Докажи теорему своих чувств

      Тэхён без остановки крутит ручку между пальцами, лишь бы хоть как-то отвлечь себя от назойливых мыслей в голове. Вокруг звучит мягкий говор (так как уже прозвенел звонок, и стоит быть потише) и легкие смешки. Привычная непринужденная атмосфера их класса.       Кто-то шутит, кто-то списывает под шумок домашку на завтрашний день, а Тэхён просто чувствует себя отвратительно, краем глаза наблюдая за мирно посапывающим на парте Чонгуком.       В кабинет резко открывается дверь и внутрь буквально вваливается Чимин в уличной одежде, придерживаясь одной рукой за косяк. Глаза снова горят энтузиазмом, а грудь часто вздымается, будто он только что пробежал стометровку на новый мировой рекорд.       Тэхён еле заставляет себя поднять на него глаза. — Здравствуйте, ребята, — отвечает на приветствие учитель и набирает в лёгкие побольше воздуха, восстанавливая дыхание. — Оставляйте здесь свои вещи, Суран закроет класс, — Пак аккуратно кидает на парту ученицы ключ. — А все остальные быстренько спускайтесь в раздевалку, одевайтесь. Я вас жду у входа.       Скороговоркой выпаливает Чимин, снова скрываясь из видимости.       Класс растерянно встает со своих мест, совершенно не понимая, что происходит. Тэхён расталкивает задремавшего Чонгука, получая в ответ тяжёлый суровый взгляд и парочку ласковых слов, и тянет друга на выход сквозь поднявшуюся толпу, не смотря на сопротивление и недовольное бурчание. — Куда мы идём? — сонно трёт глаза пальцами Чон, едва ли не повиснув на плече друга. Ему строго запрещено даже просто дремать в школе, потому что прийти обратно в чувства — крайне сложно и долго. Но после вчерашней очередной практически лишённой сна ночи гладкая поверхность парты так и манила хоть на минутку прилечь на неё. Огромный соблазн и жестокая ошибка.       Чонгук едва не падает, потеряв равновесие, когда присаживается зашнуровать уличные кроссовки, а Ким недовольно смотрит на него и поджимает губы, ругая мысленно себя за то, что пропустил момент отключки друга. Одноклассники уже полностью заполнили раздевалку и шумно переговаривались, предполагая разные варианты, куда же их поведут.       Если честно, Тэхёну никуда не хочется. Только домой, подальше от людей и шума.       У входа, как и обещал, их ждёт Чимин, взглядом пересчитывая каждого ученика. Чонгук ему слабо улыбается, привалившись всем телом к боку Тэхёна и цепляясь за него, как за единственную точку опоры. Голова так и хочет прилечь на плечо друга и погрузиться обратно в сладкую дрёму. — Хён, мы здесь все. Куда пойдем? — спрашивает девушка, отдавая ключи учителю. — Отлично, подождём ещё пять минут, и я всё скажу, — отвечает Пак, продолжая поглядывать то за спины учеников, то по сторонам.       Ждёт кого-то. Гук, пользуясь прекрасным моментом, беззастенчиво рассматривает Чимина сонными глазами из толпы.       Учитель выглядит просто.. ах, в голове не может связаться ни одной цельной мысли. На нём красивое осеннее пальто почти до середины бедра нежно-кофейного цвета. Сверху расстегнуты две большие пуговицы, а из-за ворота слегка виднеется свитер, поверх обмотанный длинным рыжим шарфом. Снизу неизменные, слегка зауженные черные брюки и лакированные туфли.       Чонгук смотрит на учителя сквозь сонную пелену, и ему кажется, что он всё-таки попал в какую-то параллельную вселенную, где можно вот так вечно любоваться Чимином.       Таким красивым. Таким желанным, но безнадежно далёким. Между ними пропасть, построенная общественными рамками, статусами и половой принадлежностью. Они как две параллельные прямые, которые могут пересечься только где-то на другой планете или в космосе, где пространство искажается, а рамки стираются.       В реальности же руки беспомощно опускаются, под всем имеющемся гнётом теряя смысл хоть что-либо пробовать.       Чимин — учитель, Чонгук — всего лишь его ученик. Нет ни одного сценария, способного их приблизить друг к другу. Юноше остается лишь тихо наблюдать за своим «неправильным» объектом влюбленности со стороны, опираясь на надёжное, но такое же отчаянное плечо друга. — Я рад, что ты всё-таки пришёл, — облегченно выдыхает Чимин и широко улыбается подошедшему Сокджину, одетому лишь в тонкую на вид кожанку. — Разве у меня был выбор? — фыркают в ответ, но улыбка на полных розовых губах выдаёт плохо скрываемую радость.       Чимин закатывает глаза и усмехается. — Так, ребятки, — обращается учитель к заинтригованному классу. — Вы уже наверное успели перепугаться, да? Кто-нибудь из вас вообще видел прогноз погоды на ближайшие дни?       Джин подходит ближе и с неприкрытым удовольствием начинает лохматить уложенные волосы Чимина, вызывая у того недовольное фырчание. Разница в росте — любимая тема для стёба в их дружбе. Поэтому упустить такую возможность — весь день насмарку. Блондин отбивается от наглой руки друга, бросая на того испепеляющий взгляд, а после вновь повторяет вопрос, дожидаясь хоть какой-то ответ от детей. — Там дожди и похолодание вроде как обещают, — лениво говорит Сехун, застегивая молнию на куртке. — Вот именно, надо успеть запечатлеть эту прекрасную пору золотой осени! — Чимин оглядывает толпу, но не замечает ответного энтузиазма и вновь закатывает глаза. — Ой, да ладно вам, ребята! Мы ещё успеем куда-нибудь сходить. А сейчас я просто хочу показать, как много вы упускаете, пока сонно плетётесь в школу и пялитесь в телефоны. Долой кислые лица!       Чимин аккуратно хватает близстоящего Тэхёна за локоть (бонусом ещё и Чонгука) и парочку девчонок и тащит к выходу, зазывая всех следовать за ними.       Прохладный ветер бьёт по лицу, снимая с него остатки сна, как только ребята выходят на улицу.       Пока учитель пытается организовать толпу, Чонгук наконец отлепляется от плеча Тэхёна, сладко потягиваясь. Всё-таки классная идея сходить проветриться. В ином случае парень бы продолжал оставаться расплывшейся по парте сонной лужей.       Гук резко поворачивается в сторону, будто что-то неожиданно вспомнил, и критическим взглядом осматривает Тэхёна. — Ты какой-то тухлый, Тэ. Что-то случилось? — парень раскидывает руки, приглашая погреться вместе в объятиях, но друг так и продолжает уныло смотреть сквозь него, не двигаясь. Понятно. Стадия страданий где-то между вселенской грустью по «бедному голодному котику» и «ненавижу всех — последняя надпись на моем надгробии».       Некритично.       За одиннадцать лет притираний можно почти досконально изучить человека рядом с собой. Поэтому Гук и не лезет с лишними сейчас расспросами, стараясь просто немного отвлечь друга разговорами на отстранённые темы и дать время собраться с мыслями. — Может пойдём вперёд? — Гук ненавязчиво кивает на начало их движущейся колонны, откуда доносится мелодичный голос Чимина и заливистое гоготание Джина. Всё-таки между своими скрытыми чувствами и состоянием друга для Чонгука важнее второе. На Чимина можно и в школе насмотреться.       Тэхён хмыкает, пожимая плечами, и ускоряет шаг под благодарную улыбку Чона. — Так, девочки, где ваши головные уборы? — строго замечает Чимин, оглядываясь на своих детей. Эти самые "дети" почти на голову выше Пака, а парень всё равно ощущает на себе ответственность, как за родных. Смотрит на них по-отцовски тепло, даже может иногда с заботой поругать, как сейчас. — А где твоя шапка, Чимин-хён?       Только вот его тоже могут поставить на место в ответ. — Вот она, — учитель с победным взглядом, как настоящий фокусник, достает из кармана пальто шапку и с невозмутимым видом натягивает её Сокджину по самый нос. Забота.       Буквально в десяти минутах ходьбы от школы в сторону набережной находится большой центральный парк, в котором в дневное время практически полностью отсутствовали люди по будням. Только редкие мамочки с колясками, да гуляющие пенсионеры могут попасться на пути. Деревья и кустарники ближе к середине осени стоят разодетые в жёлтые и красные цвета, выделяясь своими красивыми листьями на фоне серого, совершенно нерадостного неба, скрашивая его тоску.       Пришедшая толпа подростков быстро рассеивается по парку, придерживаясь зоны видимости учителя. Кто идёт фотографироваться, кто просто посидеть, поболтать на лавочке.       А кто-то направляется прямиком к ещё незамерзшему пруду, желая попытать удачу и увидеть хоть каких-нибудь птичек.       Тэхён заметно расслабляется в такой атмосфере, где на него особо никто не обращает внимание, стоит возле старшего брата и задумчиво смотрит на маленький багровый листок клёна, который крутит между пальцами. Чонгук довольно улыбается, наблюдая за ним, и опускает глаза себе под ноги, где носком кроссовка разбрасывает в стороны опавшие листья.       Его немного клинит. Знаете, бывает такое, когда ты вполне спокойно относишься к человеку, в которого влюблён, смирившись с этой мыслью. Но порой тебя неожиданно накрывает такой лавиной тоски и нереальной нежности к нему, что ты не знаешь, куда её деть и как с ней бороться. Чонгуку тяжело смотреть на Чимина. Это чувство тянет, оседает на сердце ощутимым, неприятным комком.       Хочется плюнуть на всё и сделать пару жалких шагов вперёд, чтобы прикоснуться к холодной коже щеки и просто поцеловать. С трепетом и той переполняющей сейчас нежностью почувствовать чужие губы на своих. Увидеть мягкую улыбку и горящие красивые глаза с близкого расстояния, так чтобы дышать одним воздухом. Согреть замёрзшие покрасневшие ладони в своих и.. — Чонгук! — недовольный голос врывается в бесконечный поток мыслей и картинок, разгоняя сладкую дымку в голове. — А ну быстро застегнись! — А? — Чонгук пару раз моргает, возвращаясь в реальность и замечая перед собой возмущённое лицо Чимина, и дёргается в сторону, когда учитель протягивает руку, чтобы схватить парня за расстёгнутые края куртки. — Мне не холодно, хён.       Он не то чтобы хочет показаться крутым или быть бунтовщиком, просто действительно спокойно переносит низкую температуру, не начиная стучать зубами в отличии от Тэхёна.       Чимина снова отталкивают, убегая от предложенной заботы. Этот жест не то чтобы задевает, но определенно расстраивает, заставляя учителя разочарованно вздохнуть. Что он делает не так? Почему Чонгук продолжает так холодно к нему относиться? Юноша даже взглядом старается с ним не пересекаться, что уж говорить о принятии помощи. — Правда, не холодно. — Чонгук принимает разочарованный вздох учителя на свой счет и повторяет ещё раз, стараясь убедить.       Но учитель продолжает недоверчиво смотреть на голую шею и расстегнутую куртку ученика, края которой ещё больше раскрываются при каждом порыве ветра. — Подойди. — Хён, я.. — Подойди ко мне, Чонгук, — чуть строже говорит учитель, и Гук сдается под этим взглядом, подходя ближе, понуро опустив голову.       Парень уже ожидает, что ему, как маленькому ребенку, застегнут куртку, не смотря на сопротивление, но вместо этого его шеи касается мягкая ткань. Чимин обматывает открытое горло ученика своим рыжим шарфом и, не жалея длины, закрывает им чуть ли не половину лица для надежности.       Щёки и уши горят, как красный сигнал светофора, и Чонгук радуется, что они скрыты от чужих глаз, не позоря его. Бубнит сквозь ткань тихое «спасибо» и отводит смущённый взгляд, отходя на шаг назад.       «Господи, как в дораме!» — пищит в голове Гука, пуская перед глазами мыльные пузыри и сердечки. Не верится, что всё это происходит на самом деле, а не только в его фантазиях. Хочется поскорее куда-то уйти и прокричаться от переполняющих эмоций, но всю романтику момента развеивает звонкий шлепок по спине учителя от Сокджина. — Может, ещё и пальто кому-нибудь отдашь? — раздражённо говорит Джин. — Сам скоро как осиновый лист на ветру трястись будешь.       Но Чимин лишь непринужденно улыбается, никак не реагируя на резкие слова друга, и подмигивает притихшему ученику.       Кажется, такими темпами у Чонгука разовьется тахикардия, либо же в конечном счёте сердце пробьёт его грудную клетку, не выдержав такого давления со стороны старшего.       Запах учителя вместе с шарфом окутывает теплом все тело, и Чонгук цепляется пальцами за ткань, как за единственную вещь, связывающую его с Чимином. Хотя по сути так и есть, как бы это грустно сейчас не звучало.       Тэхён фыркает, замечая пресловутые глаза-сердечки у друга, и прислоняется спиной к дереву, продолжая наблюдать это нелепое шоу со стороны. — Такой красивый, — Чимин выхватывает кленовый лист из пальцев Тэ без какого-либо сопротивления и обводит взглядом парк, следя за детьми. — Ребята! — Привлекает внимание всех. — Может кто-нибудь хочет собрать мне..хм..букетик из листьев? Я бы украсил им кабинет. — Будет сделано, хён! — на удивление Сокджина, отвечает хор из преимущественно мужских голосов. — Тебя так любят дети, — больше с вопросительной интонацией говорит Джин, смотря на то, как выпускники оживленно носятся по парку, собирая опавшие и срывая разноцветные листья с веток.       Чимин пожимает плечами, закрывая воротником шею, и Чонгук уже тянется пальцами убрать со своего рта ткань шарфа, чтобы вернуть его хозяину, но.. — С тобой что-то случилось? — Резко спрашивает учитель к удивлению всех, особенно Тэхёна, к которому он обратился. — Тэхён?       В этом вопросе вложено волнения даже больше, чем в первом, заставляя съёжиться и попытаться стать ещё более незаметным.       Но только Тэхён собирается со своими силами и уже открывает рот для ответа — его перебивает Сокджин: — Ой, Чимин, ну что с ним может случиться?       Лёгкий смешок слетает с губ Джина, а младший молча захлопывает рот из-за пропавшего желания что-либо говорить. — Из тебя просто отвратительный хён, Джин-ши, — возмущённо цыкает учитель и без лишних слов обнимает ученика со спрятанными под шапкой рыжими волосами. — И ты иди сюда, — зовёт Чимин Чонгука и хватает его за руку, чтобы притянуть к себе в объятья. — Эй, а как же мы? — доносятся недовольные голоса со стороны. — Я тоже хочу! — Это что, общие обнимашки? — УРА, КАПУСТА!       Ребята с громкими, радостными криками быстро собираются в округе и облепляют со всех сторон учителя. Чимин смешно возмущается, оказываясь зажатым в самом центре, и смеётся вместе со всеми, поддерживая общий шум. Чонгук ощущает дискомфорт из-за такого тесного общения с одноклассниками, но сам прижимается щекой к плечу учителя, и кажется, ничего большего ему и не надо.       Предельно милая картина. Улыбка трогает пухлые губы Сокджина, и он отходит на пару шагов назад, чтобы достать телефон и сфотографировать это на память. Для Чимина.