Чудо на Рождество

Но была не Свон. Это был их сын. Но он был не один. За его спиной стояла девушка и как-то слишком неискренне улыбаясь, держала его за плечи. Но её улыбка сразу сползла, как только встретилась с холодным взглядом брюнетки. - Мам, привет! Это… - начал было Генри. Миллс покачала головой. - Идите наверх, молодой человек. Я поговорю с вами позже. Генри сообразил, что сейчас маму лучше не трогать. Несколько минут назад школьный автобус, который возил детей в поход, остановился напротив здания, где находились апартаменты Реджины Миллс. Генри попрощался со своими друзьями, учителем, его помощником и водителем. Спрыгнув с подножки, направился ко входу, уже предвкушая, как расскажет маме про свои первые настоящие скаутские нашивки: он сумел развести огонь в походных условиях и пожарить на нём яичницу, а также единственный среди десяти одноклассников самостоятельно поставить палатку. Вообще, он оказался лучшим среди своих товарищей, которые только смогли выучить правила поведения в лагере и несения вахты. Ещё трое смогли разжечь костёр, но только один, кроме Генри, смог разбить яйцо, чтобы его пожарить. И он предвкушал, как сейчас сам пришьёт свои первые значки. Но неожиданно перед ним возникла девушка, которая представилась, как ассистентка продюсера в съёмочной группе мисс Миллс. Её попросили приехать и передать кое-какие бумаги. Но к сожалению, она так замоталась, что забыла позвонить и предупредить о своём приезде из офиса. А сейчас её телефон к сожалению сел. - Вы подошли бы к мистеру Грину, нашему швейцару. Он бы позвонил. Ладно, пойдёмте, мисс Адамс. Увидев холодные глаза матери, мальчик понял, что та не рада гостье. И вдруг заподозрил, что та может быть даже не входит в съёмочную команду. Генри снял кроссовки, поставив их на специальную полку для того, чтобы они подсохли, а уже потом заняться их чисткой. Повесил куртку в гардеробной и, взяв рюкзак, ретировался наверх. Он даже не подозревал, он был уверен, что непрошеной гостье сейчас будет ой как несладко, зная свою мать. Миллс дождалась, когда Генри скроется наверху, снова посмотрела на гостью: - Мисс Адамс? Чем обязана? Кайли сглотнула. Весь её пыл быстро сошёл на нет. Сразу, как только она увидела брюнетку. Она понимала, почему Свон полюбила эту божественно красивую полубогиню с холодным взглядом глаз цвета горького шоколада. Если представить эту женщину в других обстоятельствах, горячую и с пылающим взглядом, то можно, наверное, потерять разум. У неё нет никаких шансов. Ко всему прочему, Миллс была богата. Не просто богата, а ещё как богата. А также обладала не только исключительной харизмой, но и превосходным интеллектом. (Когда Свон в выходные была на сменах, Адамс посмотрела пару передач с брюнеткой.) Но всё же она попытается отстоять своё право быть с Эммой! - Здравствуйте, мисс Миллс. - Я думаю, вы явились сюда без приглашения не за автографом и не для фото в инстаграм? - Могу я поговорить с вами? - Смотря о чём, - Миллс засунула руки в карманы домашних джинсов и выжидающе посмотрела на стоящую перед ней бледную девушку изо всех сил старающуюся держать лицо. Она знал, зачем сюда явилась Кайли. Но хотела услышать это от неё. К тому же, зная, что та начинающий адвокат, она должна уметь общаться с любым и каждым и не тушеваться ни перед какими препятствиями. - Об Эмме, - услышала Миллс. – Эмме Свон. - Что ж, - улыбнулась Реджина. – Можем поговорить об Эмме. Проходите в гостиную. Кайли было сделала шаг, но остановилась, посмотрев на мягкий ворсистый ковёр. Она скинула полукеды и повесила курточку и прошла вслед за Миллс внутрь апартаментов. Нет, она не была шокирована, увидев всю обстановку. Квартира Джейми ничем не уступала квартире брюнетки: тоже в два уровня, с такими же панорамными окнами. Единственным отличием, у молодого человека не было такого уюта, как здесь. Тому явно нужна была женская рука, даже несмотря на то обстоятельство, что к нему каждый день приходила домработница, которая наводила порядок, стирала и готовила для него. Миллс даже, находясь дома, выглядела великолепно. Если Эмма позволяла себе носить старые, рваные джинсы или вылинявшие спортивные штаны и старые футболки. Реджина же была одета в свободные короткие джинсы почти белого цвета и белоснежную футболку без рукавов, облегающую её идеальную грудь, под которой, похоже, не было бюстгальтера. Кайли присела на краешек дивана, а Реджина, обернувшись, спросила: - Чай, кофе или что покрепче? Кстати, Эмма как раз сегодня купила пиво. Будете? Так вот, значит куда сегодня утром ушла блондинка? Её интуиция не подвела! - Можно воды? – тихо спросила девушка. В горле как-то пересохло и срочно требовалось его промочить. Реджина достала из шкафа стакан и, налив из-под крана воды, подала его Кайли с подставкой. Ей было немного жаль девушку, она чувствовала превосходство перед ней. И чего таить, это ей доставляло удовольствие. И похоже, та это видела. Но Миллс и не хотела этого скрывать. Кайли сделала пару глотков и поставила стакан. Миллс стояла напротив с другой стороны стола, возвышаясь над девушкой. От этого Адамс чувствовала себя ещё меньше, чем была на самом деле. Даже в домашнем одежде и босиком, эта женщина выглядела как королева. «Моя Королева». Так было записано в телефоне Эммы. - Я вас слушаю, мисс Адамс, - с надменной улыбкой произнесла Реджина. Нет, она не испытывала ни неприязни, ни ненависти к Кайли, понимая, что та ей далеко не соперница. Девушка прочистила горло и попыталась спросить твёрдым голосом: - Зачем вам Эмма, мисс Миллс? Неужели вам мало всего этого? – она осмотрела первый этаж апартаментов и немного сверху, вернув свой взгляд брюнетке. – Вы богаты, знамениты. Зачем уводить чужих девушек? Изящная бровь поползла вверх. - Уводить? Я никого никогда не увожу, дорогая. Мне этого не нужно. - Тогда что вы делаете? Почему тогда всё это происходит? Почему… почему в телефоне у неё вы записаны как «Моя Королева»? – Кайли не обратила внимания, как удивлённо чуть нахмурила свои брови Миллс. – Почему сегодня утром она вдруг сорвалась и примчалась к вам? И почему вы не позволяете Генри приходить к нам в гости, ведь это и её сын тоже? К тому же, Эмма биологическая его мать, а вы – всего лишь его воспитали! Я задавала ей этот вопрос, но она мне так ничего и не ответила. Знаете, пусть я всего лишь начинающий адвокат, но я могу попытаться сделать так, чтобы вас лишили родительских прав, - голос девушки был полон горечи, обиды и едва скрываемой вражды. Реджина медленно покачала головой. - Вы этого не сделаете, мисс Адамс. Вы скорее лишитесь лицензии, чем отберёте у меня Генри! Это, во-первых! Во-вторых, я повторюсь: я никого никогда ни у кого не увожу. Это выбор Эммы. Я ничего не делала. Это случилось само собой. Если она вдруг решит остаться с вами, что ж, я никогда не посмею ей мешать. Она – свободна в своих решениях и поступках. И в-третьих, вы должны разговаривать с Эммой, не со мной. Она сама расскажет вам всё. Не нужно приходить сюда и обвинять меня во всех ваших несчастьях. - Вы любите её? – голос девушки всё же дрогнул. Реджина вздохнула и, обойдя столик, присела рядом с Кайли. - Да, - уже мягче сказала она. Нет, она не могла чувствовать злобы к этому ребёнку. – Я её люблю. - А она вас? Она вам говорила о своих чувствах? - На Миллс смотрели полные мольбы и слёз глаза Кайли. – Только не лгите мне, прошу! - Брюнетка вздохнула и лишь кивнула. – А мне она никогда не говорила. Лишь раз. Но она сказала, что не знает, что значит любить и может быть… может быть, то, что она ко мне чувствует, это любовь. Но я знала, что она меня не любит, - Адамс вдруг всхлипнула. – Нежность? Да. Заботу. Но не любовь. Я надеялась, что может быть, когда-нибудь. И тут вдруг появились вы! Почему именно вы усыновили Генри? Почему вдруг ей поручили это дело? Дело о поиске вашего… её! сына? Появись вы чуть позже в жизни Эммы, может быть всё сложилось иначе. Тогда, я только недавно познакомилась с ней, знаете? У неё ещё не окончились отношения с… с её нынешним боссом. - Джонси смоки айс, знаю, - усмехнулась Реджина. – У вас с Эммой было бы больше шансов, чем у него. - Кайли непонимающе посмотрела на брюнетку, но та лишь отмахнулась. – Послушайте, мисс Адамс. Я ничем не могу вам помочь. Идите домой. Голд закрыл на ключ дверь своего кабинета в особняке. Ему не хотелось, чтобы Нил ненароком вошёл к нему. Он любил своего сына, но не доверял своему мальчику. К тому же, ставшему за это время, как они не виделись, наркоманом. Стоит надеяться, что, когда они вернуться в Сторибрук, эта пагубная привычка отвалится. Хотя Румпелю в это верилось с трудом. Бывших наркоманов не бывает. Мужчина, словно дверцу, отодвинул от стены одну из картин, за которой оказался сейф. Честно говоря, он обнаружил этот сейф у себя в доме незадолго перед тем, как узнал об измене Милы. Его давно манила эта картина, будто звала его. Он всегда что-то чувствовал, только не мог точно понять, что. Были какие-то обрывки в голове, словно виденный ночью сон, который почти испарился на утро. Иногда он чувствовал, что именно эта жизнь и есть сон. И вот однажды этот зуд он не смог стерпеть и прикоснувшись к картине, понял, что именно она виновата в этом. Вернее, не сама картина, а то, что за ней скрывалось. И он каким-то образом знал код замка. Когда кинжал оказался в его руках, всё, наконец, встало на свои места. И мужчина всё вспомнил. Вернее, он понял, что никогда не забывал, но как будто наложил на свои воспоминания временный замок. Он надеялся, что в этом новом месте, если вдруг ничего не выйдет, он сможет обрести новую жизнь. Но видимо это была не судьба. А Судьбой было возвращение домой. Потом появилась Эмма, которую он захотел держать возле себя, пока не придёт время разрушить Проклятье. Но это было не проклятье Злой Королевы, хотя изначально задумывалось именно так. Нет, оно было, его ученица наложила проклятье на Зачарованный Лес. Но потом вдруг всё пошло не так. Совершенно! Появилась та, другая, которая всегда была полна зависти. И он её ещё покажет! Не будь он Тёмным! А потом принцесса покусилась на его сына. И всё же, Румпельштильцхен был уверен, что Эмма Свон сможет разрушить и это Проклятье. Но как? Нужно было верить, что это чудо случится рано или поздно. Голд взял кинжал в руки и улыбнулся. Он чувствовал, что скоро, очень скоро это произойдёт. А ещё пора бы выяснить, является ли Генри Миллс его внуком. Хотя, зачем это выяснять? С Генри всё и началось. И мальчишка никогда не сомневался в существовании Сторибрука. Ему, конечно, не улыбалось быть в родственных связях с Прекрасными и их дочерью. Но с другой стороны именно Реджина Миллс всё же усыновила мальчика. А не кто-то другой. И это было чудом, в этом мире лишённом всякой магии! Двое недостающих найдены: Уилл Скарлетт и Сидни «Джин» Гласс. Но только Голд знал, что есть ещё одно недостающее звено для открытия пути в город. И если этих двоих была возможность убедить, то «Старла» на это вряд ли согласится. Хотя, кто знает. Может ненависть, что живёт в ней, подтолкнёт её присоединиться к ним. - Эмма, мы можем поговорить? – услышала блондинка и обернулась. Она собирала дорожную сумку. Обернувшись, женщина увидела Кайли. – Ты же не сбежишь вот так просто? Свон с серьёзным видом покачала головой. Она не хотела сбегать, она не подросток, который сбегает от проблем. Они прошли на кухню и сели за кухонный остров, на котором стояла бутылка виски. Эмма знала, что разговор предстоит не из лёгких. Если всех остальных, включая Джонса, она могла спокойно оставить, даже не сожалея, с Кайли она так не могла.