Маска

В ресторане было пусто. Освещался лишь маленький столик в центре, где на кожаных диванах друг против друга устроились мужчины. Мин Юнги выжидающе смотрел, словно на жертву, ожидая, когда собеседник заговорит. — Ибуки, может ты уже начнешь? — повел бровью, смотря в глаза японца. — У меня есть к тебе дело. Говорят тебе все равно заняться нечем, — нервозность спала, а лицо Ибуки покрылось морщинами. — Мне есть чем заняться, — грубо перебил Мин. Масаки лишь выдохнув, растегнул верхнюю пуговицу. Он привык. Он знал, что так будет. Юноша никогда не надевал на встречу с ним маску с покладистым нравом, будто специально издеваясь. — Ты ищешь этот несчастный сосуд уже 783 года. Влюбись уже сам. Хватит отрицать будто ты пуст внутри. — Это глупо. 783 года уже никто не может поразить мое сердце. Легенда сущий бред. — Легенда пророк, — на что юноша отвернулся, обнажая собеседнику свой прекрасный профиль. — Итак, мне нужен наследник... — Я не собираюсь быть твоим наследником, — оборвал, не оборачиваясь. — Господи, Юн, у меня есть наследник, — на что Мин не выдавая удивленности, поднял глаза на Масаки Ибуки. — Только вот шолодурок он. Мне нужно, чтобы с ним был кто-то рядом, дабы защитить его. Юнги резко встал, поклонившись, направился к выходу, кидая в след слова: — Я тебе не нянька. Найди другого в подмогу. — Я хорошо заплачу, — протянул старец, но это не остановило юношу. — Я оплачу сделку за любовь, — удаляющиеся шаги не стихали. — Как только ты найдешь истинную любовь, я поставлю человека перед смертельным выбором, если надо убью его, — выкрикнув последнее слово, откинулся на диван. Мин Юнги остановился. Он не могущественен, а всего лишь проклят. Он умел забирать чувства у вдовцов и вдов, но не мог сделать их таковыми. Быстро вернувшись на свое место, слегка кивнул, приглашая говорить дальше. — Это внук мой. Он полукровка. Его мать простая смертная. Что творит любовь, — улыбнулся, слегка смеясь. — Я бы на твоем месте показал сыну, что такое контрацептивы, — холодно съязвил Мин, на что мужчина осекся, поправив пиджак. — В чем проблема? Он наверняка смертный, как и все рожденные с разбавленной кровью. — Если бы было все так просто, я бы не вызвал тебя. Он унаследовал мой дар, но несмотря на это, он не вечен. Когда пришел черед явиться ему на свет, в небе было полнолуние. Судьба боролась за его смерть, но желание матери было сильнее. Она отдала ему свою жизнь. Он дышит ее воздухом, и пульс выбивает ритм ее сердца. Только вот не задача. Мать даровала ему лишь остаток своих дней. Когда он истечет, за ним придет смерть. Я хочу, чтобы ты заключил с ней контракт. Бокал в руках Юнги лопается под сильным напором его пальцев. Осколки отблескивают, украшая подножия дивана, а кровь из пальца мирно стекает струйкой. — Договорились.