Воссоединить семью

Бывало ли у вас такое, что три брата, посреди ночи, обсуждают возможные варианты спасти мир? Нет? А у меня — да. Прямо как в стихотворении: три девицы под окном… О, и, кстати, сегодня объявился Лютер. Немного побитый, помятый, с синяками на лице, но всё же Лютер. Так что сонливость ушла напрочь. Именно поэтому, пока по столовой раздавались возгласы родственников, я носом клевала стол, стараясь не заснуть. К слову, по рассказам Космобоя, нашлись Эллисон и Клаус. Сестрица, оказывается, вышла замуж и уже год как счастливо живёт со своим супругом, подрабатывая где-то в парикмахерской. Клаус же стал прорицателем: раздаёт ценные советы, возглавляет «секту», богат до отвала. В общем, с ними случилось всё то, что они, в принципе, и заслуживали. Так что вся семья Харгривзов найдена, и можно уже завтра начинать всеобщий сбор. — Вы упускаете один факт, — со знанием дела проговорил Диего. — Папа возглавляет шайку заговорщиков, пытающихся убить президента. — Да оставь ты его в покое, — сонно промычала я и подняла голову. — Кеннеди умрёт в любом случае, спасешь ли ты его или нет, как ты не можешь этого понять? Если помешаешь кому-нибудь убить Джона, ход событий изменится ещё больше, и тогда возможность спасти мир от апокалипсиса будет равняться нулю. Уйми, наконец, своё шило в заднице и забудь про президента. Ого, какая длинная логическая цепочка получилась. Горжусь собой. Кракен высоко поднял брови и скрестил руки на груди. — Ты сама ненавидела папу, а теперь вдруг перешла на его сторону? — Слушайте, — вмешался Пятый, пресекая мои попытки возмутиться. — Сколько бы мы ни проклинали отца, нам нужно встретиться с ним как можно скорее. Для нашего же блага. Он знает что-то о перемещении в пространстве и, тем более, сможет помочь со спасением жителей его планеты. — Школьник с намёком уставился на меня. — Жители его планеты? — непонимающе переспросил Лютер, на миг приостановив трапезу. — Потом объясню, — лениво отмахнулась я, — когда соберёмся все вместе. А пока… — я смачно зевнула, —…давайте спать. — Мы ещё не обсудили… — начал было Диего. — Лайлу? Так с ней всё ясно. Драться умеет? Ещё как. Слишком много всего знает? Несомненно. Отец знал о ней? Да стопудово. Выходит, кто-то использует её в своих целях и пытается натравить на нас. Вторая логическая цепочка за минуту. Вау. — Ты думаешь лучше, когда хочешь спать, — хмыкнул Паучок. — Интересный феномен. Ничего не отвечая, я лишь мрачно улыбнулась и достала косячок из кармана, чем, кажется, немало удивила Лютера. Он ведь запомнил меня как пай девочку, которая так противилась всей этой дряни. — Ты что… куришь? — запоздало спросил Космобой, приоткрыв рот от удивления. — К моему глубокому сожалению — да, — наигранно поджав губу, ответила я. — Ругать будешь? Похоже, у меня дежавю. — А… н-нет… Зачем? Это же твоё право, — отозвался тот. Неужели не осуждает? Даже приятно стало. После этого я заметно расслабилась и, оперевшись головой о стенку позади себя, задремала. Сквозь сон я услышала, что через несколько минут голоса на кухне стихли, и только стук чайной ложки о чашку разбавлял тишину. Несложно было догадаться, кто в такое время сидит за столом, так ещё и с напитком. Я медленно открыла глаза и, так же неспешно поморгав, приняла положение сидя. Перед взором сразу выстроилась знакомая фигура. Пятый снова смотрел на меня. Внимательно, проницательно, но при этом безо всякого давления. Его растрёпанные волосы небрежной чёлкой спадали на глаза, отчего тот едва заметно хмурился, что вызвало у меня мимолётную улыбку. Именно в этот момент почему-то захотелось зарыться пальцами в его густой шевелюре и, прижавшись к нему, крепко обнять. Поняв, что делать это сейчас будет не совсем уместно, я опустила взгляд на свои руки. И в голове внезапно вспыхнули отрывки недавнего разговора… «Вы с Пятым встречаетесь?» «Вы выглядите особенно близки…» «Если будет время, спроси об этом пацана в шортах. Думаю, он знает ответ…» Что бы я ни чувствовала по отношению к Лайле сейчас, её слова имели толк. Пока у нас есть возможность остаться наедине друг с другом, я должна это спросить, иначе завтра забуду об этом напрочь. Зная себя, точно забуду. — Пока помню, хоте… — Я поднесла пальцы к губам, но, не увидев в них сигарет, выгнула бровь и бросила взгляд на пепельницу, где лежал потушенный косяк. Видимо, Пятый изъял его у меня ради безопасности. — Спасибо, что потушил, Эллиот бы не выдержал пожара. Нервы у этого паренька и так на пределе. В общем, я хотела кое-что спросить… Я неуклюже заломила пальцы. Да, мне чёртовых двадцать три года, и — да, мне неловко говорить о таких вещах вслух. Хотя бы потому, что в моей жизни не было никакой романтики от слова совсем. И почему Пятый так подозрительно молчит, будто случилось что-то ужасное? Или я просто накручиваю себя? — Пятый. — Я подняла взгляд на парня. Тот сидел с таким видом, словно вспомнил что-то плохое; поэтому, когда я назвала его по имени, он дёрнулся. — Всё нормально? Школьник плотно сжал губы и молча кивнул. Нет, ну точно что-то произошло. — Ладно, давить не буду. Захочешь — расскажешь. К чему я вообще веду… Помнишь тот поцелуй? Меня мучает всего один вопрос, и я буду очень благодарна, если ты ответишь на него. — Положив локти на стол, я подставила руки под подбородок. — Что происходит между нами? Я, конечно, не жалею, что этот поцелуй случился, но я не могу понять, какие между нами стоят отношения. Скажи, что ты чувствуешь… по отношению ко мне? Пятый долго не отвечал: с минуту-две, наверное. Не буду лгать, меня это не хило так напрягло. Я нахмурилась и подалась вперёд, в ожидании услышать от него хоть что-нибудь. Чего он такой странный сегодня? После нескольких мучительных секунд Пятый отложил чайную ложку от себя, взял чашку кофе в руку и сделал один глоток, по-моему, нарочно растягивая время. Затем одарил меня бесстрастным взглядом и холодно поинтересовался: — С чего ты взяла, что у нас отношения? Сначала, я даже не совсем поняла, к чему он клонит. — Ах да, ты просила меня озвучить, что я чувствую. Я чувствую… — сделал вид, что задумался, — ничего. Внутри всё похолодело от такого безучастного тона. В голове начала выстраиваться цепочка всех событий, и неужели он… Нет… нет, не может быть. Он просто шутит. Шутит же, так ведь?.. — Я просто проверял, что может со мной произойти, если увлечься… м-м… эмоциями. Исходя из своих собственных наблюдений, могу сказать, что ты весьма нестабильна в этом плане. — В конце он выдавил из себя ухмылку. Не ту, которую я привыкла видеть, а какую-то… зловещую, мрачную. Казалось, ещё чуть-чуть — и его гомерический хохот раздастся по всему дому. Так, только без паники… — И ты думаешь, меня это задело? — попытавшись выглядеть уверенно, спросила я, подсознательно понимая — он пользовался мной… заставил довериться ему… Он знал, что я эмоционально неустойчива и именно поэтому нуждаюсь в поддержке. Он знал, что я быстро привязываюсь к людям, которые неравнодушны ко мне… Он всё это знал… Воздуха в лёгких стало катастрофически не хватать, словно кто-то схватил моё горло и сжал его с силой. А я ведь поверила в образ доброго киллера. Как? Как я могла? Только не плакать… Не сейчас. Не перед ним. Не в такой обстановке. — Ты действительно думал, что я поверю тебе? — повторила я, склонив голову вбок, чтобы усилить эффект «невинности». Пусть думает, что мне всё равно. — Ты — ходячее оружие; революция, упакованная в небольшой чемоданчик. Ты — Марк Дэвид Чапмен¹ и Шарлотта Корде². Ты — Луиджи Луккени³, танцующий с Бальтазаром⁴ под звуки полуавтоматического оружия. В тебе есть все они… Ты способен совершить самое громкое убийство в мире. Ты псих, Пятый. И ты полагал, что я и вправду смогу довериться тебе? Школьник сдвинул брови к переносице. Не знает, что сказать. Как предсказуемо. Ухмыльнувшись в его манере, я постаралась как можно более спокойно встать со стула и пройти мимо него. Прошагав несколько метров, я скрылась за углом стены, чтобы он не смог меня увидеть, после чего направилась прямиком в комнату. Подальше… подальше от этого всего. Подальше от него. Зайдя в комнату, я дрожащими пальцами нажала на кнопку; костюм наделся незамедлительно. — Полетаем сегодня, Карен? — дрогнувшим голосом усмехнулась я. Кажется, у меня начинается паника… опять. — Мэм, ваше состояние немного непригодно к… — Не вынуждай меня повторять. Мне нужно на воздух. Сейчас же. Программа послушалась. Открыв окно, тем самым предоставляя себе пространство для вылета, я приготовилась… и уже в следующую секунду я мигом выскользнула из этого дома, стараясь забыть всё то, что произошло. Забыть, как страшный сон.

***

Полёт по городу занял по меньшей мере часов десять, так что обратно домой я прилетела ближе к полудню. Благо, в крыше осталось то самое отверстие, проделанное мною, поэтому я без особых усилий проникла в гостиную, мягко приземлившись на пол. Шлем автоматически растворился, и, свободно выдохнув, я повернулась… О, господи. — Алекс? — в один голос проговорили братья и сёстры; причём все в полном составе. Их лица вытянулись, а глаза выпучились настолько, что казалось, те вот-вот выпадут из глазных орбит. — Э… здрасьте? — улыбнулась я, неловко вскинув руку для приветствия. В тот час Клаус и Эллисон подорвались со своих мест. Каждый из них, обнимая меня, что-то сбивчиво шептал. Говорили они все хором, поэтому я не смогла понять, что именно, но одно было ясно — они рады меня видеть. На душе стало тепло, и я не могла не улыбнуться. После стольких лет встретиться с ними… прямо как бальзам на душу. Спустя несколько минут к нам не очень уверенно подошла Ваня. Она теребила конец рубашки, не решаясь что-то сказать или сделать, посему я взяла ситуацию в свои руки. — Привет… — сказала я, сдерживая широкую улыбку, чтобы не напугать её. — Даже не верится, что у меня есть ещё одна сестра, — почти шёпотом произнесла она, после чего сделала пару шагов и осторожно обняла. Кажется, от моего амплуа холодной твари ничего не осталось, ибо чувство теплоты уже во всю растекалось по венам, заставляя радоваться этому мгновению как ребёнок. — Слушай, — заговорил Клаус, когда мы отстранились друг от друга, — мне кажется, или в этом костюме ты выглядишь… привлекательнее? — Приложив ладони к щекам, он театрально удивился и понизил голос. — А… ты что, типа супергерой? Чёрная Вдова? Бэтвумен? Чудо-женщина? По-доброму усмехнувшись, покачала головой. Неужели я действительно похожа хоть на одну из вышеперечисленных? — Клаус, дай ей отдохнуть, — упрекнула Эллисон, дав ему подзатыльник. Ого, когда это они успели так сблизиться? — Ты же видишь, что она только что… кхм… прилетела. Боже… как это странно звучит. Прости. — Сестра виновато улыбнулась. — А, да-да-да, пардон, — сразу засуетился Сеанс, направляя меня к креслу. — Вот, садись, устраивайся поудобнее. — Бен с тобой? — неожиданно спросила я, сев на указанное место и поджав под себя ноги. От молчания голос притих, и я прокашлялась. — Разумеется! Его слова я тебе потом передам, — заговорщицки прошептал мне на ухо Клаус. — Ты говорил, что его тут нет, — подал голос Пятый. Я сделала вид, будто школьник здесь и не стоит. Четвёртый пожал плечами. — Для тебя его нет, а для Алекс — всегда есть. — Он задорно хлопнул в ладоши и плюхнулся на стул рядом со мной. — Ну, рассказывай, что да как. И я рассказала всё сначала: как оказалась здесь, где работала, что делала. Рассказала об убийствах, о миссиях — сразу, чтобы ничего не таить от них. — То есть… — Лютер прервал молчание родственников, — пока мы все выживали здесь, ты преспокойно жила на широкую ногу в Комиссии? — Ну не скажи. Эллисон, Ваня и Клаус, например, тоже вполне себе хорошо устроились. — Но ты больше всех располагала ресурсами для того, чтобы найти нас. Мы бы могли собраться все вместе ещё задолго до конца света и успели бы решить, как его предотвратить. — Ты вообще слушал меня? — Не срываться… не срываться… — В мою шею был вколот датчик, что подслушивал меня и отслеживал моё местоположение. Приходилось врать, что я потеряла память, ибо поступи я иначе — меня бы убили, а затем убили бы и вас. Вы для меня слишком дороги, чтобы я так просто рисковала вашими жизнями. На их лицах появилось сочувствие и… удивление? Да ну бросьте. — Что вы на меня так смотрите? Непривычно слышать подобное от бездушной сволочи Алекс? — сделала вид, что задумалась. — Да, есть немного. — Я беспечно пожала плечами и на секунду взглянула на Пятого. Зря. Очень зря. Школьник смотрел на меня с каким-то пониманием и сожале… стоп. Он играет. Просто играет свою роль, и ничего большего. — Ладно, мы немного в шоке, — сказал Диего, вставая с места. — Но, всё-таки, мы ещё не решили, как быть с апокалипсисом. — Никто из нас не должен быть здесь, верно? — аккуратно заговорила Ваня. — Просто… что если это мы? Никто ничего не сделал, что сломало бы хронологию? Блаженная, абсолютно не присущая нашей семье тишина… — Диего преследовал Ли Харви Освальда, — коротко выдал Лютер. — А ты работаешь на Джека Руби! — А Эллисон очень активно участвовала в местной политике, — бросил Клаус. — А ты вообще создал секту, — как бы между прочим заметила Слух. — Ну, а я просто няня на ферме. Я не имею к этому никакого отношения. Свои грешки лучше не рассказывать. — А ты, Алекс? — обратилась ко мне Ваня. Вот чёрт. — Ты сделала что-нибудь, что поменяло бы ход событий? — Ну… как вам сказать. — Я выдохнула. — Несколько дней назад слетала на Луну, тем самым привлекла внимание местных федеральных органов. Это были совсем не они, но всё же меня заметили. — На Луну? — переспросила Эллисон. — Зачем она тебе нужна была? Сейчас упадут, если скажу, зачем. — Мы наполовину инопланетяне, — легко ответила я и, чтобы не услышать возражений в ответ, тут же продолжила: — Поверьте, я знаю, как это звучит. Но это правда. — Я попыталась как ни в чём не бывало посмотреть на школьника. — Будь добр, включи запись отца. К моему удивлению, тот исполнил просьбу без лишних слов. Прошла минута, две. Запись закончилась, а лица братьев и сестёр вытянулись пуще прежнего. — Господи… — Сеанс жалобно взвыл, прикрыв глаза руками. — Ужас, ужас, какой ужас! Это что получается? Мы в этой вселенной не одни? — Даже не представляешь, насколько, — пробубнила я себе под нос. Нет, об этом им лучше рассказать попозже. Иначе они просто сойдут с ума от передозировки информации. — Что мы должны теперь делать? — осведомилась Эллисон. — Погодите, я не совсем… — начала Ваня, но была тут же оборвана Лютером: — Почему вы не сказали об этом ещё вчера? — Охренеть… И тут начался всеобщий гул, разобрать который было просто невозможно. И впервые за несколько часов я была благодарна Пятому за то, что тот сумел остановить этот безумный спор: — Послушайте. — Парень говорил медленно, чётко проговаривая каждое слово. — Я не знаю, связано ли как-то всё, что мы пережили здесь, с тем, что происходит сейчас. Я не знаю, есть ли всему этому причина. — Он обвёл каждого взглядом. Даже меня. — Но папа знает. И мы должны поговорить с ним, пока всему не пришёл конец. Три… два… один… — Так, всё. — Лютер мигом поднялся с места и зашагал к лестнице. — Я пас. — Ты хоть слышал, что я сказал? — раздражённо проговорил юноша. — Да, слышал… как пятидесяти восьмилетний мужик хочет, чтобы его папуля пришёл и всё наладил. Ну, на меня не рассчитывай. Пора бы тебе повзрослеть. И, с гордо поднятой головой, Космобой пошёл прочь. А за ним Диего и Пятый. Безумное трио, конечно. — Вот мы и остались одни, — уныло произнёс Клаус, подперев рукой щеку. — Знаете, я сейчас с удовольствием сходил бы за едой. Эллисон, тако? — Может, подождём? — Ты же знаешь, у них на выяснение отношений может уйти целая вечность. Ваня, тако? — А возможно ли, что тако вызовет конец света? — Сейчас-то мы и выясним. Алекс, тако? — Не откажусь. За весь день только одно вино выпила. — Вино? И без меня? — Найди мы тебя вчера, я бы и с тобой выпила. А так пришлось пить с Пятым. — Я усмехнулась. — Ну что, идём? Только подождите, накину на себя что-нибудь. Иначе люди не поймут мой внешний вид.

***

Салон, в котором работала Эллисон, был совершенно пуст в этот день: ни посетителей, ни самих сотрудников. И это, конечно, не могло не радовать. — И я ему говорю: «нет, Рэй, ты знаешь, кто я такая. Просто ты этого не выдерживаешь». Я же защищаю его! — От чего же? — встрял Клаус. — От конца света. Например. — Неужели всё закончится через шесть дней? — тихо проговорила Ваня, а я невольно улыбнулась, вспомнив, что в первый раз и меня волновал тот же самый вопрос. — Ну, в прошлый раз так и было, — отозвалась Слух. — И, что бы Пятый не придумал, план всё равно не срабатывал. — Правда было бы странно, если бы Пятый вырос красавцем? — внезапно подметил Сеанс. — Странно же, да? Вот блин, сигары кончились. Есть у кого-нибудь? — Ты серьёзно? — Эллисон изогнула бровь, а я в это время спокойно протянула брату открытую пачку сигарет. — Алекс, ты?.. — Курю, — проронила смешок я. — Неожиданно, правда? — Ну, вообще-то я тоже немного курю, — призналась Ваня. — Когда прямо совсем плохо становится. — О, так мы теперь близняшки! — воскликнула я и протянула ей ладонь. — Дай пять. — Алекс, ну ты просто!.. — возгласил Четвёртый, не зная, какими словами закончить предложение. — Странно, что никто из наших не обратил внимание на то, какая ты стала сексу… — Клаус. — Эллисон покачала головой. — Ой-ой-ой, можно подумать! — обиженно фыркнул тот. — Мисс «Лютер-был-моей-любовью». — Мы даже не целовались ни разу! — Да, вот только вы постоянно строили друг другу глазки за завтраком, обедом… и так далее. — Подождите, а разве мы не братья и сестры? — спросила Ваня, недоуменно покосившись на нас. — Технически… — Технически, — передразнил Клаус. — Эллисон, если ты говоришь «технически», — значит, у тебя уже проблемы. Ну вот кто здесь шарит, что такое отношения? Она? — Он указал на Номер Семь. — У неё тайная любовь с какой-то мамочкой… — Её зовут Сиси. — …что, конечно, прогресс, по сравнению с её прошлым бойфрендом-серийным убийцей. А я тем временем молча вздыхаю по солдату, которого ещё не встретил; а Лютер… до сих пор сохнет по сестре. — Ещё раз повторяю: мы не кровные родственники! — Признайте, — продолжил Сеанс, — самые здоровые отношения в нашей семье были у Пятого с тем манекеном… как её там звали… — Долорес, — подсказала я. — О, точно, Долорес. И… а ну-ка стоп! — Клаус остановил на мне взгляд и вытянул руку перед собой. — Мне показалось, или у тебя во взгляде что-то промелькнуло, м? Я промолчала. — У вас с Пятым что-то есть? А! Вы встречаетесь! Уже тра… — Нет, Клаус! — возмущённо прикрикнула я и, с усталым стоном, откинулась на спинку кресла. Не думала, что наш разговор дойдёт и до этого. И как я работала в Комиссии? Из меня же конспиратор, как из Лютера — романтик. — А, значит, всё-таки встречаетесь! Это уже интересно. — Номер Четыре ухмыльнулся и придвинулся поближе. — Чего… — шокировано выдала Ваня. — Это что, правда? — Алекс, ты серьёзно? — влилась в разговор Слух. — Как это вообще произошло? Три пары глаз очень уж заинтересованно уставились на меня. Видимо, этого не избежать. — Ну, — начала я, сев в позу лотоса, — пару дней назад Пятый поцеловал меня… — Юху-у! Выпьем же за… — …а сегодня ночью сказал, что играл моими чувствами. — Оу, значит, пить уже не за что. — Играл? — недоуменно повторила Эллисон. — Ты уверена, что Пятый именно это и сказал? — Ну, не прям это, но смысл был точно такой же. — Не думаю, что он способен на подобное, — задумчиво произнесла Седьмая. — Нет, может, я что-то пропустила и многого не знаю… — Согласен, — неожиданно выдал братец, заставив меня изумлённо вскинуть брови. — Старик, конечно, немного того. Провёл сорок пять лет в полном одиночестве, пять лет проработал киллером — типа, кто от этого не свихнётся? Возможно, у него была причина на то, чтобы сказать такое. — Какая причина, Клаус? — вымученно поинтересовалась я. — Ты сам сказал, что он немного того. Это уже значит что-то. Ему было просто необходимо поиздеваться над кем-то, потому что такое поведение у него в буквальном смысле заложено в ДНК. Нет, ну я тоже дура. Зачем я повелась на это? Зачем так легко доверилась ему? — Эй-эй, — Клаус встал со стула и на корточках придвинулся, взяв мои ладони в свои, — не нужно себя в этом винить, ладно? Ты не могла знать, что всё так обернется. Просто, когда… — …будет время, поговорить с ним? — прыснула я. — Именно! Старик-то толковый. На крайний случай, можешь просто плюнуть на него. Последнее, обычно, срабатывает лучше. Ну, не будем грустить, хорошо? — Он вытер мою подступившую слезу большим пальцем. — Эллисон, врубай музыку. Сейчас оторвемся по полной.