Юность

Габриэль возвращается домой в хорошем настроении. Все мысли о предстоящем разговоре с отцом вылетают из головы совершенно, заменяя их мыслями о той девушке, с которой они, вроде как, стали друзьями. Улыбка так и напрашивается вылезть на лицо. А зря... По приходе домой его ждал неприятный «сюрприз». Едва заходит младший Агрест за порог, как замечает отца, величаво возвышающегося на широкой лестнице. Мама стоит рядом с ним. В глазах мужчины явно недобрый прищур... — Габриэль. Где ты был? Ты должен был быть дома ровно час назад. — начинает тот обманчиво спокойным тоном, ведя себя сдержанно поначалу. Его отец всегда умел внушать людям страх одним своим взглядом и ледяным тоном голоса, который, вроде как, должен восприниматься спокойно, но вместо этого давал говорящему ощутимую власть над собеседником. Габриэль чувствует, как нервозность снова возвращается к нему. — Ох... кажется, я совсем забыл про время, — Нервно поглядывая назад заявляет парень, как бы ненароком глянув на часы. — Надо же, совсем заболтался с новыми одноклассниками... — Затем, не выдерживая напряженного молчания, тот устремляет взгляд себе под ноги. — Прости меня, отец. Больше… больше такого не повторится. — Глаза мужчины пугающе злобно сверкают, и он, уже собираясь объявить свой вердикт, останавливается лишь благодаря жене, нежно взявшей его за руку, шепчущую ему что-то на ухо. — Альберт...Оно того не стоит. Сжалься над ним, у него же первый день, куча новых знакомств...— тихо щебечет мадам Агрест, заставляя того лишь тихо вздохнуть и снисходительно покачать головой. — ...Иди в свою комнату. — Строго отчеканивает мужчина, не оставляя без внимания облегчение, на секунду отразившееся на лице его сына. — Хорошо, отец. — Габриэль кивает ему, и, поднимаясь наверх по лестнице, отправляется в свою комнату, проходя мимо отца. Маме же он, еле заметно, но благодарно улыбнулся. На улыбку та отвечает строгим выражением лица, словно говорившем «Убирайся отсюда, да побыстрее!», потому младший Агрест не медлит. Закрывая дверь в свою комнату, он подходит к столу и с вздохом вываливает на него школьные принадлежности. Нужно было делать домашнюю работу... Время за изучением материала проходит мучительно медленно.

***

На следующий день он замечает Натали на том же месте, где она была и вчера. Только сейчас ему заметилось, что среди всего гама лишь одна она тихо сидит в стороне за книгой, скучающе подперев рукой голову. Габриэль почувствовал странное желание прогнать скуку из ее глаз, однако, едва успевает он зайти в класс, как чувствует чью-то хватку на своей руке. Оборачиваясь к ней, какая-то девушка заваливается ему на шею, держа в одной руке мобильник новейшей версии, что-то вереща ему своим звонким голосом. — Габриэ-э-эль! Как же рада я тебя видеть! — Наконец приходя в себя, тот замечает рядом стоящего Андре. А где бы ни был молодой Буржуа, там всегда была и... — Да, Одри, я тоже... — Растерянно произносит Габриэль, вежливо пытаясь спустить надоедливую девушку со своих плеч. Ему вдруг захотелось провалиться под землю. Полкласса уставилось на них озадаченно. И Натали в том числе. — Ты уже сделал мне мой наряд?! Помнишь, ты обещал сделать самый модный и удобный дизайн для меня! — Конечно, помню. Дизайн уже готов, как и сам наряд. Можешь прийти и за-... — Не успевая договорить, парня перебивает восторженный визг будущей Буржуа. Она, вцепившись в него пуще прежнего, зацеловывает его щеки. Неподалеку он услышал тихий хруст, словно кто-то сломал карандаш, но не обратил внимания. — Ты лучший, Габи! Сядешь со мной сегодня?! — Заявляет та под округлившиеся глаза ее парня, неизменно стоявшего рядом. — П-.Погоди. А как же Андре? Вы же, вроде, встречаетесь. — Ох, я уверена, мой пирожок может пару раз потерпеть! Правда же? — Одри поворачивается к своему молодому человеку, и, требовательно глянув на него, получает в ответ кивок с неловкой улыбкой. — Вот видишь! Он не против. — Мм... Понимаешь, Одри, я уже сижу кое с кем. — Затем, поворачивая голову к Натали, каким-то странным взглядом поглядывающую то на него, то на девушку, едва заметно улыбается ей. — Санкер?! С этой отвратительной, нелепой простушкой?! Не знала, что у тебя такой плохой вкус, Габи! — ...Почему ты так говоришь? — Габриэль хмурится, голос его приобретает жестокость, а сам он выглядел сейчас так, будто оскорбили его самого, а не простую соседку по парте. Он замечает в глазах оппонентки секундную растерянность, вежливый и сдержанный Агрест младший всегда был относительно спокоен в любых беседах. Но сегодня, кажется, было исключение. — Не зная человека, лучше не делать поспешных выводов, считаясь лишь с его репутацией. С таким же успехом, я, узнав о твоем социальном положении, могу заявить о том, что ты не более чем лицемерная, избалованная девочка. — холодно вдруг говорит тот, даже не давая себе отчет о том, что сейчас, по сути, грубит будущей жене сына богатого и значимого политика. Андре, даже в меру своей добродушности, не терпел совершенно, когда девушку его оскорбляют, и, наверное, Габриэлю ужасно повезло, что он был его приятелем, и что родители его дружили с семьей Буржуа. — Ну и грубиян ты, Агрест — фыркает Одри, обиженно надув щеки — Завтра чтоб мой наряд был у меня дома! — Он знал, что все обиды этой девушки были временны. Вот еще сегодня она ходит вся как на иголках, отворачивается от него, строя из себя жертву, а уже на следующий день, как ни в чем не бывало, накинется на его шею с объятиями снова. И впрямь, лицемерная... Наверное, в порыве его секундного гнева все же была доля правды, а не просто лишь жажда уязвить. И вот, наконец, прозвенел спасительный звонок, оканчивая на этом их вздор. Габриэль подходит к Натали, и, садясь рядом с ней, видит обломки карандаша, что она спешит поскорее убрать с глаз долой, а затем, чуть поворачивая к нему голову, благодарно, почти незаметно улыбается, шепча одними губами «Спасибо». Это был первый раз, когда за нее кто-то заступается. Учительница заходит в класс и урок начинается. Она объясняет им новую тему, но Габриэль был занят своими размышлениями больше, чем скучным монологом, молча смотря в свою тетрадь, гелевой ручкой делая на бумаге темное, расплывающееся пятно. Когда же пришло время выполнять упражнения, он, наконец, опоминается, и, непонятливо глядя на уже каким-то образом целиком исписанную доску, обреченно глядит в такую же исписанную, только еще с кучей уточнений, тетрадь соседки. Натали, однако, заметив вытянувшееся лицо Габриэля и то, с каким усилием он пытается понять хоть что-то из написанного, украдкой улыбается, и, не поднимая головы, подзывает его и шепотом начинает кратко, но при этом понятливо объяснять тему, изредка отвечая на его вопросы, при этом одновременно успевая записывать упражнение, приводя его в примеры. Со спокойствием на душе урок кончается. Наверное, только благодаря Натали он смог получить хорошую оценку, а не испортить все плохой отметкой во второй же день.

***

Следующая неделя проходила весьма обычно и скучно. Отец вдруг решил контролировать все его свободное время, заполняя его расписание всевозможными занятиями, и лишь Натали, что своим тихим, несмелым голосом говорила с ним на переменах то о всяких мелочах, то об очень даже философских вещах, скрашивала его загруженные дни. В пятницу, перед выходными, он спросил ее номер телефона, на что та с поникшим взглядом ответила, что денег у нее на подобные вещи пока нет, в отличие от всего их остального, богатого класса, и затем, пожелав приятных выходных, ушла домой. Потому провел он их тоже очень скучно. В понедельник они вернулись в школу как и должны. Приближался урок с их классным руководителем. Он обещал быть таким же, как и все остальные, однако со звонком, вместо того, чтобы сразу начать урок, преподаватель помедлил. — Итак, ребята, как вы помните, в прошлом году Андре Буржуа был президентом нашего класса, — Мужчина кивает слегка полноватому, но высокому юноше — В этом же году, даже учитывая, что он последний, нам все равно нужен новый. Вы понимаете к чему я клоню. Какие-нибудь предложения? — тот оглядывает всех присутствующих внимательным взглядом и вдруг останавливает его на новеньком. На лице месье Гренье появляется ухмылка. — Габриэль, как насчет вас? — Все взгляды вдруг останавливаются на нем, в том числе и шокированного Буржуа, всегда до этого бывшим главным. Впрочем, Агрест совершенно об этом не знал, и, задумавшись о чем-то на секунду, принимает решительный вид, а затем, поднимаясь с места, уверенно кивает. — Еще кандидаты? — Спрашивает педагог, и на его слова Андре встает. — Да! Я. — Встревоженно и возмущенно восклицает тот, явно не ожидавший такого расклада событий. — Отлично. Устраиваем голосование. Кто за Агреста? — определенное количество людей подняло руку, и, так, к слову, большая их часть была дамами. Натали вопросительно смотрит в глаза Габриэля, ожидая одобрения. В ответ он ей уверенно кивает, и она, не секунды не сомневаясь, поднимает руку тоже. — А за Буржуа? — И затем, сосчитав голоса, преподаватель сравнивает их, и класс некоторое время проводит в молчании. — Что ж... спешу поздравить вас с победой... Габриэль. — и Андре, поникши, падает на свою парту назад. — Кого хотите выбрать в заместители? — И учитель, уже заранее зная выбор, едва дает парню глянуть в сторону девушки, как торжественно восклицает — Отлично! Мадемуазель Санкер, месье Агрест, жду вас после уроков. — Натали только удивленно хлопает глазами, не совсем понимая, что только что произошло, а Габриэль, лишь пожав плечами, садится обратно. — Что это было? — шепчет ему Натали. — Не знаю, — Он озадаченно смотрит на нее в ответ. "Что ж, можно с облегчением выдохнуть" — думается Бенуа Гренье, их учителю. Весь последний год ему хотелось назначить на подобную должность Санкер, ибо помощница Буржуа не справлялась с обязанностями. Хотя, вернее будет сказать, не делала их совсем, лишь хвостиком таскалась за своим богатеньким парнем. За что попадало как раз их руководителю, а затем и Андре, когда он пытался заставить его вразумить ее. Он знал, что Натали, не любившая лишней ответственности, совершенно точно бы отказалась, а тут, как раз появилась хорошая возможность в виде Габриэля, неожиданно начавшего крутиться с этой тихой девочкой. Впрочем, он знал и то, что Агрест и сам по себе парень ответственный, этот вариант был идеален. Сейчас он окончит урок, прождет еще несколько, даст им задание и уйдет домой, наконец-то, со спокойной душой.

***

Как бы ни хотела того Натали, но уроки кончились. Со вздохом поднимаясь из-за парты, она рядом с Габриэлем идет в кабинет их учителя, молчаливо смотря в пол, попутно размышляя о том, на что она подписалась, пускай и не по своей воле. С одной стороны... это было чудесно, появлялось столько поводов видеться со своим другом чаще, а с другой... ну... Еще один список обязанностей для нее. Снова. Даже как-то обидно было, что ей не дали права голоса. И-... — Эй. — Вдруг отвлекает ее от размышлений парень, замечая слишком уж омраченное лицо, даже для тихой Натали — Не беспокойся. Все будет хорошо. — Тот пытается ободряюще улыбнуться, сам в тайне думая о том, как к этому отнесется отец. Возможно он будет раз него, что он наконец таки взялся за голову и взял на себя ответственность, а возможно... возможно, он скажет что это пустая трата времени, которое он мог бы потратить на другие занятия. Отец всегда был непредсказуемым. — А?.. Ну, раз ты так говоришь, — отведя взгляд куда-то в другую сторону, она соглашается с ним, улыбаясь попытке поддержать. Они заходят на порог в почти пустой класс, где за рабочим столом одиноко сидел их преподаватель, что-то активно записывающий в журнал. Заметив своих гостей, он тут же оторвался от бумаг и выпрямился, сложив руки мостиком. — Здравствуйте, месье Гренье, — Начинает Натали, воровато смотря в пол. — вы говорили зайти к вам после уроков... — Да-да, проходите. — Оба проходя в класс, они замечают два стула, стоящих прямо перед учительским столом — Присаживайтесь. — чему те повинуются, выжидающе глядя на мужчину, вскоре объясняющего им их новые обязанности, а затем торжественно вручил им в руки журнал, что нужно будет ежедневно заполнять, после чего поручил им вдвоем оформить хотя бы небольшую стенгазету, представляющую их класс. Натали это показалось немного детским занятием, но свой недовольный вздох она оставила при себе. На первый этаж школы они спустились только через час после конца уроков. Благо, Габриэль сообщил отцу коротким сообщением о том, кем он теперь является в классе и почему домой опоздает, потому лишних проблем для себя он избежал. И вот они уже сидят в фойе, негромко обсуждая порученное. — Давай лучше к тебе пойдем, — Напрашивается Натали, и, в ответ на непонимающий взгляд, словно говорящий «...Ты действительно думаешь, что этот вариант лучше?», тут же продолжает — Ну... понимаешь, у меня дома… гостей не очень любят. Я не хочу, чтобы ты там чувствовал себя неуютно. — Не уточняя подробностей, тихо говорит та. — Хм… Ладно, мы можем попытаться. — Смотря на рулон бумаги в своих руках, Габриэль вздыхает и поднимается, подавая руку ей. — Пойдем? — И, получив кивок в ответ, они оба выходят на улицу, пока Агрест ведет ее через разные улицы к своему дому, по пути перекидываясь бессмысленными фразами.

***

Обадривающе сжав руку девушки, перед самым входом он отпускает ее, и, глубоко вздохнув, заходит в особняк. Натали от удивления даже приоткрывает рот. Ее с Анной простенький, чутка потрепанный жизнью дом ни коим образом не напоминал это. — ...Мой отец может показаться строгим, но ты, если что, не волнуйся. Я уверен, мы найдем компромисс. В конце концов, для школы же... — задумчиво произносит тот, — Иди за мной. — Затем они поднимаются по огромной лестнице на второй этаж, и Габриэль, остановившись у одной из дверей, стучит в нее. По ту сторону слышится резкое «Войдите», и парень, открывая дверь, сначала прячет Натали за своей спиной. — Привет, пап... Ты получил же мое сообщение, так? — Агрест старший, не отрывая головы от бумаг на столе, молча кивает. — В общем, наш преподаватель... Поручил мне и моему заместителю, — В этот же момент он подает Натали знак выходить, — оформить что-то в роде стенгазеты нашего класса. Можем мы с Натали остаться у меня? — Мужчина, наконец подняв голову, все еще держа в руке одну из бумаг, оценивающим взглядом пробегает по Санкер и выгибает бровь. И снова это напряженное молчание... — ...Ладно. А теперь уходите быстрее, у меня и без вас куча работы. — Вот так просто отвечает тот, махнув на них рукой. Габриэль даже удивился, но решил не обращать на это внимание. В конце концов, мало ли какие ситуации бывают. Он пропускает девушку в свою комнату, и уже собирается начать диалог по теме, как она вдруг перебивает его мысли. — Вау. Я не знаю что сказать... Просто вау. У тебя тут все так красиво! — Она, выходя в центр комнаты, кружится вокруг своей оси. — Тебе нравится тут жить? — Внезапно спрашивает она. — Спасибо? — Парень подходит к ней ближе, и, окидывая помещение скучающим взглядом, отвечает — Даже не знаю... Честно говоря, большую часть времени я ощущаю себя тут... Ну, словно в клетке. Наверное потому что мама с папой не особо любили выводить меня в свет. Ты наверное поняла, они строгие. — Переводя взгляд на окно, в котором, к слову, все еще было светло, как-то невзначай берет Натали за руку. — Давай уже начнем? — Давай, — Она мило улыбается, глядя на его руку поверх своей, и затем они проходят к столу. Едва Габриэль успевает убрать лишнее со стола, Натали подхватывает рядом лежащий рулон и раскрывает большой лист бумаги. — Есть идеи? — Конечно. Ты меня, юного дизайнера с «большим будущим», спрашиваешь. — с ухмылкой отвечает Агрест, чувствуя себя сейчас удивительно легко. — У меня тоже, — Она задумывается на секунду — Попробуем их объединить? — Она улыбается в ответ. — А почему нет? Уже ближе к вечеру его стол весь захламлен, но в нем ярким полотном выделяется плакат, оригинально и ярко оформленный. Они улыбаются друг другу, совершенно уставшие, но довольные своей работой.