Дьявольские реки

      Небольшой дом в один этаж, покрашенный в мерзкий зеленый цвет, в котором находились лишь несколько комнат, кухня и душевая, вызвали у солдат лишь протяжный вздох облегчения, что над их головами будет хотя бы крыша. Просторная опушка, где находился их пост, была окружена небольшим забором, а в пятисот метрах от был густой лес. Так же на территории находилась небольшая площадка для баскетбола, пара тренажеров, водоем и кострище.       Всего было пять комнат, три парные, одна большая на трех человек и одиночная, которая изначально принадлежала командиру, но Тэхен отдал ее Суа, так она была единственной девушкой в отряде. С ним в одной комнате проживал Чимин, еще парой проживали Юнги и Хосок, Намджун и Джин, Чонгук с Шиюном и Минджэ заняли самую большую комнату. Помещения были просторными, без проблем вмещались кровати, столы, стулья, шкаф для вещей и книг, а также пара тумбочек. Везде было электричество и по три розетки, а еще кодовый замок на дверях. В каждой комнате было одно небольшое окно, оно открывалось лишь на небольшую щелку, впуская в душные комнаты слабый ветерок, а про то, чтобы сбежать через него не шло даже и речи. Стук пальцев Юнги по бронированному стеклу быстро наполнил комнату, отзываясь эхом в углах.       Все были относительно довольны предоставляемым жильем, это была не улица, даже не палатка, о которой с первых дней сборов мечтал Миндже, главный любитель походов. В то же время, почти всех смущала ситуация, из-за которой они были вынуждены жить в таких условиях. Командира Чона вновь вызвали в Сеул, без каких-либо объяснений, просто взяли и сорвали с места, поэтому поговорить с сыном у него не вышло. Из-за этого Чонгук весь путь до поста провел в одиночестве, отсев на самое дальнее кресло в микробусе. Как бы Шиюн и Минджэ не пытались его взбодрить, все их попытки терпели крах: как-то только они открывали рот, Чонгук просто отворачивался к окну, которое запотевало от его теплого дыхания, а карие глаза безуспешно пытались уцепиться за быстро мелькающие дома.       Первый вечер на новом месте был тяжелым для всех. Суа чуть ли не рыдала, стоя над тремя кастрюлями с супами, ведь никогда в жизни она не кормила девять голодных мужских ртов, ее нежные руки были все в порезах и ссадинах, а нож, то и дело, звонко падал на пол. Тэхен и Чимин сосредоточенно составляли графики дежурств, обреченно вздыхая и проклиная небеса. Чимин не сдерживался на мат, пару раз в клочья разорвав листы, и миллион раз ругая свою жизнь. Тэхен, в некоторые моменты раздумий, улетал куда-то в свои мысли, от чего громко лупил себя по щекам, приводя обратно в сознание и пугая Суа. Юнги обучал Хосока пользоваться лазерной винтовкой во дворе их нового пристанища. На его удивление, молодой ученый быстро освоил новый аппарат. Изящные руки, украшенные ветвящимися венами, нежно поддерживали эту опасную «даму», а бледная кожа Хосока ярко контрастировала с ее черным корпусом. Минджэ и Шиюн быстро присоединились, не найдя других развлечений, и окончательно оставив Чонгука в покое. Хоть, Юнги и был против того, чтобы они мешали Хосоку, те предложили неплохую идею стрелять по алюминиевым банкам из-под тунца и кимчи, а поэтому спустя полчаса обучение превратилось в тир, в котором победу с невероятным отрывом одерживал Юнги, то и дело нахально усмехаясь, когда лазер на винтовке слегка перегревался.       Ближе к отходу ко сну, когда на небе сквозь полупрозрачные серые тучи слегка проглядывались звезды, приехали Намджун и Джин, и их внешний вид вогнал в депрессию всех остальных. Темно-синие синяки под глазами, сухая кожа и грязные волосы кричали о том, что эти двое уже не были дома, порядка, пару дней. Они волочили свои сумки по земле, оставляя протяженные следы и спотыкаясь на ровном месте, а дойдя до своей комнаты, с криками восторга, плюхнулись на кровати, вдыхая аромат свежего постельного белья. -Ужинать будете? – Тэхен стоял в дверях, с жалостью смотря на обмякшие тела, -Суа-ши приготовила на вас тоже. Там суп из кимчи и рис с овощами. Вид у вас, конечно….. -Наверное, будем, - Намджун пробурчал в подушку, сил взглянуть на командира не было никаких, поэтому он просто протянул большой палец, - Тэхен-ши, поздравляю с должностью командира. Мы сделаем все, что в наших силах, да, Джин-ши? -Мхм. Мне нужен массаж, мы два дня стояли на ногах, все мои мышцы забились, я даже рукой подвигать не могу. -Отлежитесь, и минут через двадцать приходите, мы разогреем еду пока, заодно представлю вас всем и расскажу про дежурства, - Тэхен аккуратно закрыл дверь, краем глаза замечая на кухне Чонгука, который аккуратно поднимал крышки кастрюль, чтобы не привлечь внимание.       Медленно ступая берцами, Тэхен подкрался за спину, внимательно следя за черной макушкой, которая то и дело резко поднималась, чтобы прислушаться к звукам. Пальцы Чонгука легко поднимали железные крышки, и бесшумно опускали их, словно это были перышки. Ложка то и дело пропадала во рту, а с губ срывался легкий вздох удовольствия. -Вкусно? – Тэхен не сдержался, когда Чонгука зачерпнул очередной половник из кастрюли с супом, - может наложишь себе? Ты же так и не поужинал нормально.       Через десять минут, тарелка с горячим уже стояла на столе, а Чонгук, с некоторым смущением, перемешивал его ложкой, иногда поглядывая на командира исподлобья. Тэхен молча сидел рядом, сложив руки на груди и смотря куда-то вдаль, его черные кудри небрежно свисали на глаза, а на белоснежно белом свитере виднелось мокрое пятно, добавляя образу командиру некой милой неряшливости. -Что-то случилось? – неожиданно спросил он, когда Чонгук все-таки решился занести первую ложку в рот, - ты сегодня сам не свой.       Чонгук бросил ложку обратно в суп, расплескивая его мелкими каплями по скатерти. Пальцы слегка задрожали, а глаза заметались по кухне. Он и сам не понимал своего внутреннего состояния, словно с его пробуждения в медицинском корпусе весь мир вокруг неожиданно поменялся. Или эти изменения были в нем самом, Чонгук не мог понять, но какое-то странное чувство неустанно бушевало в его душе, что-то похожее и на гнев, и на обиду. -Просто расстроился, что отца вызвали. Так и не поговорили с ним, а когда в следующий раз встретимся, не знаю. -Не придумывай, он приедет через пару дней, как уладит все дела, ты будто своего отца не знаешь. Чего так плохо ешь? Чонгук-ши, еда для солдата – единственный источник энергии, поэтому нужно вести режим питания. -Полностью поддерживаю, - Намджун медленно ввалился на кухню, потирая уставшие глаза, - видишь, я сегодня не ел, и уже умираю. Рад видеть тебя снова, Чонгук-ши. -Юнги-ши, какого черта ты не накрыл мне на стол? – Джин зашел следом, еле сдерживая смех, когда до его ушей из комнаты донесся голос Юнги, кричащий что-то наподобие «да пошел ты нахрен!», - ох, я так скучал по нему и его скверному характеру.       Тарелки за столом забренчали, а сама кухня наполнилась звуками причмокивания. Тэхен тоже решил поддержать ребят, а поэтому налил себе супа, который не только теплом обжигал рот, но и своей остротой. Пусть Суа и не умела хорошо готовить, но пасту из перца чили она добавляла от всего сердца, что безумно нравилось всем мужчинам на северном посту. На шум ложек и тарелок пришли все остальные, кроме самого повара, которая после готовки быстро свалилась с ног, и уже мирно посапывала у себя в комнате. Чонгук расстроился еще больше, замечая, как на кухню продолжают приходить люди, его разговор с Тэхеном тет-а-тет улетучивался на глазах. -Юнги-ши! – Джин радостно вскочил со стула, простирая руки для объятий, но кусочек кимчи, как назло, попал не в то горло. -Не умри от радости, смотри, - Юнги хоть и делал вид холодного равнодушия, на самом деле тоже был счастлив увидеть Джина в полном здравии, все таким же веселым и ярким. -Меня зовут Чон Хосок, - Хосок ловко постучал Джину по спине, спасая его от смерти из-за кимчи, - с вами, Намджун-ши, мы уже знакомы. -Да, вроде, это было два года назад, на университетской конференции, нет? Я видел вас издалека, доктор Чон, жаль мы, что мы вынуждены познакомиться в таких условиях. -Давайте перейдем на «ты», мы все с вами, теперь, в одной тарелке проблем. А про конференцию, я, если честно, уже забыл. Там было так скучно, что я боролся с дремотой и, то, безуспешно. Чимин-ши, вы тоже наверняка были там, тогда всех созывали из военных штабов. -Мхм, - Чимин, пару минут назад вышедший из душа, сложил свои пухлые губы в трубочку, плюхаясь рядом с Чонгуком, и окутывая его миксом из аромата дешевого мыла и геля для бритья, - я, наверное, тогда притворился больным и не поехал. Я не особый любитель ваших научных посиделок. -Не, ты тогда был, просто напился и спал в холле у входа, - Тэхен словил на себе проклинающий взгляд Чимина, от чего просиял, словно звезда на ночном небе, - так, все подошли? Миндже-ши, Шиюн-ши!       Парни отозвались откуда-то с улицы, все еще продолжая бесперебойно стрелять по банкам, и тратить казенные запасы. Через пару минут звук выстрелов стих, а кухня наполнилась мужчинами в самом рассвете сил: одни жадно кушали, другие в своих мыслях уже во всю видели сладкие сны. -Я постараюсь быстрее, - Тэхен откинулся на стуле назад, схватив с тумбы свежий график дежурств, - так, мы с вами северный пост, и каждый день ходим на патруль в город, по двое. Один остается на дороге в лесу, там есть специальная будка, второй идет в город и следит за улицами, помогает жителям. В основном это пожилые люди, так что ничего сверхсложного. Выходите в восемь утра, через восемь часов пересменка и потом стоите до одиннадцати вечера включительно. Вы всегда будете на связи с нами всеми, чипы на куртках новейшего поколения, захотите что-то передать, на воротнике нажали кнопочку и говорите. Так, завтра иду я, Чимин и Хосок, все остальные остаются тут и занимаются своими делами, можете поделать бумажную работенку для штабов, я прихватил с собой пару компьютеров. Послезавтра пойдут уже двое, а именно Юнги и Шиюн. Потом Суа и Чимин. Намджун и Минджэ. Джин и Хосок. Чонгук и я. Будем дежурить такими парами, мы попытались всех раскинуть так, чтобы ежедневно была одинаковая сила. Возможно, будем что-то менять, зависеть все будет от ситуации. Всех устраивает?       Все дружно закивали головами, подмигивая и кивая друг другу. Тэхен мысленно благодарил небеса, что ему попались эти ребята, ведь почти всех он знал, а поэтому прекрасно понимал, что проблем с взаимодействием внутри отряда не будет, его люди были коммуникабельными и общительными, легко подстраиваясь под своих напарников, полная противоположность ему самому. Окрыленные предвкушением завтрашнего дня, все медленно разбрелись по комнатам, желая друг другу спокойной ночи и болтая о дежурствах.       На кухне остались Намджун, который решил выпить успокаивающего травяного чаю, и те, кто его идею поддержали, Тэхен и Хосок. Джин наложил себе еще риса, так как его живот продолжал урчать, казалось, после супа его голод разыгрался еще больше, вгоняя его в краску перед остальными. Чонгук же просто не хотел спать, а раз его никто не выгонял, то он решил посидеть со всеми, наслаждаясь этой атмосферой спокойствия. -Как дела в столице, Джин-ши, Намджун-ши? – Хосок закинул в небольшой стеклянный чайник сухие травы, от одного запаха которых уже клонило в сон, и залил кипятком,- давно там не бывал. -Не знаю, как сказать даже, - Намджун и Джин переглянулись, а их лица на глазах помрачнели и осунулись, - если сказать, что отвратительно, это ничего не сказать. -У меня в офисе была настоящая резня, из всех сотрудников, выжило пятеро, включая меня. Какая-то неведомая хрень просто растерзала в клочья людские тела, попутно поедая их… Ладно слышать это в новостях, но видеть своими глазами… чувствую мне потребуются сеансы у мозгоправа. -Чернослезные? – Чонгук проговорил шепотом, но эти двое, едва заслышав его, слегка вздрогнули, и согласно закивали головами. -Да, - продолжил Джин, отдвигая тарелку с рисом, так как от воспоминаний голод улетучился куда-то в бездну, - у нас была одна такая, обычная девушка, никто бы в жизни на нее не подумал. Она была обычной на внешность, ничего сверхъестественного, да и мозгами особо не блистала. Я лично проломил ей череп, когда из ее глаз стекали черные слезы, так что, говорить мне, мол, их не существует, бесполезно. После я поехал к Джун-ши в морг, то же самое и там, такие же слетевшие с катушек люди, внешне как под копирку: черные глаза, ссохшиеся тела, рот весь в крови и кусках мяса, а еще, острые зубы. -Простите, что заставляю вас вспоминать, но чернослезные, не в твоем офисе, Джин-ши, в других, как они умерли? – Хосок поставил чайник посреди стола, и вернулся к ящикам за чашками, - сами? Или были какие-то особенности? -Двое да, когда прибыли спец службы, они замертво валялись у своих жертв, продолжая впиваться зубами в плоть. А одного застрелили, он носился по помещению, словно в жопу ужаленный. -А на вскрытиях что? – Тэхен нервно покусывал ногти, не спуская своих глаз с Намджуна, - что-то было странное? -Все? – Намджун нервно рассмеялся, вновь потирая уставшие глаза, - если кратко, то укусов не было, никаких. Помните труп два года назад, самый первый? Там были отметины, через которые слезы проникли в кровь. Тут же, идеально чистые тела, без царапинок и ссадин. Мы взяли кровь на анализ и обнаружили составляющие свинца.       Чонгук, Тэхен и Хосок, не сговариваясь, вопросительно подняли брови, с интересом вглядываясь в Намджуна и смущая его. -Как вы уже догадались, никто из «этих» не работал с тяжелыми металлами. Мы нашли источник металла, маленькая свинцовая капсула, очень ловко сделанная, вся усеянная маленькими дырочками, она прикрепилась к стенке аорты. Ее рассмотреть можно только под микроскопом. Я в начале принял все эти сгустки крови вокруг нее за тромб, но при анализе уже понял, что это не так, искусная работа, в жизни такого не видел. Взяв из нее соскобы, знаете, что мы обнаружили внутри? -Черные слезы, - Хосок отпил чай, слегка морщась от приторного вкуса ни то лаванды, ни то чебреца,- что же еще вы могли там увидеть. -Бинго. Это была капсула с образцами черных слез. Как она попала в аорту, возможно, спросите вы. Так вот, мы подняли справки и оказалось, что за день до происшествия, во все эти офисы заезжала бригада скорой помощи, для ежегодной вакцинации против аденовируса. -В августе? Ежегодная вакцинация? Обычно же сезон в октябре, нет? – Чонугк залез в телефон, ища ответ на свой вопрос в интернете, - ну вот, дата всегда одна и та же, пятое октября. -Это первый пункт, который смущает, - Намджун выставил раскрытую ладонь перед всеми и загнул большой палец, попутно отпивая травяной чай- второе, что по документам вакцинировали всех сотрудников, но на самом деле не больше трети. Хотя, я предполагаю, что просто использовались два варианта вакцин. -Я вообще, даже не знал, что они к нам приезжают, - Джин пожал плечами, - что уж говорить о том, был ли привит я. -Одна общая черта была у этих пятерых. Да, в одном офисе их было двое. На вскрытии мы установили, что у всех было такое заболевание, как аневризма аорты, в ее начальных стадиях. Это когда стенка ее выбухает, из-за изменения мышечного слоя сосуда. Обычно такое обнаруживается на поздних этапах заболевания, при выраженном проявлении, и то, с помощью рентгена или МРТ. Но тут, у этих людей, при жизни, данные диагнозы не стояли.       Все молчали, обдумывая сказанное. Ни одна идея не рождалась в голове, лишь пустота, не более. Чонгук раньше даже не слышал о таком заболевании, попутно ища его в поисковой строке. Смотря на плавающую травинку в чае, Чонгук вдруг резко ударил ладонью по столу, улыбаясь в сторону Тэхена, заставляя Джина вскрикнуть от испуга. -Тэхен-ши, помнишь, мы как-то приезжали на труп бездомного? Ты еще тогда сказал, что чернослезные могут чувствовать заболевания человека, якобы они протухшее и испорченное мясо есть не будут. -Да, было дело, только вот там то был рак, который можно увидеть и по внешнему виду человека. А тут, такое заболевание, что даже техника может не разглядеть на начальных этапах. Это должны были быть глаза с исключительной силой. -Объект №235 мог такое, - тихо проговорил Хосок, еле удержав кружку в вспотевших руках, - у нас были опыты с людьми, когда мы давали ему возможность отсканировать их. Его глаза, словно рентген, он видит внутри, и даже то, что еще не видят аппараты. Он видел беременность одной женщины на сроке три недели. Даже УЗИ аппарат может дать сбой. -Мы подняли всю базу медицинских работников, но нигде таковых, которые работали в тот день на выездной станции, не нашли. Все стажеры, из Сеульского университета и колледжей. Но, в списках студентов в базе университета мы их не нашли. Лишь парочку человек, они были от каких-то частных лабораторий.       «Частных», - Хосок залпом выпил приторный травяной чай, снова недовольно морщась. Он терпеть не мог платные лаборатории и клиники, которые, по его мнению, не имели никаких целей, кроме денежных. Помощь людям? Они никогда об этом не задумывались, для них было важным выполнять требования государства и пополнять свой бюджет. «Считаю, что таких ублюдков нужно расстреливать сразу. Какая гуманность, когда люди наживаются на здоровье других?», - в голове неожиданно всплыл кусок его диалога с объектом №235, который как обычно начался за шахматной партией. -Никакой, - Хосок проговорил по буквам, чувствуя на себя вопросительные взгляды оставшихся Тэхена и Чонугка, - задумался слегка. Ладно, пойду тоже спать, а то завтра вставать рано.       Часы на кухне монотонно тикали, гипнотизируя и увлекая в полудрем. Аромат супа все еще царил в воздухе, перемешиваясь с свежим запахом мыла, который остался от Чимина, хотя тот ушел спать уже достаточно давно. Тусклый свет лампы в ночных сумерках придавал всей кухне какую-то странную атмосферу загадочности, заставляя кастрюли слегка сверкать желтым блеском. На улице во всю стрекотали цикады, радуясь наконец-то закончившемуся дождю. Чай Тэхена уже остыл, одинокая травинка слегка подрагивала от его дыхания. Странное чувство неловкости повисло между ними, но что-то, словно приковало Чонгука к столу, а поэтому он не желал уходить, сон еще не пришел к нему. Сидя рядом с командиром Кимом, он чувствовал себя в абсолютной безопасности, все клетки его тела моментально успокаивались, когда чувствовали эту сильную ауру. Глаза сами скользили по черным кудрям, плавно спускаясь по изящному профилю Тэхена на шею и широкие плечи. Странный черный дым слегка струился над его правой рукой, аккуратными столбиками поднимаясь из-под длинных рукавов легкого свитера. Чонугк вспомнил, что абсолютно такой же дым струился и из его раны, когда он впервые попробовал себя на вкус. Кровь, воспоминание о ней, заставило живот заурчать, а рот наполнился слюнями. -Ты снова проголодался? – Тэхен улыбнулся, глядя своими уставшими карими глазами из-под нависших кудрей, - Как тебя прокормить, Чонгук-ши, ты ведь и нас можешь потом съесть.       Эта безобидная шутка, почему-то жутко разозлила Чонгука, отзываясь странной колкой болью в сердце. Он не хотел признавать, но поговорка «в каждой шутке есть доля правды», приобрела для него смысл «каждая шутка и есть правда». -Не хочу, - Чонгук поднялся из-за стола, задвигая стул, - хорошей ночи, Тэхен-ши. -Что тебя беспокоит? – в голосе командира чувствовалась серьезность и озадаченность, - я же чувствую, что ты переживаешь, и это не связано с отцом. -Я думаю, что ты чересчур внимателен ко мне, у тебя есть и другие солдаты, которые не менее важны. -Есть. Но сейчас мне важен ты и твой настрой, - слова Тэхена вызвали у Чонгука странное чувство в животе, которое моментально затмило голод, - так ты расскажешь, что тебя беспокоит? -Боюсь, что будет лучше, если об этом буду знать только я, - Чонугк выдавил что-то наподобие улыбки, но странное чувство рези в правом глазу, заставило его тут же отвернуться.       Пальцы судорожно начали натирать веко, пока резь не превратилась в боль, а на коже не остались черные следы. Чонугк словно окаменел, боясь даже сделать вдох, губы его задрожали, а слезы так и продолжали стекать по его щекам. Ноги не слушались, он не мог двинуться с места, словно его приковали кандалами к этому месту, а ведь заветная дверь на улицу была в жалких десятках метров от него. На плечо опустилась рука, с силой сжимая кожу и резко развернув его, да так, что лицо оказалось в паре сантиметров от Тэхена. За спиной послышался щелчок замка, а после неторопливые шкрябающие шаги, по звуку они направлялись в сторону туалета.       Тэхен молча смотрел на черный правый глаз, а попытка Чонгука прикрыть его пресеклась на корню, грубо опустив его руку по швам брюк. Лицо командира было эталоном спокойствия и невозмутимости, словно он уже видел это чудовищное творение природы так близко, и от этого становилось не по себе. На губах промелькнула едва заметная улыбка, которая вызвала внутри Чонгука волну паники. За спиной опять послышались шаркающие шаги и протяжный долгий зевок, и снова замок на двери мягко хлопнул. Тишина вперемешку с монотонным звуком тикающих часов проникала в каждую клеточку мозга. -Открой рот, - тон, с которым произнес это Тэхен, был похож на тот, что Чонгук слышал от своей мамы в детстве, когда пихал себе за щеки конфеты, пока та готовила на кухне, - открывай.       Его длинные указательные пальцы легли на височные суставы, а большие с давлением нажали на подбородок, заставляя рот Чонгука непроизвольно открыться. Тэхен долго вглядывался в белоснежные острые зубы, а после лишь присвистнул. -Да у тебя там как акулы, в два ряда, - схватив со спинки стула кухонное полотенце, он, едва касаясь, провел им по щеке Чонгука, убирая черные слезинки, - как ты язык не режешь.       Чон молчал, боясь произнести даже звук, поджимая свои пухлые губы. Глаза метались между Тэхеном и скалкой, мирно стоящей в подставке около плиты. Мысли зародилась в голове моментально. -Хочешь меня ударить? Думаешь поможет? – темно-бордовые слезы стекли по щекам Тэхена, - а успеешь ли ты до нее добежать? Чонгук-ши, именно я нашел тебя в лесу.       Он медленно наклонился к уху, обдавая нежную мочку уха горячим дыханием, Чонгук чувствовал, как он улыбается. -Поверь, я видел тебя в гораздо более худшем виде, чем ты сейчас. Мы же оба не хотим вспоминать о той руке?       Чонгук резко ощутил железный вкус крови, а перед глазами вновь всплыла та опушка с трупами, он отскочил от Тэхена, сшибая мусорное ведро у входа. Но командир не отступал, грубо схватив Чонгука за запястье и притянув со всей силы к себе. Кончики их носов слегка коснулись друг друга. -Чонгук-ши, тебе не следует меня боятся. Я не из тех, кто трезвонит всем налево и направо секреты других, ты же знаешь, у меня друзей меньше, чем пальцев на одной руке. Просто скажи мне, как давно?       Тембр голоса Тэхена вдруг показался Чонгуку другим, чужим и незнакомым, словно алые губы проговаривали слова другого человека. Вокруг Тэхена появилась черная аура, окутывая их двоих в непроглядную тьму, где все ощущения становились ярче: теплые прикосновения пальцев Тэхена теперь обжигали как огонь, а его тяжелое дыхание звучало громче молитвенных колес в буддистских храмах. -Я не собираюсь тебе ничего говорить, - Чонгук грубо оттолкнул командира, снова почувствовав резь в глазу, - это моя проблема, и я сам решу ее. Какого черта ты вообще ко мне пристал? Чтобы сдать меня властям? -Решишь сам? Да ты даже не контролируешь их, - Тэхен пальцем указал на свою щеку, намекая на очередную черную слезинку, - Знаешь, я вроде тебе не давал поводов сомневаться во мне, разве нет?       От командира веяло опасностью, его черная аура вокруг уже стелилась по полу длинным подолом, распространяясь по всей кухне. -Да как я могу тебе доверять? Ты пропадаешь на два года бесследно, потом резко появляешься. Ты всегда молчишь, избегаешь разговоров, а твое настроение, как американские горки, меняется в течение дня. Сегодня ты можешь со мной мило болтать, словно мы старые друзья, а потом отстраниться и даже не замечать. И что это за нездоровая забота обо мне? -Я тебя понял, - Тэхен разом допил остывший чай, одинокий листик прилип его алым губам, - попробуй сам справиться с этим. Но насколько ты уверен в своих друзьях, что, когда они увидят твои слезы, не побегут сдавать в ближайший военный штаб?       На этой напряженной ноте первый вечер закончился, оставляя в сердце Чонгука ужасный шлейф из сожаления, гнева и растерянности. Ночь он провел в раздумьях, так и не смокнув глаз, хотя все тело изнывало от усталости. За окном трещали цикады, а на небе горели яркие звезды, которые впервые за последние недели вновь радовали своим присутствием. Правый глаз болел и слезился, от чего белая наволочка стала грязной, словно ей вытирали берцы от земли.       Прошло три дня и Тэхен больше не общался с Чонгуком, лишь утром, за чашкой чая или кофе, он кротко кивал головой, тут же уходя по своим делам. Это безразличие, словно, замечал он один, а сердце странно покалывало. Чонгуку хотелось поговорить, объяснить свое поведение, но каждый раз, как он собирался это сделать, силы в момент покидали его, а он, безвольно плелся в лес, подальше ото всех. Сидя на пеньке, полностью обросшего мхом, он смотрел нас вои пальцы, как черная дымка из них, игриво поднимается в воздух, рассеиваясь в небе. За ужином, замечая, как Тэхен разговаривает с остальными и смеется, чувство опустошенности становилось все сильнее, и, даже не прикоснувшись к ужину, Чонгук уходил в свою комнату, в десятый раз на дню начищать берцы. Он не знал, кому доверять, теперь все вокруг казались ему предателями. Вспоминая, с какими лицами его друзья говорили о чернослезных, ком из слез застревал в горле, и ничто не могло успокоить его сердце.       Дежурства проходили гладко, даже скучно. Очередь Чонгука и Тэхена после Джина и Хосока, ушедших на вахту сегодня. На удивление всех остальных они быстро нашли общий язык, а их хохот по ночам раздавался из кухни, вгоняя остальных в раздражение, в особенности у Юнги.       Размешивая в железной глубокой миске маринад для мяса, Чонгук под нос напевал себе какую-то мелодию, которая с самого утра вертелась у него в голове. Свистящая, с высокими нотами, словно трель соловьев на рассвете, они быстро ему запомнилась, хотя он никогда раньше ее не слышал. Суа стоявшая рядом, нарезая мясо, через пару минут тоже начала насвистывать эту песенку, не попадая в ноты. Их небольшой импровизированный концерт гармонировал со спокойной атмосферой кухни, которая стала излюбленным местом для посиделок всего отряда. -У тебя что-то случилось, Чонгук-ши? – голос Суа показался ему слишком громким, после этой мелодии, - ты такой замкнутый стал. Минджэ-ши и Шиюн-ши тоже обеспокоены. Только и говорят о том, как каждое утро они видят тебя смотрящего в окно. -Все нормально, легкая депрессия, - Чонгук улыбнулся, продолжая аккуратно помешивать сладкий маринад, - взрослею, наверное. -Ты просто знай, если поймешь, что не справляешься, проси о помощи нас. Мы, все-таки, уже как родные, столько пережили. «Вас? Родные?» -Реально, Чонгук-а, ты чего-то сдаешь в последнее время, точно не заболел? – Чимин, который так же сегодня помогал на кухне, чистил за столом дайкон, затем нарезая его на небольшие куски, - ты себя в зеркале хоть видишь? Синяки под глазами, губы все сухие, щеки впали. Еще чуть-чуть и будешь выглядеть как Юнги-ши, в двадцать с лишним на все пятьдесят. -Айщ, завались, - Юнги помогавший Чимину, кинул в него шкурку от дайкона, нервно прицыкивая, - вы такие тупые, что не видите очевидных вещей. -О, ну так просвети нас, мистер Всезнающий, а то мы Суа уже головы сломали, что это малой такой грустный стал. -А вы не заметили, как их отношения с Тэхеном резко прекратились? – Юнги улыбнулся, ловя на себе вопросительные взгляды и понимая, что попал в самое яблочко, - прости, Чонгук-а, но правда, что у вас произошло? -А ведь точно, вы с ним уже не общались дня три, - Чимин откинулся на стуле, откидывая овощечистку в след за шкуркой в мусорное ведро, - Вы поссорились? И вообще, Юнги-ши, по Тэхену хрен чего скажешь, да и вел он себя, как всегда.       «Как всегда», - эхом отозвалось в голове у Чонгука, а ложка громко упала в железную чашу, расплескивая маринад по тумбе. Суа быстро схватила тряпку, вытирая липкие капли. -Ничего не произошло, Тэхен-ши это не касается никак, просто не было желания с ним говорить. -Как скажешь, просто ты не сильно впадай в депрессию, ладно? Я Тэхена плохо еще знаю, но по разговорам с Чимином понял, что он бывает редким засранцем. Да и кто знает, как твои глаза среагируют на твою «депрессию», - Юнги аккуратно снял слой грязи с редьки, как почувствовал на себе испуганные взгляд, - ты чего? Призрака увидел? -Глаза? – Чонгук повторил лишь губами, - а что с ними не так? Глаза как глаза. -Чонгук-ши, он имел ввиду твои красные слезы, - Суа слегка приобняла Чонгука за плечи, уводя его от тумбы, - ты чего так перепугался? Может пойдешь отдохнешь? -Пойдем, я дам тебе успокоительное, а то сейчас коньки откинешь, - Чимин пальцем позвал Чонгука в свою комнату, - не крути головой, а иди за мной, боже.       Контраст жителей комнаты Чимина и Тэхена сразу бросался в глаза. Идеально заправленная кровать, против кое-как сложенного одеяла, чистая тумбочка против кучи крошек и фантиков от шоколадок. Чимин слегка усмехнулся, быстро сгребая мусор в черный мусорный пакет. Сквозь приоткрытое окно проникал слабый прохладный ветерок. -Так, садись на кровать Тэхена, - Чимин выдавил из блистера две таблетки приятного фиолетового цвета, а запах валерьяны тут же ударил в нос, - вода на тумбочке, выпей и отдыхай. Лежи тут, чтобы я точно знал где ты, а еще с кухни вид на нашу комнату открывается лучше всех. Увижу, что ты переступил порог, пощады не жди.       Чимин игриво подмигнул и закрыл дверь, напоследок ярко улыбнувшись. Звук его шагов на кухню, скрип стула и вновь простые разговоры ни о чем приглушенно доносились из-за закрытой двери. Матрас на кровати Тэхена был на удивление жестким, но как только спина Чонгука коснулась его, он принял ее очертания. Протяжный стон удовольствия, за которым проследовала легкая ухмылка. «Стоит быть командиром ради лишь ортопедического матраса, мамочки, как это прекрасно», - глаза сами по себе закрылись, а с улицы, как по заказу, начались убаюкивающие пения птиц. Сон навалился быстро, окутывая все тело приятным безмятежным состоянием.

***

      Хосок сквозь яркую зеленую листву смотрел на плавно плывущие кучерявые облака. Такие мягкие, единственным желанием было упасть в их объятия, а не сидеть в этой будке, где из удобств лишь стул, стол и пара сопливых романов. По их дороге почти никто не ходил, редкими прохожими были лишь наглые белки и сурки, которые с наглыми большими глазами выпрашивали себе пропитание. Хосок узнал об этом от Юнги, который после своего дежурства, на протяжении часа, рассказывал про этих пушистых вымогателей, то и дело слегка хихикая. Перед пересменкой с Джином, Хосок купил большой пакет орехов в местном магазине, чтобы порадовать лесных жителей.       Протяжный зевок, стрелка на часах двигалась настолько медленно, что казалось она и вовсе застыла, потеряв ход времени. Хосок недовольно цыкнул, хватая с земли длинную палку и чертя на дорожке странные символы. Эти восемь часов на посту посреди леса выглядели словно пытка, делать было совершенно нечего. Наслаждение одиночеством тоже ему особо не нравилось, он и так почти всю свою жизнь был один, и вся эта хваленная романтика давно улетучилась. Хосоку хотелось быть со всеми, хотелось разговоров ни о чем, простых житейских. Всего за пару часов дежурства он уже успел достать Юнги, который просто не отвечал на его жалобные просьбы, отключив свой чип на куртке. -Засранец, - усмехнулся Хосок, выводя на земле странную фигуру, похожую на завитушки у виноградной лозы, - вот он пойдет, тоже отключу, посмотрим, как запоет.       Дежурство в городе тоже не было его мечтой, но скуку там рассеивали местные жители, которые были не прочь рассказать пару историй или поделиться последними сплетнями. Городок был маленький, мужчины работали на фермах и рисовых полях, а женщины держали хозяйство, либо продуктовые магазины. Молодежи там не было, она вся при первой возможности уезжала в Сеул, чтобы хоть как-то прочувствовать другую жизнь. По улицам ходили лишь женщины, пара пьянчушек и солдаты с постов. Никто из коллег так и не заговорил с Хосоком, лишь с опаской осматривая его с противоположной стороны улицы. Ему даже пришлось купить солнечные очки, чтобы хоть как-то снизить внимание к своей персоне, ибо все местные фотографировали его, то и дело, бессовестно вглядываясь в его прекрасное лицо и восхищаясь. -Ну, можно и умирать спокойно, - весело сказала ему продавщица в магазине, пробивая на кассе зеркальные очки и орехи. -Вы о чем? – Хосок еле оторвал глаза от онигири с тунцом, который так и манил его потратить лишние деньги, сексуально расположившись на полке возле кассы. -Ваши глаза, никогда ничего прекраснее не видела. Правду говорят, что это восьмое чудо света. -Вы так считаете просто потому, что у вас никогда их не было. Сплошное наказание. Как зверюшка в цирке. -Возможно, вы правы, но все же, согласитесь, такую красоту могла создать лишь природа. Онигири возьмите за счет магазина. «Восьмое чудо света, что она заладила», - Хосок облокотился на самое большое дерево, вспоминая диалог с продавщицей и то, что в кармане его брюк завалялся вкусный перекус.       На шелест упаковки с ветки свесилась маленькая пушистая голова, своими большими глазками сканируя еду. Хосок лишь высунул язык, демонстративно откусывая большой кусок онигири. Белка лишь недовольно вильнула хвостом, скрывшись прочь. Но заставил уйти ее не наглый поступок, а странный звук откуда-то из чащи леса. Хосок медленно жевал, прислушиваясь к звуку ломающихся под ногами веток и шелесту опавшей листвы. Фиолетовая слеза скатилась по щеке, капая на белый рис, а вдалеке он увидел легкую, едва уловимую ауру. Засунув остатки еды в карман, их место заняла винтовка, которая как родная лежала в руках Хосока. Аура и шаги становились все четче. -Боже, ну и захолустье, - отмахиваясь от веток и паутины, из-за небольшой осины вышел юноша, одетый в точно такую же форму, как и Хосок, а на щеках его красовались капельки крови.       Нервно прицыкнув, Хосок убрал винтовку, делая уверенные шаги в сторону незнакомца. В этой всей ситуации его смущала лишь странная аура, которую он не мог прочувствовать до конца. -Простите, что напугал вас, - юноша неловко улыбнулся, слегка почесав затылок, но увидев на себе прекрасные глаза лишь невольно ахнул, - о, так вы тот самый человек, единственный с фиолетовыми глазами? Про вас все говорят, невероятно! -Что в лесу делал? С какого поста? – Хосок был непоколебим, доставая через мелкое окошко в будке, электронный планшет, где записывал всех, кто проходил мимо поста, - Имя, фамилия, куда идешь? -Ах, да! Квон Нэмджу, я с северо-западного поста! От скуки решил прогуляться, да вот и заблудился. -Ну в лесу неудивительно, кругом деревья, ветки и зелень. Стой, ты шел почти полтора километра? -Ну, выходит, что так, - Нэмджу вновь выдавил идиотскую улыбку, облокачиваясь на ствол дерева, - простите, что напугал вас. Я, кстати, видел вас еще в городе, но подойти не было возможности. -Бывает. Я Чон Хосок, - напряженное рукопожатие, Хосок все еще не понимал мотивы этого парня, но ясно было одно, он ему не нравился, - все нормально у вас на посту? -Скукотища еще та, - Нэмджу громко зевнул, поправляя на своей голове кепку цвета хаки, -неудивительно если мы помрем. В городе хоть какое-то развлечение. А ваши глаза, вы можете ими сканировать людей?       Хосок удивленно поднял брови, вопрос показался ему пусть и уместным, но прозвучал невовремя, а в голосе парня слышалась странная насмешка. Узкие карие глаза тоже слегка улыбались, прожигая игривым взглядом Чона. Помимо шелеста листвы в лесу пели десятки птиц, слегка сглаживая неловкое молчание. -Статью пишите про таких как я? - спустя некоторое время Хосок ярко и непринужденно улыбнулся, закрепляя винтовку обратно на спину, - я могу по почте вам и свои анализы выслать, кровь, моча, кал. Вы только попросите.       Насмешливое лицо Нэмджу в миг исказилось неприятной гримасой, сам он еле сдерживался, чтобы не вступить в грубую словесную перепалку. Обычно, так дерзко его принижал только Тэиль, до сегодняшнего дня. Хосок не нравился ему все больше. -Просто интересовался, простите если обидел. Когда еще выпадет такой шанс, встретить фиолетовые глаза. А то вокруг лишь мерзостные красные. -Все глаза прекрасны, Нанджу-ши.. -Нэмджу,- юноша едва слышно прицыкнул, тут же натягивая улыбку до ушей, - что же, Хосок-ши, приятно было познакомиться. Пойду обратно на пост, а то мало ли, что там без меня произойдет. Передавайте привет Чонгуку!       Юноша скрылся среди деревьев, на прощанье помахав рукой, и оставив Хосока в слегка поганом настроении. Взглянув на тоненький ствол дерева, который еле выдерживал вес этого идиота, полностью облокотившись на него, он вдруг увидел странный след, который был бордового цвета. Дождавшись, пока шаги совсем исчезнут из диапазона, Хосок достал салфетку и аккуратно провел по пятну. -Кровь? – поднеся к носу, в слизистую въелся приторный запах железа, - но у него не было ран. На щеках тоже была кровь…       Хосок еще раз взглянул в густую чащу, но его глаза больше не увидели ничего примечательного, словно, даже эта встреча показалась ему. Теплый ветер слегка пощекотал его щеки, а он, вновь взглянул на часы и, обреченно вздохнув, достал остатки онигири.

*** ***

      Джин неторопливо бродил по улочкам, то и дело с интересом заглядывая через заборы. Везде было пусто, все еще работали, хотя солнце уже давным-давно ушло из зенита. Августовские теплые вечера приятно гармонировали с этим провинциальным городком, заставляя сердце успокоиться, а душе дать возможность насладиться жизнью. Даже эти ужасные события, которые все еще преследовали Джина по ночам, вдруг взяли небольшой перерыв, освободив голову для новых мыслей и идей. Гравий под берцами приятно похрустывал, а запах акаций щекотал нос, заставляя чихать. Единичные прохожие приветливо улыбались, по пути перекидываясь парой слов о погоде и каких-то неважных событиях.       Свернув в небольшой переулок, чип на куртке неприятно завибрировал, оповещая о входящем звонке. Джин, который повязал куртку на бедрах, быстро перекинул ее на свои широкие плечи, по путно сложив руки на груди замедлив шаг. -Джин на связи. Если вы хотите сделать мне комплименты, то можете приступать. Если хотите сказать об очередном поручении, то пожалуйста отключитесь, -он громко хохотнул, обернувшись по сторонам, в поиске свидетелей, но убедившись, что он единственный путник на этой улице, продолжил смеяться. -Юнги-ши, если это ты, то так и быть, можешь без комплиментов. Можешь просто обращаться ко мне сонбэ.       В ответ не последовало ни одного звука, лишь легкое шуршание по сторону. Улыбка Джина стала приобретать более испуганные очертания, а через минуту и вовсе исчезла. -Алло? Хосок-ши? Уснул там что ли? Своим подбородком давишь на чип, проснись! -… -Алло? Слушайте, ваши приколы дебильные! Алло?       С силой надавив на кнопку в воротнике, Джин становился все нервознее, а голос все громче звучал между домами в этом заброшенном переулке. Неожиданно из рядом стоящей мусорки раздался звук бьющегося стекла, а огромная чайка, с громкими криками взлетела в голубое небо. Джин закричал так громко, что его собственные перепонки чуть не разорвались, а сердце благополучно сделало свою остановку. -Пернатая тварь, - он усмехнулся, дрожащими руками поправляя слегка взъерошившиеся волосы, - я чуть коньки не откинул. А еще одна тварь сейчас по ту сторону. Слышь, алло, хватит дышать.       Свистящее дыхание, больше было похоже на сквозняк, то и дело раздавалось на перевес с другими странными звуками, шуршание, легкое причмокивание. Но тут, случилось то, что заставило Джина чуть ли не завыть от страха, его собственный голос с последней произнесенной фразой раздался из чипа. Испуганные глаза быстро окинули территорию, подмечая вокруг всевозможные варианты. Впереди были лишь задние дворы домов, помойка и выключенный фонарь, назад Джин решил не оборачиваться, ускоряя свой шаг как можно быстрее. Пробегая мимо помойки, его внимание привлекли несколько маленьких истерзанных мохнатых трупиков, хаотично валяющихся под колесами огромно контейнера, вокруг были лишь единичные капли крови, хотя тельца были иссушены. Отвращение победило, поэтому Джин лишь слегка склонился, тут же воротя нос прочь. -Коты тут очень прожорливые, - раздался за спиной спокойный голос, а после шум мусорного пакета, - что-то они совсем озверели.       Сердце Джина снова на секунду остановилось, рука драматично опустилась на грудь. Обернувшись, он увидел перед собой молодого человека, приятной наружности, одетого в домашние спортивки, серую толстовку, с небольшими пятнами жирного соуса и черные кроксы. Длинные волосы были собраны в невысокий пучок, от чего некоторые пряди слегка выбились и плавно спускались на грудь. В зубах он держал палку от чупа-чупса, прилично изжевав один из концов. -Курить бросаю, - юноша усмехнулся, ударив пальцем по палке, а до ушей снова донесся приятный тембр голоса, который завораживал и очаровывал, - вы тут сегодня на посту? Каждый день вижу ваших сослуживцев, но вас впервые. -А, - Джин немного передернул плечами, словно, возвращаясь обратно из легкого транса,- да, сегодня моя смена дежурить в городе. У вас никаких проблем нет? -В принципе нет. Я недавно сюда переехал, поэтому еще мало на что могу жаловаться. Разве только на эти мелкие лохматые трупики. Крысы-это источник болезней, а если они еще тут разлагаться будут, думаю в следующее дежурство вы увидите тут и тараканов, а может что и хуже. -Я упомяну об этом в отчете, можете не переживать. А дальше уже как решит управление, может вышлют ветеринарную службу. Могу поинтересоваться, почему вы выбрали этот городок? Мы с вами вроде одного возраста, а это место уж явно не для молодых.       Незнакомец улыбнулся, протягивая свою изящную ладонь для рукопожатия, предварительно слегка приподняв растянутые рукава толстовки. Джин отметил, насколько бледной была его кожа, а еще белоснежные острые зубы навивали странное чувство тревоги. -Меня зовут… Тэян, - юноша учтиво кивнул, крепче сжимая руку, - рад встрече. Моя история банальна до жути, устал от городской суеты, да и здоровье ни к черту. А тут вроде как воздух чище, горы ближе, небо яснее. Благо, технологии позволяют работать на удаленке. А вас как зовут? -Солдат Ким Сокджин, северный пост. -Джин-ши, вы не выглядите как военный, - Тэян засунул руки в карманы, перекидывая языком палочку и продолжая рассматривать нового знакомого, - знаете, по внешнему виду человека можно многое сказать, и вот выглядите как телеведущий или сын богатенького человека. -Вы мне льстите, - Джин слегка усмехнулся, прикрывая рот руками, чтобы не показать, как преображается его лицо от похвалы, - так и есть. Я не военный, меня просто обязали к службе. Еще пару дней назад я занимался другими делами. -От вас пасет смертью. Прям в нос ударяет, что он аж чешется. Гниль и холод. -Что простите? -Я что-то сказал? Простите, у меня психические расстройства, бывает такое. Простите! – юноша низко кланялся, устроив рядом с помойкой театр одного актера.       Джин лишь напряженно следил за ним, сдерживая свои дрожащие руки на груди. «А от него пасет опасностью», - подумал он про себя, вновь увидев клыки, - «у той девушки были похожие…». Неожиданно, молодой человек сжал плечо Джина, на носочках поднимаясь все ближе к уху. -Вы везунчик, Джин-ши. Такая светлая аура вокруг вас, что аж блевать от восторга хочется, - его сбитое дыхание эхом отозвалось в голове Джина, - Не бойтесь меня, я же говорю, у меня проблемы со здоровьем. Психическим и не только.       Отдаляясь, пред Джином показались бледно-красные глаза, точь-в-точь похожие на таковые у Намджуна. Рот непроизвольно открылся, чуть не уронив челюсть на пол. Но все больше всматриваясь в них, что-то внутри твердило, что это все обман. -Видите, эти глаза наказание, - Тэян слегка потер их, нервно прицыкивая, - от них болит голова, а я вижу то, чего видеть не должен. Ладно, Джин-ши, приятно было с вами поболтать, до скорой встречи! И будьте внимательны к людям, среди них много фальшивок.       Последние слова он крикнул громко, зажав на воротнике Джина кнопку связи, а после, рассмеявшись, скрылся за железным забором небольшого дома, оставляя его в недоумении. Мимо пронеслись сухие лепестки акаций, гонимые легким ветерком. Пухлые губы так и остались приоткрыты, словно замерли на какой-то фразе, так и недоговорив ее. Чип на куртке тоже потух, а через динамик больше не доносилось ни дыхание, ни шуршание.