SHOOTER (Стрелок)

Стоял июнь, на ранчо "Санрайз" приближалось лето, все было очень красиво. Теперь это место Джагхед и Бетти теперь называли домом, и, по правде говоря, потребовалось некоторое время, чтобы добраться до этого места. Переезд занял примерно неделю, а с помощью Кевина, Хоакина и Эфпи, а также 4х квадроциклов Джагхед смог забрать все свои личные вещи и генераторы. Он все же оставил мебель, приборы и все инструменты, которые, по его мнению, должны были остаться, ребята заколотили это место до тех пор, пока (и если) они вернутся. Бетти вернулась вместе с ним, когда почти все было упаковано, и стояла в безмолвной, почти пустой хижине, пока парень все осматривал и перепроверял. Бетти дала ему время. Она видела, что брюнет беспокоится и боится уезжать, от этого она чувствовала укол вины, что была причиной этого …что Джагхед оставляет свой маленький рай для нее. После того, как они все перепроверили еще раз и заперли, они оставили маленькую хижину позади. Несмотря на уединение и покой ранчо, Джагхеду было трудно привыкнуть к нему. Была относительная тишина, но ему все еще приходилось привыкать к новым звукам и зрелищам, и первый месяц был тяжелее, чем он ожидал. У него были частые бессонные ночи и кошмары, и Бетти заставала его расхаживающим по главному этажу домика с Хот-догом рядом. Иногда ей удавалось успокоить его тревогу, а иногда она просто выжидала, потому что он не обращал внимания ни на ее прикосновения, ни на ее слова, когда она пыталась помочь ему. Ей тоже было трудно приспособиться. Одно дело - ночевать в хижине на каникулах, и совсем другое - идти на работу и жить дальше, а теперь каждый день возвращаться домой к мужчине. Человек, пытающийся сориентироваться. Это было приспособлением для них обоих. Тем не менее, это больше не было попыткой разобраться во всем и быть настолько влюбленными, что они чувствовали, что могут сделать все, что угодно. Теперь это была их жизнь, все было выяснено, и действительность вступила в свои права. После первых двух месяцев привыкания они впали в легкую рутину, и все, казалось, успокоилось. Бетти пару раз поднимала тему психотерапии, и хотя он не был против и фактически поддерживал ее, Джонс все еще не был готов начать, ну а девушка старалась не давить на него. Она знала, что Джагхед был очень скрытным человеком, и ему не нравилась идея говорить о своих чувствах с незнакомцем, но он знал, что это поможет, и поэтому периодически тщательно обдумывал это. Теперь Джагхед Джонс писал для журнала, и хотя это не было огромным вкладом, людям нравилась его колонка. Он писал о самых разных вещах, и Бетти обнаружила, что у него отличное чувство юмора, так как многое из того, что он писал, заставляло людей смеяться. Это были рассказы о жизни, а иногда, чтобы привыкнуть к людям, он искал что-нибудь интересное и брал интервью у людей о некоторых событиях. Весна была довольно мягкой и легкой. Они смеялись и любили друг друга, а Джаг постепенно входил в свою новую жизнь и наслаждался жизнью на ранчо. Он был очень увлечен лошадьми и находил работу с ними успокаивающей и целебной. Теперь они были здесь. Бетти не очень понимала, что на этот раз вызвало его тревогу и депрессию. Было ли это что-то осязаемое или оно просто возникло из ниоткуда. На самом-то деле это не имело значения. Началось уныние, а потом он стал уходить в себя, не говоря ни слова, покидая дом на долгие часы. Хот-дог был в полной боевой готовности, и она отступила назад, не пытаясь вмешаться или уговорить Джагхеда успокоиться. Парень остался лежать на диване в тот вечер, и Купер ужасно скучала по нему, ей было тяжело смотреть, как он идет по темной линии, и она не могла ему помочь. Теперь он исчез. Он уехал утром три дня назад с Хот-догом в своем грузовике и не вернулся, и в первую ночь она волновалась и боялась, и пыталась позвонить ему по телефону и написать сообщение, но оно попадало прямо на голосовую почту. Вчера она впала в панику и обзвонила всех, кого только могла вспомнить, но никто не знал, где он. Потом она позвонила Эфпи. После нескольких минут слез и паники он потребовал, чтобы она успокоилась и заговорила, как следует, чтобы он мог понять ее и понять, что происходит. Когда девушка рассказала ему, что Джагхед исчез, мужчина только вздохнул. - Он иногда так делает. Он вернется, не волнуйся. Ему просто нужно побыть одному, - заверил мистер Джонс ее. - Значит, он просто уходит? Не сказав мне ни слова? Я понимаю, что ему нужно побыть одному, но, Господи Иисусе, он должен был мне сказать! Я просто с ума схожу!- Закричала Бетти в ответ. - Прости, Бетти, - тихо сказал Эфпи, и в его голосе явно слышалось раскаяние. - Как долго я должна ждать его?- спросила она со слезами на глазах. - Не знаю, самое долгое его исчезновение длилось неделю, но это было всего один раз. В любое другое время после этого он уходил всего несколько дней, самое большее - три.- Повесив трубку, Бетти проплакала, пока не уснула. Теперь Бетти стояла на кухне, и на исходе третьего дня его грузовик неожиданно выехал на поляну и припарковался перед домом. Она стояла, сжав кулаки, пока он медленно поднимался по ступенькам и входил в каюту. Молодой человек выглядел ужасно, как будто не спал и не принимал душ, а его глаза были измучены и покраснели. Она была так счастлива и так взбешена одновременно, что ее затошнило. Он закрыл дверь и остановился, увидев, что его девушка стоит там, и она сразу же увидела сожаление на его лице. Все газеты, книги и группы поддержки сказали бы: чтобы оставаться спокойной и не усугублять проблему. Бетти почувствовала такое огромное облегчение, что как только оно нахлынуло на нее и агония ушла, она пришла в ярость от того, что он заставил ее почувствовать - Где тебя черти носили?- яростно завопила блондинка. Джонс, казалось, был ошеломлен ее вспышкой и ничего не сказал на мгновение, и Бетти начала снова. - Ты хоть представляешь, что я пережила за последние несколько дней? А?- крикнула она. - Мне очень жаль, Беттс, - тихо сказал он. - Мне просто нужно было немного побыть одному. - И ты не мог мне этого сказать? Ты же не мог просто сказать мне, что тебе нужно уехать на три дня, и просто свалил куда-то, не подумав о том, как я буду волноваться и бояться? - Я ... я думаю, я не подумал... - сказал он, подходя к ней. Она сделала шаг назад, желая швырнуть в него чем-нибудь, и была благодарна, что не оказалась рядом с островом, где стояли какие-то миски, которые, как она полагала, будут хорошо летать. - Ты не подумал, Джагхед? Ты не подумал о женщине, которую любишь? Женщина, которая любит тебя? Я ни на секунду не приходила тебе в голову? Ты проверял свой чертов телефон? - Я….Послушай, Бетти, я... - начал он. - Что? Ты извиняешься?- сердито спросила она, заливаясь слезами. - Нет! Знаешь, кто ты? Мудак! - закричала в ответ Купер. Голубые глаза сузились от ее оскорбления, и блондинка увидела, что он и сам начинает злиться. Бетти действительно не собиралась называть его так, но ее гнев и облегчение были такой странной смесью, что она чувствовала себя немного сумасшедшей от всего происходящего. - Послушай, мне очень жаль, Бетти. Я действительно… боюсь. Очевидно, я облажался, но когда мой разум чувствует, что он и есть мой собственный злейший враг, все, что я хочу сделать, это найти тихое место, где никто не сможет найти меня. Я уже давно занимаюсь этим сам и просто не подумал... Я не знаю, о чем я думал, кроме побега, - попытался объяснить он. - Джагхед, ты только что пропал непонятно почему и куда... Ты уехал на 3 дня, и я была в ужасе, - воскликнула она, сердито вытирая лицо. - Мне все равно, как долго ты занимаешься этим дерьмом в одиночку, мы вместе уже больше полугода, и тот факт, что ты даже не подумал обо мне…., не подумал, как это повлияет на меня, так обидно, что я едва могу дышать, я в такой ярости…. - Прости меня! - Этого недостаточно!- крикнула в ответ Бетти. - Ты не можешь теперь так делать. Никогда!! Ради бога, я был готов вызвать полицию штата и послать поисковую группу. Я … а что если бы у нас были дети? Как, черт возьми, я должна была объяснить им, когда их папа просто исчезает на несколько дней подряд, даже не сказав ни слова!- Она понятия не имела, почему сказала это, но его глаза расширились, а потом он рассмеялся, на что девушка совсем не знала, что с этим делать. - Ну, об этом не беспокойся. У меня нет планов заводить детей, - четко отрезал он. Это лишило ее парусов ветра, и Бетти удивленно уставилась на него. - Полагаю, ты не ожидала услышать это, не так ли?- спросил он, сбрасывая ботинки и бросая бумажник и ключи на столик у двери. Бетти совершенно забыла о том, почему они ссорились, когда ее мозг сосредоточился на том, что он сказал. Он не собирался становиться отцом. Джагхед не хотел иметь детей. - Ты не ... ты не хочешь иметь детей?- тихо и хрипло спросила Купер, ее голос внезапно пропал. - Нет, не хочу, - твердо сказал он, направляясь к лестнице, ведущей в спальню. Джагхед замолчал, посмотрев на нее, увидев шок на лице девушки. - Наверное, тебе следовало спросить меня об этом до того, как ты влюбилась в меня, а?- крикнул Джонс и направился вверх по лестнице. Бетти совсем не знала, что делать с тем, что только что произошло, и, по правде говоря, даже не могла толком осмыслить происходящее. Она могла думать только о том, что Джаг дома и с ним все в порядке, и ей так хотелось побежать за ним и броситься в его объятия, но она сдержалась. Они причинили друг другу боль, и Купер не знала, что делать дальше. Услышав шум льющегося душа, девушка прошла на кухню и приготовила поесть, не зная, когда он ел в последний раз. Судя по тому, как Хот-дог набросился на свою тарелку, она решила, что они не ели по крайней мере целый день. Бетти вытерла лицо, положила бутерброды и фрукты на тарелку и понесла ее наверх. Джагхед был в спальне, переодевался и, казалось, удивился, увидев ее. - Я подумала, ты проголодался, - прошептала она, ставя тарелку на комод и стараясь не встречаться с ним взглядом. Она быстро вышла и направилась вниз по лестнице. Бетти сделала несколько звонков, что он дома и все в порядке, а потом пошла смотреть телевизор. Джонс же больше не спускался вниз, когда на улице стемнело и она устала, то отправилась спать, но его не было в хозяйской спальне. Девушка нахмурилась, повернулась обратно в холл и увидела, что дверь в гостиную приоткрыта, подошла к ней и медленно открыла. Он лежал на кровати спиной к двери, и от боли в груди ее глаза снова наполнились слезами. Она злилась, но ей так его не хватало. Бетти медленно вернулась в спальню, натянула футболку и свернулась калачиком в постели. Ночь снова обещала быть беспокойной, но, по крайней мере, он был дома. Пару часов спустя, когда она все еще пыталась заснуть, девушка услышала, как открылась дверь, и она услышала его шаги по паркету, когда он подошел к кровати. Она не двинулась с места, а он медленно ... и осторожно лег рядом с ней в постель и лежал тихо, не прикасаясь к ней. Его запах, тепло, исходящее от него, немедленно затопили ее чувства, и девушка не смогла сдержать рыдания, сорвавшегося с ее губ. Джагхед внезапно пошевелился, обхватил ее руками, притянул к себе и крепко прижал к себе, а она лишь обвила руками его шею и заплакала. - Прости, - прошептал он. - Мне чертовски жаль. - Бетти некоторое время не переставала плакать, ощущение его объятий было таким чудесным, что ее слезы были наполовину счастьем, наполовину облегчением и наполовину усталостью от того, что произошло. - Я не заслуживаю тебя, - прошептал он ей на ухо с явным сожалением в голосе. - Нет, не надо, - икнула и вздрогнула Бетти, пытаясь успокоиться. - Мне очень жаль, Бетти. Я продолжаю причинять тебе боль, - печально сказал он. - Уход, не сказав мне ни слова, не причинил мне боли, а просто напугал, Джагхед. То, что мы кричим, друг на друга… вот, что причиняет мне боль. - Да, одно вызвало другое, - пробормотал он. Бетти прижалась к нему сильнее, соскучившись по ощущению его прикосновения, его теплого тела, укачивающего ее. Как бы она ни злилась, Джагхед Джонс был всем, чего она хотела. - Ты хочешь поговорить об этом? Где ты был?- спросила она, шмыгая носом и вытирая лицо. - Даже не знаю. Я вроде как просто ездил вокруг и останавливался ночью, чтобы немного поспать. Я даже не знаю, как это объяснить. Я не знаю, что заставило мой разум потемнеть на этот раз, это просто поселилось во мне, и чем больше я пытался бороться, тем хуже это становилось. Мне становится так плохо, что я чувствую только гнев, вину и безнадежность, и мне просто нужно было уйти. Я боюсь, что могу сделать что-то, о чем потом пожалею. - Бетти откинулась на спинку кровати и впервые внимательно посмотрела на него. Он выглядел разбитым и измученным, но его глаза были ясными, и она знала, что худшее уже позади. - Почему бы тебе не сказать мне, когда это произойдет в следующий раз? Может быть, я смогу помочь?- прошептала она. - Я вижу, что ты становишься угрюмым и тихим, и я даю тебе пространство, но я хочу, чтобы ты сказал мне, если почувствуешь, что поддаешься депрессии и беспокойству. - У меня просто голова идет кругом, и я чувствую, что ... я не знаю.... я просто ... - он не смог выдавить из себя ни слова, и она коснулась его лица. - Я ненавижу себя, - прошептал он, и глаза его наполнились слезами. - Пожалуйста, не надо ненавидеть себя, - взмолилась Бетти. - Иногда я чувствую себя чудовищем. Как будто оно прячется прямо под поверхностью, только и ждет, чтобы поднять свою уродливую голову, и это портит мне жизнь, - хрипло сказал он. - Я ... Бетти, вот почему я не хочу иметь детей. Мне очень жаль, что я так говорю, но я просто не могу представить, как можно втягивать в это ребенка. Это меня пугает. А что, если я сделаю ему больно? Я не могу жить с собой, - сказал он прерывающимся голосом. - Я просто не могу… - Перестань, Джагги, мы не должны сейчас об этом говорить, - настаивала она. Он посмотрел на нее, его глаза были полны боли и печали. - Я не хочу детей, Бетти. Ни-ког-да. Мне так жаль, что я никогда не упоминал об этом, но я не думаю, что когда-нибудь изменю свое мнение…, - сказал он печально. Он всмотрелся в ее лицо, увидел печаль в ее глазах и судорожно вздохнул. - Ты заслуживаешь намного.… - Клянусь Богом, Джагхед, - огрызнулась Бетти, перекрикивая его. - Если ты скажешь, что я заслуживаю кого-то получше тебя, я могу дать тебе пощечину. - Ты хочешь иметь детей?- многозначительно спросил он. - Хочу... - ответила она. - Ну вот, а я о чем? Бетти, я не хочу отнимать это у тебя, - сказал он, стиснув зубы, и его глаза затуманились. - Джагхед, ты действительно думаешь, что я выберу возможность иметь детей вместо того, чтобы быть с тобой?- спросила она. - Когда-нибудь… - тихо ответил он. Бетти дотронулась до лица брюнета и провела большим пальцем по лбу, пытаясь унять беспокойство и страх. - Ты все еще думаешь, что что-то заставит меня покинуть тебя, - печально прошептала она. - Я люблю тебя, Джагхед Джонс. - Я знаю, - тихо сказал он. - Я думаю, что страх никогда не исчезнет.- Он переплел свои пальцы с ее и притянул их к себе, чтобы поцеловать. - Мне очень жаль, что я просто исчез. Я просто не знал, что с собой делать, и это был дерьмовый поступок, и мне так жаль. - Джагги, - тихо начала Бетти. - Я действительно хочу, чтобы ты попробовал терапию. Я знаю, ты знаешь, что это было бы хорошо для тебя. Ты ведь видишь, как это помогает мне и твоей сестре, и я действительно думаю, что тебе тоже нужно попробовать. - Хорошо, - тихо ответил он ей. - Ты это серьезно? Ты должен сделать это для себя, а не только потому, что я этого хочу. - Я серьезно. Я сделаю это для нас, - пообещал он. - Твоя жизнь так сильно изменилась с тех пор, как мы встретились, - прошептала она, когда они некоторое время лежали молча, глядя друг на друга. - К лучшему, - настаивал Джагхед, беря ее руку и слегка поглаживая пальцами. - Иногда мне кажется, что я делаю только хуже, - призналась она, ее подбородок дрожал, и она старалась не заплакать. - Ты делаешь все намного лучше, я просто очень медленно приспосабливаюсь к тому, как жить, чтобы не навредить тебе, - ответил Джагхед со вздохом, притягивая ее ближе. - Иногда я так ошибаюсь, Бетти, и мне очень жаль. Вещи, с которыми я имею дело, не оправдывают меня, чтобы быть мудаком, и я делаю все возможное, чтобы помнить, что это больше не только обо мне. - Я так скучала по тебе, - прошептала она. Он прижался лбом к ее лбу и глубоко, прерывисто вздохнул. - Мне очень жаль, - повторил Джагхед. - Пожалуйста, прости меня. - Я прощаю тебя, и мне жаль, что я назвала тебя мудаком, - ответила она со вздохом. - Я заслужил это, - настаивал он, и она ответила ему нежным поцелуем, вздохнув в его рот от чудесного ощущения его губ на своих снова. Он отстранился и некоторое время изучал ее. - Беттс, насчет детей ... - начал он. Бетти зажала ему рот рукой и покачала головой. - Нет, - сказала она, и ее голос слегка дрогнул. - Мы больше не будем об этом говорить. Мы даже не были вместе целый год, и хотя в моем сознании, мы вместе до конца дней, я знаю, что ты любишь меня, но я не знаю, где ты находишься сам в долгосрочной перспективе, поэтому я просто говорю тебе это сейчас, я хочу быть с тобой… ну а если ты передумаешь, то дай знать, а пока нет, мы не говорим об этом. Ладно?- Он увидел боль в ее глазах и сглотнул комок в горле. Джагхед лишь просто кивнул в ответ, Купер улыбнулась, и нежно поцеловала его, и повернулась так, что оказалась лицом к нему, и снова прижалась к нему, его руки обнимали ее, а его тело ласкало ее. - Я люблю тебя, Бетти, и ты определенно подходишь мне. Если мы не выживем, я вернусь в лес и просто умру в одиночестве, - прошептал он. - Я тоже люблю тебя, Джагхед, и тебе никогда не придется умирать в лесу, - тихо ответила девушка. Джагхед некоторое время лежал без сна, просто наслаждаясь тем, что его любовь снова в его объятиях. Он чувствовал себя полным идиотом. Он продолжал причинять ей боль, и на этот раз эта боль никуда не делась. Он не заслуживал ее, а она продолжала выбирать его, а не то, что хотела бы, и он не знал, как с этим справиться. Бетти приспособила всю свою жизнь, чтобы соответствовать ему и его проблемам, и теперь он забирал у нее то, что, как он знал, она хотела. Джагхед пришел в ужас при мысли о детях. Он знал это. Бетти была бы замечательной матерью, но если он не мог присутствовать в здравом уме 100% времени, он просто не хотел этого. Джонс попытался перевернуться на спину, подальше от нее, чтобы хандрить, но она не выдержала и крепко обняла его за талию, прижимаясь к нему спиной. Брюнет стиснул зубы от того, как она действовала на его тело. У него было три дня для себя, и хотя он был угрюмый и подавленный уже несколько дней до этого и не прикасался к ней в течение недели, а теперь, когда тьма стала отступать, ему так хотелось коснуться ее везде, но это было бы неправильно. А вот у его девушки были другие идеи. С тех пор как он был с ней, он заметил, что Бетти никогда не позволяла проблемам или ссорам мешать тому, чего она хотела, когда дело касалось секса. Мало того, что они, казалось, имели ненасытную потребность друг в друге, они оба любили снимать стресс и разочарование хорошей возней, и ни один из них не возражал ни в малейшей степени, когда другой инициировал. Бетти взяла его руку и поднесла к своей груди, он услышал, как у нее перехватило дыхание, когда он нежно сжал ее. Она быстро повернулась и прижалась ртом к его губам, и вскоре уже трясущиеся руки стаскивали с нее одежду, а рты лизали и кусали кожу, стоны, вздохи и погружение во влажный шелковистый жар. Это было торопливо, безумно и отчаянно, и они дошли до разрядки в считанные минуты, овившись друг вокруг друга. - Черт, это было здорово, - выдохнул Джонс, перекатываясь на спину и пытаясь отдышаться. - Если ты еще раз уйдешь от меня, не предупредив, я лишу тебя этого тебя на год!- сказала она, и в ее голосе все еще слышался гнев. - Что ж, это судьба хуже смерти, - проворчал он. - Поверь мне, я больше не совершу такой ошибки. - Хорошо, - выдохнула она, прижалась к нему и наконец, погрузилась в глубокий спокойный сон. Он улыбнулся и поцеловал ее в макушку. Нет, он не заслуживал ее, но он был невероятно счастлив, что она выбрала его, и он собирался позаботиться о том, чтобы она осталась. Пару недель спустя Джагхед сидел с Кевином на пристани у озера, пытаясь поймать рыбу. Ни один из них не был очень хорош в этом, Джагхед пил безалкогольное пиво в отличие в Кевина. - Как ты можешь пить это дерьмо?- Спросил Кевин, делая большой глоток. - Кевин, без алкоголя или нет, но иногда человеку просто нужно пиво, - вздохнул Джагхед. - Я понял! - Ну и как у тебя дела? У вас с Хоакином все в порядке? - Да, у нас все хорошо. Междугородняя связь - это немного заноза в заднице, но в последнее время я думаю, что мог бы переехать в Толедо, - ответил Кевин, пожимая плечами. - Неужели? Ты бы переехал? Не знаю, как отнесется к этому Бетти, - сказал Джагхед, приподняв бровь. - С ней все будет в порядке, - рассмеялся Кевин. - У нее есть ты, чтобы позаботиться о ней. - Да, я люблю ее - улыбнулся Джагхед. Кевин изучал его в течение минуты, прежде чем натянуть леску и выбросить ее снова. - Она сказала мне, что ты не хочешь иметь детей. - Она послала тебя сюда, чтобы ты изменил мое мнение?- Спросил Джагхед. - Нет, конечно, нет. Она не сделает этого и не собирается пытаться переубедить тебя. Я заговорил об этом только потому, что ты, вероятно, мучаешься чувством вины и пытаешься не чувствовать себя идиотом, - ответил Келлер, наклонив голову. Джагхед закатил глаза и вздохнул. - Просто смешно, насколько ты проницателен, когда дело касается моего дерьма, - пробормотал он. - Я думаю, что Бетти тоже будет лучше, если ты просто перестанешь так себя чувствовать и пойдешь дальше. Она любит тебя, парень, и никогда не предпочтет иметь детей от кого-то, чем быть с тобой. - Да, именно так она и сказала, но мне от этого не легче. - Ладно, смирись с этим. Кроме того, если ты когда-нибудь снова уйдешь, ничего не сказав, и у моего лучшего друга случится приступ паники, я по-королевски надеру тебе задницу, я это обещаю, - твердо сказал Кевин. - Принято к сведению. - А теперь, почему бы тебе не расколоть еще одно мерзкое поддельное пиво и не наловить нам рыбы. Они не поймали ничего, кроме сорняков и старого ботинка, но все равно это было хорошее времяпрепровождение. Джагхед бродил по домику, в котором они с Бетти прожили полтора года, и чувствовал себя совершенно пустым без нее, и ему так ее не хватало, что было больно. Она ушла, чтобы остаться с ее матерью за несколько дней и в то время как он сделал то же самое, ушел, чтобы провести время с отцом несколько раз, это был первый раз, когда он чувствовал себя более одиноким, чем он когда-либо чувствовал в своей жизни. Ему это совсем не нравилось. Джагхед начал терапию через месяц после своего исчезновения в прошлом году, и хотя поначалу он был встревожен и замкнут, он начал получать удовольствие от сеансов, и у него все шло хорошо. Они также начали терапию вместе, поскольку жили и росли вместе как пара, и это было огромной помощью, когда напряжение от ПТСР в их отношениях иногда было почти слишком большим или пугающим. Ребята поняли, что иногда быть друг без друга - это хорошо. Дважды с тех пор, как он уехал на три дня, ничего ей не сказав, Джагхед проводил время с отцом без нее. Бетти не возражала, потому что использовала эти дни, чтобы расслабиться, просто успокоиться и перезагрузиться. Терапия очень помогла ему справиться с депрессией и тревогой, разница была ощутимой. Он больше не уходил в себя целыми днями, но когда чувствовал, что что-то подкрадывается к нему, он либо разговаривал с Бетти, либо записывался на дополнительные сеансы к психотерапевту. Это не делало его на 100% лучше, но он мог справиться, и Бетти могла помочь ему пройти через это, не чувствуя, что она была помехой. Они все еще сражаются? Довольно часто, поскольку оба были упрямы и твердо стояли на своем, но обычно это было то, из-за чего нормальные пары ссорились, и редко вызывалось его болезнью. Бетти все еще осторожно вел себя, когда она замечала, что Хот-дог был более бдительным, чем в другие дни, но сейчас ей было легче. Да, все шло на удивление хорошо, и они любили друг друга больше, чем когда-либо, но теперь жизнь подкинула им неожиданный поворот. Ранчо Санрайз выставлялось на продажу, и вспомнил ее панику месяц назад. - Это место продается, Джаг, - сказала Бетти, и ее глаза наполнились слезами. - Что же нам теперь делать? - А почему они его продают?- Спросил Джагхед, нахмурившись, его паника тоже немного усилилась. Другого такого места не было, и хижина просто не подходила. Они провели там месяц прошлой зимой, когда владельцы ранчо приезжали на каникулы, а остальное время провели между домом Эфпи и домом Элис, но переезжать туда никто из них даже не собирался. - Они уже слишком стары, чтобы ездить сюда, и холод не приносит им никакой пользы, и никто из их детей не хочет этого места, поэтому они его продают. Хозяйка сказала мне, что он будет продаваться на рынке после Рождества, так что у нас есть почти 5 месяцев. Она также сказала, что мы сможем сделать предложение до того, как они запустят объявление о продаже, если захотим. - Мы не можем себе этого позволить, - вздохнул Джагхед. - Даже сейчас, когда я пишу больше для журнала и работаю почти полный рабочий день, мы не можем себе этого позволить. - Может быть, мы могли бы занять первый взнос у твоего отца или моей мамы?- Предположила Бетти, садясь на диван и ломая руки. - Бетти, мне почти 28. Я не буду просить у отца денег. Ради бога, я же должен позаботиться о тебе! - Это всего лишь твоя гордость, говорящая Джагхед. Ты остаточно зарабатываешь, я тоже. Это просто немного больше того, что мы можем сделать без хорошего и солидного первоначального взноса, - настаивала Бетти. - Да, это говорит моя гордость, - рассмеялся Джагхед. - Нет, ни в коем случае. Я не стану просить денег. Ни у кого. Они грызлись о покупке дома несколько раз за последний месяц и на прошлой неделе, когда Джагхед взял и предположил, что они могли просто перебраться в его хижину, пока они не нашли что-то лучше, Бетти стала бледнее некуда. Его девушка была напугана, он понимал, потому что сам тоже был напуган. У них оставался единственный выход переехать в Ривердейл, но они оба знали, что у него ничего не получится т.к. ему придется привыкать ко всему заново. Несмотря на то, что Джонс заверил ее, что на этот раз, вероятно, будет легче, потому что он часто бывал в городе, и терапия помогала ему справиться со стрессом, Бетти была непреклонна в том, чтобы не заставлять его жить в городе. В течение нескольких последующих дней она была тихой и погруженной в свои мысли. Иногда он заставал ее в слезах, девушка плохо спала, но продолжала настаивать, что с ней все в порядке. Джагхед и сам был мастером настаивать на том, что все в порядке, и быстро понял, что она лжет. Во-первых: два дня назад она сказала ему, что ей нужно немного побыть одной и просто нужно уехать. Бетти быстро собрала сумку и поехала к матери; во-вторых, в глубине его сознания всегда таился ноющий страх, что когда-нибудь она решит, что хочет чего-то лучшего или большего. Она терпеть не могла, когда он так думал, да и он, по правде говоря, тоже, но сам с этим чувством ничего не мог с собой поделать. Купер была для него как воздух, и он не думал, что когда-нибудь выживет без нее. Джагхед подошел к дивану и увидел книгу стихов, которую она читала в последнее время. На самом деле она всегда носила этот томик с собой, прижимая к груди, и выглядела так, словно расплачется. Джагхед вздохнул, взял его со стола и пролистал. Какая-то бумажка выпала и упала к его ногам, он наклонился, чтобы поднять ее, и увидел, что это фотобумага, перевернул ее и замер. Сердце Джагхеда бешено заколотилось, рука, державшая фотографию, задрожала, и он почувствовал, что не может дышать. Его глаза скользнули по ней, и хотя он еще ничего не мог разглядеть, его внутренности образовали порочный узел беспокойства, которого он давно не чувствовал. Ее тревожила и пугала не только продажа дома. Его взгляд остановился на словах внизу картинки. Купер-Джонс, 7 недель. Это была сонограмма. Бетти была беременна.