Последний знак

      На улице уже вечерело, когда им удалось спуститься к городу, расположившемуся у подножья горы. Солнце стремительно плыло к горизонту, окрашивая почти безоблачное небо золотом, а в воздухе пахло солью. Ветер с побережья дул прохладный и свежий, напитывая легкие и заставляя с удовольствием дышать морским запахом.       Пока Шисуи донимал местных расспросами о нужном им доме, Итачи осторожно распрямил свиток на руле, в очередной раз просматривая текст. Было в этом что-то до жути странное — читать древнюю легенду и отчетливо понимать, что она имеет самое что ни на есть прямое отношение к тебе. Для среднестатистического человека это всего лишь сказка, миф. Для Итачи, Шисуи и остальных им подобных, иероглифы на пожелтевшей бумаге складывались в исторические записи их жизни.       Итачи бережно касался пальцами скругленных краев свитка, чтобы не нарушить целостность хрупкой бумаги, и внутренне как будто ощущал странную связь с каждой нарисованной тушью черточкой. Они так долго жили, и никто из них даже не догадывался, для чего вообще оказался на земле. Никто не задавался вопросом, кто же они такие на самом деле. Почему он сам начал запоминать прошлые циклы только тогда, когда внезапно встретил Шисуи, а потом Саске?       Они знали о своих сущностях, но ни один из них не понимал, что для чего они им, ведь все, что они делали — жили… как самые обычные смертные. Периодически, перед сном Итачи спрашивал у самого себя «как и для чего мы вообще здесь оказались?», но никогда не находил ответа, кроме банального — быть символом приходящего года. Это угнетало, потому что всегда казалось, что этой причины недостаточно. И за неимением других, Итачи продолжал жить как человек. Когда отыскал свой свиток, то надеялся, что хоть немного приоткроет завесу тайны о себе и других, но и тут ждала неудача. Свиток оказался запечатан каким-то мощным заклинанием, открыть его и заглянуть внутрь не удавалось. Только и мог изучать древние символы на корешках, да короткие записи о том, кому принадлежит свиток.       Теперь же он понимал причину. Жадно поглощал взглядом текст и не мог насытиться информацией. Легенда рассказывала об их прошлом, том, когда они еще только зародились на свете, и с каждой строчкой у Итачи возникало еще больше вопросов. Было жаль, что вместе с этим преданием к нему не вернулась память забытых жизней.       — Долго будешь на него слюни пускать? — во внезапно открывшуюся пассажирскую дверь влетел Шисуи, плюхаясь в кресло так, что машину слегка качнуло.       — Да я просто… — в последний раз пробежавшись взглядом по тексту, Итачи осторожно свернул пергамент. — В шоке, если честно.       — Да, да, я уже понял, что тебя очень впечатлила история наших жизней, но давай сосредоточимся на настоящем — Итачи перевел на кузена удивленный взгляд. Обычно возвращать братьев к вопросам насущным было его прерогативой.       — А, то есть тебя совсем нет? — Итачи недоверчиво нахмурился, наблюдая за тем, как Шисуи шуршит фантиком, раскрывая непонятно откуда взявшуюся у него конфету, и закидывает леденец в рот. Еще одну карамельку протягивает ему. — Что это?       — Конфета, — пожимает плечами Шисуи и большим пальцем указывает в окно за своей спиной. — Милая женщина из того дома угостила.       Итачи наклонился чуть вперед к рулю, выглядывая из-за плеча Шисуи, и заметил, как на крыльце у входной двери стояла пожилая женщина и с улыбкой смотрела на них. А точнее на Шисуи, поскольку когда тот повернулся к ней лицом и, чмокнув собственные пальцы, с улыбкой отправил ей воздушный поцелуй, она вся стушевалась как юная школьница. Поправив седые пряди за ухо, женщина шутливо пригрозила ему пальцем и, махнув рукой на рассмеявшегося Шисуи, скрылась за дверью в доме.       — Ну ты джентльмен. — Итачи закатил глаза и, выхватив из рук кузена конфету, откинулся обратно на спинку. — Хочешь сказать тебя легенда вообще не волнует? — он отправил клубничную карамель к себе в рот и заинтересованно посмотрел на Шисуи, который до этого мастерски старался проигнорировать этот вопрос.       — Ну почему же, — вздохнул Шисуи. — Взять тебя и меня вот, интересно, кто кому и сколько раз сносил головы на поле битвы?       — Шисуи! — Итачи неодобрительно качнул головой и, чуть наклонившись, убрал свиток в бардачок. Неужели из всех новых знаний кузена в действительности волновала только это информация? — Разве не интереснее узнать, например, что с нашей памятью?       — Там сказано, что с ней.       — Ну да, но я не об этом. — замялся Итачи, не понимая, как грамотно сформулировать свою мысль. В голове металось множество вопросов, они прошивали мозг, сплетаясь между собой и мешая выделить главное. — Разве тебе не интересно было бы вспомнить свои прошлые жизни? Понять, кем ты был. Может, в них есть какие-то подсказки о свитках и том, что делать в такой ситуации, как сейчас. Может…       — Итачи, — его перебил внезапно серьезный тон Шисуи. Итачи перевел взгляд на кузена, когда тот сосредоточенно смотрел вперёд. — Вспомни ты все, уверен, что сможешь остаться прежним? — Шисуи скрестил на груди руки и, стукая конфетой по зубам, перекатил ее во рту. — Кто знает, какие скелеты всплывут наружу. Я бы не хотел вспоминать, кем я был тогда. Меня вполне устраивает то, кто я есть сейчас.       Итачи также повернулся лицом к лобовому стеклу, смотря на улицу перед собой и молча обдумывая слова Шисуи. Причина, по которой кузен так холодно относился к легенде, обрела ясные очертания. Он с Шисуи и Саске были связаны узами и до того, как жизнь удачно распорядилась в новом цикле объединить их еще и братской кровью. И как бы Итачи ни ворчал на Шисуи за глумления над Саске, как бы Саске ни щетинился на Шисуи и ни хорохорился перед Итачи, каждый знал, что друг за друга они готовы перегрызть глотку любому. А вот грызть глотки друг другу не хотел бы никто. Итачи тихо хмыкнул, мысленно соглашаясь с Шисуи, что настолько глубоко лезть в прошлое было бы чревато.       — Ты, оказывается, такой сентиментальный — украдкой улыбнулся Итачи, заводя машину.       — Да ты только представь, сколько еще причин для обид всплывет у Саске. — заливисто рассмеялся Шисуи, откидываясь затылком на подголовник. — Нападет без объявления войны, и твои сюсюканья с ним уже не помогут.       Итачи рассмеялся вместе с Шисуи, представляя Саске, который несется на них как пчелой укушенный с автоматом наперевес. И если у него шанс задобрить младшего есть, то Шисуи придется скрываться где-нибудь в Китае или того хуже, бежать дальше, за океан.       — Ладно, поехали вперед до конца этой улицы. — снова серьезным тоном выдал Шисуи, останавливая разбушевавшееся в салоне веселье. — И кстати, помнишь я говорил о разрухе в месте, где хранился мой свиток?       — Что? — тронувшись с места, Итачи медленно покатил машину вперед по дороге и на доли секунды скосил взгляд на кузена. — Не говорил, вообще-то.       — Разве? — Шисуи задумчиво почесал подбородок и нахмурился, видимо обращаясь к своей памяти. Итачи закатил глаза, подавив искреннее желание отчитать кузена за забывчивость. Если бы только в этом был хоть какой-то смысл. — Хотя в целом, это может ничего и не значить. Столько времени прошло с тех пор, как я свиток забрал. Горная порода могла и сама обвалиться.       — Мой свиток раньше был в пещере, но я так и не смог туда попасть. Вход завалило. — Итачи резко остановил машину, сворачивая на обочину, и повернулся к кузену. — И в твоём месте тоже всё разрушено все было?       — Послушай, — изогнув бровь, Шисуи перевел взгляд на брата. — Больше ста лет прошло, со временем могло все разрушиться.       — А до этого несколько веков все было в порядке. Странно, что в обоих местах внезапно случились обвалы. — скептически парировал Итачи, сощурив глаза.       — Видимо кто-то и правда мог бывать в тех местах. — шумно вздохнул Шисуи и устало прикрыл глаза, пальцами хватаясь за переносицу. — Это все равно ничего нам толком не дает. Других следов нет, а разрушения могли случиться из-за естественных причин. Поехали уже к Оота, ее дом самый последний по этой улице.       Шисуи кивнул вперед и, упершись локтем в ручку двери, подпер пальцами щеку. Закусив губу изнутри, Итачи удобнее сел в кресле и снова тронулся вперед по дороге. В обычные совпадения верилось меньше всего, и Шисуи, скорее всего, также сейчас подвергал сомнениям собственные слова. Кто-то явно бывал в их тайниках, и либо он был настолько неаккуратен, что разрушил каменные породы, либо пришел в ярость, потому что не нашел того, что искал, и разрушил все намеренно.       «Один из нас?» — подумал Итачи, хмуря брови все сильнее. — «Возможно, Саске надо быть осторожнее».       Итачи понимал, отчего Шисуи не лез в прошлое, не интересовался им и не выказывал никакого должного интереса к легенде. Кузен не хотел, чтобы прошлое повлияло на их восприятие настоящего. Но Итачи, к сожалению, не мог согласиться с ним полностью и был уверен, что в забытых тысячелетиях таились важные события и знания о каждом из двенадцати. И эти знания сейчас сослужили бы ему хорошую службу.       Размышлял Итачи об этом, когда они уже вместе с Шисуи обивали порог чужого дома, который по словам кузена принадлежал Оота. Шисуи осторожно пытался заглянуть в окна и рассмотреть что-нибудь внутри сквозь занавески, а Итачи спокойно постучал кулаком в дверь во второй раз. Свет в окнах красноречиво намекал, что дома должен кто-то быть, однако ни через десять, ни через пятнадцать минут им так никто и не открыл.       — Видимо, дома никого — заключил Шисуи, уже без стеснения вплотную прислонившись к стеклу и пытаясь разглядеть внутри хоть какое-то движение.       За спиной послышалось, как недалеко остановилась машина и заглох двигатель. Оба повернулись, наблюдая за тем, как из водительской двери желтого пикапа с тентованным кузовом кто-то выскочил и скрылся с той стороны, за машиной.       — Эй! — голос послышался раньше, чем со стороны капота показалась хрупкая фигурка девушки с короткими светлыми волосами. В ореховых глазах полыхал гнев, а руки крепко сжимали биту. Итачи на секунду даже показалось, что она светится. Выскочила она явно с намерением приложиться этой самой битой по их любопытным мордам, которыми они совались в окна ее дома.       Итачи вместе с Шисуи неосознанно отступил на шаг назад, ближе к двери, когда девушка тяжелым шагом приближалась к ним, угрожающе покачивая рукой с оружием в воздухе.       — Какого хрена вы третесь возле моего дома? Если вы от Мичи, то передайте ему, чтобы он к черту катился! Я не связываюсь с преступниками — на вытянутой руке она подняла биту, указывая ею то на Итачи, то на Шисуи, но по мере приближения ее суровый взгляд менялся. Она продолжала хмуриться, но в глазах злость сдавалась под попытками разобраться в собственных странных ощущениях. Давно забытое чувство отдавалось покалыванием в районе груди и у Итачи.       — Стой, подожди! — Шисуи, решив выступить в роли переговорщика, шагнул вперед, поднимая руки вверх и изгибая губы в обворожительной улыбке. Итачи ухмыльнулся и мысленно махнул рукой, оставляя дипломатию с очаровательной мадам с не такими очаровательными манерами на кузена.

***

      Сокращая расстояние, Йоко осознавала, что энтузиазм постепенно таял, а шаг убавлялся. Чувствовала она себя словно ракета, которая вот-вот настигнет цель. В груди завибрировало, а потому она остановилась за пару метров до неизвестных мужчин и окинула их оценивающим взглядом. Когда один из них вышел с приподнятыми руками и без признаков агрессии, Йоко будто насквозь пробило осознанием того, кем они являлись. Она в удивлении раскрыла рот и тут же перехватила биту подмышку, сбавляя тем самым градус напряжения.       — Вот это подарочек! — Оота в один прыжок подскочила ближе к мужчинам, рассматривая их округлившимися глазами, словно не верила, что перед ней реальная картинка. Для убедительности она медленно потянулась указательным пальцем вперед и ткнула ногтем в руку того, что вышел к ней на передовую. Касание не прошло сквозь, картинка не развелась, как мираж. Острый ноготок и впрямь уперся в крепкую мышцу. — Настоящие! — «Свои!» мысленно закончила фразу Оота и склонила голову, уронив концы белесых волос на левое плечо. Все это было похоже на какую-то глупую шутку или розыгрыш. Судьба не могла быть столь милосердна, что привела к ней аж целых двоих хранителей. — И как это понимать?       — А может наша с тобой встреча была предначертана? Тогда ты просто обязана сразу запомнить мое имя, — тот самый мужчина, в кого Йоко так уверенно ткнула пальцем, обольстительно улыбнулся. — Учиха Шисуи. — в галантной манере дамского угодника, закоренелого холостяка и просто покорителя женских сердец Шисуи подхватил ее ладонь и наклонился, легко касаясь тыльной стороны губами. Его лукавый черный взгляд, в котором будто плясали черти, скрылся за упавшими на лицо вьющимися прядями волос.       Йоко фыркнула. Наверное, будь она более впечатлительной и падкой на подобные мужские уловки, наверняка повелась бы на сладкоголосого красавчика, речи и взгляды которого словно мед для нежного женского сердечка. Оота прыснула смехом и выдернула руку.       — И что, это правда работает? — уперев кулак в бок, Йоко качнула головой в сторону, с прищуром смотря на Шисуи.       Все еще казалось, что они не взаправду стояли перед ней. Будто эта самая судьба сейчас посмеется над ней, оборвет все нити, которыми ошибочно переплела их вместе, и вновь оставит ее здесь одну, разгребать случившееся дерьмо. За последние несколько дней Йоко слишком вымоталась и напрочь забыла, что их должно быть целых двенадцать!       — Девяносто процентов из ста. — Шисуи по-доброму рассмеялся и, кажется, немного поумерил свой пыл заядлого Дон Жуана.       Улыбнувшись одним уголком губ, Йоко мотнула головой и перевела взгляд на второго мужчину. Его черные глаза, форма лица и образ в целом был так похож с Шисуи, что Йоко невольно нахмурилась, изучая серьезное лицо подробнее. Но если у Шисуи взгляд был игривый и искрился азартом, то у второго мужчины он тяжелый и недоверчивый, въедался ей под кожу. Он смотрел пристально, будто она сидела на скамье подсудимого, отвечая на его каверзные вопросы. И отвечала, по всей видимости, не то, что он хотел услышать. Йоко в ответ сощурилась и поджала губы, не понимая, чем могла вызвать такое подозрительное поведение. Неужели из-за биты подмышкой?       — Ну а ты? — она кивнула в сторону мужчины, как бы намекая, что очередь представляться дошла и до него.       — Итачи. — подозрительный, но не менее красавчик, чем Шисуи, коротко кивнул в знак приветствия. — Учиха Итачи.       У Йоко от удивления глаза расширились, и она тут же забыла о недоверчивом взгляде, обращенном в ее сторону. Она вся встрепенулась и, шагнув вперед, подвинула Шисуи ближе к Итачи, заставив их поравняться плечами. Йоко встала почти впритык, но с высоты своего роста заглядывать в мужские лица ей пришлось снизу. Шисуи расплылся в озорной улыбке. Итачи, кажется, смутился от столь близкого присутствия и корпусом слегка подался назад. Они ведь и правда были крайне похожи именно так, как если бы имели общие генетические корни. Не близнецы, конечно, но все же. Но как им так повезло? Ей за двадцать шесть лет даже просто встретить никого не удавалось до сегодняшнего дня, а эти двое родились в одной семье. Оота многозначительно фыркнула, поправила волосы, убрав несколько коротких прядей за уши, и отошла на шаг назад, чтобы не смущать Итачи ещё сильнее.       — И как вы меня нашли, Итачи и Шисуи Учиха? — Йоко схватилась за подбородок и задумчиво возвела глаза к небу. Не было сомнений в том, что они знают, как сильно пошатнулся мир за последние недели. Но знали ли они все подробности?       — Монах рассказал — по спокойному лицу Итачи и игривому настроению Шисуи сложилось впечатление, что нихрена они не знали. Йоко обреченно вздохнула.       — А, старикан. — она вспомнила живущего в горах отшельника, которому на вид можно дать лет двести, не меньше. — Я уж думала, он давно того. — Оота уронила голову на плечо, высунула язык и провела большим пальцем по горлу. — А старый аскет живее всех живых, оказывается.       Йоко хохотнула, смотря на изумленное от ее разыгранной пантомимы лицо Итачи. Нет, конечно она не имела ничего против этого деда, но старик и правда выглядел как тот, кто должен был уже давным давно корнями срастись с лесом, в котором просиживал всю свою жизнь. Часть корабля — часть команды, так сказать. И Шисуи, в отличие от серьезного Итачи, кажется, это понимал, потому как совершенно заметно прикрывал рукой улыбку.       — Я хотел бы узнать, что ты делала в храме дракона несколько дней назад? — скрещивая руки на груди, спросил Итачи и полностью проигнорировал удивленный взгляд своего брата, продолжая пристально изучать Йоко.       — Очевидно, то же, что и ты. Искала ответы — перехватив биту пальцами, Йоко уперлась ею в землю и облокотилась на неё одной рукой, словно на трость. Вторую положила на бедро и уставилась в лицо Итачи.       — И как, нашла? — бровь Итачи взлетела вверх, сам же он продолжал стоять неподвижно, только склонив голову ниже.       — А ты? — Йоко голову наоборот задрала выше и с улыбкой хмыкнула, когда Итачи недовольно поджал губы на ее встречный вопрос.       — Думаю, нет смысла делать вид, что никто не в курсе про вспышки болезней — в разговор встрял Шисуи, переключая Йоко на себя. Он мельком бросил вопросительный взгляд на Итачи. Тот источал из себя настолько плотную ауру угрюмости, что можно было ощутить ее каждым волоском на теле.       Возможно, где-то в глубине своего бессознательного она могла понять подозрения Итачи, обращенные в ее сторону. Но с другой стороны, не слишком ли он оборзел? Подозревать своих же? И главное, в чем?       — В противном случае, вряд ли бы мы когда-либо встретились — она подтвердила очевидную мысль, полностью обращая внимание на Шисуи, но краем глаза продолжая следить за его упрямым братцем. Его набыченный взгляд нервировал ее.       Шисуи с улыбкой кивнул головой и уже почти успел открыть рот, как его внезапно прервал Итачи:       — Так что ты делала в храме?       Шисуи выглядел крайне раздраженным, когда его грубо перебили, и с приоткрытым от негодования ртом посмотрел на брата. Он отошел на полшага в сторону и повернулся к Итачи всем корпусом, чтобы лучше рассмотреть его закрытую позу, а после несколько раз переметнулся озадаченным взглядом между ним и Йоко. Оота в это время молча смотрела в глаза Итачи в попытках понять, что же он знал такого, за что готов был подозревать даже хранителей.       — Ты что, думаешь, это она была в тайниках? — Шисуи явно не верил, что вообще допустил такую мысль и нахмуренным взглядом посмотрел на Итачи. Тот же с недовольством зыркнул в его сторону, выдавая себя с потрохами. — У тебя совсем мозги спеклись от этой легенды?       — Ничего я не думаю, — фыркнул Итачи, в текущей обстановке довольно неумело скрывая собственную ложь. — Я просто уточняю.       — Да? — издевательским тоном переспросил Шисуи и развел руками в стороны. — Тогда прекращай вести себя как плохой коп, расслабься, и давайте просто обсудим кто и что знает. — покачав головой, он пальцем ткнул в сторону Итачи. — А ты, между прочим, адвокат! Твоя работа защищать, а не обвинять. Как тебе вообще лицензию выдали?       — А это тут при чем? — недовольно поморщился Итачи и закатил глаза. — Никого я не обвиняю.       — Не напрямую. — иронично заметил Шисуи, смотря на брата таким взглядом, будто совершенно не узнавал родственника перед собой. Он шумно выдохнул и продолжил уже более спокойным тоном. — Итачи, тебе не кажется, что именно так и могло все начаться когда-то? — рукой в воздухе Шисуи описал круг между ними тремя.       Йоко прикрыла глаза на долю секунды, глубоко вдыхая и выдыхая. Она молча слушала споры братьев и все больше убеждалась, что какой-то информацией они все же владели. Вот только играть с Итачи в угадайку не было ни времени, ни желания, как и разбираться в его недружелюбном настроении. И оправдываться перед ним хоть в чем-то Оота также не считала нужным, поскольку поводов усомниться в себе она не давала.       — Знаешь что, — одним быстрым движением она вскинула биту и уперлась ее ударной частью в грудь Итачи. Тот лишь слегка качнулся и опустил взгляд на вырезанные по кругу иероглифы, которые слабо замерцали белым светом. — Не знаю, в чем ты решил подозревать своих же. Но если не хочешь делиться информацией, то прыгай в свою тачку и катись подальше от моего дома.       — Йоко! — внезапный крик за спинами Учих до дрожи испугал Оото, отчего она резко растолкала братьев по разные стороны и подошла ближе к двери.       Из проема выглядывал худощавый подросток. Несмотря на то, что ростом он был почти с нее, юное лицо явно выдавало ребенка, не достигнувшего еще и пятнадцати лет. И глаза его были такого же мягкого орехового цвета, как у самой Йоко. Мальчишка со страхом осмотрел две высокие мужские фигуры за ее спиной, с силой сжал пальцами дверной косяк и громко сглотнул.       — Что случилось, Ясуши? — она нахмурилась и наклонилась вперед, кладя руку ему на голову и с беспокойством всматриваясь в лицо младшего брата.       — Я проверил камеры… — Ясуши запнулся, вновь мельком посмотрев на Итачи и Шисуи за спиной сестры, будто не зная, стоит ли говорить при них. Одобрительный кивок Йоко придал ему уверенности и, снова громко сглотнув, он продолжил. — Фабрика. Там что-то произошло. Сигнал утерян.       — В смысле? — ее рука с тяжестью соскользнула с головы Ясуши и плетью повисла внизу. Случайно ударив себя же по бедру ладонью, Йоко встряхнула головой и зажмурилась, с шумом втягивая прохладный вечерний воздух. Она всю прошлую ночь убила на то, чтобы немного зачистить самое опасное место, а сегодня гады снова кишат во всю, как у себя дома. Такое стремительное развитие не могло не угнетать, и Йоко сердито цыкнула. — В этот раз быстрее появились.       — Я могу поехать с тобой… — ее строгий взгляд заставил брата замолкнуть и закончить фразу почти шепотом. — Но я мог бы помочь.       — Нечего тебе там делать. — процедила она сквозь зубы, и вышло как-то слишком грубо. Однако, учитывая обстоятельства, лучше так, чем если этот несносный ребенок увяжется за ней в гущу событий. — Тем более… — Йоко метнула уверенный взгляд в сторону озадаченных разговором Учих. — У меня тут помощники нарисовались, так что сегодня точно закрою. — на лице растянулась довольная улыбка. Старик отшельник очень вовремя подослал ей этих двоих. — Ну что, мальчики, прокатимся?       — Куда? — одновременно спросили Шисуи и Итачи, вопросительно изгибая брови.       — Увидите, — перекинув биту на плечо, Йоко весело хохотнула и рукой зарылась в карман своего темно-зеленого бомбера. — Вы определенно что-то знаете, но, очевидно, не достаточно. Ну ничего, я покажу, что вы упустили. — отправив Ясуши обратно в дом и наказав ему закрыться и никому не открывать, она резво повернулась и направилась к пикапу на обочине. — Точно! Я же не представилась, — уже стоя возле машины, она вновь развернулась к Учихам, хитро прищурилась и, коснувшись указательным и средним пальцем лба, отдала честь. — Оота Йоко.