Девушка за соседней дверью

Боязливо взглянув на двух джентльменов, которые уже было двинулись в мою сторону, я благоразумно решила обойтись без их помощи. В мгновение ока преодолев разделявшее нас с машиной расстояние, я торопливо заскочила внутрь, напоследок проворно хлопнув дверью. В салоне стояла тишина. Казалось, мужчины о чём-то говорили, но замолчали при моём появлении. Я прикусила губу и украдкой перевела взгляд с одного на другого. Атмосфера была какой-то напряжённой, и от этого я волновалась ещё сильнее. –Ты можешь звать меня Мино, – разрушил тишину мой сосед, вытянувшийся на своей половине сидения. Несмотря на рану, он выглядел вполне расслабленным. Казалось, единственное неудобство, которое мужчина испытывает, состоит в том, что он не может полностью вытянуть ноги. Я коротко кивнула, избегая прямо смотреть на него. –Назови свой адрес. Мы довезём тебя. –Я думаю, сначала нужно отвезти тебя к Паку, а уже потом заниматься ей, – раздался негромкий голос Кисока. Судя по тону, каким было озвучено это предложение, ему нередко приходилось отдавать приказы и весьма редко приходилось слышать в ответ отказ. –Я подкину её к дому на обратном пути. Взгляды мужчин пересеклись. Судя по всему, оба они обладали способностями к телепатии, так как вслух не было сказано ни единого слова. В конце этого безмолвного диалога, Кисок что-то раздражённо пробормотал себе под нос и неохотно кивнул, заводя двигатель. Я неуверенно посмотрела на Мино: –Я могу самос… –Начнём с тебя, – отрезал он. –Куда тебя отвезти? Я замялась и сначала хотела назвать адрес соседнего жилого дома, но потом, подумав, что мне придётся идти пару кварталов одной, всё-таки назвала свой адрес. В конце концов, красть у нас нечего, а если бы они хотели что-то со мной сделать, глупо было бы для этого вести меня ко мне же домой. Едва машина двинулась с места, раздался щелчок, возвещающий о том, что двери заблокировались. Обернувшись, я посмотрела на оставшихся на берегу парней, которые склонились в почтительном поклоне вслед машине. Не успела я открыть рот, чтобы спросить, почему они остались там, как мы повернули за угол и их фигуры скрылись из вида. Я чуть нахмурилась, но не стала задавать вопросов. Эта ситуация была из разряда тех, в которых, чем меньше знаешь, тем тебе же лучше. Мино повернул ко мне голову и успокаивающе улыбнулся: –Тебе не нужно бояться, Сэрон. Снаружи едва слышно раздалось тихое ни то постукивание, ни то шуршание. Повернувшись к окну, я увидела, что начал накрапывать мелкий дождь. Было настолько темно, что отчётливо были видны лишь крошечные капельки, ударявшиеся о стекло под порывами ветра. Я поёжилась. –Я не боюсь, – пробормотала я, почувствовав, как запылали щёки. Губы Мино скривились в усмешке, но он ничего не ответил. Откинувшись на спинку кресла, мужчина прикрыл глаза. Вдруг, словно что-то вспомнив, он выпрямился и развернулся ко мне. Кожа сидения неприятно скрипнула от этого движения. –Замри на секунду. Мино наклонился ко мне, а его рука потянулась к моей шее. Резко вскинув ладонь, я стукнула его по кисти. Жест был больше автоматическим, чем обдуманным. Напуганная возможными последствиями, я попыталась отодвинуться к окну. Однако это лишь ухудшило положение. Дверь была заперта. Я вжалась в угол салона и настороженно смотрела на мужчину, всерьёз готовая отбиваться. Что ему от меня нужно?! Мино развернулся ко мне всем телом. Небрежно облокотившись на спинку кресла, мужчина приподнял бровь, без слов спрашивая, что же я намерена делать дальше. Я плотно сжала губы. Дверь наружу закрыта, но даже если бы это было и не так, я бы всё равно не смогла далеко убежать. В зеркале заднего вида виднелось отражение Кисока, с любопытством наблюдавшего за происходящим, но и не думавшего вмешиваться. Мне нечего было противопоставить им. У меня опустились плечи, и я опустила взгляд. В глазах защипало. Выждав секунду, Мино снова протянул ко мне руку, действуя нарочито неторопливо, словно демонстрируя, что может сделать всё, что захочет. Дёрнув за бегунок, мужчина также медленно начал растягивать надетую на меня куртку. Я зажмурилась и даже, кажется, перестала дышать. Я осталась в одном топике, который почти ничего не скрывал. Даже тот факт, что на моих плечах всё ещё оставалась его куртка, мало спасал положение. Я почувствовала, как тыльной стороной ладони он дотронулся до моей груди. Рука Мино казалась такой горячей, что я ощутила её тепло сквозь топик и ткань бюстгальтера. От этого прикосновения меня всю передёрнуло. Он может сделать что угодно, и никто не помешает. С трудом сдерживая слёзы, я комкала в ладонях свою блузку. Я так и не выпускала её из рук с тех пор, как Кисок столь любезно вернул мне её на берегу. Прикосновение Мино длилось несколько бесконечно долгих мгновений, а потом мужчина вдруг запахнул на мне куртку и отстранился. –Можешь отмирать, ягнёнок, – произнёс он, плавно возвращаясь на свою половину сидения. Я открыла глаза и затравленно взглянула на него. Мино с мягкой, почти нежной полуулыбкой смотрел на меня. Выглядел он при этом так, словно в жизни не совершил ни единого поступка, достойного порицания. Когда он начал расстёгивать на мне куртку, я была так смущена и напугана, что только сейчас начала осознавать – произошедшее было для него не больше чем шуткой. Всё, что ему было нужно это достать что-то из кармана куртки, и, видя, как я реагирую на его игру, он специально прикасался ко мне. Я посмотрела на зеркало заднего вида и наткнулась на насмешливый взгляд Кисока. Он, словно только и ждавший этого момента, тут же расплылся в елейной улыбке. –Ты, друг, совсем запугал свою спасительницу! Чем же вы там таким занимались на берегу, что она теперь так боится? – делая вид, что всё его внимание сосредоточенно на дороге, невинным тоном произнёс он. Поймав его взгляд в зеркале, Мино подавил улыбку и покачал головой, ничего не ответив. У меня запылали щёки, и я опустила голову. Я понимала, что не сделала ничего плохого, но чувствовала себя очень глупо, став объектом для насмешек. Злость боролась во мне с обидой и страхом, но я старалась если не подавить, то хотя бы не показывать её. Интуиция подсказывала, что передо мной не те люди, с которыми можно на пощёчину отвечать пощёчиной. Самообладание потихоньку начинало возвращаться ко мне. –Вот, – коротко произнёс Мино, вкладывая что-то в мою ладонь. –Не потеряй. Это мой личный номер. Если понадобится помощь, всегда сможешь дозвониться. Я перевела взгляд на плотный прямоугольник картона и покрутила его в пальцах, пытаясь лучше рассмотреть. Как оказалось, здесь был только номер без какой-либо подписи. Если это визитка, то он, кажется, забыл, что на них обычно ещё указывают имя и род деятельности владельца. –Не слышу ответа, – произнёс Мино, отворачиваясь от меня и устремляя взгляд на дорогу. –Я вас поняла, – пробормотала я себе под нос, а потом, после небольшой заминки, неохотно прибавила. –Спасибо. Был ли он серьёзен, обещая мне помощь? Или это просто ежеминутный порыв, а назавтра он меня уже и не вспомнит? Я украдкой взглянула на мужчину, пытаясь найти ответ. Остаток пути прошёл в тишине. Мне казалось, что я бежала целую вечность, но от берега до моего дома мы доехали буквально минут за десять. Машина плавно сбросила скорость и бесшумно затормозила перед самым подъездом. Я выглянула из окна, чтобы убедиться, что перед домом никого нет. А потом, выпрямившись, повернулась к Мино. –Спасибо. Мужчина коротко мне кивнул и повернулся к своему другу. –Кисок, проводишь её, хорошо? Я хотела запротестовать и сказать, что могу дойти и сама, но в последний момент прикусила язык. Конечно, вероятность того, что какой-то злодей таится в подъезде или поджидает меня в лифте, стремится к нулю, мне всё равно было страшно. –Пошли, – Кисок нехотя мотнул головой и отстегнул ремень безопасности. Дождь хотя и не стал сильнее, но по-прежнему неприятно моросил. Кисок вышел из машины первым. Снаружи потянуло сырым прохладным воздухом. Вытащив сигарету, мужчина неторопливо направился к зелёному козырьку над входом в подъезд. Уже развернувшись к двери, я вспомнила о том, что так и не вернула куртку. Быстро расстегнув молнию, я скинула её с плеч. Стало холодно, и я накинула на себя блузку, торопливо застёгивая пуговички. Закончив, я невольно передёрнула плечами. Ткань была холодной и, что хуже всего, грязной и местами порванной. –В этом действительно была необходимость? – чуть усмехнувшись, поинтересовался Мино. –Могла бы вернуть её позже. Я положила руку на куртку и передвинула её по сидению ближе к мужчине. –Я не думаю, что мы ещё видимся. Не хотелось бы снова прочёсывать берег, чтобы вернуть её, – коротко улыбнулась я с наигранной бравадой. –Спасибо вам ещё раз. Несмотря на недавний инцидент, я действительно благодарила его искренне. Развернувшись, я вышла из машины и поспешила к Кисоку. Прежде чем войти в подъезд, я оглянулась на машину. Даже мне, никогда не разбиравшейся в марках, было понятно, что стоит она немало, а потому ещё страннее она смотрелась на фоне нашего дома. Я глубоко вздохнула. Мне удивительно повезло, что всё закончилось так. Неужели все ужасы этого вечера наконец позади? Мне казалось, что Мино смотрел мне в след, но так как стёкла были тонированными, я не могла знать наверняка. Легко поклонившись ему, я зашла внутрь здания. Кисок, очевидно, счёл, что нашему подъезду уже мало что может повредить и зашёл внутрь, так и не потушив сигареты. Я проводила его спину неодобрительным взглядом, но не осмелилась ничего сказать. Сейчас он казался более расслабленным, чем при нашей первой встрече и даже, не иначе как в знак любезности, куда-то убрал свой пистолет. Тем не менее, мне всё ещё было непонятно, чего можно ожидать от него в следующий момент. Стряхнув пепел с сигареты прямо на пол и первым зайдя в лифт, он выпустил в воздух струю серого дыма и небрежно поинтересовался: –Этаж? –Четвёртый, – не менее кратко ответила я. Кисок криво усмехнулся и нажал на кнопку. –А квартира какая? Случайно, не 444? Я нахмурилась. Раньше мне и в голову не приходили эти мысли, но после его слов я впервые подумала, что номер квартиры действительно оказался не самым счастливым. В суеверия* я, конечно, не очень верила, но.. Что «но» я так и не придумала. Взглянув на мужчину, я спокойно ответила. –Нет, 414. Я отвернулась, краем глаза успев заметить, что его губы искривились в усмешке. Что ж, если бы речь шла не обо мне, возможно, я бы тоже сочла происходящее забавным. –Ты не здесь выросла? – вдруг произнёс он. Я удивлённо посмотрела на него. –С чего вы взяли? –У тебя это на лбу написано. Трудно было не догадаться. –Мы недавно переехали, – ответила я, притворившись, что не увидела двойного смысла в его словах. Мужчина кивнул мне, показывая, что принял мои слова к сведению, и снова затянулся. Уже второй человек говорит мне что-то подобное. Неужели я действительно выгляжу настолько высокомерной? На мгновение я почувствовала себя неуютно, но тут же упрямо прикусила губу и выпрямилась. В конце концов, если мне и выслушивать от кого-то упрёки, то уж точно не от человека, который каких-то минут тридцать назад угрожал мне пистолетом, а сейчас преспокойно курит в лифте жилого дома. Раздался звуковой сигнал, и двери лифта, старчески ворча, разъехались в стороны. Я повернулась к Кисоку, намереваясь попрощаться с ним здесь, но он вышел из лифта прежде, чем я успела произнести хоть слово. Я на секунду затормозила в кабине, но, поняв, что это выглядит глупо и никак не влияет на поведение мужчины, вышла следом. Бросив взгляд на номер ближайшей к нам квартиры, он уверенно двинулся прямо по коридору. –А у вас тут мило, – обернувшись ко мне, он кивнул на ниточку паутины, умиротворённо покачивающуюся под самым потолком. –Давно не бывал в таких местах. Кто-то опять курил в коридоре и не закрыл за собой форточку. Если сами жильцы так относятся к своему дому, можно ли обвинять постороннего в том, что и он ведёт себя соответствующе? Подойдя к окну, я захлопнула форточку. Паутинка качнулась в последний раз и утомлённо затихла. –Конечно, не настолько, насколько у вас в норебане, но стараемся, – вскинув подбородок, я ожидала ответа. Усмехнувшись, он неторопливо подошёл ко мне вплотную. Сквозь щели в окне дуло, и мне хотелось поскорее оказаться в квартире, но я заставила себя не двигаться с места. Не отводя от меня взгляда, Кисок снова открыл форточку и выбросил в неё окурок. Отклонившись назад, он оставил форточку открытой. –Похоже, ты уже приходишь в себя, – наконец протянул мужчина. –А я было начал бояться, что Мино придётся отпаивать тебя коньяком, который тебе в дедушки годится. А он, поверь, не для таких случаев его бережёт. Я почувствовала, как у меня загорелись щёки, но ничего не ответила на издёвку. –Ты, похоже, умная девочка, – он наклонился ко мне так, что между нами осталось расстояние сантиметров в десять. –Тогда, запомни, что тебе сегодня крупно повезло. Меня окружил запах сигаретного дыма, смешивающийся с приятным древесным запахом одеколона. Его глаза, и так тёмные, в полумраке коридора казались совсем чёрными, и сейчас они в упор смотрели на меня. Опустив взгляд, я уставилась на воротник его рубашки. –В следующий раз такого может не случиться, так что держи глаза открытыми. Тех, кто не учится сам, учат обстоятельства, – насмешливо закончил мужчина свою речь и медленно отклонился назад. Почувствовав себя чуть увереннее от того, что он больше не нависал надо мной, я взглянула ему в глаза и кивнула, ни то соглашаясь, ни то благодаря за непрошенный совет. Обойдя его, я направилась к нашей двери. Как бы человек не настаивал на том, что он не имеет к царству животных никакого отношения, но именно в такие моменты, в моменты опасности, в нас просыпаются инстинкты, которые порой куда лучше разума понимают, с кем мы имеем дело. Кисок совсем не пытался напугать меня, но я чувствовала, как сердце грохочет в ушах. Мне больше не нужно было знать, чем они занимаются: один этот взгляд глаза в глаза, сказал куда больше, чем мне хотелось бы знать. Только подойдя к двери, я вспомнила о том, что потеряла свою сумку и возблагодарила всевышнего за то, что у нас был кодовый замок и мне не нужен был ключ, чтобы попасть в квартиру. Мать, наверное, с ума сошла от беспокойства, когда вернулась и не застала меня дома. Я поспешно набрала код и вздрогнула, когда заметила Кисока, застывшего в метре от меня. Он подошёл вплотную и, чуть оттеснив меня, приоткрыл дверь. Я отодвинулась, настороженно смотря на мужчину и не понимая, что он делает. –Боишься, что уволоку тебя в квартиру и надругаюсь? – усмехнулся он, вскинув тёмные брови. –Правильно делаешь. Только о девичьей чести стоило думать прежде, чем одна ночью выйдешь гулять. Склонившись к двери, он бросил на меня косой взгляд и принялся рассматривать наш замок, впрочем не пытаясь войти в квартиру. –Да расслабься ты, – наконец, усмехнувшись, произнёс Кисок. –Ты не в моём вкусе. Я предпочитаю тех, кто что-то умеет в постели, а не тех, кто только будет истошно визжать и кричать «помогите». Выпрямившись, мужчина кивнул на дверь: –Если не хотите как-нибудь наткнуться на гостей, замените замок. Этот можно вскрыть зубочисткой. Я кивнула, не решаясь двинуться с места. Я предполагала, что мать должна была услышать открывшуюся дверь и выйти к нам, но никого так и не было. Свет в прихожей не горел. –Ладно, просьбу Мино я выполнил и даже сверх того, – Кисок кивнул мне, и поднял руку в знак прощания. –Спасибо за помощь, – я поклонилась, тем самым и проявив вежливость, и избавившись от необходимости смотреть ему в глаза. Выпрямилась я только после того, как услышала ритмичные удаляющиеся шаги. Матери дома не оказалось. Плотно закрыв за собой дверь, я заперлась. У меня не было ни телефона, ни каких либо мыслей относительно того, куда она могла направиться. Как я ни волновалась, я ничего не могла сделать. Стараясь отвлечься, я переоделась и, отправившись в ванную, принялась застирывать пятна на блузке. Когда работа была почти закончена, я растерянно взглянула на ткань в своих пальцах и, остановившись, выпустила её из рук. Блузка была безнадёжно испорчена. Даже если я выведу все пятна, я уже не смогу её носить. Отжав её, я пошла на кухню и выбросила её в мусорное ведро. Я ещё долго металась по комнате, и только под утро, присев на диван, провалилась в сон. Открывшаяся дверь, заставила меня настороженно подскочить на месте. Свет лился в комнату. Одним движением выпрямившись, я невольно схватилась за раскалывающуюся голову. Мне вспомнились слова Кисока, и я, подобравшись, двинулась в сторону прихожей, но облегчённо выдохнула, увидев мать, деловито пристраивающую свою пару туфель в обувной шкафчик. –О боже, милая, что с тобой? – воскликнула она, удивлённо взглянув на меня. Дверь в ванную была открыта, и я, мельком увидев своё отражение, едва сама не отскочила в сторону. Взлохмаченные волосы торчали во все волосы, на лице несколько тёмных пятен: ни то ссадины, ни то просто несмытая грязь после падений. Картину дополняла болезненная бледность и затравленное выражение лица. Опустив сумки на пол, мать тут же бросилась ко мне, принявшись обеспокоенно вертеть мою голову из стороны в сторону и причитать. Она ещё не скоро смогла успокоиться. Оказалось, что в этот вечер она вообще не возвращалась домой, потому что на работе заканчивала какой-то проект, и ей пришлось заночевать у коллеги. Она отправила мне смску на телефон, и, не получив ответа, подумала, что я, должно быть, просто легла спать пораньше. Решив не волновать её, я в свою очередь ограничилась историей о том, что пошла в магазин и на улице ко мне пристала пьяная компания. По легенде, мне пришлось отдать им сумку с телефоном и, когда я убегала от них, я упала и поранилась. Такую версию событий мать восприняла спокойнее, чем того можно было бы ожидать. Перед ней я разыгрывала беззаботность, но на самом деле меня бросало в дрожь от осознания того, что могло со мной произойти. После того дня я не раз просыпалась ночью от кошмаров, в которых мне всё же не удавалось убежать от преследователей. Моё прежнее желание изучать окрестности и выходить из дома бесследно пропало. И по прошествии нескольких дней всё тело болело от синяков и ссадин, значительная часть которых, к счастью, была скрыта под одеждой. На следующий день я поймала в коридоре Минджи и попросила её сходить в магазин и передать хозяйке, что я больше не выйду на работу. Мне было очень стыдно, передавать это вот так, через девочку, но я понимала, что не смогу снова прийти в магазин, каждую секунду опасаясь того, что из-за следующего угла вывернет та компания, которой в прошлый раз не удалось поймать меня. Если бы у меня хотя бы был телефон с номером хозяйки, я бы сообщила ей сама, но так у меня не осталось выхода кроме этого. Минджи хотела возразить, но я сунула ей несколько тысяч вон и попросила ни о чём не спрашивать. В тот день мать позвонила своей знакомой и взяла выходной, но уже на следующий день, она снова пошла на работу. Воспользовавшись её отсутствием, я облазила весь интернет (так как у меня теперь не было даже мобильного, пришлось обращаться к соседям) и, наконец, найдя нужный сайт, вызвала рабочих. Я решила, что полная смена замков, вызвала бы у матери ненужные вопросы (в добавок к этому, такие вопросы нужно было бы согласовывать с владельцем квартиры), поэтому ограничилась тем, что установила на дверь щеколду и цепочку. На удивлённый вопрос матери, я отговорилась тем, что слышала от соседки об участившихся кражах. Почти всё, что я успела заработать на подработке, ушло на оплату этих новшеств, но после этого я почувствовала себя спокойнее. Я долго ломала себе голову, где я могу заработать, пока мне в голову, наконец, не пришла одна идея. По прошествии ещё нескольких дней, я подключила интернет и решила попробовать заработать написанием курсовых и рефератов. Эта работа подходила мне по всем параметрам. Во-первых, я снова смогу сама зарабатывать пускай и не большие, но всё-таки собственные деньги. Во-вторых, мне не нужно ради этого выходить из дома. И, в-третьих, даже мать одобрила эту идею, сказав, что это поможет мне поддержать знания на должном уровне. Я боялась загадывать, но мне хотелось верить, что скоро всё наладится.