Чудо на Рождество

Единственная мысль радовала Реджину: сегодня было воскресенье. Эфир. Передача отснята и смонтирована. У неё был выходной. Но до возвращения Генри нужно было привести себя в порядок. А этот звон колоколов смог свести всё на нет. Хотелось крикнуть, чтобы перестали трезвонить в дверь, но она даже не могла пошевелиться. Август подошёл к двери, когда раздался третий звонок. Всё же он с трудом передвигался, привыкнуть снова к деревянному телу было сложно. На пороге стояла Эмма, которая держала в одной руке кейс с шестью бутылками пива, а в другой – букет с разноцветными лилиями. Что выглядело донельзя нелепо: пиво и цветы. Но Свон не смогла удержаться и зачем-то купила букет для Реджины. Если бы Бут мог хмуриться, то скорее всего нахмурился. А так у него получилось лишь издать смешок. - Знаю. Я выгляжу по-идиотски. Она у себя? – блондинка посмотрела наверх. - Обычно Реджина встаёт в семь. Даже в выходной. Но сегодня я её не видел и не слышал. - Думаю, у неё похмелье. - У Реджины? – не поверил Бут. - Угу, криво улыбнулась Свон. – Она позвонила мне вчера ночью пьяная в драбадан. Я бы сама не поверила, если бы не услышала. Сколько ж вина нужно было выпить? Хотя по ощущению, там было не вино. Не только вино. Свон похлопала по деревянному плечу и скинув кроссовки, прямо в куртке побежала наверх, перепрыгивая через ступеньку. Она не стала стучаться, а просто открыла дверь спальни Реджины. Брюнетка лежала, закрыв глаза. Но было видно, что она не спала. И вид у неё был тот ещё: взлохмаченные волосы, серые круги под глазами, бледное лицо, на котором отражалась мука. На прикроватной тумбочке стояла бутылка вина, полная лишь наполовину. Хотя, там было даже чуть меньше половины. В комнате стоял застоялый сигаретный запах, причину которого Эмма увидела рядом с бутылкой. Она покачала головой и поставив кейс на пол, а букет с цветами положив на туалетный столик, пошла открывать окно. Реджина открыла глаза и еле слышно застонала. Возмущаться не было сил. И она снова закрыла глаза, ничего не сказав. Эмма тем временем открыла окно. На улице светило солнце и было уже достаточно тепло. - Реджина… - тихо позвала Эмма и тут же встретилась с мученическим взглядом Миллс. Та хмуро посмотрела на пиво в руке блондинки. – Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. И поверь моему опыту, тебе это сейчас необходимо. Ещё холодненькое. - Ммм… простонала женщина, закрыв опять глаза. – Дайте мне топор, мисс Свон. Даже в таком состоянии она могла говорить с сарказмом. Это была невозможная женщина! - Я уберусь отсюда, как только ты выпьешь пива, а я немного приберу тут. А пока тебе придётся меня потерпеть. Миллс открыла глаза и недовольно посмотрела на Эмму, но та уловила в её взгляде смущение. Брюнетка с трудом села в кровати и взяла из рук Свон бутылку, а та взбила подушки так, чтобы та смогла удобно откинуться. Реджина краем глаза увидела букет лилий и на её бледных щеках проступил румянец. На лице блондинки расцвела улыбка. Но она ничего не сказала. Она взяла пепельницу и бутылку с вином и пошла вниз, где на кухне, как она знала, стояли контейнеры для раздельного сбора мусора. Вернулась она спустя несколько минут уже без куртки, но с вазой, в которую поставила цветы. Комната уже проветрилась, и женщина закрыла окно. Реджина уже не так сильно напоминала мученицу. На её лицо медленно возвращались краски. «Будвайзер» был уже наполовину выпит. Свон достала из кейса ещё бутылку и открыв ту, засунула пробку в карман джинсов. - Не против, если я составлю тебе компанию? – блондинка села в кресло, вальяжно откинулась и положив ногу на ногу, одной рукой обхватила лодыжку. Она не собиралась никуда уходить, хоть и пообещала это Редине. Нет! Она останется. И вынудит Миллс на разговор. А Реджина тупо смотрела на забавные носки с пальчиками и смайликами на них на ногах блондинки. Эмма заметила, куда направлен взгляд брюнетки и специально пошевелила пальцами. Миллс не удержалась и фыркнула. - Ты как ребёнок, Эмма. Свон отхлебнула пиво и расплылась в широкой улыбке. - Смотрю, ты ожила. Брюнетка посмотрела на свою бутылку и сделала глоток. - Твой эликсир помог, принцесса. Блондинка чуть приподняла бровь: - Обращайтесь, Ваше Величество. Повисло неловкое молчание. Эмма не собиралась его прерывать, предоставив брюнетке самой начать разговор. Та понимала, что Свон просто так не уйдёт, что той нужны ответы. Нужно объяснение того, о чём она, Реджина, написала в три часа ночи. Но что она могла сказать? Да, она на самом деле любила Эмму Свон. Любила по-настоящему, хотя уже и не думала, что с ней такое может произойти. И то, что на неё нельзя было положиться, это было неправдой. На самом деле Миллс знала, что Эмма всегда может подставить своё сильное, женское плечо. Что она ничем не хуже мужчины. А может, в некоторых вопросах даже лучше. И Генри очень рад, что у него появилась родная мать. Они подружились. И она знала, что сын хотел бы, чтобы они не просто проводили время вместе. Он хотел, чтобы они стали по-настоящему семьёй. Как будто прочитав её мысли, Свон спросила, решив прервать уж слишком затянувшееся молчание: - Генри, когда он сегодня возвращается? - Где-то после полудня… Может, принесёшь стакан? Я не привыкла пить из бутылки, как алкоголик, - Миллс было решила схватиться за разговор о сыне, как вдруг поняла, что сморозила не то. А блондинка, хмыкнув, сделала большой глоток и едва не рыгнула, вовремя прикрыв рот кулаком. Но волшебные пузырьки всё же нашли дорогу через нос. - Упс…Прости…- улыбнувшись, пробормотала она. - Что ты сказала? Как алкоголик? А кто вчера наклюкался до безобразия? Что ты вчера пила? - Абсент, - пробормотала Миллс. – Две стопки. - Угу. И ещё полбутылки «Dominus Estate» две тысячи седьмого. (Красное сухое вино, США, Долина Напа). Если учесть вечерний ужин, то целую. Но всё равно, как-то ты слаба. - Между прочим, если ты не знаешь, в абсенте семьдесят градусов. Напиток не для слабых, - с сарказмом усмехнулась женщина. Ей стало легче и Эмма это видела, так как брюнетка становилась собой, и не выглядела как страдалица. - Знаю. Надо как-нибудь тебе сделать Хиросиму. Убойный коктейль. - Не сомневаюсь. Эмма сделала последний глоток и опустив пустую бутылку в кейс, достала новую. - Я схожу за стаканом, а потом мы продолжим наш разговор. Эмма поднялась с кресла и пошла к двери. Миллс поставила уже тоже допитую бутылку на тумбочку и встав с кровати, пошла в ванную комнату. Нужно было сходить в туалет и, хотя бы немного привести себя в порядок. К счастью, она уже могла передвигаться, практически без неприятных ощущений в голове. Практически. Но когда она увидела себя в зеркало, то отчаянно застонала. Это был просто ужас! Но ведь Свон даже не показала вида, что она выглядела как будто по ней проехал грузовик! Брюнетка с трудом расчесала всклоченные волосы, почистила зубы и смыв вчерашний макияж, наложила увлажняющий крем на лицо. Следовало, конечно, принять душ, но она не рискнула, так как в ванной комнате не было шпингалета. Она выглянула из ванной и увидела, что Эмма уже вернулась и наливает ей пиво в стакан. И тут она мысленно обругала себя за то, что не взяла из спальни пижамные брюки. Ведь на ней была лишь одна коротенькая футболка без рукавов. С радужным пони. От своего внешнего вида Реджина закатила глаза. Как она вчера ещё умудрилась раздеться? И где её одежда? Она не помнила, куда она вчера её дела. Её вчерашнее поведение скорее напоминала Эмму Свон, а не её, Реджину Миллс. А ещё предстоял разговор с блондинкой. - Чёрт! – пробормотала брюнетка, понимая, что сейчас будет сверкать своей попой в стрингах перед Свон. Вздохнув, она смирилась с данным положением вещей. Чего ей стесняться, если они видели друг друга голыми? И даже не однажды. Блондинка обернулась, услышав голос Миллс. - Я тут по-быстрому сварганила нам парочку тостов. Ты не против? Тут женщина увидела, что на туалетном столике лежат салфетки и стоит тарелка с двумя тостами с рикоттой и свежим огурцом. И тут же её желудок предательски заурчал. А взгляд Эммы скользнул по её голым ногам, а сама блондинка еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться от того, что услышала урчание живота. Миллс это заметила и вдруг решила, что с того? Ей стало наплевать на свой внешний вид. А может, свою роль сыграло пиво, попавшее на вчерашние дрожжи. И женщина, пройдя в спальню, пошла к креслу у туалетного столика и опустилась в него, изящно закинув ногу на ногу. - Выглядит аппетитно. - Спасибо, - Эмма придвинула другое кресло поближе и упала в него. Она подняла свою бутылку и дождавшись, когда Миллс возьмёт стакан, чокнулась с ней. – Доброе утро, любимая, - улыбнулась она. - Доброе утро, Эмма, - улыбнулась Миллс. - Итак… - Эмма взяла тост и посмотрела на Реджину, которая тоже в задумчивости смотрела на неё. Брюнетка опустила взгляд на свой бокал. - Я понимаю, что ты могла подумать. Мой звонок. Звонки. И смс. - Угу, - кивнула блондинка. – И что же я могла подумать? Миллс вздохнула и отставила бокал. Эмма сделала то же самое со своей бутылкой. Она решилась! - Может быть я пожалею об этом… Но… Я тебя люблю. И это правда. - Я знаю, - серьёзно ответила Эмма. - Не перебивай. – брюнетка подняла руку. - Я тебя люблю и, наверное, да, я хочу, чтобы мы были вместе. Мы попробуем. Ты нужна… - Реджина глубоко вздохнула. – Ты нужна Генри. - Генри… Да. Реджина кивнула. Она не могла сказать, что Эмма нужна и ей. Тоже. Она призналась Эмме в любви. Но вот сказать, что она в ней нуждается, что хочет, чтобы блондинка была рядом… Нет. В этом было сложно признаться. Она взяла стакан и сделала глоток, будто ища спасение в пиве. - Наверное, будет лучше, если ты переедешь. К нам… Генри хочет, чтобы мы были семьёй. - Ты правда хочешь, чтобы я переехала? – просила Свон, пристально посмотрев на брюнетку, склонив голову. – Без всяких там…? - Правда. Я не собираюсь делить тебя ни с кем. - Ок. Я тебя услышала, - она откусила от тоста и положив тот обратно на тарелку, встала. – Отдыхай. Я вернусь ближе к вечеру. - Эмма наклонилась и очень нежно поцеловала Реджину в губы. – Люблю тебя, - она трепетно провела большим пальцем по щеке брюнетки. – Ты для меня - центр вселенной. Я сделаю всё, чтобы ты и Генри были счастливы. Прошло пара часов, как ушла Эмма. Реджина допила вторую бутылку. Съела оба тоста, приняла душ. После разговора с блондинкой что-то произошло. И ей стало как-то легко на душе. Генри должен был скоро вернуться из своего скаутского приключения. Она убрала в спальне и решила приготовить ланч для себя и сына. Голова практически не болела, хотя всё же немного мутило. Около двух часов пополудни раздался звонок в дверь. Реджина нахмурилась. У Генри был свой ключ. Хотя, кроме него или Эммы никто не мог звонить в дверь. Швейцар вряд ли кого пропустил без предварительного согласования. Неужели сын потерял ключ? Или это уже вернулась блондинка? Она убавила огонь под тушащимися овощами с шампиньонами и пошла открывать дверь, надеясь, что это будет Эмма. Или Генри. Или оба вместе. Да, они попробуют. Нет. Зачем пробовать? Ведь они и так уже семья…