Ангел ты, или демон? Возвращение домой.

Медноволосая приоткрыла глаз. Её усталому взгляду представился Амэгодзен, часть которого куда-то исчезла. Это ещё не конец. Абсолютно точно не конец битвы, ведь Ли говорила, что меч может пронзить и время. Эта победа ничего не значит. Она будет очень легко стёрта. Ведь этой силе, которой обладает Фукути, никто противостоять не может… Вспышка! И белое ничто перед ней. Чёрные кляксы прыгали и тут, и там, капая вниз, превращая в пустоту и саму Фукусиму. Это не было похоже на комнату. Не было похоже на место с гравитацией. Просто огромная пустота с огромной скоростью становящаяся чисто чёрной. Славя чувствовала, что она тут одна. Что в этой комнате нет ни одного тела, лишь чувства и разум. Внезапно, она ощутила ещё чьё-то присутствие. Это была тоже девушка, очень знакомая, которая была частью Ясу. Сразу было ясно, кто это, даже если Фукусима её не видела. Вспышка!.. Она стоит, не в силах пошевелиться. Боль пронзает всё тело после всех этих невозможных телепортаций. И не только это… Она перестает думать, хочется лишь спать. Хочется уснуть и не вставать никогда. Лишь туманность и тоска появляются в её глазах. Она подняла свой взгляд туда, откуда доносился звук и широко, с осмыслением ситуации, распахнула глаза. Это что… она в прошлом? И помнит будущее? Только вот… Она не может ничего сделать. Тело просто не дает пошевелиться, а девушка снова падает, не в силах устоять на ногах. Лишь отчаянный, полный боли крик доносится из её уст: — АЦУСИ, НЕТ! ОН УБЬЁТ ТЕБЯ! Фукути не успел осознать её слов, как и Акутагава с Накадзимой. Они ошарашенно взглянули на смертельно напуганную Ясу. Ацуси летел на него, собираясь нокаутировать также, как и в прошлый раз, но… Амэгодзен Фукути появился позади Слави, тут же изо всех сил сдерживаемый Снежным Демоном Кёки. Ясу проклинала себя за то, что позволила Смерти отключиться. Проклинала себя за то, что не может двинуться. И проклинала Очи, за его бессмертие и хладнокровие. Рюноске закричал что-то неясное ещё ничего не понимающему Ацуси. Ведь из будущего… Клинок целился именно в незащищённую спину тигра. Воин издал смешок, грустно глядя на паренька, ещё не осознающего того, что его так просто убьют. — НЕТ! Последний миг длился будто вечность. Она сама себе казалась слишком медленной, а Амэгодзен слишком быстрым. На глазах появились хрустальные слёзы. Ей страшно. Она боится смерти. Она боится боли. Но ещё больше её пугает смерть того, кто подарил ей способность видеть Свет. Способность чувствовать любовь. С криком, отдающимся отчаяньем и болью в ушах, Изуми своими маленькими ручками толкнула Ацуси в сторону, соприкасаясь взглядами. Накадзима не верил. Её привычные длинные иссиня-черные волосы с хвостиками резко метнулись в сторону, а синие глаза, которые были словно омут, в котором Ацуси легко тонул, наполнились болью и слезами. Он хотел крикнуть, но горло будто не послушалось. Он не мог… не мог… Когда-то ведь было также, не так ли, Кёка? Когда ты оттолкнула меня, спасая от бомбы. Но я успел, успел! Я смог её вырвать и бросить в воздух, крепко прижав тебя к себе. Но в этот раз… Никто из нас не успеет. Удар. По клинку стекала багровая кровь. Удар был смертельным. Тяжёлое дыхание… Кёка упала на землю, прикрыв внезапно уставшие глаза. Но они были полны счастья. Ведь они выиграли эту битву. Они не умерли. — Ацу… Си… Кун… Я… Люблю свет… ко… торый… подарил мне… ты. Он не знал, почему глаза так щипало. Почему лицо было мокрым. Почему горло и голова невероятно болели. Почему кто-то кричал, громко и истошно. Только потом он понял, что горло и голова болели из-за того, что кричал он сам. Отчаянно. Изуми закрыла глаза. — Прости… Фукусима ещё была в сознании. Но не было сил кричать. Не было… «Чёрт подери…» Ясу отключилась. Но её тело исчезло через одно мгновение, тут же оказавшись около Акутагавы. Смерть еле прошептала: — Валим отсюда. Она схватила Накадзиму и они втроем мгновенно исчезли. Чара не помнит, что происходило дальше. Все с каким-то переполохом и криками встречали их. Ацуси не прекращал рыдать, а Акутагава молча и угрюмо смотрел в пол, на котором лежал. Мокро. Липко. Горячо. Протянув руку, девушка почувствовала кровь. Больно… Вот как, она тоже получила слабый удар под рёбра. Дадзай поднял её. Он не стал ничего спрашивать. Он всё понял. Акико пошла рядом, мельком взглянув на Ацуси и Рюноске. Неужели… Кёка умерла?.. *** Ацуси сидел на койке, пусто глядя в конец комнаты. Он восстановился телом намного раньше, нежели Ясу, благодаря доктору Йосано-сан. Но даже несмотря на лечение Акико, Фукусима не может очнуться. В ответ на все вопросы, врач отвечала, что она лечит только физические ранения, а психологические она не в силах излечить. Вечная лихорадка и бред, когда девушке всё же удаётся открыть глаза. Кёка… эта потеря была несовместима для многих. Это не было тем, что им бы удалось продумать. — Ацуси… кун. Он мгновенно взглянул на приоткрывшую глаза Ясу. Она не выглядела так, будто она ещё в бреду. Её взгляд выглядел осмысленным, но… Он не источал столько горя, сколько источали глаза Ацуси. — Почему?.. Она посмотрела ему в глаза. — Я привыкла терять дорогих мне людей. Но знаешь что… Славя тяжело поднялась на кровати. В её взгляде плескалась Воля, которую Чжан-сан ещё решила не забирать. — Мы это закончим, Ацуси-кун. Мы прекратим их терять. — Но… Как?.. Фукусима откинулась обратно. Полурыжие волосы распластались по подушке, отсвечивая на солнце рыжиной и золотом. Она прикрыла глаза. — Помнишь, Йосано-сан говорила нам о том, что в нас есть все три чувства? Только твои три смешиваются в белый, а мои — в чёрный. Мы являемся двумя Ключами к Книге. Книга — это артефакт, в котором спрятана вся сила первого Сильнейшего Хранителя Вдохновения. И её может найти и получить без последствий лишь тот, кто обладает всеми тремя чувствами. Хранитель и Разрушитель. Ты должен хранить Книгу, а я — уничтожить. Но… только мы с тобой можем ее найти. Только вот что дальше делать с ней… Я не знаю. Накадзима глухо изрёк: — Уничтожить. Если мы её возьмем с собой, может погибнуть много наших из-за погони. Так что… Мы просто это прекратим. Ясу открыла глаза. Ацуси тихо плакал, не в силах сдержать боль от потери. Она поднялась на ноги, превозмогая боль и погладила паренька по голове. — Не переживай. Мне не будет больно. Тигр глянул в её глаза. Они были наполнены болью. Она не хочет того, что они сделают. Только… что произойдёт? И почему ей от этой мысли больно? Девушка вышла из комнаты и столкнулась с Дадзаем, спящим около стены. Тихо хмыкнув, она пошла дальше. — Ясу-тян. Сильные руки сзади крепко прижали её к себе. — Ты не должна этого делать. Мы его одолеем. Она повернулась. Карие глаза столкнулись с тяжёлым взглядом льдисто-голубых глаз. — Но какой ценой?.. Я обязана, Осаму. И ты это знаешь сам, не так ли?.. Он не мог её отпустить. Не мог отпустить ту, ради которой отверг смерть. Но… Тихий шёпот донёсся из его уст: — Ну а всё же… Если бы всего этого не было… Она приложила палец к его губам и горько усмехнулась. Через миг её губы нежно коснулись его, а руки слабо оттолкнули. — Да. Фукусима двинулась дальше. Её арсенал оружия раскинулся перед взглядом. Пистолеты будут бесполезны. Только старые добрые клинки. Только кинжалы и ножи. Тень, находящаяся в дальнем углу, отрешенно произнесла: — Не ходи туда. Рампо выступил из тени, а на лице были его очки. — Ты умрёшь, Ясу. Она кивнула и улыбнулась сквозь слёзы. — Я знаю. Но это единственный способ закончить всё это.