Сорви мои маски

«…и всё же в герое очень сильно видится недосказанность. Очевидно, что он хочет громко и надрывно кричать, но позволить себе может лишь молчание».

Тобирама читал отзыв от того, кто скрывается за именем «Загадочный О.», и с каждой строчкой понимал, насколько очевидными могли бы быть его чувства со стороны. Он давно задумывался об этом, но никто посторонний об этом никогда не зарекался. Сенджу уже несколько лет сливал всё, что копилось и плавилось в его душе, в своих вымышленных героев. Он вкладывался в них полностью в надежде, что они заберут все эти жгучие и разрывающие эмоции себе, а ему оставят лишь покой. И, может быть, это самоубеждение, но… …эти персонажи спасали Тобираму. В конечном счете в жизни парень оставался спокойным, уравновешенным и холодным. Потому как при первой же возможности выплескивал все на персонажей: пусть они сами живут и страдают.

«Мотивы явно депрессивные. Герои явно устали, и им требуется глоток свежего воздуха. Может смена обстановки? Или новое занятие?»

— А ведь и правда, — вслух проговорил Тобирама и устало потер глаза. Идея вполне банальная и очевидная, почему он об этом даже не подумал? Зато теперь не придется ломать голову над тем, как выводить персонажей из сложившейся ситуации. Точнее, придумать им занятие придется, но это проще, чем выкручиваться серьезными неудобными разговорами и устраивать героям очередной нервный срыв. Хотя такими темпами срыв будет тут только у Тобирамы. «Может и мне заняться чем-то новым?» — подумал он и глянул на завтрашнее расписание пар. Сенджу-младший прекрасно понимал, что свободного времени у него почти что нет. Он и так все доступные крохи посвящал фикрайтерству. Где взять времени на что-нибудь ещё? Идти в ущерб текущим занятиям? Для подобного нечто «новое и светлое» должно быть горячо обожаемо, чтобы оправдывать растраты ценного ресурса — времени. И чем он бы мог заняться? Боевые искусства? Ходил на них вплоть до старшей школы. И возвращаться пока нет никакого желания, к тому же в ближайшей округе нет ни одной секции, а это означало дополнительные затраты на дорогу. Так что этот вариант сразу отметался. Рисование? Тобирама никогда не имел большого желания обучаться этому искусству. Он предпочитал восхищаться чужими работами и оживлять эти картины в своей голове, продумывать для них предысторию, причину и дальнейшее развитие сюжета. Наверное, отсюда у него и пошло стремление запечатлеть фантазии на бумаге. Какой-нибудь спорт? С ним история такая же, как и с боевыми искусствами: физические нагрузки — это чудесно, но Торе требовалось нечто абсолютно новое и ранее не опробованное. Петь он не умел и не хотел. Играть на музыкальных инструментах не собирался. Тогда что?.. Пока что у него было одно четко спланированное намерение — отдохнуть. Отоспаться то есть. И вопреки всяким Хаширамам он собирался воплотить план в жизнь.

«Может быть, им стоит взять перерыв и привести себя в порядок? Отдохнуть, поразмыслить над всем произошедшим»

«Хотелось бы и мне остановиться и осмотреться по сторонам. Но боюсь, что за это время мой нии-сан что-то разнесет или спалит квартиру», — Тобирама взглянул на часы и отметил, что одна длинноволосая личность, о которой он как раз попомнил, где-то очень неплохо пропадала. Люди взрослые, все дела, но если Тобирама ляжет спать сейчас, а Хаширама притащится через час, допустим, из бара, то про сон еще часа на два младший может забыть. Потому что Хаширама не умеет ходить тихо даже при всем желании. Потому что Тобирама точно пойдет проверять сохранность предметов мебели, находящихся в доступности брата. Потому что Хаши обязательно нужна будет философская беседа с братом. И иногда Тора жалел, что нии-сан не упивается до состояния тела — тогда хотя бы не приходилось с ним до утра сидеть.  

«Благодарю любимого Автора за труд».

Тобирама до сих пор не знал, как относиться к таким заявлениям. Ему было важно, что его читают, что ему дают обратную связь. Но сам он не считал свои тексты чем-то уж запредельным настолько, чтобы быть чьим-то любимым автором. В профиле «Загадочного О.» было видно, что в подписках у него и двух десятков авторов не наберется, причем почти все уже вообще ничего не пишут и на сайте не появляются. И в этом Тора был уверен наверняка: он сам долгое время читал работы этих людей, пока они не стали исчезать, а контент с их уходом — беднеть. Еще у этого «самого верного читателя» очень много избранных фанфиков, которые уже написаны или ещё пишутся. Сразу видно, что он ищет их вручную, перебирая и пересматривая всё, что заинтересует. И всё же Тобираме было дико приятно, что в его работах видят именно то, что он в них вложил, что хотел показать и отразить. Когда он читал о том, что его поняли, в нём тут же вспыхивали непривычно тёплые чувства, которые были ему так необходимы и в которых он так нуждался, чтобы окончательно не умереть изнутри.

***

— Тобирама-ку-у-у-ун, — зажужжало над ухом развалившегося на парте Тобирамы. Пришлось открывать глаза и поднимать голову, а то прикинуться мёртвым уже не получится. — Чего тебе, Учиха? — максимально холодно отозвался Тобирама и проклял большой перерыв за его существование. Вот и что Изуне от него понадобилось? Совместных пар нет, как и проектов. Чего этот чёрт притащился? Побесить захотел? Опять он со своим хорошим настроением… — Слушай, — Учиха сел рядом и, нацепив мерзкую улыбочку, посмотрел Торе в глаза, — хозяин фотостудии попросил твой номер телефона. Можно ему его предоставить? Сенджу никогда не жаловался на заторможенность в мыслительном процессе, но сейчас, кажется, была его остановочка. Тобирама замер на несколько секунд, даже забыв, как дышать, и продолжал смотреть на довольное лицо Изуны. — Зачем? — сухо поинтересовался он. На деле Тобирама знал возможную причину, но предпочитал запрятать её как можно дальше, чтобы не всплывала и не маячила перед глазами. Всю жизнь одно и то же, ничего не поменялось… — Ты ему понравился, — сообщил брюнет и мило похлопал глазками. — Хочет что-то обсудить. Конечно хочет. С таким, как Тобирама, постоянно хотят что-то обсуждать. Раньше отбиваться от всех людей помогали мать и брат, а теперь Тора и сам в состоянии. Ещё бы что толковое предлагали, а не всякий бред. Альбинос уже было хотел что-то сказать, как его поспешил опередить Учиха: — Да ладно тебе, просто послушай: вдруг там что интересное и необычное будет. Хоть жизнь твою серую и скучную разбавит. Даю твой номер? — Откуда у тебя мой номер? — вдруг осенило Тобираму. Номеров друг друга у них никогда не было: договаривались о встречах или совместной работе они всегда заранее и четко следовали договоренности до конца. Стало быть… — Заработал его самым грязным путём, — Изуна игриво закусил нижнюю губу и чуть придвинулся к собеседнику. — Хаширама? — Тора даже не дернулся, наблюдая за кривляньями Учихи. — Хаширама, — Учиха закатил глаза и недовольно вздохнул. «Мой братец опять лезет туда, куда не надо», — фыркнул про себя Сенджу. Вечно Хаши неосознанно делал то, что ставит младшего в неудобное положение потом. — А мог бы и подыграть. Вон, — парень указал на притихших студентов слева, — народ уже пугаться начал, а ты… — Делай, что хочешь, Учиха, — Тора одернул свою правую руку, которую уже успел накрыть своей ладонью брюнет. — Вот и чудно, солнышко, — сказал парень, подрываясь с места и перекидывая хвост за спину, и тут же ретировался из аудитории. «Грёбаный Изуна», — устало подумал Тобирама и повернулся к окну — унылая погода полностью соответствовала состоянию парня. Оставалось лишь надеяться на то, что разговор будет конструктивным, а не пустым и бесполезным. Хозяин фотостудии человек весьма эмоциональный, как показалось Сенджу. Либо это та загадочная «страсть», которая появляется при занятии любимым делом, либо… Учиха всегда находил дико странных людей для общения.

***

Окуро Тэхиро — так зовут владельца фотостудии, в которой зависал Изуна. Создав образ человека, который «есть везде и всюду», и, судя по телефонному разговору, был он явно тем, кто умеет считать своё время, а значит и деньги. Говорил он исключительно по делу, выражая явную заинтересованность в сотрудничестве. Тобирама согласился на встречу. Всё же ему было интересно послушать этого человека. Он очень уважал людей, которые вкладываются в свою работу, а Тэхиро производил впечатление профессионала. К тому же, это хоть как-то разнообразит его ежедневный маршрут. Благо дело, сейчас хватает времени на всё. И только сейчас, направляясь в «Затмение» — фотостудию, название которой Тора даже не прочел сначала, парень понял, что в его жизни очень много вещей, которые взаимно исполняются в абсолютном молчании. И каждая такая вещь обязательно связана с одним определенным человеком. Учиха Изуна Возможно, дело было в том, что их братья давно дружили, а потому они с младшим Учихой часто пересекались, оказываясь в схожей жизненной ситуации. Но Тобирама не мог достигнуть такого понимания с собственным нии-саном, чего уж говорить о чужом человеке, который тебя использует в качестве мишени для поднятия собственного настроения. Или дело было в хорошем воспитании. «Какое, к чёрту, воспитание, я же про Учиху говорю», — одернул себя Тора, понимая, что при всем хорошем воспитании ведет себя Изуна как редкостный мудак. Тобирама никогда не зарекался при третьих людях и тем более при старшем брате, что порой творил Изуна и где околачивался. Изуна делал то же самое, хотя за Сенджу сомнительных мероприятий почти не замечалось. И сейчас у Торы и в мыслях не было сказать брату или его другу о том, что Изуна, вообще-то, фотомодель. А Сенджу был уверен, что Мадара не в курсе увлечения своего отото, потому что… Потому что в подобном случае Изуне тут же бы надоело это занятие. То, что ему нравилось, он всегда держал в тайне от брата. И вовсе не потому, что боялся непонимания с его стороны, а просто потому, что банально смущался. Это поразительное открытие было сделано лет пять-шесть назад, когда Изуна занимался бальными танцами. Хаширама потом ещё месяц донимал Изуну просьбами научить его, но брюнет отшучивался тем, что Хаши бы сначала научиться слушать музыку, а потом думать о танцах. С другой стороны, о некоторых своих увлечениях так же умалчивал и сам Тобирама. Ему совсем не хотелось, чтобы брат узнал, что он пишет фанфики. И ладно бы он писал что-то дженовское — экшен там какой. Или просто гет какой, но… но всё было совсем не так просто. В офисе студии его поприветствовала девушка-администратор и попросила подождать, а сама побежала искать своего руководителя по многочисленным кабинетам. Тобирама уселся на кожаный диванчик и пробежался взглядом по модным журналам, что лежали на столике перед ним. Парень считал, что любая профессия, если на неё есть спрос, нужна. И не важно, чем человек занимался, лишь бы это приносило ему доход и было в радость. Сейчас он находился здесь по одной причине — его внешность. Альбиносы в целом редкое явление, а в их стране так и подавно. Обычно подобные агентства тратят много времени, чтобы просто найти такого человека, а потом его ещё уговорить поучаствовать в каком-то проекте. А тут Тобирама сам к ним пришёл. Хотя он и не знал, куда идет и зачем, но на всё воля случая, не правда ли? Вернувшаяся девушка-администратор позвала Сенджу за собой, проводив до нужного кабинета, и удалилась на своё рабочее место. — Тобирама-сан, — поприветствовал мужчина, сидящий за столом, своего гостя и предложил ему сесть. — Очень рад, что вы согласились на встречу. Изуна-сан предупредил, что вы можете отказаться, хотя я прекрасно понимаю почему, — он отложил какие-то документы в сторону и сложил руки в замок. Окуро говорил исключительно по делу, объясняя почему его заинтересовал Тобирама: один бренд искал себе сезонную модель необычной внешности. У них не было каких-то конкретных запросов — просто чтобы внешность была броской. Может это будет цвет волос, форма лица, комплекция — что угодно. И данный бренд всегда выдавал какой-то запрос, а потом собирал предложения с агентств и фотостудий. По итогам этого «конкурса» и выбирали того, с кем бренд будет работать. — Неужели у вас нет подходящих моделей? — между делом поинтересовался Тобирама. — Не настолько ярких, чтобы подойти нашим потенциальным заказчикам. Собственно, мы хотели выдвинуть кандидатуру Изуны-сана, но он сам категорически против масштабных проектов. — Окуро-сан, а почему вы решили, что я, не имея опыта в съемке вообще, соглашусь на масштабный проект? — Много ли вы знаете о мире моды? — спросил Тэхиро и, дождавшись «нет» собеседника, продолжил. — В этом странном месте очень много крупных и громких мероприятий, но о них вы сможете узнать лишь на соответствующих сайтах или телеканалах. Рекламные щиты в торговых центрах и на стенах зданий — лишь малые крохи того, что происходит в фэшн индустрии. И поверьте, если человек не принадлежит этому миру, он о вас и не узнает. Все последующие доводы владельца фотостудии были также весьма логичными и убедительными. Он предлагал ему хотя бы попробовать, ведь это весьма необычный опыт. Плюсом у Сенджу останется материал с профессиональной съемки, а если Тобираму всё устроит, то они с радостью заключат дополнительный контракт на работу. И неважно, что Тора никогда моделью не был — его научат, ему покажут, его поправят. Целая команда работала давно вместе и всегда их работа давала только качественные результаты. — Подумайте, Тобирама-сан, это очень хорошее предложение, — подытожил Окуро свой почти что монолог. Совсем недавно Сенджу решил, что ему надо бы найти новое занятие для себя. И тут чудесным образом он получает подобное предложение. Провидение? Шутки свыше? Но в действительности это было то, что ему требовалось — встряска. Все предыдущие его увлечения были весьма стандартными для школьника, а потому удивляться каким-то результатам и достижениям было нельзя. А тут что-то необычное… В конце концов, Тобирама согласился на предложение Тэхиро. Конечно же с условием того, что он в свободном порядке будет иметь возможность корректировать детали съемки и выбирать тематику. Осторожность ведь никогда не помешает.