Гарри Поттер и Армия Тревора

      Если бы не в очередной раз подновленная кровать в предбаннике блэковских подвалов, Фред и Джордж застали бы Гарри и Гермиону не выспавшимися, а мисс Грейнджер — еще и зареванной. А так выглядели они вполне пристойно.       — Нормально, — усмехнулся Фред, когда они обменялись рукопожатиями. — Сдали. Вроде как почти все проходные, и даже несколько «Превосходно» должно обломиться.       — Только… – потупился Джордж. — Только, Гаррикинс… Мы маме рассказали. Сам знаешь, ей сейчас и без того плохо, так что…       — И что она? — заинтересованно спросил Гарри.       — Обрадовалась. И даже улыбнулась, — ответил Фред. — Она просто не могла подумать, что после всего трех СОВ мы сможем получить столько ЖАБА.       — Она обещала никому ничего не говорить, — продолжил Джордж. — Думаю, она была бы не против, если бы мы вообще не возвращались в Хогвартс…       — Но, во-первых, мы получим наши сертификаты только через месяц или вроде того…       — А, во-вторых, будет неплохо, если мы в оставшееся время хотя бы немного приглядим за добродетелью Джинни и Роникинса.       — Ну, а про наши незавершенные дела мы ей не рассказывали.       — Хорошо, — кивнул Гарри. — Тогда давайте начнем с главного дела. С Тома.       — Я думал, ты про Амбридж, — почесал затылок Фред.       — Вот поэтому ты из нас двоих красивый, а умный — я, — усмехнулся Джордж. — Амбридж уже на кончиках пальцев висит, вместе с Фаджем.       — Это тоже проблема, — не поддержал оптимизм рыжего Гарри. — Кто знает, что она может от отчаяния выкинуть… так что бережемся. А что касается Тома…       Он вкратце рассказал близнецам о Пророчестве и о своих видениях, не упоминая ни некоторых (в частности, Снейпа) имен, ни своего с Гермионой визита в Зал Пророчеств.       — Таким образом, у Тома два пути. Либо заявиться в Министерство и взять Пророчество самому, раз уж его подручные до него даже дотронуться не могут, либо заманить меня туда и заставить снять его с полки.       — Причем времени у него остается все меньше, — добавила Гермиона. — После оправдания Сириуса… Ну, Гарри теперь может просто уехать во Францию к своему крестному, и он уже немного напугал Дамблдора таким вариантом. Думаю, и Том это тоже понимает. То есть, если он не хочет объявить о своем возвращении, ему надо вытащить Гарри в Отдел Тайн до конца учебного года.       — Он меня к этому пророчеству теми самыми снами заманивает, про которые я говорил, — пояснил Гарри, — а я все не ведусь и не ведусь. А значит, что? Значит, он должен будет сделать то, что заставит меня все-таки прийти в Министерство, в тот самый зал. И Гермиона еще на первом курсе предположила, что это могут быть…       — Заложники? — прищурился Джордж. — Мы, знаешь ли, не упустили возможность посетить пару маггловских видимосалонов, пока были за Каналом, так что знаем, что это такое.       — Угу, — кивнул Гарри, — понятно, что первый кандидат — это Гермиона, но, если Тому не удастся до нее дотянуться… Вдруг они Джинни возьмут? Или еще кого, совсем левого?       — Насколько мы успели изучить тебя, маленький братец…       — Ты предпочтешь сделать так, чтобы Том взял в эти самые заложники того, кого нужно и тогда, когда нужно, причем нужно именно тебе, а не ему, так?       — Да, — ответил юноша. — А как иначе-то? Однако… есть нюанс. Нам нужен план, но… — он вздохнул. — Но я этот план знать не должен. До самого конца, в смысле, до того момента, когда мне все-таки придется идти в Министерство. Да и тогда тоже, по уму-то.       — Почему? — спросил Фред.       — Снейп, — глазом не моргнув, соврал Гарри. — Он роется у меня в голове, на этих дополнительных занятиях, а мы точно знаем, что он часто посещает своего хозяина.       — Вот как… — задумался Джордж.       — Гермиона владеет всей информацией, — сказал Гарри. — Она ж наш начальник штаба. В том числе она знает и то, что мне не положено знать — ну я это, соответственно, и не знаю. И я доверяю ей на все двести процентов… Ну и вам на сто девяносто девять.       — Оставшийся процентик — это…       — Это «вряд ли я возьму из ваших рук конфетку или что-то вроде того», — ухмыльнулся Гарри. — Но вот если речь идет о доброй шутке над Томми…       — Ну… на этот раз заколдованных снежков будет маловато, — почесал затылок Фред. — Ладно, маленький братец, иди поделай уроки, что ли…       — Если хотите, можете привлечь Бродягу, — предложил Гарри, поднимаясь с диванчика; рука Гермионы скользнула по его предплечью. — Правда, он пока дрыхнет, вчера он немного перебрал огневиски… Но, думаю, через час или вроде того он спустится.       — Мистера Блэка нужно привлечь обязательно, — согласилась Гермиона. — На каникулах он рассказал нам и Леди Августе довольно смешную историю о нестандартном применении Оборотного Зелья, — близнецы навострили ушки, — и, полагаю, в сочетании с вашими прошлогодними исследованиями оно может быть нам полезным…       — Сколько у нас времени? — прищурился Джордж.       — До вечера. Обсуждать что-то не под защитой «Фиделиуса»…       — …НЕБЕЗОПАСНО!       — Все, Гаррикинс, вали зубрить. Времени мало, так что нам стоит поторопиться, — заключил Фред. — Гермиона, а это нестандартное применение…

***

      Как и ожидал Гарри, забрать их камином Дамблдор не рискнул. Впрочем, поскольку он и Гермиона были вызваны в Лондон по решению Визенгамота, обратное путешествие тоже должен был обеспечить Констебль. Фред и Джордж аппарировали в Хогсмид, к «Сладкому Королевству», а Гарри и Гермиона спустились вслед за Сириусом в подвал.       Разумеется, Гарри хотел бы знать, о чем договорились эти четверо, но возможный интерес Тома к тому же самому вопросу был намного важнее.       И все равно, юноша снова чувствовал себя десятилетним, когда он всего лишь исполнял хитроумные планы старушек и старичков, не всегда зная подробности Операций, но безоговорочно доверяя учителям. Тогда это было для него совершенно естественным, но теперь… Теперь это было непривычным и даже пугающим. Причем боялся он вовсе не за себя, ему ужасно захотелось быть уверенным в том, что никто — у этого «никто», разумеется, было имя, но он не хотел называть его даже в мыслях — не полезет в лапы к Тому. Раз за разом ему хотелось заорать: «Хватит! Я хочу знать, как именно…» – и его останавливало только то…       — Стой, — приказала Гермиона, и они замерли. — Сириус, «Фиделиус» здесь еще действует? — спросила она.       — Да, — немного удивленным тоном ответил Блэк. — Он закачивается вон у той бочки с красной отметкой.       — Гарри Джеймс Поттер. Я надеюсь, ты все еще веришь мне? И в меня тоже? Отлично. Так вот. Мы не собираемся напрасно рисковать никем из тех, кем ты не стал бы рисковать сам. И тобой, сверх абсолютно необходимого, тоже, хотя уж собой-то ты… Мы умные. И мы, в отличие от Тома, работаем вместе, понял? Ты помнишь, что ты говорил нам тогда, после вечера на корабле Дурмштранга и отработки следующим утром?       — Помню, — ответил Гарри: ну да, он всегда старался работать с друзьями так, чтобы, случись что, они могли довести Операцию до конца сами.       А вот теперь все повернулось неожиданной стороной.       — Мы — не марионетки. Ни твои, ни Директора, ни чьи-нибудь еще. Мы — все вместе — думаем, планируем, готовимся и будем драться — так, как ты нас учил. И в этом не только наша, но и твоя сила.       Почему-то Гермиона выделила два последних слова — слегка, почти незаметно, но обостренным чувствам Гарри этого хватило.       — Понял? — спросила она.       — Понял, — усмехнулся он. — Ну… Пошли, в общем. Я не собираюсь ничего спрашивать и обязуюсь подчиняться приказам. И я это умею, — добавил он, немного подумав.       — Лучше бы тебе не забывать этого умения, — буркнула мисс Грейнджер, а Сириус издал ехидный лающий смешок.       Они прошли остаток пути, и Сириус, повозившись с замком, открыл врезанную в широченные ворота дверь. Остро пахнуло грязной водой и гниющей рыбой. У причала, удерживаемый толстыми канатами, стоял небольшой, футов полтораста длиной, пароходик — чистенький, аккуратненький и, несмотря на скромные размеры, весьма представительного вида. Чем-то он неуловимо напоминал «Хогвартс-Экспресс».       — Мисс Грейнджер, мистер Поттер, добро пожаловать на борт «Кенны»! — услышали они голос старика МакМиллана; он ждал их у переброшенных на причал сходен в полном облачении Констебля. — Итак, Сириус?       — Как и договаривались, — усмехнулся тот, — я должен закончить учебный год в Андорре — и начинаем.       — Приятно слышать, — осклабился МакМиллан. — А то моя малышка уже застоялась.       Сириус обнял Гарри и Гермиону, а потом отступил на шаг. Юноша и девушка поднялись по сходням. Из высокой старомодной трубы пароходика курился легкий дымок. При этом никаких следов угольной пыли ни на самой трубе, ни на палубе не было. Видимо, колдуны клана МакМиллан изрядно потрудились над посудиной.       — Давай, Джейк! — крикнул Констебль в сторону рубки.       Пароходик издал длинный гудок, дым повалил гуще, канаты и сходни сами собой заползли на палубу, и похожий на игрушку кораблик отвалил от причала. Сириус помахал рукой и скрылся за воротами.       — Отойдем немного, — усмехнулся МакМиллан. — Если кто-нибудь слишком прыткий задумает отследить портключ, ему придется искупаться, а водичка в Темзе в апреле не так чтобы слишком теплая.       Гарри сделал себе очередную заметку: не зря он всегда выбирал в качестве начальных и конечных точек аппарации защищенные места, ой не зря… Судя по задумчивому взгляду, Гермиона тоже сделала выводы.       — Думаю, достаточно, — сказал владелец «Кенны», когда пароходик отошел на добрых полмили; он достал из споррана ту же самую цепь, которая вчерашним утром перенесла их в Министерство. — Мисс Грейнджер, мистер Поттер, прошу! «Правосудие Свершилось!» — торжественно заявил он, и их троих вновь скрутило и потащило вдаль.       Им даже не пришлось стучать в ворота: на полянке рядом с ними их уже ждали директор Хогвартса и вооруженный арбалетом Хагрид.       — Чародей Дамблдор, — церемонно поклонился МакМиллан, — уведомляю Вас, что студенты Хогвартса Гарри Джеймс Поттер и Гермиона Джин Грейнджер оказали Высокому Суду Визенгамота услугу, способствуя торжеству Закона и Справедливости…       «…Причем одновременно, что бывает не всегда», — подумала Гермиона, и Гарри, так же мысленно, хмыкнул.       — …И, по поручению Верховного Чародея, я возвращаю сих отроков в их Дом! — закончил шотландец.       — Благодарю Вас за заботу о моих студентах, Констебль, — столь же церемонно ответил директор. — А теперь, Дункан, когда твои официальные обязанности исполнены — не желаешь ли стаканчик?       — Ты еще лимонную дольку мне предложи, Альбус, — хохотнул враз растерявший официальность и напыщенность МакМиллан. — Конечно, желаю. И чего это всего один стаканчик-то?       — Может, и не один, — усмехнулся в усы Дамблдор. — Давай проводим мистера Поттера и мисс Грейнджер до входа в замок… Мистер Хагрид, говорят, недавно закоптил пару снежных куропаток…       — Ну, так это… — немного обеспокоенно прогудел великан, щеголяющий, как заметил Гарри, довольно свежим фингалом под левым глазом. — Понятно дело, что-то у меня да найдется! И вовсе не пара, а как раз наоборот! Да только…       Он явно чувствовал себя неуютно и уж точно не был в восторге от возможности принять в своей хижине гостей, но и перечить Дамблдору не решался. Глаза Директора слегка блеснули.       — Ну что ж, тогда прошу ко мне в кабинет, — сказал он. — Мне послать за куропатками эльфа, Рубеус?       — Дык, в общем, ну, я того, сам принесу, — растерялся лесничий и быстро удалился в сторону собственной хижины.       Дамблдор и МакМиллан вместе со школьниками направились к замку, и юноша понял, что сейчас шотландца ждет довольно интенсивный, с применением как минимум поверхностной легилименции, допрос, замаскированный под дружескую попойку, но это уже не грозило ни Гарри, ни Сириусу никакими неприятностями: дело было сделано.

***

      Амбридж появилась в Хогвартсе лишь за завтраком в понедельник, и выглядела она не лучше, чем бедолага Малфой-старший после показательной экзекуции за провал в деле Блэка. Наблюдавший эту экзекуцию в позавчерашнем кошмаре Гарри подозревал, что причина не слишком хорошего настроения Жабы была ровно той же.       Разумеется, вряд ли Фадж, подобно Тому, использовал для наказания Генерального Инквизитора «Круциатус», но пожилые леди и джентльмены, особенно служившие в полиции, говорили, что бюрократическая структура способна на такие утонченные издевательства, что обычные (и даже, похоже, волшебные) пытки перед ними меркнут. Гарри надеялся, что они шутили.       Как бы то ни было, на лице Жабы застыла мрачная решимость привести реальное состояние дел в хотя бы приблизительное соответствие с теми бравурными рапортами, которыми она кормила Фаджа с осени. Гарри понял, что остановить ее сейчас можно только пулей в лоб, причем, возможно, одной не хватит. С другой стороны, теперь ее самообливиэйт перед портретом милого ее сердцу Гели Гриндевальда будет выглядеть намного естественнее. Единственное — следовало дождаться ночи, когда патрулировать коридор будут не префекты Гриффиндора. Ну, а сегодня вечером, как обычно по понедельникам, его ждал Снейп.       Оправдание злейшего (после, разумеется, покойного отца Гарри) школьного врага тоже подействовало на зельевара не лучшим образом: он так яростно стряхивал свои воспоминания в чашу Омута Памяти, как будто хотел избавиться от них навсегда. Гарри подумал, что сегодня вместо привычной тонкости и прокрадывания в его воспоминания «на мягких лапах» его ожидает яростный натиск — и, что характерно, не ошибся.       — Снова самонадеянность, Поттер? — тяжело дыша, вопросил Снейп после очередной незримой схватки; на этот раз Гарри пришлось применить целую серию заклинаний, чтобы выбить зельевара из собственных воспоминаний. — Вам следует не кичиться своими так называемыми победами, а вспомнить о том, что Лорд хозяйничает в Вашей голове настолько свободно, что даже боггарт улавливает его страхи!       Гарри замер, пораженный внезапной догадкой.       — Наконец-то до Вас дошло? — издевательским тоном спросил Снейп. — Оказывается, Вы не слишком уступаете в интеллекте горному барану, кто бы мог подумать!       — Э-э-э… Да, сэр. Дошло, сэр. Жаль, что поздно, сэр. Спасибо.       Ему надо было обдумать… Да, такая операция вполне возможна, а уж насколько она может быть важна… И еще следовало ни в коем случае не спалиться при этом обдумывании. Или, может быть, просто поговорить с Дамблдором? В любом случае, у него есть время для следующего «дополнительного занятия», а за это время…       — Свободны, Поттер, — зельевар опустил палочку к Омуту Памяти и начал подцеплять ею белесые нити воспоминаний.       Интересно, что же он все-таки там прячет — настолько демонстративно, на самом виду?       — Спасибо, сэр, — Гарри надел посеребренные очки и испытал серьезное облегчение: шанс засветить перед Снейпом свежерожденную идею прямо здесь и сейчас заметно снизился.       Он вышел в коридор, отошел на полсотни шагов и сел, прислонившись горячим затылком к стылым камням. Это действительно может все изменить, и тогда…       — Устал, Гарри? — услышал он голос Чжоу Чанг. — Или что-то случилось?       — Привет, — он поднялся. — Все хорошо, Чжоу. Просто сидел и думал.       — …Задумался и досидел до комендантского часа? — спросила китаянка. — Ладно, чего уж там. Пойдем, провожу тебя до вашей башни. Тебе повезло, что сегодня не Слизерин дежурит.       — Спасибо, Чжоу, — искренне поблагодарил девушку Гарри. — А сама как?       Чжоу улыбнулась.       — Пойдем, — внезапно сказала она, открывая дверь в пустой по ночному времени класс. — Покажу тебе, как!       Гарри напрягся.       — У меня… У меня получилось, Гарри! — восторженным шепотом воскликнула девушка. — Гляди! «ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!»       Серебристый лебедь вылетел из кончика ее палочки и взмыл под потолок.       — Вау! — искренне восхитился Гарри. — Это… это действительно круто, Чжоу!       Насколько он помнил, про лебедей ходили какие-то легенды относительно их верности и всего такого… И если Патронус, как и анимагическая форма, отражает суть волшебника, то Седрик… Седрик просто идиот.       — Слушай, реально очень круто! — сказал он. — Ты, похоже, все каникулы тренировалась?       — Ну да, — усмехнулась Чжоу. — Почему-то считается, что трудолюбие — удел хаффов, но уверяю тебя…       Гарри вспомнилось, что почти то же самое говорила на его втором курсе Пенни Клируотер, и ему стало немного грустно.       — И… спасибо, — улыбнулась она; Гарри заметил в ее глазах слезы. — Если бы не ты…       — Я НЕ ВИНОВАТ!!! — громко крикнул Гарри, Чжоу отшатнулась. — Я на дополнительном занятии у профессора Снейпа был, а сюда зашел…       — Кхе-кхе, — услышали они мерзкий голос. — Что здесь происходит, дети?       — Я правда не виноват, профессор! — быстро затараторил Гарри. — Я занимался с профессором Снейпом, очень долго занимался, потом зашел сюда, чтобы отдохнуть, а она меня тут поймала. Но я же задержался из-за…       — Разумеется, у Вас есть соответствующая записка, мистер Поттер? — выпучила глазенки Жаба. — Так покажите же ее мне!       — Нет, мадам, — вздохнул Гарри. — Профессор Снейп — он никогда…       — То есть, Вы нарушили комендантский час, не имея извиняющих это нарушение документов? Это печально, — притворно огорчилась Амбридж. — Итак… Вы уже сняли с мистера Поттера баллы, мисс Чанг?       — Не успела, мадам! — Чжоу уже пришла в себя.       — Напрасно, — поджала губы Амбридж. — И скажите, дети, что это за сияние я заметила под дверью?       — Я… Я пытался спрятаться, мадам! Но заклинание… заклинание сработало не так, и…       — Еще и колдовство во внеурочное время, — довольно кивнула Жаба. — Вашу палочку, мистер Поттер!       — Да, мадам! — Гарри протянул Жабе свою остролистовую палочку.       — Вы получите ее завтра у своего декана, мистер Поттер. А сейчас… Пятьдесят баллов с Гриффиндора и отработка… отработка с мистером Филчем, Поттер, на весь завтрашний вечер.       — Да, мадам!       — Теперь Вы, мисс Чанг. За несвоевременное принятие мер по отношению к нарушителю я снимаю с Вас десять баллов, и я поговорю с профессором Флитвиком, насколько Вы вообще годитесь на роль префекта. Продолжайте патрулирование, мисс Чанг. Я сама сопровожу мистера Поттера. Ну? Чего Вы ждете, мисс Чанг? ВОН!       Чанг, нерешительно и виновато улыбнувшись, выскользнула за дверь.       — Мистер Поттер, — сладеньким, не предвещающим ничего хорошего, голоском обратилась к юноше Жаба. — Вы, вместе с Вашим преступником-крестным, полагаю, считаете себя самыми хитрыми?        — Никак нет, мадам! — отрапортовал Придурковатый Гарри. — Осмелюсь доложить, профессор Снейп считает, что я ненамного умнее тупоголового горного барана, мадам Генеральный Инквизитор, мэм!       — Не придуривайтесь, Поттер! — рявкнула Жаба, делая шаг вперед и вынуждая Гарри отступить. — Я не могу этого доказать, ПОКА не могу, но я точно знаю, что Вы находитесь в самом центре заговора Дамблдора! И я обязательно добьюсь, — еще один шаг, — Вашего, — еще шаг — и Гарри начало тошнить от смеси приторных духов и пота, обтянутые розовой кофточкой буфера Жабы почти коснулись его груди, — ИСКЛЮЧЕ…       — Ах, Долорес, — услышали они голос МакГонагалл; мадам Амбридж подскочила — к сожалению, на месте, не отдалившись от Гарри ни на дюйм. — Не Вы ли недавно говорили о падении нравов и неподобающем поведении, царящем в школе? А сейчас Вы зажали в угол очередного мальчика и, на мой взгляд, Вы находитесь значительно ближе к нему, чем позволяют приличия!       — Вы ничего не докажете, Минерва! — рявкнула Амбридж, наконец-то отпрыгивая на пару ярдов от Гарри, причем совершенно по-жабьи.       — Мне казалось, Долорес, что журналисты обычно не утруждают себя поиском доказательств, не правда ли? — фыркнула МакКошка. — Думаю, Амос Диггори, Даррен МакЛагген, да и, пожалуй, что и Гай Уоррингтон тоже, могут обойтись и без них…       — Да как Вы смеете! — взвизгнула Амбридж: судя по всему, она не привыкла находиться по эту сторону шантажа.       — О, при чем тут я? — удивилась МакГонагалл. — Вы же знаете эту прессу и сколько неприятностей она доставила, например, Директору… Вы можете идти, мистер Поттер, — обратилась она к Гарри. — И возьмите Вашу палочку.       Гарри выдернул свою палочку из ладони Амбридж и предпринял стремительное тактическое отступление.       — Вы об этом пожалеете, Минерва, — услышал он кваканье Жабы.       — Возможно, — холодно ответила МакГонагалл, — но в последние годы… и особенно в последний год, у меня и так масса поводов для сожалений. Не думаю, что Вы можете радикально изменить это, Долорес. Разве что…       Что это за «разве что», Гарри уже не расслышал. Но догадывался.

***

      Собрать Клуб Тревора на очередное заседание удалось только в четверг, да и то прийти на него смогли не все: тренировка сборной Рэйвенкло перед действительно важным матчем была сочтена убедительной причиной для неявки на заседание и нового состава команды, и наставников из состава прежнего. Присутствовала только Луна, которая на тренировках по каким-то своим странным соображениям не светилась, и вокруг которой Лаванда и сестренки Патил яростно поддерживали (главным образом, перед слизеринцами) ореол загадочности.       Гарри, по-прежнему выставляя на первый план Маленького Лесли, расхаживал между отрабатывающими нападение и защиту в паре школьниками. Мисс Грейнджер в углу что-то перечитывала, временами презрительно хмуря брови (должно быть, догадался Гарри, это был учебник по Предсказаниям) и время от времени делая пометки в блокноте.       Внезапно Гарри замер и рефлекторно обнажил палочку: комната вокруг была незнакомой, да и что тут делали все эти студенты, как, впрочем, и он сам тоже, было ему совершенно непонятно… Попный мозг немедленно подсказал ему, что, во-первых, все эти люди собрались здесь для какого-то очень важного дела, а во-вторых, только что, вот сейчас, произошло что-то плохое, и лучше бы ему даже не стараться запомнить присутствующих.       — Гарри, — обеспокоенно обратилась к нему Джинни, — ГАРРИ! Ты что… ГЕРМИОНА, МАТЬ ТВОЮ, КУДА ТЫ СМОТРИШЬ! КРАСНЫЙ КОД!       — Ай! — воскликнула пораженная жалящим заклинанием мисс Грейнджер. — Я…       Она перелистнула несколько страниц учебника, вгляделась во что-то, как показалось Гарри, вложенное между страницами…       — ТРЕВОГА! — взвизгнула она и быстро-быстро, как обычно в волнении, затараторила: — Группа слизеринцев, пять человек, во главе с Уорингтоном, поднимаются по северной лестнице! Филч и Миссис Норрис с ними! Еще шестеро, с Малфоем и Паркинсон — по южной! Жаба бежит к южной! Чанг, сучка крашеная, у нее в кабинете вместе с Эджкомб!       — Слизерин! — взревел Невилл. — Быстро сюда!       Здоровяк рванул неприметную портьеру, распахнул узкую дверцу с ручкой в виде змеи и буквально вышвырнул двух девчонок и Тео Нотта в открывшийся за ней коридор.       — Министр Фадж, Перси и трое авроров подходят к замку, — под злющим взглядом Джинни проинформировала остальных Гермиона.       — Она действительно освоила Предсказания самостоятельно?! — пораженно спросила у Лаванды Падма Патил, указывая на обложку тома «Как развеять туман над будущим», в который уткнулась мисс Грейнджер. — Да еще и на таком уровне?!       Невилл и Терри Хиггс с трудом пропихнули Миллисент Буллстроуд в узенькую дверцу, и Терри, помахав остающимся ручкой, выскочил вслед за ней и захлопнул дверь за собой.       — Рэйвенкло! — скомандовал Невилл.       Семеро не входивших в квиддичную команду умников проскользнули в другую дверь, с орлом вместо змеи.       — Хаффлпафф!       Гарри стоял посреди зала столбиком и старался даже не моргать, чтобы ненароком не помешать работе непонятного ему, но явно работающего как часы механизма экстренной эвакуации.       — Гриффиндор! — продолжил Невилл. — Близнецы первыми, за ними младшие, я ухожу последним!       Когда зал практически опустел, Невилл подхватил Гарри и выпихнул его в украшенную львиной головой дверь вслед за остальными.       — В Общую Гостиную! — скомандовал он. — Учебник в зубы — и готовиться к СОВ, чтобы пар из ушей шел, как от Бодроперцового. Только не Слинкхарда бери, дурак, а то не поверят же!       Гарри и не подумал спорить: его друзья совершенно определенно знали, что делали, хотя Гермиона, судя по виноватому виду и по сердитому выражению лица что-то весьма решительно втирающей ей Джинни, и допустила какой-то (к счастью, очевидно, не фатальный) косяк.       И еще попный мозг подсказал ему, что очень скоро к ним в гостиную снова заявится Амбридж. И, возможно, вместе с Министром, да еще и при поддержке тех самых трех авроров.