Среди нас

— Я не виновата! — кричит Сайен, когда ее запирают в шлюзе — это единственная дверь, которую нельзя открыть изнутри. — Это Рэд, это наверняка он! Гэвин даже не отвечает, у него в глазах до сих пор красные пятна. Вместо него отвечает Рич. — Мы были втроем, — говорит он. — И что вы там делали втроем? — хмыкает Браун. Ее глаза следят за искаженным лицом Сайен через окошко шлюза, понять, о чем думает Браун — невозможно. — Занимались сексом, — отвечает Рич без секундного колебания, — трахались. Гэвин успевает заметить странный, почти настороженный взгляд, который на Рича бросает док Грин, но мысль тут же улетучивается, когда Сайен бьет кулаком в стекло. Стеклу наплевать, но что-то в Гэвине вздрагивает. Он просто хотел перекантоваться — найти работу, подзаработать, прийти в себя после Котерры… Он не хотел этого всего. Они обыскивают каюту Йеллоу. Они — это кэп Блу, сука Браун и док Грин. Перпл — Гэвин замечает — держится в стороне, и самого его Рич придерживает за плечо, не давая войти внутрь. Не то чтобы Гэвин особо рвался копаться в вещах мертвых людей. В каюте Йеллоу чисто и пусто, на койке валяется растрепанный плюшевый заяц, к столику прикреплена фотка девочки лет десяти в простой пластиковой рамке. Йеллоу никогда не говорила ни про каких девочек — наверняка это ее дочь или младшая сестра, — но Йеллоу вообще особо не болтала ни с кем. Или болтала? Гэвин не в курсе. Он и сам не рвался ни с кем дружить. Его мысли все время возвращаются к Котерре, и к голосу Коннора в темноте — низкому, настойчивому, будто то, что случилось с Гэвином, очень важно. Возможно, это важно. Возможно. Котерра… Гэвин хотел бы сказать, что мечтал бы забыть о ней, но на самом деле он мечтал бы вспомнить — вспомнить как следует, чтобы потом окончательно и с облегчением забыть. — Что это? — голос кэпа выводит его из размышлений. Гэвин только сейчас замечает, что голос Блу слегка заплетается и дрожит, а взгляд расфокусирован. На борту есть алкоголь, хотя сам Гэвин никогда его не пил, да и с собой кэп мог пронести немало, никто не следил за этим, всем плевать на сомнительный экипаж сомнительного корабля. Может, кэп решил бороться со стрессом по-своему. Это мерзко и понятно одновременно. Гэвин не прочь был бы на несколько минут отвлечься. От обыска, от Сайен, от трупов, от капитана, от Коннора с Ричем и своего влечения, от всего… В руках капитана небольшая коробка, и в ней всего несколько бумажек — кэп показывает их всем. Фотографии все той же девочки, внезапное фото Пинка — счастливое, улыбающееся. И распечатанная новость, «Информационное агентство Флавии», написано наверху. Новость о найденных трупах детей и взрослых в заброшенном доме, о зверских модификациях тел и экспериментах. Преступника, как утверждает новость, так и не нашли. У Гэвина в животе все сжимается. — Значит, Пинка тоже убила Сайен, — произносит капитан сурово. — Возможно, имеет отношение к этому, — он встряхивает распечаткой, та колышется в воздухе, — а Пинк и Йеллоу выследили ее… Никто не говорит про девочку. — Мы не можем обвинять ее только из-за этого, — подает голос Коннор. Он такой бледный, что Гэвин кусает губы. — Мы цивилизованные люди, — произносит Перпл в наступившей тишине. — Мы все обсудим и устроим голосование.