Девушка за соседней дверью

Минджи чувствовала, что у меня что-то произошло, но помнила о просьбе ничего не спрашивать и не задавала вопросов. Теперь почти каждый день девочка звонила к нам в дверь и предлагала мне прогуляться или сходить вместе в магазин, а когда я отказывалась, то вызывалась сходить сама и принести всё необходимое. Стояла середина октября. Холодало, и темнеть стало раньше. Редкие неказистые деревца, кое-где встречавшиеся вблизи нашего дома, уже сбросили почти все пожелтевшие листья и выглядели ещё более немощными, чем обычно. С момента нашего переезда прошло примерно полтора месяца. Мать несколько раз заводила разговор об отце, но я его не поддерживала и он быстро сходил на нет. Всё это время она жила как соломенная вдова, но вела себя при этом так, будто это в порядке вещей, что безмерно меня раздражало. Про отца мне было известно лишь то, что он остановился у одного из друзей и сейчас пытается что-то решить с выплатами по страховке, чтобы открыть новое дело. Мать рассказывала об этом с надеждой, но мне было трудно поверить, что из этого что-то выйдет. Иногда я ловила себя на том, что всё же скучаю по отцу, но старалась тут же переключиться на что-то другое. Мне меньше всего хотелось скучать по нему. Я тяжело сходилась с людьми, и потому ещё более удивительным стало то, что я, сама того не заметив, мало-помалу начала привязываться к Минджи. Думаю, сблизиться со мной было непросто, но девочка почему-то захотела этого и, как ни странно, ей удалось. Минджи принадлежала к тому типу людей, которым я всегда немного завидовала. Задумав что-то, она упорно шла к своей цели, где-то выбирая прямой путь, а где-то обходя острые углы и интуитивно обнаруживая такие тропинки, о существовании которых никто кроме неё и не догадывался. Она удивительным образом сочетала в себе серьёзность и весёлость, ум и наивность, практичность и веру в чудо. Смотря на неё, я не раз задавалась вопросом: сможет ли она остаться прежней, когда станет старше? Даже по прошествии нескольких дней с того вечера, я всё ещё боялась выходить на улицу. Меня раздражала собственная слабость, но и побороть её не удавалось. День за днём, я откладывала тот момент, когда нужно будет выбраться из своей скорлупы и вернуться к нормальной жизни. Мать не пыталась подталкивать меня, создавая все условия для того, чтобы я могла оставаться дома. Однако я понимала, что она возвращается поздно, и ей тяжело на пути домой ещё и заходить за продуктами. Мне потребовалась почти неделя, чтобы снова выйти на улицу. Я была очень благодарна Минджи за то, что в тот первый день она меня сопровождала. По моей просьбе мы направились не в знакомый нам обеим магазинчик, а в противоположную от него сторону. Я понимала, что такие меры предосторожности едва ли оправданы – ведь Тэхён и его друзья не персонажи компьютерной игры, закреплённые за одной определённой локацией и неспособные появиться в другой – но так мне было спокойнее. За исключением того, что тот, второй магазин располагался на несколько кварталов дальше, эта вылазка нам неудобств не доставила. Конечно и после неё, мой страх окончательно не пропал. Однако теперь я заставляла себя выбираться из дома каждый раз, когда Минджи звала меня, и постепенно он заметно ослаб. Я уже не могла похвастаться прежней смелостью, но, по крайней мере, не покрывалась холодным потом при необходимости сходить за покупками. Что насчёт заработка в Интернете, это оказалось не так просто, как мне показалось на первый взгляд. В теории всё было элементарным, но я не учла того, что такой труд требует не столько опыта, сколько сложившейся репутации. В первые дни, когда я разместила анкету на одном из сайтов, никто не откликнулся и тогда мне пришлось начать искать первых клиентов самостоятельно. Вначале я писала по всем подходящим объявлениям, что мне удавалось найти, и получила с десяток отказов, но уже через неделю я получила первый заказ. Я много слышала от Минджи о её сестре, но прошло немало времени, прежде чем мне удалось увидеться с ней лично. Как это ни странно, но впервые я встретилась Ёнджи именно во вторник, в тот день, когда её вообще не должно было быть дома. Минджи тогда собиралась на ночь к госпоже Чон и должна была выходить минут через тридцать. Закупив всё нужное в магазинчике, мы возвращались домой. Девочка как обычно говорила обо всё на свете и ни о чём в частности. Она то жаловалась мне (на похолодание, на то, что сестра не разрешает ей пользоваться своим ноутбуком, на булочки в школьной столовой и одноклассников), то вдруг вспоминала какую-нибудь смешную историю или принималась хвастаться новым брелком на телефон. Мы уже подходили к лифту, когда чуть не столкнулись с какой-то девушкой. Хрупкая и высокая, она неслась по коридору так, что полы её пальто развивались, словно под порывами ветра. Окинув нас тяжёлым взглядом, она остановилась прямо посередине прохода. Я удивлённо изучала её странный наряд. Если наличие надвинутой на глаза шляпы я ещё могла чем-то объяснить, то зачем ей в нашем подъезде понадобились солнцезащитные очки было уже выше моего понимания. Одета она была словно знаменитость, вынужденная скрываться от назойливого внимания поклонников. Я открыла рот, чтобы предложить ей отойти с дороги и дать нам пройти, но она, даже не взглянув от меня, уже склонилась к моей маленькой сопровождающей. Стянув большие тёмные очки с переносицы, девушка подняла указательный палец и грозно встряхнула им перед лицом Минджи: –О Минджи, сколько раз тебе нужно говорить, чтобы ты не забывала заряжать свой телефон?! – и, бросив на меня неодобрительный взгляд, добавила. –А ещё не приставала к незнакомым людям. Минджи в ответ на эту отповедь только закатила глаза и отстранила её руку. –Это не «незнакомые люди». Это Сэрон-онни, наша соседка, и я тебе уже о ней рассказывала! Я с интересом перевела взгляд на девушку. Почему-то сестра Минджи представлялась мне совсем не такой. –Вот как? Ну, в таком случае прошу прощения, – проворчала она, непонятно к кому из нас обращаясь. Сказано это было таким тоном, что даже если бы я не почувствовала себя задетой при её предыдущей реплике, то мне бы точно стоило сделать это сейчас. Насколько сильно мне была симпатична Минджи, настолько же сильно мне пришлась не по душе её сестра. Сразу вспомнилось, что она сказала про нас, когда мы только переехали. Подняв глаза, я смерила её с ног до головы холодным взглядом, но вдруг, дойдя до лица, поражённо застыла на месте. Это она! Перепутать было сложно. В ней всё осталось прежним, за исключением волос. Они теперь едва достигали плеч. В тусклом белом свете лампы, висящей над нами, на её скуле отчётливо проступало желтоватое пятно сходящего синяка и несколько почти затянувшихся царапин. Для другого человека они были не так уж и заметны, но я знала, где их искать. Я отказывалась верить своим глазам. Неужели Ёнджи, та самая Ёнджи, которая всё это время жила по соседству, это и есть та девушка из переулка? Я невольно отступила на шаг назад, не отрывая взгляда от её щеки. Пускай я и видела её лишь мельком, я не могла ошибиться. В ответ на мои действия сестра Минджи презрительно скривила губы и вызывающе вскинула подбородок: –Сеульская Госпожа, вы так только на меня реагируете или у вас всегда такое глуповатое выражение лица? –Онни! – возмущённо воскликнула Минджи, резко дёргая сестру за рукав пальто. Дерзкий тон Ёнджи и вызывающее выражение лица не давали усомниться в том, что девушка себя в обиду не даст. Она, очевидно, решила, будто меня так удивили её боевые ранения, и теперь решила преподать мне урок. Я мысленно выдохнула. Она меня не помнит. Судя по её поведению, та ночь и для неё закончилась вполне благополучно. Честно говоря, я не так часто вспоминала о ней, но теперь, точно зная, что всё в порядке, я чувствовала себя лучше. –Извините её. Она недавно на работе упала с лестницы и теперь не в себе, – Минджи повернулась ко мне. Скорчив виноватую рожицу, она сложила ладошки вместе. Наблюдая за всем этим, Ёнджи закатила глаза точно так же, как минуту назад это сделала её сестра. Похоже, терпение не было её сильной стороной. Схватив сестру за запястье, девушка подтянула её к себе. –Пойдём уже. Мама сказала мне найти тебя и проводить к госпоже Чон. –Я ведь всегда сама ходила? – недовольно протянула Минджи, пытаясь выкрутиться из захвата. Я со смешанными чувствами наблюдала эту сцену. Мне хотелось вмешаться и отцепить Ёнджи от девочки, но я понимала, что это всё-таки её сестра и я не имею права встревать. –А сегодня со мной пойдёшь! Нечего было пропускать мамины звонки, – Ёнджи сердито нахмурилась. –Мне и так из-за тебя влетело. –Ладно. Подожди только, продукты отнесём, – нехотя согласилась Минджи, кивнув в мою сторону. –Мне некогда. У тебя в пакете ничего нет, кроме шоколадки и нескольких яблок. Отдашь его мне, я завтра после работы вернусь и принесу, – отрезала Ёнджи, потянув девочку за собой. –Да что за спешка?! Это ведь недолго, – сердито воскликнула Минджи, на ходу повернувшись и помахав мне рукой. –Прости, онни. До встречи! Не останавливаясь и даже не смотря в мою сторону, Ёнджи как локомотив тянула девочку за собой, на ходу выговаривая ей: –Я вообще-то на работе, если ты ещё помнишь. Меня и так Пак чудом отпустил. А тебе… Раздался хлопок двери. Голос девушки затих, а я всё стояла на прежнем месте с «глуповатым выражением лица» и смотрела им вслед. *** Это случилось вечером. Было около четырёх часов, и я как раз заканчивала писать очередной реферат, когда кто-то принялся настойчиво звонить в дверь. Ворча себе под нос, я вышла в прихожую и мельком заглянула в глазок. Убедившись, что это Минджи, я отперла дверь. Не то чтобы у нас было какое-то расписание, но обычно в это время девочка только возвращалась из школы, а к нам заходила попозже. Вопрос уже готов был сорваться с моих губ, но, увидев Минджи, я поражённо застыла на месте. Наша маленькая соседка была бледнее смерти. Часто-часто моргая блестящими глазами, она судорожно сжимала в руках ноутбук. Должно быть, Минджи только что вернулась из школы, потому что она всё ещё не сняла форму. Скользнув взглядом по её фигуре, я с удивлением заметила, что на ногах у неё ничего нет, и девочка стоит на бетоном полу в одних носках. –Боже, Минджи, что случилось?! – я положила ладонь ей на лопатки, заставляя её скорее зайти в квартиру. –Я опрокинула на него стакан, – губы девочки скривились, а голос сорвался. Она без слов протянула ноутбук мне, словно ожидая, что я исцелю его одним прикосновением. Я закусила губу. Нужно было действовать быстро. –Это ноутбук сестры. Я вообще не должна была его трогать, – по щекам Минджи побежали слёзы, которые она неуклюже пыталась вытирать одной рукой. –Это случайно вышло. Она меня убьёт! –Так, спокойно, – я обхватила девочку за плечи, и развернула к себе лицом. –Что именно ты пролила? –Воду, – лицо Минджи сильно покраснело и она начала всхлипывать уже по-настоящему. Этого только не хватало. –Всё не так страшно. Воду и удалить проще, и вреда меньше, – девочка смотрела на меня со смесью недоверия и надежды. Я серьёзно кивнула ей, и продолжила: –Ты молодец! Вот и держала его вниз клавиатурой, – потрепав её по плечу, я забрала у неё из рук пострадавшую технику и, перейдя в гостиную, присела на диван. –Моя одногруппница однажды на паре кофе пролила на клавиатуру. В итоге пару, считай, сорвали, и с починкой целая история получилась. Минджи так сильно нервничала, что слушала меня вполуха, но она немного отвлеклась, и это уже было хорошо. Не переворачивая ноутбук, я приподняла его над головой. Поверхностный осмотр показал, что, всё не так страшно, как могло бы быть. Я опустила его на колени и, не переставая говорить, отсоединила аккумулятор. –Так, на кухне салфетки. Неси скорее сюда. Конечно, я могла бы сходить за ними и сама, но Минджи нужно было срочно чем-нибудь занять, пока редкие всхлипывания не перешли в полноценную истерику. Девочка убежала на кухню и уже мгновение спустя поставила передо мной коробку. Вытащив сразу несколько салфеток, я начала осторожно промакивать клавиатуру. Застыв изваянием в полуметре от дивана, она ловила взглядом каждое моё движение. –Ну так вот, кончилось всё тем, что пришлось нести к мастеру. Она потом нам объяснила, что если бы это вода была, можно было бы своими силами справиться. Просушить только, как следует, и обошлось бы. А тут – кофе с сахаром, сама понимаешь. Девочка кивнула. Хотя по её выражению лица, я догадалась, что ей прежде не доводилось иметь близких отношений с ноутбуками. По крайней мере, с этим конкретным. Видя, что я не паникую, Минджи тоже начала понемногу успокаиваться. –Держи его вот так, – передав девочке ноутбук, я пошла на кухню и вернулась с подносом в руках и двумя пачками риса. –Он был выключен, когда это случилось? – Минджи ответила коротким кивком. Поставив поднос на подоконник (самый солнечный из имеющихся в наличии), я высыпала на него рис. Аккуратно распределив зёрнышки по поверхности, я махнула Минджи рукой: –Всё, что можно было собрать салфеткой, мы собрали. Теперь клади ноутбук сюда. Нужно подождать несколько часов пока просохнет. –А рис зачем? – Минджи настороженно наблюдала за моими действиями. –Рис вытягивает воду. Так быстрее просохнет. Девочка ненадолго задумалась, а потом робко предложила: –А феном нельзя? –Нужно быть аккуратным с температурой, а я не знаю, какой она должна быть. Если воздух будет слишком горячим, можно повредить материнскую плату. А ещё струёй воздуха можно разогнать жидкость, и она попадёт туда, где её до этого не было. Так что лучше не рисковать, – деловито пояснила я, улыбнувшись девочке. –С ним всё будет в порядке? –Минджи с надеждой смотрела на меня. –Как я поняла, ты немного пролила, и мы успели вовремя принять меры. К тому же он ещё и не был включён, когда это случилось. Думаю, всё обойдётся, – я кивнула головой. –Мы подождём несколько часов и потом попробуем его включить. Минджи неуверенно кивнула головой, а потом вдруг прижалась ко мне и обняла за талию: –Спасибо большое, онни. Я почувствовала, как у меня вспыхнули щёки. Похлопав девочку по спине, я неловко отстранилась. У нас в семье не были приняты такие вещи, и я не знала, как правильно ей ответить. Как только с первой помощью ноутбуку было покончено, Минджи ушла к себе. В тот день владелица пострадавшего прибора возвращалась с работы в девять, поэтому было решено отложить проверку ноутбука до восьми. Я предупредила Минджи, что если мы включим его слишком рано, могут возникнуть проблемы и предложила отложить эту операцию и рассказать обо всём сестре, но девочка решительно отвергла моё предложение. Ближе к восьми Минджи снова пришла к нам. Я не была на сто процентов уверена, что ноутбук уже можно безопасно включать, но Минджи по-прежнему отказывалась рассказывать обо всём сестре. Нам не оставалось ничего другого, кроме как попробовать. Перенеся ноутбук в мою комнату, мы сели перед ним, не решаясь начать. Наконец, затаив дыхание, я нажала на кнопку включения. Экран многообещающе засветился. Замелькали привычные строчки, которые появлялись при включении. К счастью, пока всё работало в стандартном режиме. К моему удивлению, ноутбук не был запаролен и уже через несколько секунд на рабочем столе высветились многочисленные значки папок и документов Microsoft. Обрадовавшись, Минджи хлопнула в ладоши и, улыбаясь, посмотрела на меня. –Остался последний этап. Нужно проверить клавиатуру и воспроизведение, – я наугад открыла один из документов и пододвинула ноутбук к девочке. –Проверь все клавиши по очереди, а потом закрой программу, не сохраняя. Может быть такое, что какая-то из клавиш не будет работать. Тогда ноутбук всё же придётся отнести в ремонт. Девочка серьёзно кивнула, и я поднялась на ноги. –Я пойду сделаю нам кофе, а ты пока займись этим. А потом проверь, нормально ли воспроизводится видео. Вряд ли, конечно, что-то случилось с динамиками, но лишним это не будет. Я намеренно долго возилась с кофе. Мне было неловко от того, что мы вынуждены рыться в ноутбуке Ёнджи. Мало ли, что девушка могла там хранить. Многие, например, ведут личные дневники в электронной форме и тому подобное. Если бы такая ситуация произошла со мной, я бы предпочла, чтобы это увидела моя сестра, а не незнакомая девица из квартиры по соседству. Хотя, конечно, будь это и сестра, приятного мало. Я передёрнула плечами, и подхватила кружки с кофе. Боком приоткрыв дверь, я зашла в комнату. Минджи, не отрываясь, смотрела в экран. Должно быть, она уже закончила с проверкой клавиатуры и открыла какое-то видео. Обойдя её, я мельком заглянула в экран и едва не выронила из рук свою ношу. На видео под медленную музыку сестра Минджи расстёгивала пуговицы своей блузки, то и дело, стреляя глазами в камеру и соблазнительно прикусывая губу. Стукнув кружками о поверхность стола, я прикрыла глаза Минджи левой ладонью, а правой начала лихорадочно жать на крестик, пытаясь скорее закрыть видео. Когда мне это удалось, девушка уже полностью избавилась от блузки и почти полностью от бюстгальтера. Сердце у меня колотилось где-то в районе ушей, и я чувствовала себя так, словно меня поймали за подглядыванием. Как только видео закрылось, передо мной предстала целая папка, содержимое которой составляли видео сплошь такого же, а где-то (судя по кадрам заставки) и более фривольного содержания. Ни у одного видео не было названия, только шестизначный набор цифр, который, скорее всего, отражал дату съёмки. Торопливо закрыв папку, я поспешно выключила ноутбук и только тогда убрала руку от лица Минджи. Девочка была настолько шокирована тем, что ей пришлось увидеть, что так и осталась неподвижной, словно и не заметила, что я стояла рядом. –Что она делает? – Минджи смотрела прямо перед собой. –Это ведь Ёнджи-онни? Я узнала её блузку! –Я думаю, что это какая-то шутка, – неуверенно пробормотала я самую банальную вещь, которую только можно было сказать в такой ситуации. Минджи с нечитаемым выражением лица посмотрела на меня. Её не устроил такой ответ. Меня бы он тоже не устроил. Я лихорадочно придумывала, как объяснить ей то, что она только что увидела. Можно было бы попробовать убедить девочку, что на видео не её сестра, но это ноутбук Ёнджи. Да и к тому же девочка узнала блузку. Нервно хрустнув пальцами, я отошла от стола, за который сидела Минджи, и присела на кровать. Как бы я не пыталась сохранять внешнее спокойствие перед своей маленькой соседкой, внутри я и близко ничего подобного не ощущала. –Может быть, это для парня твоей сестры? Знаешь, взрослые иногда, когда они долго не могут видеться, они… Боже, что за чушь я несу? Ей же всего одиннадцать! Я зажмурилась, собираясь с мыслями. Больше всего я боялась своими объяснениями затянуть её в обсуждение той темы, которую мне меньше всего хотелось бы обсуждать с девочкой её возраста. –Но у Ёнджи нет парня, – перебила меня Минджи, разворачивая компьютерное кресло ко мне. На лице девочки явно промелькнуло сомнение, и я почувствовала, что нужно срочно менять линию поведения. Я улыбнулась ей той улыбкой, которую нередко видела на лице матери, если ей приходилось отвечать на те мои вопросы, которые она предпочла бы вообще не слышать. –Если Ёнджи пока не рассказывала о своём парне, это не значит, что она до сих пор ни с кем не встречается. У всех свои секреты. Ты ведь тоже не всем можешь поделиться с сестрой? – чуть склонив голову на бок, я мягко улыбнулась и вопросительно приподняла брови. –А сегодня ты невольно влезла туда, куда не стоило. Ты так не думаешь? Девочка была сбита с толку моим манёвром. Это был не самый честный приём, но он сработал. По крайней мере, мне удалось переключить её внимание с самих видео на тот факт, что они вообще-то не предназначались для её глаз. Чувствовала я себя при настоящей Четвёртой матушкой Лю, которой удалось уговорить Мэйнян остаться в «доме открытых дверей» и ждать там того, с кем можно начать достойную жизнь*. По негласному соглашению на этом инциденте проверка ноутбука была закончена. Я настояла на том, чтобы девочка ещё ненадолго осталась у нас и выпила со мной кофе. Я всеми силами старалась отвлечь её, и, кажется, к концу наших «посиделок» мне это удалось. Часы показывали без пятнадцати девять, и Ёнджи должна была скоро вернуться. Добившись от девочки обещания, что она больше не будет без спроса трогать ноутбук сестры, я отпустила её домой. Всё это время я постоянно находилась в напряжении. Едва за ней закрылась дверь, как я тут же без сил опустилась на шкафчик для обуви. В голове был вакуум. Но, несмотря на полное отсутствие мыслей, ощущалась какая-то безотчётная тревога. Вопреки всем тем россказням, которыми я пыталась успокоить Минджи, я сильно сомневалась в том, что те видео предназначались для гипотетического парня Ёнджи. У меня нет опыта в этой сфере, но я думаю, что для обмена подобными вещами, пары предпочитают использовать видео-звонки, общение через Skype и так далее. Меньше всего я склонна поверить в то, что они снимают такие видео, создают папки на компьютере и хранят их там, педантично фиксируя дату съёмки. Тогда что же это? Перед глазами встало лицо Ёнджи. Наверное, я слишком консервативна и, может, слишком наивна, но мне почему-то всегда думалось, что девушки, которые соглашаются на такие съёмки, они другие. Ёнджи же выглядела абсолютно обычно. Она не казалась ни оторвой, ни «девушкой с двойным дном». Да, конечно, она высокомерна и та ещё колючка, но если бы я не видела всё это своими глазами, то бы ни за что не поверила, что это правда. Как мне поступить? Должна ли я поговорить с Ёнджи или мне стоит остаться в стороне? Ведь всё-таки, несмотря на всю мою симпатию к Минджи, это совсем не моё дело. Я задумалась о первом варианте, но тут же отказалась от него. Что я могу сказать? Пожурить её за то, что она снимает такие видео и посоветовать поставить пароль на ноутбук? Я могу это сделать. Но что из этого выйдет? Этим я создам проблемы Минджи. Да и, будь я на месте Ёнджи, мне бы меньше всего хотелось знать о том, что кто-то это увидел. Я ткнулась лицом в ладони и устало потёрла пальцами лоб. И всё-таки Ёнджи не так проста, как могло бы показаться. Если тогда, когда я встретила её впервые, я без колебаний стала считать её жертвой, то теперь у меня возник вопрос, который я почему-то не задавала себе прежде. Как она оказалась там в тот вечер? И, что хуже всего, не была ли она знакома с той компанией прежде?