Африка

Они ждали втроем в той маленькой обшарпанной квартирке в Мизери-Лейн напротив спиртзавода. Там было грязно и пахло затхлостью как во всех заброшенных помещениях. Джо устроился за столом и задремал, Генри и Вито стояли возле окна. Пулемет уже был проверен раза три, а здание напротив изучено до мельчайших подробностей, в воздухе висело натянутое молчание. На улице было непривычно солнечно, наверное, в первый раз с возвращения Вито. В кои-то веки распогодилось, все тучи забились в северную часть неба, и его долгожданная голубизна была непривычной. Скалетта немного нервничал. Все грустные взгляды Генри, его молчаливость и постоянная серьезность, его выверенные движения, все его слова, всё, что бы он ни делал, всё так и гипнотизировало Вито. Вито с опаской ловил себя на мысли, что ему нравится. Нравится быть шестеркой и стоять рядом с Генри, ловя дым от его сигареты. Чувствовать его рядом с собой, такого... Идеального. Вито не мог подобрать другого слова. Да, идеального. Вито осторожно поглядывал на Генри, ему все хотелось что-нибудь сказать, но он не знал что будет уместным. Вито случайно коснулся его плечом и почувствовал легкий удар электричеством, еле заметный сквозь куртку. Генри повернулся к нему и посмотрел прямо в глаза. Момент становился все более неловким. Вито с каждой секундой этого взгляда все больше забывал, кто он. Сохраняя каменное лицо, он терялся где-то в заснеженных лесах и бескрайних белых равнинах, нахлебавшись воды, тонул где-то на быстрых горных реках. Он, кажется, навсегда в плену заброшенных квартир, холодных подъездов, мягкого сигаретного дыма и зеленовато-серых глаз. Джо бормотнул во сне, заставив их на секунду обернуться. Генри чуть улыбнулся и снова посмотрел на улицу. А Вито все разглядывал его профиль и как он подносит к губам сигарету, как дышит и как бьется его сердце, наверняка очень спокойно, отсчитывая каждую минуту одинаковое количество ударов. Безумная мысль: "А почему бы, черт возьми, и нет?" - в одну секунду проскочила в его голове. Вито немного задохнулся от этой мысли, потому что причин, по которым "нет", на первый взгляд действительно не было. - Откуда ты, Генри? - нахмурившись и снова посмотрев на улицу, спросил Вито. - С Сицилии, - что ж, исчерпывающий ответ. - Что привело тебя в штаты? - Муссолини. - Он что, тебе билет купил? - сонно произнес Джо. - Не умничай, Джо. Мой отец был... Человеком чести. Когда Муссолини пришел к власти, дела пошли плохо. Отец понял, что либо меня заберут в армию, или я сяду. Так что он отослал меня в Америку и пристроил у Клементе, - Генри отошел от Вито к другому окну. - А сам отец не поехал? - спросил Вито после небольшой паузы. - Он сказал, что слишком стар. Фашисты его арестовали, и он умер в тюрьме. Они даже не вернули тело, чтобы мы могли его похоронить. - Да, жестоко, - пробормотал Джо. - А где ты так выучил английский? - у Вито были еще сотни вопросов, но Генри прервал его: - Вот они. Черные машины. Вито, целься в толстого! Сними его, пока он не добрался до здания. Готовься! - Ладно, - Вито занял место у пулемета. - Я готов. - Ладно, наш выход, - Джо, мгновенно проснувшись, подошел к окну с автоматом. В следующие минуты - стрельба, крики, мертвые враги на асфальте, взрывы бочек со спиртом, пожар. Краем глаза Вито заметил, что Генри не очень хорошо стреляет. По крайней мере они с Джо попадали чаще. Джо так и вовсе рвал и метал. Возможно, он старался показать себя перед Генри, но Вито в который раз удивился, какой Джо храбрый, ловкий и меткий, намного круче его самого. Кроме того, Джо еще и успевал все время подгонять Вито и комментировать его действия, чем довольно сильно действовал на нервы. Разобравшись со всеми врагами, они загнали Сидни Пена в угол. Он плакал и умолял, Вито было противно на него смотреть. - Не убивай! Не надо! - Генри медленно подошел и засунул ствол кольта в его рот. - У меня жена. Не надо! Я что угодно сделаю! Только не убивай, ради бога! - Раньше надо было думать о жене, - с презрением произнес Генри. - Привет от дона Клементе. Раздался выстрел, какой-то преувеличено громкий. Генри пошатнулся и упал. - Черт. Черт! Сидни поднялся с пола, сжимая в дрожащей руке револьвер. - Ах ты, гнида позорная! - закричал Джо, и они вместе с Вито, не сговариваясь, расстреляли его в упор. - Эй, Генри, ты в порядке? Куда ранило? Вито бросился к нему, помог сесть. - Ни хрена я, блин, не в порядке. Он прострелил мне ногу! - выкрикнул Генри и выстрелил уже мертвому Сидни Пену в голову, а затем еще и бросил в него свой кольт. - Боже... - Ого. Тут все в кровище, - испуганно сказал Джо. - Мне надо к Эль Греко. - Это художник? - Нет, блин, доктор! Джо подошел к ним, помог поднять Генри и взвалил его себе на плечо. - О, Мадонна! Ты тяжелее, чем кажешься. - Урод жирный. Чуть яйца мне не отстрелил. - Да ладно тебе, даже близко не попал... Здание рушилось, пожар полыхал все сильнее. Этажом ниже синеватые языки пламени вовсю вырывались из-под ног. Вито задыхался от дыма и гари. Казалось, что они в самом центре ада, среди шума и обжигающей боли. Пожар - это захватывающе, когда ты снаружи, но это страшно и невыносимо, когда внутри. Каждый вдох наполняет грудь режущим кашлем и раздирает горло до крови. Вито смог найти выход, вывел Джо и Генри из огня. Вот только теперь на хвосте висели копы, они стреляли, ставили кордоны и подрезали. Вито и без них нервничал и торопился. На въезде на мост он врезался в столб, чем вызвал крики и ругань с заднего сиденья. Вито на секунду обернулся и увидел теряющего сознание Генри и Джо, так аккуратно его поддерживающего на своем плече. Джо всю дорогу говорил с Генри, подбадривал его, просил не закрывать глаза. Только на секунду, но странное обидное чувство, похожее на ревность, кольнуло Вито, но он быстро загнал его подальше, снова сосредоточившись на дороге. - Эй, Генри, не теряй сознание, потерпи немного. Мы будем у Эль Греко через минуту. Я уже чувствую аромат сулаке... Каким-то чудом удалось стряхнуть копов. Когда машина подъехала к дому доктора, Генри был уже совсем плох. Вито выскочил из машины и побежал стучать в дверь. Ему быстро открыли. - Вы - доктор Эль Греко? - Нет. Художник, блин. - Нам нужна помощь, он ранен, - объяснял Вито, пока Джо тащил Генри из машины в дом. - Стой, - Генри затормозил на пороге и обернулся. - Деньги свои возьми. За работу, вот. - Генри протянул ему свернутые купюры. - Знаешь, это не к спеху... Но спасибо. - И эй, спасибо за все, - с трудом произнес Генри. - Надеюсь, обойдется. - Да. Я тоже. Вито не хотел уходить, но его буквально вытолкнули. Самое обидное, что Джо остался там, с Генри, а его почему-то не пустили. Вито взглянул на деньги. Целых две тысячи, ничего себе! Вито вышел на дорогу, выкинул из первого попавшегося автомобиля водителя и поехал домой. Он собирался отдать деньги Франческе. На душе было паршиво. Снова затучило и пошел снег. Джо вернулся поздно ночью, и рано утром снова ушел. Вито проснулся, побродил по квартире, позавтракал, вышел на улицу, но идти было некуда. Промаявшись до обеда, Вито все-таки поехал к Эль Греко. Доктор был удивлен, когда увидел его, и долго не понимал цели визита. Но Вито добился, чтобы его пустили к Генри. Дом Эль Греко представлял собой удивительную смесь из больницы и музея. Картины на стенах и кафельный пол. Вито поднялся на второй этаж и в одной из маленьких комнат с видом на город нашел Генри. Генри лежал на кровати, весь залитый серым светом облачного неба из окна, и спал, повернув набок голову. Вито постоял немного в дверях, и вошел в эту комнату, словно открыл окно в хмурое утро. Все было серым, от стен до постельного белья. И было в этой прохладной безмолвной серости что-то неуловимое и спокойное, что-то чарующе забытое, словно из прошлой жизни. Из пустых вокзалов в ранний воскресный час и серой линии горизонта между небом и морем в дождливый день. Из тех давно прошедших времен, когда серые будни однообразно тянулись примерно полгода, один за другим, от осени до зимы, так долго. А ты ходил за много километров от дома, ты спал на ходу и закрывал лицо от ветра. И только годы спустя ты понял неповторимое очарование тех одиноких дней. И иногда оно посещает тебя как де жа вю. Вито опустился на стул рядом с кроватью, бросил взгляд в окно, весь город был как на ладони и, такой умиротворенный, утопал в медленном снегопаде. Вито посмотрел на Генри. В этом сером тумане его кожа была мраморно-белой. Рука Генри лежала на одеяле. Вито почувствовал в себе идиотское желание взять его за руку, потрогать, не из снега ли он и теплый ли. А потом и вовсе захотелось чего-то непонятного: провести по руке вверх до локтя, а потом еще выше до рукава футболки, почувствовать под пальцами его расслабленые мышцы и гладкость кожи... - Вито, что ты здесь делаешь? Скалетта вздрогнул. Он не заметил, что Генри не спит и уже некоторое время наблюдает за ним. - Оу, привет, Генри. Я... Джо ничего не сказал мне, и я решил проверить, в порядке ли ты... Как ты? - Все нормально, - тихо ответил Генри. - Через неделю буду как новенький. - Ну я рад. Генри кивнул и, приподнявшись, скинул с себя одеяло. - Поможешь мне сесть? - Да, конечно, - Вито помог ему опустить перебинтованную ногу на пол и сел рядом с ним на кровати. - Не надо, не вставай. - Да я и не собирался, - Генри улыбнулся и посмотрел на него. - Знаешь, у нас не принято навещать друзей у доктора. Вито пожал плечами. - Мне все равно было нечем заняться, - Вито по-глупому засмотрелся на него. Генри был потрясающе красивым в тот момент. Без своих самоуверенных повадок, без галстука, и немного встрепанный. - Откуда у тебя этот шрам, Вито? - После короткого молчания, Генри медленно поднял руку и провел по его щеке, по тонкой линии идущей вдоль подбородка. Вито поперхнулся и на автопилоте убрал его руку от своего лица. Это короткое прикосновение было чем-то невозможным. Чем-то невозможно приятным, что так хочется продлить. За мгновение у Вито пересохло в горле, и дышать стало труднее. Оттого что Генри так близко, и от него мятно пахнет какой-то мазью. Вито не сразу сообразил, что сказать. - В детстве я лез через окно и... - Вито не смог договорить. Он послушно закрыл глаза, когда Генри приблизился к нему, и позволил себя поцеловать. С закрытыми глазами это показалось совершенно привычным. Еще вчера Вито также целовала сестра. Вот только сейчас это был Генри. Только тепло и мягкость его кожи. Генри даже не поцеловал его, а просто прикоснулся. Вито почти ничего не почувствовал, и когда открыл глаза, Генри уже отвернулся и смотрел в окно. Вито облизнул губы и шумно выдохнул. В голове что-то очень громко застучало, и весь этот серый океан поплыл перед глазами. Вито не знал, что делать. Не осталось ни единой мысли. Было жарко и больно. Он просто поддался секундному порыву, словно по инерции. Грубовато притянул Генри к себе за ворот футболки, повалил на спину и, оказавшись сверху, поцеловал. Поцеловал так, как еще не целовал никого на свете, жестоко и властно, и в то же время нежно. Вито и не знал, что на такое вообще способен. И все было бы просто отлично, если бы Генри тут же не принялся вырываться. Вито с сожалением отпустил его. - Черт, успокойся! Какого хрена, а? Ты забыл, что я ранен? Не надо меня так дергать. Что ты вообще творишь? - возмущенно говорил Генри, отталкивая Вито подальше. - Извини, - после некоторой паузы произнес Вито, слегка запыхавшись. - Ты же сам начал. - Я же не думал, что ты на меня набросишься. Ох, проклятье, у меня, кажется, шов разошелся. Вито, убирайся к черту прямо сейчас! - Прости, Генри, я не хотел... - Позови Эль Греко, а потом уйди! Вито поднялся с кровати и вышел из комнаты, на мгновение обернувшись на пороге. Он хотел что-то спросить, но так и не решился. На первом этаже в гостиной он нашел доктора. - Подойдите к Генри, ему нужна помощь, - торопливо сказал Вито. - Вы что, охренели? В моем доме нельзя устраивать разборки! Если вы еще и здесь будете пытаться прикончить друг друга... - Да нет же, все нормально. Просто случайность. Я пойду. - Да иди уж! Вито вышел из дома Эль Грэко и сел в свою тачку. Сердце все еще сильно билось, руки тряслись, он раза с пятого смог зажечь сигарету и закурить. Вито понятия не имел, как подобное могло произойти. Это просто не укладывалось в голове. Но ведь Генри сам начал. А может, он неправильно все понял? Может Генри просто... Просто... Что просто? Нет, все он правильно понял. Генри поцеловал его, хоть это мало было похоже на поцелуй. Неужели Генри из этих? Это отвратительно. Вернее, Вито мог бы сказать, что это отвратительно, если бы сразу же оттолкнул его, если бы возмутился, или хотя бы свел все в шутку. А вместо этого Вито сам на него набросился, и сейчас Генри, наверное, думает, что он какой-то извращенец. Но это совсем не так! Вито выкинул сигарету в окно, завел машину и поехал домой. А с другой стороны, что такого плохого случилось? От этой мысли Вито чуть не врезался в заграждение, машину занесло в сугроб. Что если... Если Генри не против? Вито не мог себя обманывать, понимая, что Генри ему нравится, и именно в этом, неправильном смысле. Так что если они могли бы... Да, это хреново, но ведь никому не обязательно об этом знать... Нет. Нельзя мешать отношения и работу. Нельзя мутить с товарищами. Для этого есть женщины. Да и как вообще что-то подобное возможно? Бред. Вито вернулся домой и не раздеваясь плюхнулся на свой диван. Завтра. Он подумает обо всем этом завтра. Или послезавтра.