Королевство зеркал

pov Мальбонте

*

— Наконец-то? — Её голос дрогнул. Мои глаза опустились к её рукам, сминающим край платья. Я чувствовал, как сложно ей было признаться и, честно говоря, не пытался облегчить этот процесс, но и не давил, дал время. — Ты знаешь? — Снова спросила Виктория. Она хотела поговорить об этом, но у нас совсем не было времени. — Как давно? — Теперь её голос звучал твёрдо. Вина быстро обернулась обидой. Что ж, пусть так. Она давно терзала себя, пытаясь произнести те самые слова, а я знал, но намеренно сбивал её с курса. Мне никогда не хотелось всеобщей любви и уважения. Я знал, что сулит путь, на который я встал. Путь непонимания и непринятия. Кто хотел увидеть монстра — увидел. У меня не было цели убедить их в обратном. Может, поэтому я и не пытался показаться Виктории с той стороны, которую она бы смогла принять и полюбить. Увидев на её глазах крупные слёзы, мне захотелось стереть их, и я сделал шаг навстречу, но она отпрянула, будто… испугалась? Смотрела на меня со смесью обиды, раздражения и вины и вновь спросила: «как давно?» Я и не переставал следить за ней. Видел, как она сталкивалась в коридоре с Лилит и менялась в лице: становилась беспокойной, оглядывалась. Уходила в то же время, что и дьяволица. Мне докладывали о каждом её шаге, как и о том, чем занимались мои новые советники. У каждого были свои секреты, но их выбрали небеса, а значит заслужили один шанс. У Вики этих шансов было больше других, но она каждый раз принимала неверные решения, ища поддержки в ком угодно, кроме меня. Разве могла она довериться тому, из-за кого испытала сильнейшую боль? Перед глазами всплыли картинки, которые возвращались ко мне со дня нашей свадьбы. Для меня война была чем-то правильным, долгожданным и необходимым. Я получал удовольствие, побеждая в битвах. Каждая из них, словно маленький шаг к миру, который я видел, закрывая глаза по ночам. Но для девочки, потерявшей земную жизнь и нашедшей семью в новом мире, война уничтожила самое дорогое. Видение, как её друзей разрывали субантры, плотно засели в моей голове. Я и не представлял, что она могла испытать ту же боль, что и я, будучи ребёнком, у которого отняли родителей. Она рано потеряла мать, но та потеря не ранила её так, как это сделала битва у школы. Я прочувствовал всё, что испытала тогда она. И это задело то, чего, казалось, и не было у меня вовсе. Сердце. С того момента я часто ловил себя на мысли, что слушаю его биение, когда смотрю на Вики. Я протянул руку к влажным щекам девушки, и она вдруг закрыла глаза, позволив коснуться себя. В ночь нашей свадьбы она столкнулась с ещё одной потерей, которая изменила её. Именно в тот момент она перестала бороться со мной: заставляла себя ненавидеть, но уже не могла испытать этого по-настоящему. — Не так важно, как давно, — произнёс ровно, подойдя ближе. Я знал, что у Лилит свои планы, но хотел увидеть всех, кто задействован в них. Её задумка со свадьбой позабавила меня, и я подыграл. Привязать к себе девушку, хранящую часть моей силы показалось верным решением, хотя я не верил, что связь может окрепнуть и стать тем, чем являлась сейчас. — Ты обманывала меня. Знаешь, что я должен сделать с тобой за это? — Убить, — прошептала Вики. Я чувствовал её страх, но она боялась не смерти. Я знал все оттенки этого чувства, но этот был новым, незнакомым. — Да, но не буду. Мои слова не вызвали радости. Её мокрые глаза распахнулись, а губы задрожали. — Тебе всё равно? — Она произнесла это так, будто ей было физически больно. Снова волна страха. Боялась… моего равнодушия? Сложно было сдержать ухмылку. Вики, которая хотела меня убить. Непризнанная, ставшая олицетворением тех, кто ненавидел меня по слухам, не зная всей истории. Но я не хотел ей рассказывать, вызывая жалость. В какой-то момент мне стало интересно: сможет ли она понять? Ей «посчастливилось» увидеть убийство моих родителей. Не просто увидеть. Прочувствовать то, через что я прошёл. Я помню её слёзы. Но даже тогда она пыталась найти что-то, за что можно было дальше презирать меня. Думала, я возьму её силой в ночь нашей свадьбы. Считала, что я способен на это. Сложно винить её: я делал всё, чтобы она так думала. — Я не враг. Твои слова. — Произнёс резко. — И что же? Это так? Виктория поджала губы. Не отвечала, будто именно сейчас решила всё переосмыслить. Каждая секунда тишины вкручивала мне в голову гвозди. Я желал услышать её чёткий ответ. Она призналась в предательстве, больше не было смысла отрицать очевидные вещи. — Отвечай, — не вытерпел, повысив тон. Довела меня, не говоря ни слова. Она вздрогнула, но вместо страха в её глазах блеснула решимость. — Я не враг. — Она нервно разминала пальцы, словно не было ничего тяжелее, чем сказать это. — Как мне заслужить твоё доверие? Правильный вопрос. Я привык доверять только себе. — А что насчёт тебя? Доверяешь мне? Виктория снова поджала губы. Мой палец соскользнул с щеки на уголок её рта. Она отвлекала меня от того, чем я должен был заниматься и о чём думать. Ужин. — Ясно. Поговорим об этом после. — Я понял, что сейчас не услышу ответа и потянул её за собой, но её руки сжались у меня на ладони, пытаясь остановить. — Доверяю. — Послышался шёпот. Ещё один шаг, который, как я думал, она так и не сделает. — Что мне будет… — Снова заговорила Вики, смутившись. — Ты… накажешь меня? — Ты этого хочешь? — Что? — Возмутилась девушка, очаровательно нахмурившись. — Хочешь, чтобы я наказал тебя? Считаешь, что заслужила? Вики раскрыла рот, собираясь ответить, но я остановил её жестом руки. Ещё чуть-чуть и мы не выйдем из покоев. Этот разговор не терпит спешки, как и урок, который я собираюсь преподать ей. — Молчи. Не сейчас. Мы вышли в коридор и направились в большой столовый зал, давно готовый к вечерней трапезе. В коридорах не было ни души. Перед тем, как войти в помещение, в котором каждый второй желал моей смерти, я взял ладонь девушки в свою. Она всегда чувствовала себя некомфортно, показываясь на публике. Как непризнанной, ей было сложно принять титул и ту власть, которая свалилась ей на голову одномоментно. Я не ожидал многого, но хотел увидеть однажды прогресс. Почувствовав, как наши пальцы сплелись, она сделала глубокий вдох и замерла. Мы вошли, и мои глаза сразу же отметили отсутствие Лилит и Сайлин. Пустовало несколько мест, но большая часть приглашённых гостей пришла. Столы были усеяны едой, высокими бокалами и свечами, отбрасывающими тёплый свет на лица. Наши с Вики места отличались от других. Стулья были выше и мягче, и стояли в центре длинного дугообразного стола. Ужин начался, как только мы заняли наши места. Остальные последовали примеру. Я подозвал Ханта, заметив его мечущийся взгляд. — Мы не смогли найти Лилит, Ваше Величество, — прошептал демон, наклонившись ко мне. Помещение заполнилось лёгким шумом. У меня не было аппетита, лишь желание закончить всё как можно быстрее. На пороге появилась Сайлин, в руках которой был поднос. Она с улыбкой прошла внутрь, а когда избавилась от него, подошла ближе и поклонилась лично. Улыбка пропала с ярко накрашенного косметикой лица после звука захлопывающихся дверей. Их закрыли снаружи по моему приказу и связали магией, чтобы никто, кроме меня не открыл их раньше времени. Зак сидел неподалёку, но после знака, поданного Хантом, поднялся. Голоса стихли. — Где твоя сестра? — Спросил громко, чтобы все услышали. Она быстро всё поняла и замешкалась. — Я сама по себе. — Её ответ лишь подтвердил то, что я услышал от Зака ранее. Её история не была интересной. Сайлин всю жизнь находилась в тени старшей сестры, сбежала от родителей, чтобы не быть отданной замуж против воли, как было сделано с Лилит, заключала сделки с демонами, завладела некоторыми каналами-проходами в Ад. Он не всегда был открыт для посторонних. Когда-то он был таким же автономным, как и сейчас. — Тогда ты скажешь мне, зачем тебе нужна была смерть Ребекки? Вики напряглась, я почувствовал. Она делала вид, будто её матери никогда не существовало, даже не спрашивала, кто мог стоять за её убийством, но сейчас мои слова что-то задели в ней. Сайлин строила из себя дурочку. Зал погрузился в гробовую тишину. — Я не понимаю о чём вы, мой король, — мямлила девушка, очень правдоподобно отыгрывая образ испуганной овцы. Пришлось подняться, подойти к ней. Я не спрашивал разрешения, прежде чем войти в её сознание и, не церемонясь, перевернуть в её голове всё вверх дном. Я увидел всё, что мне требовалось: разговор с Лилит о плане, сделка, собственные цели, не связанные с сестрой, хладнокровное убийство Ребекки. Где-то там я услышал голос Вики. Перенёсся в их разговор на кухне. Быстро прослушав его, отпустил девушку. Та отшатнулась, схватившись за голову. Она больше не играла роль. — Назови имена всех, кто причастен к заговору. — Взамен на свободу, — напряженно произнесла девушка, чувствуя, как вокруг неё сжимались стены из тьмы. Они раздавят её, не оставив следа. Я и без неё всё узнал бы. Убить её сейчас было бы правильно, но я вовремя остановился и взглянул на Вики. Её руки стискивали подлокотники, а стеклянные глаза следили за нами. Никто в зале не посмел вмешиваться, все молчали, будто понимая, что выхода у них не было. — Виктория. — Я обошёл Сайлин и встал у неё за спиной, приглашая супругу подойти и давая возможность свершить правосудие лично. Удивился, когда она подорвалась с места и оказалась рядом. В её глазах не было боли, лишь злоба, так знакомая мне, и желание отомстить. — Я убила её не сразу, — подала голос дьяволица, усмехнувшись в лицо Вики. Её ждала неминуемая смерть, и ей хотелось побольнее укусить, пока есть такая возможность. Моя милая жена, что раньше противилась моей силе, позволила тьме завладеть собой. Я сжал плечи Сайлин, чтобы та не дёргалась, а Вики положила руку ей на грудь и медленно прорвала грудину, давя ногтями на кожу. Хрустели кости, Сайлин хрипела, но через несколько секунд и её сердце оказалось в руке Вики, вырванное и стиснутое окровавленными пальцами. Чёрные, заполненные до краёв тьмой глаза Вики глядели на сердце. Белок медленно возвращал свой привычный цвет, а вместе с тем к девушке приходило осознание того, что она сделала. Отбросив орган в сторону, её глаза нашли Люцифера, сидящего на своём месте с пустым взглядом. Он тоже участвовал в плане матери, хотя я мало понимал, сколько ему известно и с какой целью он вызвался служить мне. Началась вялое движение со стороны. Меня позабавили попытки некоторых сбежать. В закрытые двери бились трое демонов, которые были назначены главнокомандующими армиями, остальные советники мирно сидели на своих местах, чем удовлетворили меня. Я избавился от очевидных предателей и приступил к тем, кто вызывал меньше всего вопросов. Изучил сознание каждого находящегося здесь, оставив Люцифера на сладкое. Аграт хмыкнула, когда я закончил. У Нессы было встревоженное лицо. Она также помогала Лилит с её планом. Ангелы оказались чисты. Вики всё это время стояла у края стола и наблюдала за мной, ожидая очередного вырванного сердца. Их оказалось меньше, чем я рассчитывал. Стража выволокла Люцифера в центр. Он не сопротивлялся, позволяя себе смотреть на меня сверху вниз, будто тем самым говоря: «ты всё равно убьёшь меня». Стоило мне подойти к демону, как Вики оживилась и оказалась рядом. — Не убивай его, — попросила раньше, чем я ворвался в его сознание. — Он — предатель. Вики снова стиснула губы, а вместе с тем сжала кулаки, будто готовясь сражаться со мной. Я потратил несколько секунд, чтобы изучить сознание демона и усмехнулся, вновь услышав о пророчестве. Некоторые моменты заинтересовали меня. Люцифер пытался скрыть досаду из-за угрозы скорой смерти, но я видел, что скрывалось за маской наглости. Он не играл в те игры, что и Лилит. Удивительно. Я не стал убивать его и отправил в темницу. Он мог ещё пригодиться. Свечи потухли, зал опустел. Слуги занимались уборкой. Никто не шёл спать, получив поручения. Пока Зак и Вики сидели с детьми-полукровками, мне пришлось потратить всю ночь на поиски всех, кто пропал вместе с Лилит. Исследовав город вплоть до границы Цитадели, где мирно дожидался своей кончины Шепфа, я вернулся ни с чем уже под утро. Уставший и злой. Я был уверен, что Лилит была основной фигурой. Она не выглядела опасно, но это играло ей на руку. У неё была поддержка Ада, а сейчас и ключ от него. Он полностью изолирован от окружающих. Это всё нервировало. Я недооценил её. Она проложила себе путь, связывая ниточки. Вики, Сайлин, Люцифер, демоны, Ад, свадьба, Ребекка, её убийство. Я всё ещё размышлял над тем, чем она могла помешать им. И то пророчество… Я стоял в душе, смывая с себя грязь и пот, когда вспомнил об этом. Слова Люцифера Вики ночью в тренировочном зале. Вернувшись в покои, я остановил взгляд на спящей Уокер, завёрнутой в одеяло, словно в кокон и, накинув на плечи тяжёлый халат, вышел в коридор. Добрался до камер, где держали Люцифера. Это было то же место, где убили Ребекку. Вики рассказала об отце перед тем, как я улетел. И о том, что Лилит шантажировала её. У меня остались некоторые вопросы. — Прости, я тут пытаюсь поспать, — процедил демон, вытянув на земле ноги. Он сидел в углу тёмной камеры и смотрел в стену, думая о своём. — Где вы держите её отца? — Отца? — Вскинул брови Люцифер и поднялся. — Отца… кого? — Вики. Демон качнул головой, и я сразу понял, что он не был в курсе. — Сколько ты знаешь? Он снова уклонился, будто не хотел говорить об этом. Тогда я осознал. Всё выглядело так, будто он был частью плана, но на деле Лилит держала его от всего подальше. Скрывала все важные моменты, как и то, что именно о Вики говорилось в том идиотском пророчестве. Умолчала и о силе, которая была в ней, хотя уверен, знала всё с самого начала. Оставшийся день я занимался поиском тех, кто так или иначе был связан с Лилит, хотя мысли иногда отвлекали. Поручил Вики прочитать две книги о нижнем мироустройстве и истории адских врат. Она просидела в библиотеке до вечера. Я вернулся раньше и собрал совет. Аграт поделилась ситуацией в городе. Демоны, получившие силу Шепфа, устраивали беспорядки. Их становилось больше. Создатель собирал армию, не выходя из своей клетки. Времени становилось меньше. Завесу необходимо поднимать, но не раньше, чем с Шепфа будет покончено. Ожидая Вики в покоях, я чувствовал лёгкую нервозность. Мы так и не поговорили, будто до сих пор не нашли подходящего момента. Я пытался не ставить её на первый план и решать проблемы, касающиеся всех, а не нас двоих, но каждый раз мысленно возвращался к ней. Дверь открылась. Я почувствовал её волнение, будто она знала, что её ждало. Обернулся, чтобы убедиться, что её взгляд точно упал на кровать. Она замерла, не смея двинуться. Глаза испуганно скользили по ремню, лежащему у края постели. — Любимая, — произнёс, намереваясь напомнить, кто я и что она здесь делает. — Можешь посмотреть. Её фигура бесшумно подошла к кровати, руки приподняли предмет, завладевший её вниманием. Идеальный, широкий ремень из кожи с толстой пряжкой. Лив изготовила его по моему заказу, не задавая вопросов, хоть и знала, что ремни я никогда не носил. Она была напугана, но во взгляде проскальзывало что-то ещё. Любопытство? Она всё ещё считала, что это игра? Мне придётся убедить её в обратном. Я кивнул в сторону зеркала, отчего она сильнее сжала в руках ремень. Знала, что я не причиню настоящей боли, не посажу в темницу, не казню. Кажется, больше всего её пугало моё равнодушие, но что касается всего остального… ей нравилось, когда я испытывал её. Я первым вошёл в зеркало, зная, что она последует за мной. Так и случилось. Но стоило ей переместиться в нашу комнату, как её глаза забегали. Я немного освежил её, поставив кресло, маленький журнальный столик, перекрасив стены в тёплый оттенок красного, добавив декора. Превратил неприглядную комнату в уютную спальню. — Красиво, — прошептала Вики и хотела было сделать шаг, как я преградил ей дорогу. Подошёл в плотную, почти прижав её спиной к зеркалу и забрал из рук ремень. — Ты больше не будешь здесь ходить, — проговорил серьёзно, но до неё не дошёл смысл сказанного. — А как… — Открой рот. Я ещё не видел её настолько растерянной и покорной одновременно. Её губы раскрылись, и я заставил её взять ремень в зубы. Она не шевелилась, будто не могла этого делать без моей команды, и часто хлопала ресницами, не веря происходящему. — Новые правила. Здесь ты передвигаешься исключительно на коленях. Кажется, она всхлипнула. Я не разобрал, что значил звук, который она издала с ремнём в зубах. — Зеркало за твоей спиной. Ты можешь просто уйти. — Я знал, что могу оттолкнуть её, именно поэтому дал выбор, но она, кажется, уже всё решила. — Если ты не уйдёшь, то больше такой возможности не будет. И она сделала то, чего я не ожидал — опустилась на колени.