«Gold»

      Прошла не одна минута, прежде чем Робин вышел из комнаты. Всё случилось не так, как он планировал. Локсли не собирался увлекаться танцем и самой Реджиной, но виски и сон сделали своё дело, и горячая танцовщица сильно зацепила его. Она была не такой, как все. Она особенная. И только одним взглядом могла привлечь к себе. Наконец, выйдя в шумный зал, он направился к барной стойке. Сев на барный стул, он облокотился на столешницу и своим обычным мягким, но серьёзным тоном произнёс:       — Я ищу Киллиана.       Бармен, стоявший за стойкой и протиравший стакан, ухмыльнулся и ответил:       — А зачем он тебе?       — У меня есть к нему вопрос, — грубовато бросил он в ответ и выжидающе посмотрел на мужчину. И какая этому бармену разница?       Да и вообще, почему Робин злится? Локсли всегда отличался отменным терпением даже в сложных ситуациях, но сейчас его взбесил обычный вопрос.       — Ты по адресу, дружище. Чем могу помочь?       На соседний стул плюхнулся молодой — лет двадцати-двадцати пяти — голубоглазый брюнет в чёрной кожанке. Впрочем, всё было на нём чёрное. И даже, кажется, были накрашены глаза.       — Мне нужен номер телефона Реджины.       Но Киллиан лишь громко рассмеялся, запрокинув голову назад так, что чуть не упал со стула. Скорее всего, он сегодня перебрал и не очень способен держать равновесие. Робин, не понимая, что так насмешило парня — и не только его, но и стоящего рядом бармена — переводил взгляд с одного на другого.       — Ещё один наивный дурак. Август, ты слышал? Он хочет номер Королевы. Не ты первый, и не ты последний, кто добивается этого, но… — однако Киллиан не успел договорить — его перебил Локсли ровным, спокойным басом.       — Отравленное яблоко.       — Что? — смех тут же сменился удивлением. — А ну-ка повтори.       — Он назвал пароль… — еле-слышным голосом отозвался Бут. Или это из-за музыки его было плохо слышно.       — Да не глухой я… За это нужно выпить! Это нужно как следует отметить! Наливай, друг мой. — Потом, повернувшись к Робину, он приблизился к нему и спросил. — Что ты такого сделал, что моя сестрица перенаправила тебя ко мне не так, как всех, да ещё и пароль дала? А?       Посмотрев на Киллиана, Робин вздохнул. А действительно, что он сделал? Он просто был собой. И, даже несмотря на то, что Робин очень хотел Реджину, отчего-то, впервые за долгое время ему было важно, что чувствует женщина. И в её янтарных глазах мужчина видел, что Реджина догадывалась о чувствах Робина. И в ответ показывала свои.       — Ты до такого ещё не дорос, — с ухмылкой ответил Локсли.       — Вот только не надо говорить, как Реджина. — Закатив глаза, Киллиан продолжил. — Она сказала бы абсолютно так же.       — Номер давай, — серьёзным, холодным тоном сказал Робин. Этот клоун уже начинал его раздражать.       Киллиан удивлённо посмотрел на Робина и, подняв руки в капитулирующем жесте, обратился к Августу:       — Душка, дай листик и ручку, — улыбаясь, пьяно пропел парень.       Бут, развернувшись спиной к ним, чтобы взять необходимое, пробубнил себе под нос:       — Больной алкоголик. Когда его уже отправят лечиться?       Робин, услышав, что сказал бармен, только усмехнулся. Он снова перевёл взгляд на Киллиана и заинтересовано спросил:       — Так получается, ты брат Реджины?       Опрокинув в себя уже третий шот красного рома, Киллиан широко улыбнулся и, сделав шутовской поклон, ответил:       — Киллиан Миллс к вашим услугам, сэр.       — Ты опять пьёшь! — К ним подошёл мужчина, на вид чуть старше тридцати, и буквально стащил Киллиана со стула, потянув его подальше от стойки. Робин, в свою очередь, этому не препятствовал. — Хватит на сегодня гулянок! И вообще, ты здесь, чтобы работать, а не развлекаться. Мистер Миллс просил доставить тебя домой.       — Ну, Самди, не будь таким занудой, — еле смог произнести он заплетающимся языком, держась за руку Барона. — Давай выпьем, ну хотя бы по одной.       — Пойдём!       Послышался тяжёлый вздох. Робин, повернув голову на звук, увидел, как Август покачал опущенной головой. Быстро написав номер на листике, он протянул его Локсли:       — Вот, номер Реджины. — Робин протянулся, чтобы забрать его, но мужчина отдёрнул руку. — Реджина только на первый взгляд может казаться непробиваемой. На самом же деле она, как изумруд: хрупкая, но с длинной историей. Так что не смей её обижать.       — Даже и не думал об этом. — Забрав из рук бармена листочек, Робин встал со стула. — Спасибо.       Наконец выйдя из душного помещения, он вдохнул холодный ночной воздух. Зима начала потихоньку вступать в свои права, роняя с неба белые хлопья, которые в медленном вальсе ложились на землю и укрывали её белым пушистым пледом. Посмотрев на небо, Робин представил, как на нем горят звёзды. Жаль, что из-за огней большого города и туч не было видно космическую красоту неба. Улыбка тронула уста Локсли, когда он подумал о Реджине, ведь в её карих глазах мерцали тысячи звёзд.       Робин хотел было пойти к своей машине, но вспомнил, что его опьянила не только Реджина, но и виски. Поэтому, взяв такси, он направился домой, всё так же думая о Реджине и о том, что он с ней сделает, когда они встретятся. Локсли представлял, как с пухлых губ, на которых всегда играет лукавая улыбка, срываются неудержимые стоны, как ноготки впиваются в его спину, оставляя красные следы, и то, как женское податливое тело отзывается на его прикосновения.

***

      Залетев в гримерку, Реджина захлопнула за собой дверь и прижалась к ней спиной. Она закрыла глаза, и на её губах заиграла счастливая улыбка, а на щеках будто расцвели алые розы. Что это было? Она никогда не позволяла себе такого. Никогда не позволяла себе хотеть большего. Хотя бы по той причине, что ей никогда никакой клиент не нравился и не вызывал взрывоопасную смесь чувств. В отличие от Робина. Уверенный взгляд, немного помутнённый алкоголем, заставлял добровольно сброситься в бездну желания. Сексуальное тело так и манило к себе, будоражило фантазию не самыми пристойными мыслями, так и кричало о том, чтобы с него сорвали одежду. А аромат его парфюма, кедровый с нотками лимона, относил в параллельную реальность, принося наслаждение для каждой клеточки тела. И если бы Робин попытался её остановить, она бы не ушла. Более того, Реджина назвала ему пароль. Работая уже не один год в этом стрип-клубе и отбиваясь от толп мужиков, которых она просто отправляла к своему брату, Миллс впервые назвала код к своему сердечку. И женщина всеми фибрами души чувствовала, что она сделала всё правильно.       Брюнетка стояла, прижавшись спиной к двери уже несколько минут, всё думая о Робине. Но с небес на землю её спустил тактичный кашель Руби.       — Ты быстро. Всё хорошо? — немного обеспокоенно спросила подруга.       — Более чем, более чем… — Реджина хитро улыбнулась и медленно подошла к зеркалу, разглядывая своё превосходное тело: идеальные изгибы, иссиня-чёрные длинные волосы, костюм, а точнее лишь некоторые его элементы… Она представляла, как руки Робина скользят по её бархатной коже, а зубы оставляют красные следы от укусов, как его пальцы зарываются в волосы, оттягивая их назад, а остатки одежды улетают куда подальше… И больше нет никаких препятствий стать одним целым.       — Земля вызывает Марс! — в который раз повторила Руби перед тем как заметить, что подруга наконец вернулась в реальность. — Твою мать, Миллс, что произошло? Что с тобой такое? Ты что, начала принимать наркоту?       — Ты же меня знаешь, я никогда не прикоснусь к этой дряни, — скривившись, она через зеркало посмотрела на Руби. Развернувшись с мечтательной улыбкой на лице, Реджина подошла к красному кожаному креслу и села в него. Её настроение резко изменилось, что ещё больше удивило Руби.       — Да ты объяснишь мне что произошло?! — зло спросила Лукас. Метая глазами молнии, она смотрела на Реджину.       — Ничего. Ничего особенного… — Она не собиралась вот так просто всё выкладывать Руби. Реджина обожала побесить подругу, так что и сегодня она не собиралась упускать такую возможность. Но после затянувшейся паузы она ответила. — Отравленное яблоко — это всё, что случилось.       — Ты серьёзно?! — подскочив со своего места, удивлённо и одновременно зло прокричала Руби. — Ничего? По-твоему, это ничего? Ну, ты, мать, даёшь… А вообще… Локсли красавчик… — закусив губу, она ждала реакции Миллс. И она знала, что подругу это может взбесить, ведь Реджина ужасная собственница.       — Придержи коней, милая. Он мой, — прошипев, Реджина бросила на неё угрожающий взгляд.       Реджина не собирается ни с кем делиться, он только её и ничей больше. И ей глубоко плевать на то, что они совершенно не знают друг друга. Миллс встала и величественной походкой подошла к своему шкафчику, взяв свои вещи, она направилась в ванную комнату.       Зайдя в душевую кабинку, Реджина включила горячую воду, которая приятно обожгла пылающую от желания кожу. Воображение вновь рисовало то, как Робин касается её тела, то, как оставляет свои метки на её шее, как жадно целует каждый миллиметр её тела, а его руки грубо играют с эпицентром возбуждения или до боли сжимают соски. Она снова вся мокрая, но не от воды…       «Не мужчина, а самый настоящий дьявол», — думала Реджина, пока беспощадно сжимала в руках мочалку, с которой пена капала так же, как соки из её горячего лона. Хотя Реджина и сама не промах: она горяча, как лава вулкана, если, конечно, не как ядро солнца. Ей уже не терпелось, наконец, увидеться с Локсли. Это напоминало зависимость. За считанные секунды он стал для неё сильнейшим наркотиком, после которого правда нет плохих последствий — только нереальное наслаждение. Нирвана…       Прошло около двух часов до того как Реджина вышла из клуба. Закончив водные процедуры, Миллс ещё немного поболтала с Руби за бокалом вина. К их огромному счастью, остальные девочки уже давно расползлись по домам. И за это время, что они общались, Реджина успела остыть перед тем, как выйти на улицу. Папа ей говорил и всегда будет говорить, что нужно себя беречь, и она не посмеет его ослушаться даже в мелочах. Ведь любимый папочка всегда желает самого лучшего для своей маленькой девочки, и Реджине, в свою очередь, это было безумно приятно.       Сев в такси, Реджина назвала адрес и, смотря в окно, погрузилась в свои мысли. И не в самые пристойные мысли…

Сегодня они порознь, но эта ночь не вечна.

      Робин думал было написать Реджине, но он знал, что женщина наверняка очень устала, поэтому решил сделать это завтра. А Реджина догадывалась, почему Локсли с ней не связался.       Скоро они смогут встретиться, рассказать о том, как желали встречи, и о том, как хотят друг друга. А пока они оба уснули в своих постелях, думая друг о друге.