Ты только мой

— Чтобы музыку встречали, став одной семьёй счастливой. – Эрнесто громко взял высокую ноту, сильно напрягая диафрагму. – Чтобы музыку встречали забывая о печали. — Отлично! – широко улыбнулся Гектор. – Осталось сделать второй куплет. Может добавить быстрый проигрыш? — Нет. Эта песня должна петься без остановок. – ответил мужчина, и друг согласился. Вчерашняя ссора сильно волновала Гектора. Он понимал, что ему не следовало кричать на лучшего друга, который вовсе не намеревался его оскорбить. Парень предложил помочь написать Эрнесто собственную песню, предоставив ему полную свободу действий, не навязывая свои желания. Он только иногда помогал ему в чём-то. — Не плохая песня. Весь мир - наша семья, да? – Гектору нравился смысл этой песни, но он не понимал его так, как Эрнесто. — Несомненно. Песня была готова. Ривера не ожидал, что песня выйдет такой хорошей. Впервые ему понравилось то, что придумал сам Эрнесто, хотя не без его помощи. Они долго пели новую песню, а когда за окном совсем потемнело - решили ложиться спать. — Завтра у нас новый концерт и важная встреча. Нужно хорошо выспаться. – напомнил Эрнесто, только выйдя из ванны. Он увидел, что Гектор до сих пор что-то пишет. – Новая песня? – он подсел позади, выглянув из-под его плеча. – Ох.. письмо Имельде и Коко? — Да. Отправляю им большую часть денег. — Всё ещё о них думаешь? — Разумеется. Что за вопрос? – Гектор в крайнем недоумении посмотрел на друга, приподняв одну бровь. Мужчина лишь тяжело вздохнул, понимая, что спорить с ним из-за этого глупо. Де ла Крус всё ещё надеялся, что их общая мечта заставит Ривера отказаться от всего и остаться с ним. Его очень радовало, что спустя месяц гастролей, парень стал иногда забывать писать письма семье, и отправлял их каждые пять дней, что для него было мало. Гектора утешали новые концерты, а после них он был счастлив как никогда. Музыка наполняла его, заставляла чувствовать себя живым и свободным. Он старался оставаться на золотой середине между музыкой и семьёй, но Эрнесто знал, что сможет с силой подтолкнуть его, заставив принять правильное решение. Де ла Крус старался незаметно контролировать друга. Он часто заставлял дуэт переезжать с места на место, чтобы письма Имельды не доходили до её мужа, но всё-таки, пару раз позволял им быть прочитанными. Ему нужно было заставить Гектора думать, что семья совсем его не ждёт. Эрнесто жил с потребностью доминировать и иметь полную власть над ним. Он уже и не помнил, как любил его по-другому. Когда-то искренние и чистые чувства к Гектору стали неправильными и жестокими. Де ла Крус даже не помнил, когда его светлая любовь медленно и постепенно стала мрачнеть, становясь всё более зловещей, как смертельный яд. Возможно, это произошло после свадьбы друга, или ещё до этого, когда он начал догадываться о его чувствах к девушке. А может быть, он всегда был таким. На следующий день, дуэт выступил с концертом в небольшом театре. Гектор долго не мог прийти в себя от восторга. Он даже подумать не мог, что они когда-то будут выступать не на улице, а в более культурных местах. Парень хотел задержаться в этом месте, но Эрнесто поторопил его в другое место. Он очень долго ждал этой встречи, и надеялся, что другу понравится сюрприз. — Я веду тебя в очень важное место. – с приятным волнением говорил Эрнесто. – Веди себя сдержанно. — Но тогда мне будет скучно. Куда ты меня ведёшь? — Я уверен, что тебе понравится. Не волнуйся. Они долго шли в неизвестном для Гектора направлении. Он уже порядком устал, и просто хотел пойти домой. Тем не менее, ему было интересно, почему Эрнесто так часто говорил об этом месте, и так тщательно готовился к этому дню. Мужчина даже купил новый дорогой костюм белого цвета, какой носили только статные люди. — Мы пришли! – восторженно заявил де ла Крус, указав на большой особняк, напоминающий скорее прекрасный белоснежный дворец. Гектор с изумлением посмотрел на него, не веря своим глазам. Он даже представить не мог, что люди могут быть настолько богатыми, чтобы жить в таком доме. Парень не мог произнести ни слова, не отрывая глаз от прекрасного места. — Рад видеть вас, amigo! Bienvenido! – крикнул им человек прямо у входа в дом.

Bienvenido - добро пожаловать

— Buenas noches! – улыбнулся Эрнесто старому знакомому. – Я познакомился с ним в одиночной поездке. Перед тобой один из самых богатых и значимых людей в Мексике - Перейра Карлос. – оповестил он друга.

buenas noches - добрый вечер

— А вы, сеньор, Гектор Ривера? – мужчина был очень вежлив, с хорошими манерами. Гектор к такому не привык, и даже не знал, как реагировать на такое. – Приглашаю вас в мой дом! Все гости ждут! Мужчина придержал им дверь. Эрнесто поспешил войти, но заметил, что Гектор не сдвинулся с места. — Друг мой, что случилось? — Ты уверен, что мы должны здесь быть? – тихо спросил Ривера, взволновано сжимая руки. Де ла Крус никогда раньше не видел, чтобы Гектор чего-то так смущался (если дело не касалось Имельды). Обычно он рад был делать всё, лишь бы повеселиться, и не задумывался о мнении окружающих по поводу его вида. — Гектор, мы уже давно не бродяги. Нам не надо стесняться светского общества. По сравнению с обычными людьми, мы с тобой богачи! – самодовольно бросил де ла Крус. – Неужели ты этого до сих пор не понял? После этой встречи, мы станем лучшими музыкантами Мексики! Эрнесто схватил Гектора за руку и потащил за собой. Парень не сопротивлялся, но последние слова друга напрягли его. Он начал догадываться, зачем они здесь. Мужчины зашли в большой зал, наполненный многими статными людьми. Всё помещение наполнял чудесный запах роз, принёсший сюда легкий осенний ветерок, проникающий через открытые окна. Гектор с любопытством рассматривал каждый уголок, удивляясь красотой архитектуры. Он даже перестал обращать внимание на богатых людей, и просто не мог поверить, что кто-то может владеть таким домом. Друзья присели на дорогой белоснежный диван, и взяли бокалы, предложенные горничными. — Что это за белый напиток? – изумился Гектор, принюхавшись к алкоголю. — Сухое белое вино. Мексика начала активно ввозить товары с других стран. Это прекрасно, не правда ли? Гектор тут же выпил всё до дна и протянул бокал, громко попросив налить ещё. Все гости осуждающе посмотрели на него, а вдали кто-то указал на его ужасные манеры. Эрнесто извинился за него, а Ривера неловко замолчал, почувствовав себя лишним в этом помещении. Ему налили вино, заставив его смутится ещё сильнее. Он решил молчать, и кратко отвечать на редкие вопросы. Незнакомые для Гектора люди общались с Эрнесто как старые друзья. Мужчина надеялся, что тема о музыке скоро зайдёт, но сначала, как это происходит всегда, все гости начали разговаривать о политике, ситуациях за границей и мировых проблемах. Эрнесто поддавался и активно обсуждал эти темы, лишь бы угодить им, в то время как Гектор старался не заснуть со скуки. Он всё поглядывал в окно, наблюдая за красивым закатом, попивал вино, и не слушал нудных людей. Гости долго обсуждали с Эрнесто мексиканскую революцию, и спрашивали музыкантов о жизни в то время. Гектор ещё больше стеснялся своей бродяжничай жизнью, и игнорировал неприятные вопросы, надеясь, что друг ответит за него. — К сожалению, пока что Мексика славится мало чем хорошим. Именно поэтому мы надеемся, что сможем дать шанс выдающимся музыкантам нашей страны. – сказал Перейра Карлос, приподняв брови. Этого и ждал Эрнесто. Он еле сдержал довольную ухмылку, и выпив оставшийся алкоголь в бокале, вспомнил все заготовленные речи, дабы добиться своих целей. — Всего одна подпись, и вся Мексика будет знать имена дуэта: единственные и неповторимые Эрнесто де ла Крус и Гектор Ривера! - восторженно заявил мужчина, взглянув на друга. Гектор впервые за всю встречу обратил внимание на суть разговора. Он понял, зачем они здесь, и что их общая мечта прямо сейчас может стать явью. Всё зависит от одной подписанной бумажке, и от одобрения хотя бы одного человека, способного спонсировать их. Эрнесто понравилась заинтересованность Ривера, и он продолжил. — Мы жили в очень трудное время: мексиканская революция, голод, безработица, ущемление прав граждан. Но несмотря ни на что, наши песни наполнены радостью и любовью к миру! Если бы весь мир мог услышать нас - у многих появилась бы надежда, и смысл в завтрашнем дне! Настолько наши песни прекрасны! — Очень смелое заявление. – хмыкнул мужчина. – Но я полностью согласен с вами. Мы часто посещали ваши выступления, и слышали все песни. Хотя... одна не даёт мне покоя. Вы с таким воодушевлением рассказывали о песне "Recuérdame", но ни разу не играли на концерте. Может быть, дадите послушать нам прямо сейчас?

Recuérdame - Не забывай

Эрнесто замолчал. Он ведь совсем забыл предупредить их о том, что Гектор не хочет показывать эту песню. До их ссоры мужчина долго хвастался перед богатыми друзьями новой песней лучшего друга. Он обещал им, что эта песня станет лучшей из лучших, дал много обещаний, забыв взять их обратно. — Простите... но мы уже не сможем показать эту песню.. потому-что.. э... – Эрнесто до сих пор не мог понять - почему Гектор не хочет показывать её. У него не было даже приблизительного понимания. Мужчина вдруг посмотрел на своего друга. Его сердце замерло, увидев, как Гектор разочарованно вздохнул и увёл взгляд. Он не мог поверить, что так облажался. — Я знаю, вам покажется это смешным, – начал Гектор, – но я не могу показать свою песню. Я вложил в неё слишком большую частичку себя. — Но ведь все ваши песни такие. – сказал один из гостей. — Вы правы. Но в этой песне слишком большая частичка себя. Я написал её для своей любимой дочери, и она только для неё. Представьте, что любимой игрушкой ваших детей играли бы другие дети. Гости с недопониманием переглянулись. До них дошёл смысл его слов, но это лишь сильнее подпитывало их интерес. Все как один попросили его спеть песню и забыть хотя бы сейчас о своей гордости. Ривера отмахивался, повторял, что не хочет её показывать, но его продолжали упрашивать. Его терпению пришёл конец. — Эрнесто, я пойду домой. А ты оставайся здесь сколько хочешь. – резко сказал Гектор, встав с дивана. – Спасибо за приём, но мне ничего не надо от вас. Извините. Гектор взял свою гитару и поспешно пошёл к выходу. Эрнесто смотрел ему вслед, чувствуя ужасную тяжесть в душе. Он так хотел сделать ему приятно, подтолкнуть дуэт к мечте, которая вот-вот могла осуществиться. Ему стало страшно. Он боялся снова его потерять. — Полагаю, нам подписать контракт для вас одного? – спросил Перейра, пристально смотря на мужчину. — Прошу прощение, но поговорим об этом не сегодня. Мне очень жаль. Эрнесто подорвался с места и выбежал на улицу. Ему было грустно до боли в сердце. Он понимал, что тоже убегает от заветной мечты, пытаясь догнать Гектора. Но он не мог по-другому, потому что без него де ла Крус был никем: никчёмным музыкантом, пустым артистом, одиноким человеком в конце концов. — Друг мой, подожди! – кричал Эрнесто, догнав друга. — Почему ты не остался? – удивился парень, продолжая идти вперёд. – Это твой шанс исполнить мечту. — Но эта наша мечта общая! – мужчина поспешно шёл за ним. – В чём смысл исполнять её, если я не смогу разделить её с тобой! Гектор промолчал и не останавливался. Он даже не смотрел на друга, грустно опустив взгляд в землю. Парень лишь замедлил шаг, чтобы Эрнесто шёл с ним плечом к плечу. — Гектор, я не хотел тебя злить. — Я не злюсь. — А если честно? — Не злюсь. – искренне, и как можно спокойнее промолвил парень. – Это действительно было завораживающе: понимать, что всего одна подпись, и мы бы стали лучшими музыкантами Мексике. – он не смог сдержать улыбку. – Я бы обрадовался твоему сюрпризу, и согласился бы на всё. Но ты ведь сам понимаешь, что я не могу. — Почему? Из-за семьи? Гектор, весь мир наша семья. Почему ты не хочешь это признать? — Ты меня не поймёшь, как и не поймёшь смысл моей песни, которую я написал для Коко. — Ох.. прости. Я правда не хотел, чтобы они трогали её. — Я не об этом. Эрнесто, у тебя ведь нет семьи, и ты не понимаешь этого тёплого чувства, и понимание того, что дома тебя кто-то ждёт. — Но ведь ты - моя семья. — Это другое. Любовь к жене, детям, родственникам, друзьям: это всё отличается. Все эти чувства могут быть одинаково сильными, но они всё равно разные. Эрнесто слушал его, пытаясь анализировать каждое слово, вникнуть в суть. Но он не понимал. Ничего не выходило понять, как бы он ни старался. Друзья шли молча, в печальной, не совсем понятной атмосфере. Тёмно-оранжевый закат, тёплый ветерок, тишина, а Эрнесто так хотел рассказать насколько ему тяжело. Все его мысли спутались в один большой клубок, в котором затерялся он сам. Мужчина мучался от попытки понять, чем же его любовь к Гектору могла бы отличаться от родительской или детской любви, или даже от любви самой дорогой, драгоценной вещи. В то же время, Гектор не понимал своего друга, а ведь Эрнесто так хотел объяснить, почему же ему так хочется быть с ним, почему не может отпустить. Без него он терял себя, впадал в отчаянье... А там так темно и одиноко, что просто невыносимо. Его мир застыл на одном человеке, и он не видел ничего, кроме него. А может, просто не хотел. — Ты сильно изменился, Эрнесто. – приулыбнулся Гектор, и де ла Крус вопросительный посмотрел на него. – Ты всегда был таким серьёзным и ответственным старшим братом. До встречи с тобой, я только и делал, что воровал. А ты всегда брался за любую работу, старался жить по-честному. Иногда ты даже слишком заботился обо мне: делил еду пополам, но я всегда замечал, что даёшь мне большую часть. Ты ругал меня за оплошности, а иногда веселил до боли в животе, и улыбался так искренне и по-доброму. — То есть, я стал злым и не искренним? — Нет. Ты всегда будешь для меня хорошим человеком. – улыбнулся парень. – Но сказать честно - я перестал понимать тебя. Иногда я смотрю на тебя, и не вижу жизни. — Вздор. У меня есть мечта, ради которой я живу. — Плохо жить одной мечтой, Эрнесто. В жизни много других прекрасных вещей, которым можно радоваться. — Я становлюсь счастливым, когда рядом с тобой. От его слов, улыбка Гектора стала шире. — А помнишь, как всё начиналось? Наша детская радость бесила всех. Особенно торговцев на рынке, у которых я воровал. Ривера начал вспоминать всё то, через что они прошли. Детские, тёплые воспоминания, которые так дороги его сердцу. Он болтал и болтала, и Эрнесто был не против. Ему нравился его голос, нравилось его слушать. Друзья гуляли по ночному Мехико, тепло разговаривали и смеялись. Де ла Крус уже и забыл о контракте, о своей мечте. Рядом был Гектор, его любимый человек, с которым он хотел провести всю свою жизнь. Это было для него ценнее всего на свете. Если бы он только остался с ним навечно, возможно, ему бы и не нужна была мечта покорить весь мир. Если бы... Парни в приподнятом настроении решили купить две бутылки текилы, и с наслаждением провести время в гостинице. Этот день сильно утомил их, и ничего кроме крепкого алкоголя не хотелось. — Я помню, как нёс тебя домой, когда ты напивался в барах. Ностальгия. – усмехнулся Эрнесто, чувствуя приятный жар в горле. — Ты всегда был заботливым братом. – посмеялся Ривера, быстро опьянев. – Ох.. ты спаивал меня с самого детства. — Я всегда запрещал тебе много пить, но ты меня никогда не слушал. Не привирай. Гектор рассмеялся и выпил ещё одну рюмку. Он прилёг на стол, чувствуя приятное головокружение. — Эрнесто, а тебе разбивали сердце? – пробормотал парень, прижимаясь лицом к предплечьям. — С чего ты взял? – усмехнулся он. Эрнесто ждал ответ друга, но он замолчал. Гектор притих, явно погружаясь в сон от нетрезвости. Ему было интересно, почему парень задал такой вопрос, и расстроился, когда он уснул. Мужчина подождал ещё минуту, потолкал его, и решил, что ему тоже нужно прекращать пить. Он аккуратно взял друга на руки и понёс в кровать. Он уложил его, и только хотел выпрямиться, как вдруг, Гектор открыл глаза и схватил его за бант, резко притянув к себе. От неожиданности, Эрнесто испугался. — Ты чего? – его смутило, что их лица были так близки друг к другу. — Опять будешь мне врать? – Гектор так невнятно произнёс эти слова, что де ла Крус почти ничего не понял. – Для кого была та песня? Ривера, разумеется, не думал ни о чём таком, но даже не представлял, как это выглядело со стороны. Де ла Крус навис над ним, и сопротивлялся тому, как Гектор крепко держал его за бант, притягивая к себе. Это очень смущало мужчину. — Я вообще не понимаю о чём ты! – взвыл Эрнесто, еле оторвавшись от его схватки. Он хотел встать, но Гектор снова потянул его на кровать и сел на его бёдра. Он часто делал так в детстве, и не думал, насколько это может казаться странным. Полная тишина, почти потухшая свеча как единственный источник света, пьяный перегар, головокружение. Эрнесто смотрел на Гектора, и не слышал ничего, кроме громкого стука своего сердца. Парень пьяно смотрел на него, даже сидя на нём еле удерживая равновесие. И всё же, выглядел он до безумия эротично. Расстёгнутая рубашка, красное лицо, стеклянные глаза, напоминающие о том, что на следующий день он не будет помнить ничего. — Ты больше не тот Эрнесто, которого я знал раньше... — О чём ты? – его голос дрожал. Он понимал, что Гектор слишком пьян, чтобы осознавать свои действия, но они чертовски смущали Эрнесто. — Тебя... тебя что-то изменило... Я подумал что... твоё сердце разбито... — Даже если так, что с того? — И я... я задумался... – он очень старался, чтобы не заснуть. – Помнишь перед свадьбой ты пел свою песню? Она не очень мне понравилась... точнее вообще не понравилась... – Гектор зевнул, еле держась в сознании. – Я постоянно вспоминаю тот день... Мы словно отдалились друг от друга.. Может быть, ту песню ты посвятил мне? Эрнесто был в шоке. Гектор всё это время догадывался о его чувствах. Он вдруг испытал невообразимый стыд и страх оттого, что не смог полностью скрыть их. И тем не менее, он почувствовал себя самым счастливым человек на свете. Глупая мысль о том, что Гектор всё это время любил его в ответ захватила его, окутывая сладкой ложью. Эрнесто потянулся к нему, и притянув его к себе за бант, нашёл его губы своими. Он столько лет хотел прикоснуться к нему таким способом, в полной мере почувствовать его тепло. Мужчина настойчиво целовал парня, понимая, что он ничего не будет помнить. Гектор никак не реагировал, и вряд ли понимал, что сейчас происходит. В душе де ла Круса появилась глупая надежда на его возможное счастье. Она полностью ослепила его, дала ложную веру во что-то, чего быть никогда не могло. И тем не менее, эта же надежда напомнила ему о тех самых прекрасных, искренних чувствах. Их нельзя описать одним словом, как любовь. Это желание осчастливить человека, крепко обнять, поддерживать во всём, быть всегда на его стороне, уважать его чувства. Гектор осторожно отпрянул от него, прикрыв губы ладонью. Эрнесто заволновался, попросив у него прощение, но парень лишь зевнул и прилёг на грудь друга, быстро заснув. Сердце мужчины бешено билось, а в крови бушевал адреналин. Он укрыл Ривера одеялом и прилёг рядом, не в силах сдержать эмоций. Ничего такого не произошло, а он находился в огромном шоке от своего счастья. Он долго-долго думал о том, чтобы зайти ещё дальше, но риск был велик, поэтому, он не стал трогать Гектора. Всю ночь Эрнесто лежал с ним и размышлял о том, что парень давно догадывался о его чувствах. Он не знал, как вести себя с ним после этого. Возможно, стоит наконец-то рассказать всю правду? Спросить парня о его чувствах, которые могут быть такими же романтичными? Эрнесто решил повременить с этим. Гектор на время должен был оставаться секретом внутри него, пока он полностью не выбьет Имельду с Коко из его головы. Эрнесто повернулся к парню, и мечтательно смотрел на его лицо, поправляя его непослушные пряди, спадающие на лицо. Ему так хотелось заснуть с его рукой в своей, как будто они всегда должны были быть вместе. — Quédate conmigo. – тихо прошептал он, прежде чем заснуть.

Quédate conmigo - Оставайся со мной.