Спектакли по-Хогвартски

Хогвартс. Четырнадцатое января. Настя сидела в директорском кабинете в кресле напротив стола Дамблдора. Волшебник флегматично попивал чаёк, в то время как девушка была готова хвататься за голову. – Зачем вы опять меня позвали? – стараясь сохранять спокойствие, из-за чего пришлось вцепиться в подлокотники кресла, спросила девушка. – Анастасия, вы так впечатлили всех вашим прошлым спектаклем, что мы с коллегами посовещались и решили, что вы просто обязаны поставить ещё что-нибудь. На носу четырнадцатое февраля. Девушка со стоном зарыла руки в волосы и закрыла глаза. – Спасибо, конечно, и я всё понимаю, но, не поймите меня неправильно, вы отрываете меня от учебы. Класс у меня не выпускной, конечно, но всё же он не предполагает пропуска в два месяца. – Хорошо. Раз дело только в этом, то я обещаю предоставить вам все необходимые учебники и уточнить у ваших преподавателей программу на месяц вперёд. А вы пока побудете здесь и поставите нам какую-нибудь магловскую сказку о всепобеждающей силе любви, – принялся увлечённо расписывать Дамблдор. Глаза его затуманились и, похоже, на данный момент он пребывал где-то в другом месте и времени. – А? – тупо переспросила девушка. – Что вы можете поставить в этот раз? Я могу предоставить вам беспрепятственный доступ в нашу библиотеку, вы почитаете и, может быть… «Проснись, проснись! – мысленно твердила Настя, зажмурившись изо всех сил, но голос Дамблдора не замолкал». – Я вижу по вашим глазам, что вы согласны, – удовлетворённо заключил директор. Девушка перестала жмуриться и удивлённо моргнула. «О, Боже! Я опять в это ввязалась!» Итак, Анастасия, с лёгкой руки Дамблдора, вновь сидела в Выручай-Комнате в окружении своих учебников и множества книг с различными сказками. – Боже, что же выбрать? Тут столько всего, плюс они дали мне и книги из магловских библиотек. – Она зевнула и сонно прикрыла глаза, в которых уже рябило от строчек, названий и пёстрых обложек. – Была бы такая сказка, в которой не надо было бы особо напрягаться, а может, даже и вздремнуть… – Она вновь зевнула, и тут её взгляд упал на одну из книг. – Это ведь то, что нужно, – прошептала Настя, хватая книгу, на обложке которой значилось «Спящая Красавица». Работа закипела. Уже к обеду листочки со жребием стараниями домовиков были запрятаны в продукты питания, салфетки и прочее, а бедные студенты ещё даже не представляли, что их ждёт. Настя, хитро оглядывая Большой Зал, поедая пирожные, и вот, когда с разных концов послышались стоны, кашель и возмущённые вопли, она и решила, что пора. – И вновь те, кому выпали бумажки, подойдите сюда, – объявила девушка, выбираясь из-за стола. На этот раз актёрский состав оказался немного другим. Перед Настей в ряд выстроились: Невилл, Гарри, Гермиона, Полумна, Драко, Дин с Симусом, Джинни Уизли и сёстры Патил вместе с практически подпрыгивающей Лавандой. – Ну-с, что у нас здесь? – Настя по очереди начала собирать у горе-актёров бумажки с ролями. – Угум, «Принц», «Король», «Королева», «Спящая Красавица»… – она хмыкнула, оглядев Полумну Лавгуд, взглядом не от мира сего оглядывающую её и стоящих рядом с ней. – Боже! Опять ты? – воскликнула она, увидев стоящего перед ней Драко Малфоя. – Что там у тебя? Оказалось, что Драко досталось всего-навсего читать текст за рассказчика, но Настя всё равно была взволнована до крайности и пообещала, что оставит слизеринца без волос, если он и в этот раз напортачит. Далее оказалось, что Джинни должна была играть злую ведьму, сестры Патил и Лаванда – фей, а Дин и Симус – стражников. – Ну, что ж, – подвела итог Анастасия, оглядывая немного изменённый состав труппы. – По-моему, не так плохо. Часть костюмов можно взять с прошлой постановки. – Свой я сжёг ещё в день спектакля, – хмуро сообщил Малфой. Настя невольно прыснула, вспомнив, как выглядел Драко, вынужденный волей жребия играть Крёстную Фею Золушки. Тот ещё больше нахмурился и мысленно пообещал устроить проклятой девице какую-нибудь пакость. На следующий вечер, по счастью оказавшийся выходным, состоялась первая репетиция. Поскольку в Выручай-Комнате до сих пор валялись по углам книги, то часть актёров не удержалась и решила посмотреть, что могло им достаться в качестве постановки. – «Федот-стрелец, удалой молодец»? – прочитал Драко на одной из обложек. Настя обернулась. – Ого! Не знала, что там и он есть, ещё и на английском. Это магловская сказка магловского писателя, – объяснила она, утрамбовывая свеженаписанный сценарий. – Она больше на взрослую аудиторию рассчитана, так что не вариант. Малфой с заинтересованным видом принялся пролистывать книжку. Настя лишь закатила глаза. В конечном итоге, репетиции шли довольно неплохо, но временами режиссёр-постановщик всё же огревала кого-нибудь сценарием по голове. Большинство костюмов, как и предполагалось, взяли с прошлого спектакля (своё платье в блестках Малфой действительно сжёг в день первой постановки с дьявольским хохотом), но некоторые, как, например, костюмы Джинни, всё же пришлось сначала рисовать, а потом просить сшить домовиков. До постановки оставалось несколько дней, когда директор вызвал к себе девушку с отчётом. – Всё идёт довольно неплохо, пока я ими довольна. У вас ко мне ещё какие-то поручения? Директор вздохнул и тут же флегматично хлебнул чайку. Настя поражённо моргнула. – Видите ли, Анастасия, думаю, и на этот праздник мы снова отправимся к вам в школу. Настя почувствовала, как у неё отпадает челюсть. – Ведь вы снова должны выступать в своей школе. Настя зажмурилась и хлопнула себя по лбу. Она действительно должна была петь вместе с одноклассницами песню на французском языке, да ещё и с танцем. За отсутствие на репетициях она не волновалась, так как знала всё наизусть и могла воспроизвести, хоть ночью разбуди, но сам факт повторного смешения маглов и магов казался ей пугающим. – Хорошо. В прошлый раз они были в восторге… кажется, – неуверенно закончила она. Дамблдор добродушно засмеялся. – Не волнуйтесь. Всё будет как надо. Репетируйте, а День Всех Влюблённых мы отметим в вашей гимназии. Настя кивнула, понимая, что возражать всё равно нет смысла, и попросила позволения идти работать. – Мне ещё нужно доделать эскизы, – сказала она, смотря в сторону. Эскизы были уже давно закончены и отданы Добби, как представителю домовиков. Директор махнул рукой. – Идите-идите, конечно. Настя быстро вышла, а директор внимательно посмотрел ей вслед, и на губах его заиграла улыбка. – Какая хорошая девушка. Я рад, что не ошибся в выборе. Известие о поездке в Россию в этот раз было воспринято практически с восторгом. Студенты до сих пор обсуждали рождественское выступление, сделавшее его актёров настоящими звездами. Итак, четырнадцатого февраля волшебники вновь прибыли в уже знакомую гимназию. Номер стоял по сценарию последним, но Настя опять же заставила актёров уйти в уже знакомый класс и репетировать. Попутно она проверяла всё, что только можно. Неожиданно в класс вбежали две девушки: высокая худая девушка с длинными тёмно-русыми волосами и девушка пониже, худенькая, с тёмными волосами, заплетёнными в косу: – Насть, нам выступать надо. Девушка мигом подскочила. – Точно! – Она обернулась к актёрам. – Так, магловскую самодеятельность мы смотреть не бегаем, а репетируем. Через четыре минуты приду и проверю! – И она убежала выступать. Песня, конечно, имела успех, но Настя всё равно больше размышляла о том, как отыграют её невольные подопечные. Лишь только выступление закончилось, она убежала обратно в класс и снова взяла всё под контроль. До выступления оставалось минут пятнадцать, так что девушка решительно выгнала большую часть волшебников из класса в коридор около актового зала. В конечном счёте, там творилось примерно то же самое, что и во время прошлого спектакля. Все бегали как заведённые, повторяли слова, на ходу поправляли костюмы и даже переодевались, доделывали причёски и многое другое. В самом эпицентре этого «дурдома на выезде», как мысленно окрестила происходящее наша героиня, стояла режиссёр-постановщик всего действа, шестнадцатилетняя гимназистка по имени Настя. Девушка каким-то немыслимым образом умудрялась руководить всем этим балаганом и одновременно читать сценарий. В свободной от сценария руке девушка держала небольшую аптечку. «Без валерьянки здесь не обойтись! – решила она и при первой же возможности по прибытии в Россию сбегала в аптеку». Пролистнув сценарий примерно до середины и взглянув на наручные часы, шатенка огляделась. – Так, Лонгботтом, Лавгуд, Малфой! Короче, все ко мне! Названные появились в считанные секунды, сходясь с разных концов коридора. Настя оглядела их внимательным взглядом на предмет трезвости и адекватности. «Так, вроде тревожных признаков не видно, – отметила она и немного успокоилась. – Может, всё ещё и обойдётся». – Дети мои, – напутственным тоном священника в церкви начала она, от чего лица участвовавших в прошлом спектакле немного вытянулись. Оценив эффект, Настя сплюнула и быстро переключилась на деловой тон: – В общем, мы снова, стараниями вашего директора и, куда деваться, моими тоже, ставим сказку. И не думайте, что забыла, что вы устроили на Рождество! – Она метнула грозный взгляд в Драко, который тут же принял невинный вид. «Хорошо ещё не насвистывает!» – В общем, моя просьба к вам, – Настя посмотрела на Полумну и Невилла. Лавгуд, кажется, выглядела сонной. «А вообще, у неё всегда взгляд странный, может, я ещё и накручиваю тут себе лишнего». – Моя просьба к вам, – повторила девушка, зарыв руку в короткие каштановые волосы, – не завалить спектакль, пожалуйста, и действовать по сценарию. И, Полумна, – она выразительно посмотрела на главную героиню, – я прошу тебя как человека не бродить по сцене и не считать, сколько в помещении поместится морщерогих кизляков или о том, что здесь повсюду нарглы и скоро всем настанет полный… – Она не договорила, а лишь устало вздохнула и отвела взгляд. Полумна кивнула и зевнула. – Я хочу спать. Подобные вещи выматывают организм, и он становится наиболее уязвим для нар… – Достаточно! – Настя устало подняла руку и тяжело вздохнула. – Если слишком тяжело станет, на сцене выспишься, тем более что тебе по роли положено. Тем временем, в зале ведущие уже начали объявлять их выступление. Настя живо напоследок всех перекрестила и, предупредив Малфоя, а заодно и всех остальных насчёт импровизации, при этом показав кулак, быстро убежала за кулису, где уже стоял стул, прихватив по дороге сценарий и небольшую аптечку с успокоительным и водой. – Только попробуй завалить – оставлю без волос! – напоследок пригрозила девушка Драко и окончательно исчезла за шторкой. – Начинайте уже! – через секунду раздалось из-за этой самой шторки, и Драко, вздохнув, вышел на сцену, на ходу поправив перешитый домовиками костюм Гермионы а ля герольд.

АКТ 1.

Драко Малфой занял своё место рассказчика с боку от сцены и, оглядев свой костюм и зрителей взглядом «Какого чёрта я тут вообще делаю?», неожиданно для самого себя, режиссёра-постановщика и всех присутствующих начал так: – Верьте аль не верьте, а жили на белом свете… На своем месте Настя в порыве стукнула ладонью об стену и гневно зашипела: – Малфой, твою дивизию, ты чего говоришь!? Где ты этого нахвататься успел вообще? Драко оглянулся и так же шепотом ответил: – Это всё из-за той горы книжек в Выручай-Комнате. Мне было скучно на этих дурацких репетициях, вот я и прочитал парочку… случайно. Настя попыталась прикинуть, как можно «случайно» прочитать целого «Федота-Стрельца», но у неё не получилось, и она решила подумать об этом на досуге, а сейчас как-то на расстоянии умудриться вправить Малфою мозги. – Да и потом, – продолжал слизеринец уже на порядок громче, косясь на заинтересовавшихся зрителей, – с таким началом, которое в сценарии, сказки вообще отличить невозможно и я подумал, что не мешало бы немного разнообразить репертуар. За шторой послышался английский мат сквозь зубы. – Продолжай давай уже, – немного выпустив пар, проговорила Настя и уселась поудобнее. Драко с лёгким кивком повернулся лицом к залу и продолжил, как ни в чем не бывало: – Жили на белом свете король с королевой… бедное королевство, – пробормотал он себе под нос последние два слова, но из-за кулис послышалось предупреждающее: «Что я говорила тебе насчет импровизации не по теме?» Слизеринец со стоном закатил глаза и продолжил: – В общем, на старости лет, – тут он как-то подленько захихикал, покосившись в сторону выхода в коридор, – родилась у короля с королевой дочь. На сцену вышли несколько человек: Гарри и Гермиона в шикарных нарядах и коронах, Симус и Дин с алебардами наперевес, наряженные в настоящие доспехи (нагло спионеренные из школьного коридора. Хогвартса, разумеется!) и ещё человек шесть, долженствующих изображать придворных и/или гостей. Король и королева уселись на покрытые бархатной узорчатой тканью стулья – троны, Симус и Дин встали по обеим сторонам от них, а оставшиеся просто окружили героев и принялись картинно сюсюкать и восхищаться свёртком, завёрнутым в красную ткань и перевязанным белой ленточкой, который держала Грейнджер. Малфой, тем временем, продолжал повествование: – И вот, на этот праздник были позваны все знатные люди, а ещё три добрые феи. – При слове «феи» он скривился, очевидно, припомнив «Золушку» и свой… кхм… дебют. На сцене появились Парвати, Падма и Лаванда, разодетые в лёгкие платья и высокие колпаки с тонкой полупрозрачной тканью, пришитой к наконечнику. Их волшебные палочки были обмотаны ленточками под цвет колпакам, а на конце (Драко очень настаивал на этом) были прикреплены звездочки. И в этот раз макияж был грамотный, потому как Настя и на километр Лаванду к косметичке не подпустила, а организовала для этого дела Пэнси Паркинсон, которая сразу же согласилась (не из глубокой симпатии к магле, конечно). И, надо отдать ей должное, дело своё она делала качественно и без помощи палочки. Драко же со своего места покосился на девушек и, кажется, даже часть краски и так сошла с бледного от природы лица. Он продолжал: – И добрые феи решили подарить маленькой принцессе по подарку. Парвати сделала шаг вперёд и склонилась над свёртком в руках Гермионы. – Милая принцесса, я дарю тебе дар красоты! – Она взмахнула палочкой. Зрители, сидящие в зале, почувствовали, как их обдувает лёгким ветерком, но магловская часть благополучно решила, что наверняка это часть спецэффектов или нечто в этом роде. Парвати, сделав своё дело, отошла и вперёд выступила Падма: – Дорогая принцесса, я подарю тебе ум! – Она махнула палочкой и отошла. Драко отвернул голову в сторону и пробормотал: – Вот, что называется «Горе от ума»… Первые ряды, конечно, всё услышали и прыснули, а только успокоившаяся Настя вновь напряглась. – Драко, не сбивай людей! Они, в отличие от некоторых, говорят по тексту! – шёпотом сказала она. – Молчу-молчу. Падма, тем временем, тоже отступила на шаг назад и вперёд вышла Лаванда. – Ваше высочество, я дарю тебе… Настя судорожно защёлкала пальцами. Колин Криви, которого поставили на музыку и несколько раз проинструктировали, куда и когда нажать (а Настя даже перестраховалась и написала всё по пунктам на бумажке), включил трек под нужным номером и на весь зал заиграл… «Имперский марш». Настя поперхнулась слюной. «Кто…? Откуда…? А, ладно. Где там Джинни?» Драко, тоже немного оторопевший от такого саундтрека, начал судорожно искать в сценарии нужную строчку: – Но неожиданно появилась злая ведьма, которую не позвали на день рождения принцессы. – Тут он картинно вздохнул. – Да, как же несправедлива бывает судьба! Из Золушки в Злую Ведьму из-за того, что принц сбежал к этой… как её… ну, к той, которая текст читает. И теперь она королева, а я тусуюсь здесь в очередном жутком костюме, которых я за всю мою недолгую, но насыщенную жизнь мерил целых два раза. Не возмутительно ли? Зрители уже плюнули на спектакль и с интересом слушали слизеринца, а Настя с обречённым видом открыла аптечку. «Не обошлось!» На сцене появилась Джинни в чёрном облегающем платье, увешанная крупной дорогой бижутерией. Рыжие длинные волосы лежали крупными кольцами на худеньких плечах. Макияж был достаточно яркий, губы накрашены алой помадой, а лицо выглядело непривычно бледным. Но стараниями Пэнси всё это выглядело довольно красиво. Драко тихо присвистнул. – Золушка до и после… Настя предупреждающе кашлянула. – Драко! Парень примирительно улыбнулся шторе, за которой скрывалась девушка. – Понял! Не дурак! Короче, давай, Уизли! Вперёд! Девушка медленно и чинно прошлась по сцене, оглядев всех надменным взглядом и, обернувшись вокруг своей оси и вскинув руки, заговорила: – А вот и я! – Она дьявольски захохотала. – А вы почему меня не позвали? Такое событие в королевстве! Гарри и Гермиона вжались спинами в троны, а Грейнджер прижала к груди свёрток с «ребёнком». Джинни хмыкнула. – Ах, так? Не хотите отвечать? Ну, думаю, раз я пришла, то тоже должна подарить малышке-принцессе что-нибудь… – Она картинно задумалась, а потом щелкнула пальцами. – А, знаю! Пускай в её шестнадцатый день рождения она уколет палец веретеном и умрёт! – Она снова расхохоталась. Король с королевой и остальные ахнули от ужаса, а Гермиона даже начала всхлипывать, спрятав лицо у Поттера на плече. Драко похлопал в ладоши. – Браво, Уизлетта! Вот это я понимаю! Вот это сказка! Обозлённая Золушка, от которой ушёл принц! – Он показал Джинни большой палец в знак одобрения. Настя со вздохом «для надёжности» выпила на своём месте ещё таблетку. «А это только самое начало! Что же дальше-то будет?» Джинни, успев прожечь в рассказчике парочку лишних дырок взглядом, продолжала дьявольски хохотать, воздев вверх руки. Гермиона к этому моменту уже упала в картинный обморок, и теперь Поттер обмахивал её раздобытым откуда-то платочком. Сцена затягивалась. – Достаточно, – кашлянув, сказала Настя. Джинни перестала хохотать и быстро покинула сцену. Из-за шторки послышалось предупреждающее: – Драко, сценарий! Малфой быстро уткнулся в текст. – Король приказал схватить ведьму, но та бесследно исчезла. Словно очнувшийся Поттер кинул клич: «Схватить ведьму!», и Симус и Дин с алебардами наперевес убежали вслед за рыжей девушкой, зевая и гремя доспехами. Драко кое-как увернулся от пробегавшего в служебном рвении Финнигана, поправил причёску и продолжил: – Родители принцессы были убиты горем, но осталась последняя фея, которая ещё не успела подарить принцессе подарка. Лаванда вздрогнула, перестала строить глазки Рону, который, к своему несчастью, был в числе массовки, но в этот раз в мужском и более-менее сносном костюме, и обернулась к Гермионе, которую уже успели привести в чувства. – Ах, да! Я, конечно, не в силах снять проклятие, но всё же попробую что-нибудь сделать… Тут она, по-видимому, забыла текст, потому как просто застыла в многозначительной позе, покачивая палочкой и смотря на свёрток так, словно там лежала шпаргалка. Настя, со стоном приложив ладонь ко лбу, зашептала девушке подсказку: – Нет, не смертью… Лаванда тут же воскликнула победное: «А!» и продолжила уже сама, взмахнув при этом палочкой. В коридоре послышался звук распахивающегося окна, а потом быстрые шаги и тихие голоса. – Нет, не смертью, сном глубоким то проклятье обернётся, и тогда лишь ты проснёшься, когда первый поцелуй милых губ твоих коснётся… – Отлично! – устало похвалила Настя. – Хоть что-то ты помнишь. Драко, твои слова! Малфой удивлённо обернулся. – Что, уже? А я только во вкус вошёл… – Давай, – рыкнула режиссёр-постановщик. Драко грустно вздохнул и обернулся к зрителям: – АНТРАКТ! В зале послышались голоса и аплодисменты, а актёры и режиссёр-постановщик быстренько ушли в коридор.

АНТРАКТ.

– Ну, что ж, – произнесла Настя, сидя на парте в классе, в котором временно обосновалась актёрская труппа, – всё было не так уж и страшно, как я предполагала. Драко наклонился к Блейзу Забини, которого по какому-то стечению обстоятельств запихнули в массовку, и шепнул: – Интересно, это из-за убойной дозы успокоительного или она действительно нами довольна? – Драко, я всё слышала, – протянула девушка и начала водить указательным пальцем по поверхности парты. – Так, теперь Джинни идёт гримироваться и переодеваться, а Невилл и Полумна – ко мне. Названные повиновались. – Полумна, не смей спать на сцене до укола веретеном и… ну, о нарглах я тебя предупредила уже. – Она вздохнула и, махнув девушке рукой, чтобы она отошла, повернулась к Невиллу. – Теперь ты. Ты – прекрасный принц. Принц, понимаешь? Главный герой, красавец и всё такое… А главный герой не боится Спящую Красавицу, не подпрыгивает на метр от каждого шороха и не целует Спящую Красавицу в щёку! – припечатала она. Парень смущённо посмотрел на носки своих ботинок. Настя со вздохом положила руку ему на плечо и нагнула голову поближе: – В чём твоя проблема? Невилл смущённо отводил взгляд, но, наконец, выдавил, красный, как помидор: – Я не умею целоваться. Пауза. Через секунду Драко фыркнул от смеха, а потом уже откровенно расхохотался. Гермиона, стоявшая рядом, молча заехала ему локтем в живот. Смех превратился в хрип, а блондин согнулся пополам, выпучив глаза. Настя удивлённо моргнула. – Ты за это поплатишься, грязнокровка, – прохрипел парень, но всё же отодвинулся подальше. Настя отвернулась обратно, тут же забыв о скорчившемся слизеринце. – И это всё? Чему вас только в Хогвартсе учили… – Она всплеснула руками. – Ладно. Целоваться несложно, так что по ходу действия сообразишь. Только не увлекайся сильно – в зале дети! – Тут она подмигнула вконец смутившемуся парню, а потом обвела взглядом актёрский состав. – Где Джинни? Выход скоро… А! – Она вздрогнула, так как перед ней появилось нечто с рыжими с проседью волосами, бледное с красными глазами и клыками. Настя, приложив руку к сердцу, тяжело вздохнула. – Неплохо, но кто сделал тебе красные глаза и клыки? Мы здесь не «Сумерки» ставим, хотя из тебя в таком виде получилась бы неплохая Виктория… Ты по сценарию должна быть бабушкой! Драко, пришедший в себя после удара, хохотнул. – Золушка – финишная стадия. Магла метнула в него грозный взгляд. – Вспомни, что ты творил во время «Золушки» и прикуси язык. – Настя отвернулась разбираться с Джинни, а Драко скорчил рожицу. – Значит, так!... Нет, ну, всё-таки, я была уверена, что Пэнси – хороший визажист… – А это не Пэнси, – удивлённо ответила Джинни. В голову шатенки начали закрадываться нехорошие подозрения. – А кто? – осторожно спросила она, уже предсказывая, что сейчас услышит. – Лаванда. Настя с бессильным стоном зарыла руки в волосы и зажмурилась. «Чёрт! Я должна была догадаться!» – Значит так! – Она резко вскинула голову. Джинни, вздрогнув, отступила на шаг. – Лаванду к косметике не подпускать! Пэнси идёт и убирает Джинни красные глаза и клыки, наколдовывает морщины и седины побольше. – Ну, точно финиш… – пробормотал Драко себе под нос. Настя медленно повернула к нему голову. Блондин невольно сглотнул и прикусил язык. – Без самодеятельности. Я предупредила. – Угум, – кивнул Малфой и как-то затравленно оглянулся на Блейза. Режиссёр-постановщик-сценарист взглянула на часы и спрыгнула с парты. – Пошли, до второго акта две минуты осталось.

АКТ 2.

Драко под томные вздохи женской половины зала снова появился на сцене. Одарив всех обворожительной улыбкой, он вдруг резко вспоминает про свой жуткий костюм, что отражается на его лице, кряхтит и начинает листать сценарий. – И вот, прошло шестнадцать лет. Всё в королевстве было тихо… почти. Злую ведьму так и не нашли, хотя король неустанно посылал на её поиски чуть ли не целые армии, но всё было тщетно. Все веретёна в первый же день рождения принцессы были сожжены по приказу всё того же недоделанного короля… – Драко, не переусердствуй… – практически беззлобно предупредила Настя, уткнувшись в свой экземпляр сценария. – Хорошо-хорошо… В общем, как я уже говорил, прошли эти шестнадцать лет спокойствия и тишины. В общем, целых шестнадцать лет в королевстве скука смертная. Принцесса выросла и стала такой красавицей, каких ещё свет ни видывал… На сцене появилась Полумна в длинном светло-голубом лёгком платье в пол, расшитом серебристыми узорами из нитей и звёздами. Платье это подозрительно смахивало на то платье, что надевал Драко на прошлый спектакль. Слизеринец, оглядев наряд на девушке, поспешно отвернулся, пробормотав: «Чертовщина какая-то… Все эти платья одинаковые. Но то я точно сжёг». Полумна, тем временем, разгуливала по сцене, отсутствующим взглядом рассматривая декорации, потолок и зрительный зал. Неожиданно она остановилась как раз посреди сцены и произнесла: – Вы не видели здесь морщерогих кизляков? – Первые ряды недоумённо на неё воззрились. Девушка задумчиво потерла щёку. – Хотя, возможно, они здесь не водятся… Жаль. С места суфлёра-сценариста и так далее послышалось возмущённое: – Полумна! Блондинка обернулась и, искренне удивившись такой реакции, сказала: – Ты говорила о нарглах, а я спрашиваю о морщерогих кизляках. Настя в отчаянии стукнулась головой о стену. – Да без разницы уже! – простонала она. – Фиг с тобой! Продолжайте! – В общем, выросла эта принцесса, правда, подарок второй феи всё как-то не проявлялся… – задумчиво произнес Драко. Из-за шторы показался женский кулак. Малфой кашлянул и поспешно поправился: – Я хотел сказать, что была принцесса и умна, и собой хороша… Вот же Лонгботтому подарочек на голову… – Последнюю фразу Драко пробормотал себе под нос. – Так вот, – продолжил он уже громче. – И гуляла однажды принцесса по замку, – Полумна начала нарезать круги, – и забрела она так далеко в замок, что нашла какую-то ветхую дверь с пыльной ручкой… Полумна остановилась посреди сцены. Сию секунду на сцене появились Дин и Симус (всё ещё в доспехах). Первый тащил картонную дверь с куском такой же картонной стены, а Симус тащил скамью и прялку, кряхтя и надрываясь при этом, как бурлак на Волге. Всё это было выгружено перед Полумной, и парни, вытирая трудовой пот, ушли обратно в коридор. Вместо них на сцену вышло сгорбленное нечто в чёрном балахоне с капюшоном. Зрители с первых рядов могли разглядеть рыжие с проседью волосы. Это нечто, откинув капюшон и оказавшись магически состаренной, но уже более… очеловеченной Джинни, село на скамеечку и принялось создавать видимости деятельности. – Принцесса поколебалась, но вошла. Полумна толкнула дверь, при этом чуть не уронив всю декорацию и подошла к Джинни. – Ой, а что вы делаете здесь? Джинни подняла голову на Полумну и после паузы, ответила: – Я? Я… катаюсь на водных лыжах. А что, не видно? Настя снова приложилась головой о стену. – Уизли! Ну, уж от тебя я не ожидала! Джинни, уставшая от всех этих сценических перевоплощений, со стоном закатила глаза. – Да пряду я, пряду. – Ой, как интересно… – протянула Лавгуд и обошла скамейку кругом. – А можно я тоже попробую? Джинни фыркнула и протянула ей веретено. – Да, пожалуйста. Меня всё равно им пользоваться не научили. Полумна задумчиво повертела веретено в руках, осмотрела его со всех ракурсов и неожиданно выдала: – Там тоже внутри полно нарглов. Джинни посмотрела на неё так, словно говорила: «У тебя не все дома, детка!» Хотя… Почему «словно»? – Кого…? Хотя, ладно, пряди уже. – Она устало отмахнулась и поправила своё одеяние. – И тут принцесса неожиданно уколола палец, – сказал Драко, который в кои-то веки помнил время своих реплик, и то, потому что передвигал пальцем по строчкам вместе с репликами актёров. Полумна уколола палец и, картинно ахнув и зевнув, прикрыла тыльной стороной руки глаза, сразу после этого рухнув на пол, словно мешок картошки. – И тут неожиданно появились феи! – продолжал Малфой. На сцену выбежали сестры Патил и Лаванда. Увидев лежащую на полу Полумну, они тут же кинулись к ней и стали причитать: – Что здесь произошло? – О, Боже! Принцесса! – Кто это сделал? – Все веретёна в королевстве надо было сжечь по приказу Его Величества. Джинни встала со скамейки и, скинув балахон, разразилась злобным хохотом. – Уж не думаете ли вы, что маленькой принцессе удастся избежать проклятия? Как бы не так! – И она убежала прочь. Повисла тишина. Послышалось тихое сопение. Парвати, Падма, Лаванда и Драко удивлённо уставились на Полумну. Та лежала на сцене с разметавшимися волосами, раскинув руки, и тихо посапывала. Веретено лежало рядом. Недоумённая пауза. Зрители начали перешёптываться. Настя, только более-менее успокоившаяся, рыкнула со своего места: – Драко, текст. Драко похлопал глазами и тут же принялся рыться в сценарии. – Э-э-э… Так вот. Добрые феи взяли принцессу и вынесли её на свет Божий… Тьфу ты… Короче, вынесли её обратно в королевские залы… В те залы, где всё чисто прибрано и нет мышей. – Он поморщился. Парвати, Падма и Лаванда переглянулись. – А как мы её потащим? – спросила Парвати. – Она всё ж не пушинка, а нам, хрупким девушкам, противопоказаны тяжести, – ответила Лаванда. Драко развёл руками. – Ну, вы же феи. Придумайте что-нибудь. Лаванда потёрла подбородок двумя пальцами. – Придумала. Эй, стража! – Она свистнула, и на сцене появились ошалевшие Дин и Симус. – Отнесите Её Высочество в её покои. Парни переглянулись. Симус обречённо вздохнул. – Опять нам всё таскать? – Вы королевская стража или кто? – взмутилась Браун. – Живо выполняйте приказ или превращу вас в носилки! Симус и Дин, понимая, что отпираться не стоит, тем более что спектакль шёл полным ходом, кое-как подняли Полумну и унесли со сцены. Девушки ушли следом. – Меняйте декорации. Живо! В коридоре послышались усталые проклятия и клятвы ни за что не становиться актёром, а потом Рон, Симус, Дин и Блейз вытащили на сцену односпальную кровать и поставили посреди сцены. – Похоже, у меня скоро будет грыжа, – тяжело вздохнув, произнес Симус (он, как и Дин, все ещё был в доспехах). – Неблагодарная это работа, – в тон ему ответил Блейз и парни на ватных ногах, и, опираясь один на другого, ушли в коридор. – Принесли они её в королевскую спальню и уложили на кровать, – продолжал Драко, словно издеваясь над несчастными невольными носильщиками. Еле держащиеся на ногах Финниган и Томас кое-как дотащили Полумну до кровати и буквально сгрузили туда. Следом за ними на сцене показались феи. – Спасибо, мальчики. Родина вас не забудет. – Лаванда улыбнулась и махнула рукой, отсылая стражу вон. Парни, почти падая, доковыляли до коридора и там, судя по звукам, приземлились на ближайшую горизонтальную поверхность. Драко демонстративно вернулся к своему сценарию. – Итак, на чём мы остановились...? Ах, да! На том, как три добрые по сценарию феи чуть не отправили на тот свет верных стражников короля, потому что принцесса на казённых харчах слыхом не слыхивала о понятии «диета»… Почувствовав, что слизеринец вновь начал говорить не по тексту, Настя решила пойти на крайние меры: – Драко, прекращай самодеятельность и говори по тексту или я отправлю твои фотографии с прошлого спектакля во все известные СМИ. Малфой в шоке уставился на суфлёрскую будку, схватившись за сердце. – У тебя что, есть мои фотографии в этом…? Из-за кулисы послышалось удовлетворённое хмыканье. – Ещё бы! Мне же нужны какие-то рычаги влияния на вас, чтобы вы не запороли новые спектакли! Драко сглотнул. – Спектакли? Во множественном числе!? Настя пожала плечами, забыв, что её не видят. – А кто его знает? Директора вашего, в смысле. Но наверняка он решит попросить меня поставить что-нибудь ещё… если меня, конечно, удар не хватит от вашей игры. Из-за кулис послышался гневный шепот Гермионы: – Алё! Спектакль идет! Драко перевёл взгляд на шокированный зал. К своему ужасу он заметил любопытные женские взгляды. «О, Мерлин!» Юноша откашлялся и снова с преувеличенным вниманием уткнулся в текст: – Итак, на чём мы остановились? Ах, да! И вот, прекрасная принцесса заснула вечным сном. И, конечно, сия весть, не без помощи уставшей стражи, дошла до короля с королевой. На сцену вышли Гарри и Гермиона. Они тут же подбежали к спящей Полумне и начали плакать и причитать, заламывая руки: – Моя бедная доченька! – восклицала Гермиона, гладя Полумну по светлым волосам. – Я же приказывал сжечь все веретёна в королевстве! Казнить всех к чёртовой матери! – в запале кричал Поттер. Малфой, присвистнул и несколько раз хлопнул в ладоши. – Ого! Вот это я понимаю, король! А я-то думал, что наш милый добренький Поттер и слов-то таких не знает! – Заткнись, Малфой! – огрызнулся Гарри. – Или я прикажу повесить тебя на твоих же подштанниках! Драко удивлённо моргнул и мысленно отметил, что гриффиндорец, похоже, слишком сильно вошёл в роль. – Эй, вы там! Говорите текст, а не то я вас потом сама лично казню и повешу! И не только на подштанниках! – пригрозила девушка. Драко с видом оскорблённой чести и достоинства поправил свой костюм и продолжил, показательно глядя в сценарий: – И добрые феи не могли видеть страданий королевства и сделали так, что все в королевстве заснули вместе с принцессой. Пауза. Из коридора послышался громкий вопль Лаванды: – Всем спать, я сказала! Гарри и Гермиона, переглянувшись, дружно рухнули на пол. Драко присвистнул. – Ого, как их всех выкосило! – Малфой… – уже слегка заторможенно возмутилась магла. Драко откашлялся и продолжил. – В общем, все в королевстве тут же уснули. Храп там стоял, конечно…Такого землетрясения королевство ещё не видывало! Из-за шторы послышался английский мат вполголоса, а потом ещё и парочка крепких выражений на русском. – Кто тебя только научил так ругаться? – искренне удивился слизеринец. – Жизнь, – последовал краткий ответ. – Продолжай по тексту, давай. – Окей! – Драко поправил костюм и, покосившись на Гарри и Гермиону, лежавших на полу сцены и старательно изображавших из себя спящих, продолжил: – Так вот. Время шло, и однажды мимо этого королевства проезжал молодой принц. И ехал бы себе дальше, да храп, слышащийся за версту, его насторожил. В общем, принц направил своего верного коня на эти жуткие звуки. Въехал он в королевство, смотрит, а повсюду люди спящие лежат, да храпят так, что земля содрогается. – О, Боже! – послышалось обречённое из-за шторы. – А, пусть делают, что хотят! Мне до них дела нет! Малфой, тем временем, потихоньку входил во вкус. – Смотрит принц на всё это и диву дается. И решил этот принц пойти в королевский дворец. Посмотреть, спят ли король с королевой, а то надо бы обокра… спросить, что в королевстве творится! Коня пришлось на полпути бросить, а то пришлось бы спящих людей давить. И пошёл прекрасный принц пешочком до королевского дворца. Идёт, через тела спящие перешагивает и решительно ничего не понимает. Вошёл принц во дворец, ходит, кричит, да только эхо от своего голоса слышит… ну, и храп с улицы. Ходит-бродит по замку, но все слуги мёртвым сном спят. Как он ни кричал и ни тряс их – никого не разбудил. Ходил-ходил, и вот ноги сами принесли его к спальне принцессы, где феи её и оставили. Открыл принц дверь и вошёл. – Драко облегчённо выдохнул и замолчал. За кулисами послышались какие-то звуки, а потом женские руки вытолкнули на сцену Невилла. Тот смущённо принялся топтаться на месте. Драко застонал. – Вот дурак! Всё за тебя делать надо! – Он откашлялся. – В общем, зашёл принц в комнату, да так и застыл: видит, лежат на полу спящие король с королевой, а на кровати – прекрасная принцесса. Такая прекрасная, какой он никогда раньше не видел. И тут подумал принц, а не надру… Слышится тихий рык Поттера: – Только попробуй. Малфой поспешно исправился: – А не поцеловать ли её, пока она спит. Пауза. Все посмотрели на мнущегося Невилла. – Что, сейчас? Драко со стоном закрывает ладонью глаза. – Ты, дебил, давай, целуй уже! Для чего я тут распинаюсь!? Невилл с покорным вздохом подошел к кровати, аккуратно перешагивая через Гермиону. – Простите, Ваше Величество. Юноша встал рядом с Полумной, склонился над ней… и застыл так. Драко, не выдержав подобной тупости, зарычал: – Целуй ты её уже! Всё ж не лягушка! Юноша покорно вздохнул и поцеловал спящую Полумну. Проходит секунда, вторая, третья… – По-моему, достаточно, – с тактичным кашлем проговорил Драко, обмахиваясь сценарием. Невилл оторвался от Полумны и выпрямился. От девушки ноль реакции. – Э-э-э… Может, ещё раз? – неуверенно предложил он. – Что, понравилось? – ухмыльнулся Драко. Невилл снова поцеловал спящую Полумну. Ноль реакции. Драко задумчиво хмыкнул. – Потряси её за плечо что ли? Гриффиндорец покорно потряс девушку за плечи. – Эй… Полумна… – шёпотом позвал он, но девушка так и не проснулась. Драко закатил глаза. – Ничего без меня сделать не можете! – Он снова повернулся к удивлённым зрителям. – Поцеловал принц спящую принцессу, но почему-то ничего не вышло. Может, целовал не туда? – себе под нос пробормотал он. – Но тут мимо проходила фея. Та самая, что избавила принцессу от смертного проклятия. На сцену вышла недоумевающая Лаванда. Она круглыми глазами посмотрела на Малфоя. – Действуй, ты же фея! – ответил тот, пожав плечами и указав на продолжавшую посапывать блондинку. Лаванда вздохнула, пересекла сцену и встала над спящей Полумной. Пауза. – РОТА ПОДЪЁМ!!! – рявкнула гриффиндорка. Лавгуд в ту же секунду вздрогнула и подскочила на кровати. Вместе с ней вздрогнули все актёры и зрительный зал. Полумна села на кровати, удивлённо протирая глаза. – А? – Она зевнула. – Что случилось? Лаванда хмыкнула. – Долго же вы спали, Ваше Высочество. – И тут, – снова заговорил Драко, – как по волшебству проснулись все остальные жители королевства. Проснулись король с королевой и кинулись обнимать любимую дочь. – Немного удивлённые актеры принялись действовать так, как говорил слизеринец. – Вот так фея Лаванды помогла принцу и разбудила всё королевство! – с ноткой триумфа закончил он. Лаванда и Невилл удивлённо переглянулись, не зная, что им делать. – И вышла принцесса замуж за принца, в королевстве закатили грандиозную пати и жили все долго и счастливо! – добавил Драко и подмигнул зрителям. На сцену потянулись остальные актёры и принялись выстраиваться в ряды. Настя тоже вышла на сцену и встала рядом с Драко. – Малфой, давай! – хохотнув и потерев переносицу левой рукой (правой она держалась за плечо парня), произнесла девушка. – Конец! – жизнерадостно объявил Драко. Все актёры облегчённо выдохнули. Послышались аплодисменты. – Видишь лицо Дамблдора? – шёпотом спросил Драко. Девушка кивнула. – Ага. – Судя по его лицу, ты ещё надолго с нами, – проговорил он неоднозначным тоном. Настя, не сразу вникнув в смысл фразы, пару раз моргнула и тихо застонала: – Не-е-ет. Только не э-э-это! Драко, неожиданно сам для себя, залился смехом, приобнимая стоящую рядом девушку. «Я, конечно, понимаю, что наверняка от этого не отвертеться и мне, но это хотя бы будет весело».