Сильнейшая из магий

Ранним утром этого дня Лейси решила проводить Бриттани в школу. Они как раз проходили мимо местного сторибрукского кафе «У Бабушки», которое только-только открывала Руби, когда в воздухе вдруг повеяло какой-то странной светлой дымкой, и с неба словно полился золотой свет. Спустя минуту свет прекратился, и вроде бы всё осталось прежним, но что-то явно изменилось. На мгновение Лейси остановилась как вкопанная посреди улицы, глядя на Руби, которая точно так же замерла на месте. Обе словно вспомнили в этот миг что-то очень важное для них. — Белль! — вырвался наконец у Руби истошный крик, — Белль, это ты?! Сердце Лейси пропустило резкий удар, к горлу её подступил комок, по щекам покатились слёзы… — Красная Шапочка! — прошептала она в ответ. Руби тотчас же бросилась к стоящей напротив подруге и заключила её в крепкие объятия. Обе обнимали друг друга так крепко, как только могли. — Ты меня помнишь? — всхлипывая, спрашивала Руби, — не как Руби, а как Красную Шапочку… Помнишь, Белль? — Конечно, помню! — слёзы буквально душили её подругу, — я всё-всё вспомнила! Боже… Красная Шапочка, мы с тобой ведь не виделись с момента, как я стала служанкой Румпельштильцхена… Мне столько всего нужно тебе рассказать! — Так, значит, про капитана Крюка — это всё правда? — спрашивала Руби, — и когда ты только всё успела? — она засмеялась сквозь слёзы. — Да, это правда, — отвечала ей Белль, — только я даже понятия не имею, где он сейчас… А ещё Румпельштильцхен отнял у меня дитя, чтобы отдать Реджине, — голос её дрогнул, — я должна найти свою дочку, где бы она ни была! — Я знала, что ты — моя мама, что это правда! — произнесла стоящая рядом Бриттани, коснувшись её руки, — не нужно никого искать — я здесь! Это я! Пелена слёз окончательно заслонила глаза Белль, когда она присела на корточки рядом с девочкой и коснулась пальцами её чёрных волос. Внутри всё готово было перевернуться, она едва сохраняла равновесие. — Ты так на него похожа! — прошептала Белль, — просто маленькая копия! Произнеся эти слова, она обняла Бриттани с бешеной силой, настолько крепко, насколько это только было возможно. — Мам! — повторяла девочка, прижимаясь к ней ещё крепче, — мама! Мама! Я знала, что ты — моя мама! — Моя девочка! — всхлипывая, шептала Белль и покрывала заплаканные щёки дочери бесконечными поцелуями. Не хватит и всех слов мира, чтобы в полной мере описать то, что чувствовали обе в этот момент. — Бриттани! — раздался вдруг посреди улицы пронзительный голос подбегающей Реджины, — Бриттани, умоляю, выслушай меня! — Стой! — Белль враждебно преградила ей путь к девочке, — знаешь что, Реджина, хочешь усыновить ребёнка — ищи где-нибудь в другом месте, а не отбирай чужих детей! Как тебе вообще только совести хватило?! Бриттани — моя дочь! Моя! — горячо выпалила она. — Всё хорошо, мам, — успокоила её Бриттани, после чего подошла к Реджине, готовая вступить с ней в разговор. — Разве так поступают? — тихо промолвила девочка, глядя на неё, — из-за тебя я росла, не зная своих настоящих родителей! — Бриттани, я всего лишь хотела подарить тебе всю свою нерастраченную материнскую любовь, — на глазах Реджины выступили слёзы, и, всегда прежде такая сильная и жёсткая, она казалась такой уязвимой в этот момент, — что бы ты там ни думала, я действительно тебя всегда любила, люблю и буду любить! Прости меня, Бриттани, — с этими словами, едва найдя в себе силы отойти от девочки, она развернулась и просто ушла в сторону своего дома. Слёзы в этот момент душили Реджину с бешеной силой, а Бриттани ещё долго смотрела ей вслед, и взгляд её был полон задумчивости и даже некоторой грусти. — Что будешь делать теперь? — обратилась к Белль находящаяся рядом и наблюдающая всю эту сцену Руби, — есть планы? — Есть, — тон Белль был полон уверенности, — теперь я планирую отыскать Киллиана!