучше начинать учиться не в многолюдном месте. В то время как мы шли в направлении сада, я рассказал ему про все, что случилось за день: про разговор в кабинете учителя, про то, что он предложил дружбу, рассказал как пришел, застал отца с какой-то девицей и он меня избил, а также про ночную смену. Серый внимательно выслушал и сказал, чтоб я не парился: отец перебесится, к сменам я скоро привыкну, а так же не забыл упомянуть о том, что хорошо, что я принял дружбу от Арсения Сергеевича. *** По итогу, дойдя до самого малолюдного места великий учитель Сергуль начал свои учения для меня дурака. Сначала всё шло просто прекрасно, я даже пару раз прокатился сам, без помощи Сереги, но это длилось недолго. Почему? — Серый! — моя прекрасная тушка каким-то образом выехала на горку. Ну, а я что? Я только по ровной ехать научился Короче говоря, я полетел на асфальт и очень хорошо так проехался по нему щекой и предплечьем, ко всему этому сильно ушиб ногу. Дай бог чтоб не перелом. — Шаст! — Серёга сразу рванул ко мне, — Тох, ты как? — он присел надо мной и помог сесть, в то время как я еле сдерживал себя, чтобы не заплакать прямо здесь. Я привык к боли, но это было выше моих сил — Твою мать, срочно идём ко мне, у тебя вся щека в крови, как ты так хоть? Кое-как, из последних сил, и с помощью Серёги мы дошли до его дома. *** Зайдя в квартиру, Серый побежал за перекисью, ватными дисками, бинтом и мазью для ноги. В это время я благополучно разложился на диване, хорошо что смена у меня только завтра, а то бы не дошел. Обработав все мои царапины и помазав синяки, мы пришли к выводу, что сегодня я ночую у Матвиенко. Время девять вечера и мы решили посмотреть кино, долго не могли выбрать какое, в итоге остановились на фантастике и боевике «Пятый элемент», ну, а почему бы нет спрашивается. На часах полпервого, спят все кроме меня. Я не могу, не могу. Мыслей слишком много и почти все они о прошлом. Во–первых, о жизни после смерти мамы. Она погибла в автокатастрофе. Был поздний вечер, не помню точное время, мы тогда возвращались от гостей, только я и она. На перекрестке из ниоткуда выехал пьяный водитель, удар пришел точно на водительское сидение. Мама скончалась сразу на месте аварии, а за мою жизнь пришлось побороться врачам. В итоге я отделался шрамами: одном на плече, двумя на спине и ещё одним, который оказался самым большим, пролегающий от тазобедренной кости на левой стороне и доходящий до участка кожи чуть выше пупка. Когда она погибла я был в девятом классе. Отец после похорон совсем расклеился, стал много пить, забросил работу, водил проституток. Он утверждал, что боль пытается утопить именно так: в алкоголе и сексе, пробовал наркотики, но вовремя опомнился и остановился. Начал меня избивать, говорить, что я виноват в смерти матери. Хоть я и понимал, что никак к этому не причастен, со временем сам стал винить себя из-за его постоянного внушения моей вины. Именно тогда я решил устроиться на работу. Когда отец забросил работу у нас начались проблемы с финансами, и пока он выходил из запоя, я работал. Потом он устроился на новую работу, ведь со старой его выгнали, только тогда нам начало хватать денег не только на еду и оплату за квартиру, но ещё и на одежду и развлечения. Как вы поняли, работу я не забросил, решил сам себя содержать. Именно с того момента, я начал плохо питаться и резаться. Не только руки, нет, основная масса порезов пришла на бедра и ключицы. На руках в основном старые шрамы, но буквально за неделю до школы, я сорвался и забыл, что на руках все будет видно. Только потом опомнился, но было поздно, на каждой руке красовалось по 2-3 новых шрама. Вы не подумайте, я не пытался себя убить, хотя мысли о суициде были и сейчас иногда появляются, просто… знаете, говорят, что душевную боль можно заглушить физической. Первый год это помогало, а потом просто для отрезвления рассудка и показания своей никчемности самому себе. Мне это стало необходимо, теперь это часть моей жалкой жизни. В конце десятого класса у меня была попытка суицида, я тогда наглотался снотворного. Но ко мне тогда пришли друзья и сразу вызвали скорую. Меня откачали и больше я не пытался покинуть эту жизнь, только ради них. Именно друзья являются лучиком света в этой тьме. Но похоже у меня начал появляться второй лучик. А это как раз таки, во-вторых… Во-вторых, Арсений Сергеевич. Да этот человек сразу запал в мою душу. Вот скажите, как можно не забывать обо всём, когда на тебя смотрят его голубые глаза-омуты? В них в прямом смысле хочется тонуть, что я собственно говоря и делаю. У него очень красивая внешность: ярко-голубые глаза, четко выраженные скулы, милая улыбка , подкаченный торс, который был виден под натянутой тканью рубашки, красивые бедра и ноги, обтянутые черными джинсами, и крепкие, но такие нежные руки, которые не так давно держали меня в своих объятиях, гладили по спине, успокаивали. Я хочу проводить с этим человеком очень много времени и то, что он предложил мне сегодня стать друзьями стало для меня наилучшей новостью за этот день. Сразу вспоминается его фраза: «Предупреждаю сразу, я не подарок». Эх, Арсений Сергеевич, знали бы вы, какие тараканы у меня в голове и какие скелеты я храню в шкафу. Поэтому это я не подарок в вашей жизни Но за сегодняшний день я понял одну вещь: я хочу найти смысл продолжения жизни в этом человеке Да, да, Арсений Сергеевич, это я про вас. *** Три ночи. Сна ни в одном глазу. Я стою на балконе, листаю ленту в ВК и курю уже третью сигарету, за последний час. Докурив и выключив телефон, решаю пойти хотя бы попытаться поспать, ведь вставать через 4 часа и идти в школу. Вдруг телефон начинает вибрировать в заднем кармане, буквально пару секунд и прекращает. Думать даже не надо, пришло смс. Дойдя до дивана, который мне разобрал заботливый Серёга, и плюхнувшись на него я достал телефон и посмотрел кто пишет. Это было сообщение в ВК от Арса. Блять, вот мне щас влетит! АРСЕНИЙ ПОПОВ 3:10 Антон! Почему не спишь? Тебе в школу ещё идти, зараза ты такая! АНТОН ШАСТУН 3:12 Не спится. А вы почему не спите? Вам вообще-то тоже завтра в школу! АРСЕНИЙ ПОПОВ 3:13 Антоша, скажи, пожалуйста, сколько мне лет и сколько тебе годиков? Я не сплю потому что только вернулся домой, ездил по делам в другой город. Ты же, я надеюсь, дома? Если нет, то тебе конец! И мы договорились на ты во вне учебное время, поэтому прекращай мне тут выкать! Мы не в школе! АНТОН ШАСТУН 3:15 Мне, Сеня, 17 годиков. Сколько тебе извини не знаю, ты не говорил. Кстати, а сколько тебе? И я не дома, не переживай, по улицам не шатаюсь, у Серёги ночую) АРСЕНИЙ ПОПОВ 3:18 Ещё раз назовешь Сеней и я тебя прибью) Мне 25. Хорошо хоть не на улице. Ладно, солнце, иди спать. Сладких снов :) И только попробуй опоздать на урок, у тебя завтра математика со мной, опоздаешь — заданиями завалю! АНТОН ШАСТУН 3:20 Это угроза?) Окей. Доброй ночи. АРСЕНИЙ ПОПОВ 3:21 Это предупреждение. Всё, спи! Поставив будильник на 7 утра, я уснул с улыбкой на лице. *** У всех утро как утро, а у меня пиздец вместо него. Прозвенел будильник, в попытках его выключить моя тушка благополучно упала с дивана на пол, на больную руку. Это, блять, так больно. — Ай, — сложно было не услышать мой скулеж на всю квартиру, — сука! Что ж ты будешь делать — Шаст, ты чего, — дверь открылась, — ты сейчас серьёзно? Только не говори, что слетел с дивана. — Хорошо, промолчу, — поднимаясь сказал я и пошёл в ванную, всё-таки нужно привести себя в порядок, да и щеку обработать и помазать надо. Спустя минут пять я уже стоял в прихожей обутый, — Серый, я домой заскочу, переодеться нужно и учебники взять. — А как же отец? — Он должен был уже уйти. — Окей, встретимся в школе, — он на прощание помахал рукой. — Ага, — я махнул в ответ и вышел за дверь. Когда я уже добравшись до дома, переодевшись и схватив всё нужное, спускался по лестнице вниз, мне пришло смс от Егора, гласившие о том, что я сегодня пришёл к половине девятого, а то и к девяти. У него там проверка должна прийти, а я обычно только мешаю там, когда её проводят, вот он и сказал прийти позже, мне только на руку. Будет больше времени, успею ещё в книжный заскочить. В школу забежал ровно со звонком, быстро забежав по лестнице на третий этаж и подойдя к кабинету я постучал и открыл дверь. — Здравствуйте, извините за опоздание, можно зайти? — Шастун, год только начался, а ты уже опаздываешь, — Арсений даже не повернулся в мою сторону. Блин, он что, обиделся? Если да, то надо бы извиниться, все-таки вчера писал, что буду вовремя. — Заходи уже, — как только я прошёл и сел на свое место, он встал с места и начал урок — Итак, сейчас мы начнем с повторения прошлых лет, я вам раздам контрольную, чтобы понять где у вас проблемы и на следующем уроке мы их разберем — он взял листочки с заданиями и начал раздавать, прохаживаясь вдоль рядов. Я с самого начала как он повернулся к классу накинул капюшон и опустил голову, надеясь что учитель не увидит щеку. — Антон, останешься после урока, — о, нет. Надежда умирает последней. Прозвенел звонок, все попытки быстро пройти с одноклассниками разрушились, когда меня схватили за больное предплечье и потянули на себя. Я зашипел, что не укрылось от преподавателя. Когда все вышли Арсений закрыл дверь на ключ и повернулся в мою сторону — Рассказывай, почему опоздал? — я стоял с низкоопущенной головой, с которой до сих пор не снял капюшон толстовки, — сними капюшон и посмотри мне в глаза, я не хочу разговаривать с твоим лбом, — ноль реакции, — Шастун! Брюнет подошел ко мне и скинув капюшон положил руку на щеку, заставляя посмотреть на него. — Это что такое? — его голос смягчился и стал взволнованным — Ты где так? — спросил он и осторожно коснулся второй щеки, я зашипел, — прости. — Ничего страшного, — на губах просияла улыбка. — Тош, как это ничего страшного!? — Арсений пошел в сторону шкафов, которые находились в конце кабинета, и начал доставать белую коробку с крестом, это была аптечка. — Арсений Сергеевич, не надо! Само пройдёт — Нет уж! Только щека или ещё где-то? — я поёжился. Не хочу ему говорить про руку. Во-первых, там шрамы, а во-вторых, там синяки после вчерашних побоев отца. — Всё. — А честно? — он достал ватку, смочил её перекисью и начал аккуратно протирать рану. — Арс, это всё! Честно! — больно, жидкость шипела и пенилась, в то время как учитель щедро поливал ей щеку — Не верю! Почему тогда ты зашипел от боли, когда я тебя за руку схватил? Показывай! Если не закатаешь рукав сам, то это сделаю я! Поверь, лучше сам, — он зло зыркнул на меня. — Нет! Вам показалось! Не было такого! — я уже начинал повышать голос и вырываться, — Прошу отпустите! Ну пожалуйста! — на глазах начали проступать слезы, которые я пытался сдерживать. Не подумайте, я не слабый, хотя… Да кого я обманываю, я слабый. Очень слабый, но стараюсь не показывать это. Особенно не хочу, чтобы это видел Арсений. — Нет, не отпущу. Успокойся, Тош. Я ничего ещё не делаю, — он взял мои запястья в свои руки и начал их поглаживать, — тш-ш-ш, всё хорошо. Давай я тебе помажу сейчас ссадину и ты пойдешь на следующий урок, а после мы с тобой встретимся у школы, возьмем кофе и поговорим по поводу дополнительных. — Хорошо, у меня сегодня семь уроков, примерно к половине третьего буду ждать. — Я примерно также, договорились. Давай беги на урок через минуту звонок. — До свидания, Арсений Сергеевич. — До встречи, Тош. Я покинул кабинет и пошел на четвертый этаж, где у нас должен быть урок литературы. Его вел Павел Алексеевич, он был одним из немногих учителей, о которых можно отозваться позитивно. На его уроках никогда не скучно, он на одной волне с нами, вместе шутим и смеёмся, а самое любимое его дело — прикалываться над нами. Вот и сейчас моё опоздание не обошлось без его подкола. — О, швабра, ты пришла. Мы уж думали опять где-нибудь навернулся и тебя по частям собирают, — класс засмеялся, я улыбнулся. — Не поверите, но нет. Меня Арсений Сергеевич задержал вот и опоздал. — А, ну раз Арсений Сергеевич, то проходи, садись. Но если посмотреть на твоё лицо, то не скажешь, что ты не проехался им по асфальту, –улыбнувшись и пройдя к пятой парте, я плюхнулся на место рядом с Серёгой, Димки ведь нет  — Шаст, а чего тебя Арс оставил? — Да, за опоздание отчитал и про ссадину спросил, но про руку я ему не сказал. Не надо пока, чтоб он мои синяки видел, да и шрамы тоже, — улыбка сама сползла с лица. — Но ты же понимаешь, что рано или поздно он их заметит и не только те, которые на руках. Тебе потом придется об этом рассказать. — Понимаю, конечно. Но пока он сам их не заметит я ничего не скажу Дальше уроки прошли, как в тумане, мыслей в голове было очень много и с ними надо было разобраться.