Твой выбор

      В субботу Гэвин был злее обычного. Он не то, что не хотел идти в гости, даже из дома выходить не хотел. Он мог был просто счастлив, что закончилась эта неделя и у него нет дежурств, если бы не одно но! Маниакальное желание Шер идти в гости к её подруге. К большому сожалению Гэвина, от этого мероприятия не получилось откреститься.       Шарлиз всё утро «полировала пёрышки», как она сама обозначила этот процесс: красилась, завивала волосы, подбирала платье и туфли, перемерив почти половину гардероба. Рид часть мероприятий обозначил как восстановление лица по черепу, вторую — сборы на цыганскую свадьбу. Когда-то он был невольным свидетелем похожей вакханалии, и сейчас сравнение пришлось как нельзя кстати. За неуместные, по словам Шарлиз, шуточки, Гэвин был изгнан на первый этаж с «превосходным» предложением самому что-то организовать себе же на завтрак, так как сама Шер ну очень сильно занята.        Рид не противясь, приготовил себе омлет с сосисками и сел в засаду в гостиной, а на самом деле просматривать новостной канал на диване в надежде, что жена про него забудет и он спокойно сможет поваляться дома в свой выходной.       — Ты завтракать-то будешь? — крикнул Рид, хотя прекрасно знал, что пока Шер не приведёт себя в максимальную готовность, есть не спустится, даже если её желудок будет сообщать всем желающим, о том, что внутри неё поселился голодный кит.       — Нет, — ожидаемо крикнула сверху Шарлиз. — Милый, как поешь, пожалуйста, поднимись ко мне, нужно выбрать в чём ты пойдёшь.       Очевидно, что выбора ему не предоставят, но и смотреть все возможные варианты он вообще не жаждал и предпочёл притвориться частью интерьера. Он как мог оттягивал её просьбу: медленно и очень тщательно пережёвывал каждый кусочек омлета, как учила ещё в школе училка по биологии, посмаковал кофе и помыл сразу за собой тарелку в раковине, а не привычно закинул в посудомойку. Но подниматься всё равно пришлось, когда Шер в третий раз его поторопила.       В целом, это, конечно же, было ожидаемо, Шарлиз хотела, чтобы Гэвин надел костюм, аргументируя это тем, что муж Кэтрин работает юристом и предпочитал носить костюмы и даже дома старался ходить в брюках и рубашках.        — Извращенец! — констатировал Гэвин. — Но я-то нет и, детка, если ты так уж хочешь, чтобы я появился на этом «страшно важном мероприятии», — Гэвин пальцами изобразил кавычки, показывая насколько неважно для него вся творящаяся суета и всеми силами показывал, что лучше его оставить дома, — то либо я иду в комфортной для меня одежде, — Рид максимально выделил голосом последнюю часть фразы, — либо я вообще никуда не иду. И оправдывайся перед Кэтрин как угодно, это уже не моя забота.       Шерон стояла нахмурив тонкие брови и закусив губу. По её глазам было видно, что угрозу Гэвина она приняла всерьёз и если он становился так категоричен, то потом его просто невозможно сдвинуть с принятого решения. И ей пришлось, сцепив зубы, смириться с желанием Гэвина идти в джинсах и футболке. В качестве компромисса — белой, которая выгодно подчеркнула рельеф его тела и, со слов Шер, гармонировало с её светло-розовым платьем.        Мужчина опять спустился, к ставшему почти родным дивану и удивился ещё больше, когда перед выходом им в дверь позвонили. Гэвин пошёл открывать, так как Шер всё ещё была занята. Вот интересно, что там ещё можно ровнять и улучшать, если он спускался, а это было полчаса назад, она говорила, что уже готова?       На пороге стоял улыбчивый доставщик с огромной коробкой. Инстинкт детектива говорил в нём в полный голос, что ничего хорошего в таких коробках не приносят, тем более перед выходом. Паренёк радостно протягивал ему бланк, в котором Гэвин обязан был расписаться. По счастливому виду молодого пацана можно было подумать, что Рид был раскрученной кинозвездой и оставлял автограф на долгую память преданному фанату, а не просто быстро чиркнул в формуляре. Парень счастливо схватил свои бумажки, рассыпался в пожелания хорошего дня и буквально испарился с их порога.       Рид поудобнее перехватил непонятный груз и пронёс в дом. В коробке оказалась ещё одна, поменьше и фирменная самой раскрученной пекарни в Денвере, с роскошным пирогом внутри. Стоило Гэвину принести его на кухню, как быстро спустившаяся Шарлиз деловито вытряхнула его из коробок и уложила на одно из новых блюд.       — Детка, что за сложности? — Рид в лёгком недоумении приподнял бровь.       — Гэв, мы не можем идти в гости с пустыми руками, а с приготовлением выпечки я всё ещё на «вы», поэтому приходится искать другие методы…— она пощёлкала наманикюренными пальчиками с ярко-красным лаком, — решения данного вопроса. Да и не хочется ударить в грязь лицом, всё-таки это муж Кэтрин, мы должны ему понравиться.       Рид закатил глаза. С одной стороны, он совершенно не хотел уже ничего слышать про эту Кэтрин, но с другой — в нём теплилась надежда, что, познакомив их всех вместе, Шарлиз от него отстанет. Гэвин был уверен, что они не найдут общих точек для общения, слишком разные люди, слишком разные интересы, слишком ему не хотелось этим всем заниматься.       — Детка, что ещё за ерунда есть в твоей очаровательной головке? Мы ничего не должны нести и нравится тоже никому не должны. Вполне достаточно просто быть собой, а не бросать упорно пыль в глаза в попытке быть лучше, чем мы есть на самом деле. Поэтому в этом всем, — он выразительно обвёл её гламурно-вылизанный внешний вид, — нет необходимости. Твоя Кэтрин и так тебя знает, а что подумает её муженёк… да не всё ли равно?       — Ты не прав, Гэвин. Но спорить с тобой и портить себе настроение я не буду и тебе не дам! — телефон на столешнице радостно пиликнул, она его проверила и продолжила как ни в чём не бывало. — Будь добр, возьми пирог и неси его в такси, оно вот-вот должно подъехать.       «Средневековье какое-то», — пробормотал Рид себе под нос, но поднос подхватил и слышал, как Шер шла следом за ним, звонко цокая каблуками новых туфель.        В такси они ехали недолго и молча, в целом можно было бы и пешком пройтись, сегодня погода это позволяла. И всё же в момент, когда они приехали к дому Кэтрин Гэвин был зол, немного голоден из-за того, как одуряюще пах стоящий на его коленях пирог и настроен весьма негативно и не стремился это скрыть. Но Шарлиз будто ничего и не замечала, или не хотела замечать, светясь какой-то своей идеей и не реагируя ни на что другое.       Гостей встретил большой, минималистично оформленный дом с огромными окнами, выдержанный в светлых тонах, с классической зелёной лужайкой. И образ обитателей этого жилища тут же сформировался в эдакую совершенную, киношную парочку, которые блистают голливудской улыбкой направо и налево.       Как только такси остановилось и Шер вышла из салона, где с улыбчивым таксистом рассчитывался Гэвин, она перехватила у него поднос и, гордо цокая на шпильках по мощёной дорожке, пошла с целеустремлённостью танка к дому. Нажимать на дверной звонок пришлось Риду, у Шер руки ведь были заняты.        Дверь ожидаемо открыла Кэтрин.       Первое впечатление будто это миловидная, коротко стриженная блондинка с деревянной улыбкой и пустыми глазами, на самом деле обыкновенная серая мышка, которая пытается строить из себя что-то большее, чем по факту не являлась. Её спокойное, безучастное лицо, как будто и не гостей она ждала, а максимум уборщика территории, который в очередной раз что-то от неё потребует, в первую же секунду стоило взглядом найти Шарлиз, озарила такая приятная улыбка, неуловимо изменяя её, делая гораздо симпатичнее и милее, что стало немного не по себе оттого, насколько она рада компании Шер. В темноте холла за её спиной появился мужской силуэт, судя по очертаниям ненамного меньше, а может и больше самого Гэвина.       Вот чего он совершенно не ожидал, что обе женщины с тихим писком потянутся друг с другом обниматься. Шер то ли забыла, что принесла пирог, то ли всё так и задумывалось, но он им явно мешал заключить друг друга в объятья, что добавило ещё несколько крупиц в недовольство Гэвина.       Его дико раздражала вся эта наигранность. Как в старых тупых комедиях. И глядя на неловко улыбающуюся Кэтрин и весело хохочущую Шарлиз, Гэвин не мог понять то ли Шер так резко деградировала, превратившись в тупоголовую дурочку, то ли сейчас она настоящая, а с ним играла другую, приемлемую для него роль. Мысль показалась странной, но интересной. Её стоит обязательно обдумать, но точно не сейчас. Как-нибудь потом.       В конце концов, девушки перестали затягивать этот неловкий момент.       — Ты отлично выглядишь, дорогая, — явно польстила своей подруге Шер, Гэвин едва заметно поморщился. Выглядела она никак, взгляду банально было не за что зацепиться. Если бы он составлял фоторобот, то с этим бы возникли явные проблемы. — Знакомься, это мой любимый супруг — Гэвин, — кивок головы в его сторону. — Дорогой, это моя подруга Кэтрин.       «Сложно было догадаться», — мрачно пробурчал про себя Гэвин и натянул на лицо самую фальшивую улыбку, что была у него в арсенале. Актёрские навыки у него были не очень, его даже в школьный театр не взяли, но когда он этого хотел, из него был довольно неплохой актёр. Ключевой момент, когда он хотел, сейчас такого желания даже не мелькало на горизонте.       — Очень приятно, Гэвин. Рада наконец с тобой познакомиться, — проворковала Кэтрин приятным мелодичным голосом и посторонилась, пропуская подругу в дом.       Шарлиз пошла вперёд и игриво бросила, разворачиваясь в сторону оставшихся мужчин:              «Знакомьтесь, мальчики», — и скрылась в глубине коридора.              Гэвин закатил глаза. Такое чувство, как будто ему снова пять лет и мама пришла в гости к подруге и ему нужно наладить дружбу с соседским мальчишкой. Или не наладить, как получится. Но тогда он не смог бы поиграть в его новую приставку, — а Гэвин точно знал, что она у него есть, — и приходилось делать нелёгкий выбор: подстраиваться под ожидания матери или следовать за своими желаниями. Нелёгкий выбор для мелкого пацана… Но в приставку Гэвин всё равно поиграл, просто отобрав её силой — налаживать дружбу с размазнёй было не в его характере.       Усмехнувшись старому воспоминанию, Рид внимательно окинул взглядом пока ещё незнакомца, который вышел из тени и позволил себя рассмотреть. Ухмылка намертво прилипла к его лицу и сковала мышцы, он в недоумении смотрел на… Коннора.       Точно! Перед ним стоял грёбаный Коннор Найнс!       Сомнений быть не могло. Его улыбающуюся рожу в департаменте он видел чаще, чем собственное отражение.        Если бы Гэвин не был на сто процентов уверен, что у Коннора сегодня смена и женат он на Хлое Говард, с которой он успел наладить довольно тёплые рабочие взаимодействия в отличие от её супруга, но никак не на Кэтрин Брок, которую он имел «счастье» лицезреть буквально несколько секунд назад, то Рид бы решил, что у него явные проблемы с головой. Или Коннор его нагло обманывал и занимался преследованием. А ещё был не нулевой шанс, что «милашка Коннор» вёл двойную жизнь, имея вторую семью в том же городе, что и первую и «порядочного копа» срочно требовалось вывести на чистую воду.       Гэвин быстро пробежался взглядом по чужому лицу, отметил выбившуюся прядку на высоком лбу, упрямо сжатую челюсть, широкие скулы и… светлые, полупрозрачные глаза. У Коннора радужки были тёмные, насыщенного коричневого цвета.       Шарлиз столько трепалась о своей Кэтрин, что могла бы упомянуть и о том, что муж этой самой Кэтрин не только «отмороженный красавчик», но и точная версия всюду сующего нос Коннора? Или она не знала того, как выглядит сослуживец её мужа? Гэвин вообще хоть раз говорил что-то о внешности своего коллеги кроме, как прилизанный зануда и всюду сующий свой нос ботаник?       — Гэвин Рид, — с привычной ухмылкой представился детектив, успевший утихомирить нарастающее раздражение с чётким ощущением, что он во всём разберётся, и протянул руку незнакомцу.       Не-Коннор смотрел на Гэвина спокойным серыми глазами, но с такой постной рожей, что, казалось, он его заранее презирал и, возможно, уже ненавидел. Если это не сам Коннор, то наверняка брат-близнец и надоедливый коллега наверняка успел просветить своего близкого родственничка касательно того, кем является Гэвин Рид. «Слава» Гэвина всегда бежала впереди него, ему было к этому не привыкать. Был ещё вариант, что Не-Коннор в принципе на всех взирает с таким полубрезгливым выражением на холеной физиономии.       — Ричард Найнс, — представился мужчина и крепко пожал протянутую ладонь.       Рид ответно сжал чужую сухую и прохладную руку, придвинулся чуть ближе, не видя смысла ходить вокруг да около.       — Я работаю с Коннором Найнсом и вы пиздец, как похожи. Близнецы?       Гэвин жутко не любил, когда его окружает какие-то тайны, на разгадку которых требуется всё лишь несколько заданных в лоб вопросов и поспешил сразу их для себя прояснить.       Губы у Ричарда едва заметно дрогнули, намечая улыбку, которой так и не появилось и поправил:       — Братья. У нас три года разницы. Я старший.       Рид тут же расплылся в ехидной улыбочке, понимая, что судьба подкинула ему отличный способ достать Коннора. И что из того, что это будет смотреться по-детски? Имеет право на пару тузов в рукаве. На войне, пусть и не объявленной, как известно, все средства хороши.       Рид задумчиво смотрел на нового знакомого, тот ещё раз кинул на него нечитаемый взгляд и посторонился, пропуская гостя в дом.       Внутри несмотря на то, что на улице было довольно тепло, ощущалась прохлада. Рид с удовольствием сбежал от жары, которая не то, чтобы успела ему надоесть, скорее ему просто было более комфортно, когда не хотелось стянуть с себя все имеющие вещи и кожу за компанию, в тщетной попытке хоть как-то снизить температуру тела. Окинул взглядом Ричарда, и да тот был, как и говорила Шер, в черной рубашке с коротким рукавом и тонких брюках. Воистину извращенец, раз дома одевается настолько официально.       Гэвин прошёл вслед за хозяином вглубь дома, профессионально оглядываясь по сторонам, подмечая мелкие детали. Как будто он на месте преступления и должен собирать улики. Вот только внутри дома всё было так же минималистично, как и снаружи. Взгляд соскальзывал с белых стен, на которых редким вкраплениям висели рамки с изображением каких-то растений очень крупным планом. А потом взгляд соскальзывал на хозяина дома, и Гэвин невольно морщился, всё же последнее, что он ожидал увидеть, приходя в гости, это светлоглазый клон доставучки-Коннора.       — У тебя нет ничего выпить? А то боюсь у меня мозг скоро вскипит от радостного щебета о воссоединении двух подруг.       Ричард равнодушно пожал плечами:       — Думаю, я смогу что-нибудь найти.       И всё же Гэвину не показалась, голос у нового знакомого был немного ниже, чем у Коннора и гораздо спокойнее, без звенящих ноток.       Девушки о чём-то вполголоса шушукались на кухни, до Гэвина долетали только отдельные звуки и редкие смешки, а он вместе с хозяином прошёл в светлую гостиную. Рид не спешил заваливаться на мягкий и уютный даже на вид диван, прошёлся вдоль стеллажей, рассматривая немаленькую коллекцию книг, педантично расставленных по размеру. И здесь на стене тоже висело изображение какого-то растения, с ползающего по нему божьей коровкой.       В целом, всё, что Гэвин мог сказать, так это то, что в доме очень много пространства, но почему-то ощущалось в нём странно, как будто здесь не люди живут, а куклы, манекены. Как в домике Барби, понял Рид: вроде бы есть всё необходимое, но насколько всё искусственно, как будто это всё декорации, а не действительно жилой дом.       Как только Гэвин утолил своё любопытство и развернулся в сторону Ричарда, тот кивнул на диван, куда Гэвин с радостью усадил свою задницу, тут же укладывая голень правой ноги на бедро левой и раскидывая руки по спинке. Рид готов был поклясться, что диван ортопедический или с эффектом памяти или ещё с чем-то подобным, но сидеть на нём было просто нереально удобно. Интересно, сколько стоило такая прелесть? Не то чтобы он стал считать чужие деньги, но иметь такой домик — удовольствие явно не из дешёвых. Как и плазма на всю стену напротив крайне удобного диванчика.       Сам хозяин отошёл к дальней стене, где был импровизированный барный уголок, и Гэвину показалось, что там наверняка должно находится что-то столь же дорогое, вычурное и навороченное, как это место и семейство, что здесь проживало.       Рид автоматически следил за ним взглядом, отмечая скупые, экономные движения. Старший Найнс не выказывал никаких признаков беспокойства или нервозности, полностью ощущая себя хозяином положения. Это и не удивительно, всё-таки Гэвин его не допрашивать пришёл, а вроде как с дружеским визитом.       Ричард что-то поискал, гремя стеклом, но ничего у своего гостя не спрашивая и не уточняя, потом скрылся на несколько мгновений из вида, и когда Гэвин распахнул свои глаза, наклонился и потянул ему запотевшую бутылку с газировкой, которую Рид механически взял в руки и покрутил в руках.       — Спасибо.       Гэвин не мог определиться с интонациями и то ли спросил, то ли нормально поблагодарил. Это совершенно не смутило хозяина дома, он спокойно кивнул и отошёл кресло. В руках у Ричарда была бутылка с минеральной водой. Сказать, что Гэвин удивился такому выбору, это сильно приуменьшить. Обычно ему предлагали скрасить ожидание баночкой пива или чего покрепче. Но Пепси? Серьёзно? Ричард Найнс смог его озадачить. Может быть Гэвин предпочитал Кока-Колу? Чисто из вредности так и подмывало это сказать. Но тем не менее бутылку он открыл, сразу делая пару неспешных глотков.       — Для алкоголя ещё рановато, — ответил Ричард на его невысказанный вопрос, который легко можно было прочитать во взгляде Гэвина.       — А может, я люблю заложить за воротник с утра пораньше? — всё же решил поинтересоваться Рид.       — Не в моём доме, — меланхолично ответил Ричард. — Никакого алкоголя до трёх часов по полудню.       — Это принципиально? — уточнил Гэвин.       — Не то слово, — серьёзно подтвердил Ричард, но судя по тому, как едва заметно дёрнулся уголок его рта, он шутил. Наверное.        Гэвин не был в этом уверен, всё-таки у Ричарда лицо оставалось практически непроницаемое. Не то, чтобы Гэвин хотел его разгадать или наладить взаимоотношение. Вовсе нет. Ему это не надо. Судя по холёной роже старшего Найнса, его компания Рида тоже не особо была нужна.       — Уже освоились на новом месте? — вежливо поинтересовался Найнс.       — Ага. Можно на ты, — тут же предложил Гэвин, он не любил это официоз. — Честно говоря, за работой я даже пропустил знакомство с соседями, хотя Шарлиз говорила, что они заскакивали в гости.       — Вот как. Много работы в департаменте?       — Достаточно. Неужели Коннор ничего не рассказывал?       — Нет. У нас с ним достаточно сложные отношения, — обтекаемо сказал Ричард и замолчал. Гэвин тоже не стремился поддержать завявший на корню диалог.       Хозяин наблюдал за ним из кресла, закинув ногу на ногу и тоже молчал. По-хорошему, конечно, стоило продолжить незамысловатый диалог и попробовать ещё пообщаться с этим не-Коннором, вдруг он расскажет что-то интересное или что-то, что можно применить в противостоянии с его братцем. Но именно этого от него хотела Шер: пообщаться, а может и подружиться, значит делать Гэвин этого совершенно точно не будет.       И Рид просто наслаждался таким долгожданным моментом тишины, закинув голову на спинку дивана и любуясь диковиной дизайнерской люстрой, которая изображала, что-то максимально футуристичное.       Гэвин прекрасно понимал, что рядом с ним не жизнерадостный и сующий во всё нос сослуживец Коннор, а совершенно другой человек, но всё же наличие рядом настолько похожего лица триггерило его со страшной силой. И при этом Рид не мог не отметить, что разница у братьев есть и очевидная: новый знакомый был спокойным и совершенно непробиваемым, не стремился понравиться. Ричард вообще с ним не разговаривал и, кажется, познал дзен, меланхолично рассматривая пейзаж за окном.       Гэвин закусил губу, сдерживая рвущиеся слова. Хотелось всё же узнать что-нибудь о Конноре, что-то, что можно было бы использовать в их противостоянии. Но Ричард прямо дал понять, что не будет говорить о брате. Да и вообще разговаривать, проявив минимум интереса. И Гэвина это полностью устраивало. Он был довольно общительным человеком, но сейчас он совершенно не хотел разговаривать и что-то про себя рассказывать или выслушивать. Его новый знакомый похоже тоже в этом был не заинтересован.       И всё же знакомство, какое бы оно ни было, состоялось и теперь можно с чистой совестью сваливать от этих «классических аристократов» через полчасика, прикрываясь жутко важными делами, главное про вызов в департамент молчать, а то закон подлости сработает и его действительно вызовут, чего бы очень не хотелось. А уж в своём доме Гэвин нашёл бы как себя развлечь.       Они спокойно сидели и попивали газировку пока из кухни доносилось радостное щебетание. Употребление алкоголя раньше полудня Гэвин никогда не практиковал, если это не особый случай.       — Общаетесь, мальчики? — комнату вошла Шарлиз, задорно цокая каблуками, посмотрела на вальяжно сидящего Гэвина и Ричарда, которые совершенно никак друг с другом не взаимодействовали и поджала ярко накрашенные губы.       — Нет, мэм, — Гэвин проигнорировал её неудовольствие, сцапав с подноса крохотный бутерброд и тут же закинул его в рот, запивая прохладной газировкой.       Шарлиз сгрузила тарелку с закусками, окинув его недовольным взглядом, и молча вышла из комнаты. Если она думала, что таким образом заставит почувствовать себя неправым, то очень зря. Он изначально не хотел идти ни в какие гости и сделал гигантский уступок просто придя сюда, так что пусть хоть уподжимает свои губы, его это никак не касалось.       Ричард никак на его фразу не отреагировал и, казалось, что ему это всё общение нужно так же, как жителю глубинки знания китайского языка. Странная ассоциация, но ещё более отстранённого выражения лица Гэвину редко приходилось видеть. Найнс не то, что был не рад гостям, он как будто вообще был не в этом измерении, занимаемый какими-то своими мыслями.       Гэвину было всё же немного интересно за ним наблюдать и отмечать его непохожесть на Коннора, от этого почему-то было спокойнее внутри, как будто чужое спокойствие передавалось и ему. Ричард не лез с разговорами, не указывал то, что и как нужно делать и вообще очень уж походил на воробушка-социофобушка. Воробушек, который на полголовы выше самого Гэвина, а Рида никак нельзя назвать коротышкой. Да и в плечах не сказать, что уже. Ричард умел с достоинством держаться. Гэвин буквально чувствовал исходящее от него спокойствие. Как от человека, который привык всё держать под контролем. Интересный экземпляр. Кем он там работал? Гэвин не мог вспомнить, вроде бы клерком, но он был в этом не уверен, слишком много щебетала Шарлиз, утопив его в тонне совершенно ненужной информации.       За размышлениями Гэвин не заметил, как девушки расставили угощения и решили составить компанию молчащим мужчинам. Шарлиз обладала уникальной способностью — занимать собой всё свободное пространство, фигурально, естественно. Она всегда была яркая, шумная, громче всех смеялась чужим шуткам и сама легко шутила на все возможные темы.        Как только Шарлиз заняла своё место рядом с Гэвином на диване, началось привычное шоу одного актёра.       — ...Ох, Кэтрин, милая, это совершенно очаровательно! Нам нужно обязательно сходить на концерт в филармонию. Гэвин, ты же составишь нам компанию?              —... Ричард, как вы считаете, стоит сейчас делать финансовые вложения в трендовый рынок?..       —... Ой, я вспомнила совершено очаровательную историю…       Любимым развлечением Шер было перетягиванием интереса любой компании на себя. Она буквально заставляла концентрироваться на ней и её словах. У Гэвина периодически возникало чувство, будто его супруга вообще не терпела тишины и спокойствия, и как только такие моменты появлялись на горизонте, заполняла «пустоты» собой.        Шарлиз активно пыталась втянуть в разговор любого, перескакивая с темы на тему — излюбленная тактика, которая редко давала осечки. Шер блистала, рассылая нежные улыбки Кэтрин и её супругу. И если Кэтрин осторожно улыбалась в ответ, то об Ричарда всё рассыпалась как о бетонную стену. Гэвин не прислушивался к её словам, воспринимая все её разговоры как белый шум, и с удовольствием поглощал угощения. Не то, что он хотел есть, скорее стремился набить рот, чтобы говорливая Шарлиз не могла выжать из него ни слова. Для Гэвина было вполне достаточно периодически кивать, не вслушиваясь, что там хочет от него Шер.       Её голос иногда затихал и Гэвин слышал тихий голос Кэтрин, но говорила она как-то неловко и неуверенно, будто сомневалась в собственных словах. Хозяин дома больше молчал и бесстрастно наблюдал за гостями, но иногда вставлял какие-то интересные факты, а потом опять замолкал.        Ричард выглядел всё таким же холодным и отстранённым, сидя в чёрной рубашке и брюках, от чего его светлая кожа казалась будто сделана из мрамора и такая же холодная на ощупь. Гэвин обзавёлся загаром по контуру футболки, а вот Ричард, очевидно, редко выбирался из офиса под палящие солнечные лучи.       Найнс сидел с таким отсутствующим выражением лица, как будто спал с открытыми глазами, и рушило эту иллюзию только редкие моргания и то, что он время от времени попивал воду из бокала, что держал в руках. У Гэвина складывалось впечатление, что в такие моменты он медитировал на минутную стрелку, мысленно заставляя двигаться её быстрее. Возможно, он бы тоже хотел провести свой выходной, не развлекая незнакомцев. Просто отдохнуть в тишине и спокойствии, а не вот это вот всё. Но от него хотя бы не веяло пассивной агрессией, как от самого Гэвина.       При желании Гэвин мог бы и поучаствовать, и блеснуть интеллектом, рассказать несколько забавных историй, которые наверняка бы произвели фурор. Но, какая незадача, ему этого не хотелось. Совсем. Гэвин даже толком не мог вспомнить о чём там щебетали женщины, пока он меланхолично поглощал газировку, закуски и привезённый тонко нарезанный пирог, который оказался почему-то с капустой, а не с мясом.       Но время от времени Гэвин поглядывал на безучастного Найнса и где-то очень глубоко в душе он даже радовался, что тот не пытался наладить с ним дружеские отношения. В конце концов, если дружат их жёны, то им дружить совсем необязательно.       Вдруг Шарлиз вцепилась в его локоть и заливисто рассмеялось на ухо, судя по неловкому выражению лица, шутить пыталась Кэтрин. Гэвин поморщился.       — Ох, Кэт, твоё чувство юмора всё так же на высоте!       Гэвин пропустил чужую шутку и механически растянул губы в улыбку, когда получил тычок острым локтем под рёбра.        Сколько бы Гэвин ни пытался отвлечься, больше не получалось. Шарлиз как будто всеми силами пыталась показать, что Рид её: то коснётся руки, заглядывая в лицо широко распахнутыми глазами, то прильнёт к плечу, вызывая где-то внутри глухое раздражение на эту показательность.       Но он терпел все её касания, мысленно гадая, насколько ещё хватит его мнимого спокойствия, прежде чем он психанёт и перестанет играть навязанную ему роль. Он именно что терпел этот весь балаган и, если Шарлиз так хотела создать амплуа влюблённой по уши парочки, но ни черта у неё не получилось — Гэвин отказывался участвовать в этой клоунаде.       И ему было некомфортно выносить свою жизнь на всеобщее обозрение, пусть только в лице её подруги и мужа. Он никогда не видел в этом смысла. Да и зачем? Разве не достаточно того, что они уже четыре года вместе, при этом три из них в браке? Зачем это никому не нужная демонстрация?       И всё же происходящее стало раздражать Гэвина. Ему не нравилось эта игра на публику. Не нравилась эта невнятная компания, которую он должен был осчастливить своим появлением. И ему совершенно не нравилась такая Шер.       Гэвин освободился из её цепких объятий и встал, на ходу придумывая, куда бы можно было двинуть. Хоть на пару минут от всего этого.       — Где здесь можно покурить?       — На заднем дворе. Я покажу, — неожиданно вызвался Ричард и гибко поднялся с кресла.              Если бы Гэвин столько времени просидел в одной позе, то ноги он перестал чувствовать и напоминали бы они две вареные макаронины.       Гэвин потянулся за ним. Они прошли холл и вышли в просторную светлую кухню, выход на задний двор ожидаемо был здесь же.       — Не беспокойтесь, я не буду составлять компанию.       Гэвин и не беспокоился, но был рад остаться один. Наконец-то. Ричард тонко улыбнулся и открыл заднюю дверь, но и сам впрочем не спешил возвращаться к девушкам. Рид видел его удаляющуюся спину и звук шагов к лестнице на второй этаж. Похоже и для него это было предлогом, чтобы свалить.        Гэвин хмыкнул и вышел на крыльцо, с наслаждением вздыхая горячий воздух, вместо прохладного кондиционированного. На улице даже дышать стало легче, и он с наслаждением затянулся, пропуская горький дым в лёгкие, пытаясь хоть немного расслабить напряжённую голову. Лучше бы сегодня у него смена была, ей-богу.       Гэвин спустился с крыльца и немного походил по участку. Тут тоже был небольшая лужайка с газоном и старые качели, которые совершенно не вязались с вылизанным видом. Будто нечто чужеродное, из другой жизни. Может эти братья Найнс всё из себя такие правильно-идеальные на самом деле не такие уж и совершенные?       Гэвин хмыкнул и подошёл к качелям.        Никто никогда не выносит сор из семьи, считая это неправильным. Мало кто знал через, что пришлось пройти собеседнику, чтобы оказаться там, где он сейчас. Гэвин сел на деревянные балки качелей и стал слегка отталкиваться от земли кончиками кроссовок.       У Гэвина не было родных братьев или сестёр. Но была Элана — кузина по маминой линии и на пять лет старше. В его жизни она появилась весьма неожиданно, когда тётка, которую Гэвин видел пару раз в своей жизни, вместе с мужем разбилась на машине, оставив сиротой дочь-подростка. И Дженнифер Рид, мать Гэвина, взяла опеку над ней, приведя в свой дом.        Но Гэвин и Элана совершенно не были похожи друг на друга внешне, зато характеры были чуть ли не под копирку. По крайней мере, так несколько раз со злости говорила его мать. Рид отказывался в это верить, искренне считая, что Элана просто отбитая на всю голову истеричка, знать не знающая, что такое инстинкт самосохранения. Сестрица только после рождения детей смогла стать тем, кого в обществе принято называть «адекватным человеком», хотя ему всё ещё казалась, что она до этого и недотягивала.       Так-то Гэвин рано стал дядей. Ему только должно было исполниться двенадцать, когда Элана разродилась двойней. У сестрицы была любовная любовь с местным байкером, который неожиданно оказался приличным человеком и предложил ей узаконить отношения, когда узнал, что его булочка превратилась в пирожок с начинкой.        Большую часть своего времени Гэвин был вынужден помогать с мелкими спиногрызами, которых он поначалу буквально ненавидел за то, что они лишили его детства. И аргумент то, что он был единственный кто мог за ними присмотреть, для него аргументом не являлся. Если не хотели воспитывать, на кой хрен тогда рожали? И Гэвина слабо интересовало, что Элана пошла в колледж и её теперь уже муж Дерек тоже решил получать образование, чтобы дать своим детям всё самое лучшее. Это их жизни и их решения, но почему они решили испортить его?        Гэвин где-то читал, что рождение близнецов это редкое явление и точно не предполагал, что стазу станет дядей для двоих оболтусов. Его племянники, хоть и внешне как под копирку, но по характерам совершенно разные. Райан милая спокойная обаяшка, а вот Лесли — парень-огонь, зачинщик любых шалостей, за которые потом они выхватывали оба. Скоро пацанам исполнится четырнадцать и Элане точно будет не до сна. Гэвину было бы интересно посмотреть, как сестрица будет справляться с гормональным штормом близнецов. Но вот участвовать в воспитании племенников или собственных детей он совершенно точно не хотел. Навоспитывался. И его вполне устраивала роль старшего брата, когда к нему обращались Райан или Лесли за советом или помощью.       Интересно, в семействе Найнс как? Только внешнее сходство или ещё и характеры идентичные?       Гэвин бездумно оттолкнулся от земли сильнее. Раздался характерный скрип. Рид невольно улыбнулся, когда-то и у него были подобные качели, но они не могли пережить гиперактивных племянников, которые разнесли раритет в щепки.       — Кэтрин, дорогая, ты опять грустишь? — послышалось из-за живой ограды женский голос.       Гэвин от неожиданности вздрогнул и повернул голову в сторону звука. Секунда и из-за живой изгороди показалось его обладательница, как будто она поднималась по ступенькам: сначала часть аккуратно уложенных седых волос, потом половина тронутого возрастными морщинами лица. И вот женщина уже возвышалась над кустами по плечи, демонстрируя что-то в мелкую полоску и накрашенные ногти на руках. Рид опешил и раскашлялся дымом.       — Это не Кэтрин, — получилось сипло.       — Это я вижу, — с достоинством ответила женщина. — Кто вы такой, молодой человек? — буквально потребовала ответа эта совершенно неуместная старая леди.       Гэвин глубоко затянулся и ехидно улыбнулся:       — Гость, — и так показательно выдохнул дым в её сторону, что женщина скривилась.       — Кэтрин не могла пригласить к себе такого… такого, — она не могла подобрать нудного эпитета, предлагая выбрать Гэвину своё определение. Гэвин предпочёл и не выбирать.       — А я и не к Кэтрин, — ухмыльнулся Гэвин.       — Ричард не берёт работу на дом, — не сдавалась эта не в меру любопытная женщина.       Гэвин пытался прикинуть сколько ей лет. Выходило что-то где-то между шестьюдесятью и соткой, возможно она была ровесницей английской королевы, судя по тому как она держалась, возможно, даже брала с той пример.        — И он бы тем более не потерпел рядом с собой такого мужлана, — безапелляционно заявила старушенция.       — Откуда вы знаете? — деланно удивился Гэвин. Риду ну очень нравилось бесить окружающих, особенно когда у него само настроение держалось в минусе. Да и лучше так, чем купаться в розовых соплях дружбы и умиления оставшихся в доме подружек.       — Оттуда. Не первый день живу на этом свете, молодой человек.       — Это я заметил.       — Я же говорю, ХАМ! — взвизгнула женщина.       — А вам не кажется, что вы лезете в чужую частную жизнь? — вкрадчиво поинтересовался Гэвин. — Ещё и суёте нос на частную территорию, а это, между прочим, является преступлением.       — Нет. Ричард и Кэтрин мне как родные! — женщина задрала кверху курносый нос.       — А сами Ричард и Кэтрин так считают? — продолжил Гэвин ненужный диалог, видя, как сильно на него реагировала женщина.       — Это не ваше дело, молодой человек. Не лезьте в наши взаимоотношения.       — Советую вам заняться ровно тем же самым.       — Хам! — опять взвизгнула женщина. — Я поговорю с Кэтрин. И с Ричардом! Вы не достойны общаться с такими приличными людьми.       — Думаю, мы сами определимся кто и чего достоин, — Гэвин встал с качелей и развернулся в сторону дома, больше не слушая, что там ещё хотела от него чужая соседка. Всё-таки выстраивать добрые меж соседские отношения — это определено не его.       Гэвин затушил окурок об подошву ботинка, чтобы не портить идеальность газона. Он приличный человек и знает, что такое воспитание. Когда хочет.

      ***

      Едва Гэвин вернулся, как увидел широкую спину Ричарда и то, как он аккуратно коснулся плеча Кэтрин, даже скорее наметил это движение.       — Прости, Кэт, но мне нужно срочно уехать в офис.       Гэвин так понимающе покивал. Ему тоже хотелось в офис, любой, только не свой, а ещё в Австралию к кенгуру, и даже в тундру к медведям, лишь бы не оставаться здесь в этой радостно-ванильной, излишне возвышенной атмосфере.       — Думаю, нам тоже пора, — Гэвин решил, что и им пора делать ноги.       — Но…       — Шарлиз, хозяева устали. Тем более у Ричарда появилась работа. Дадим им личного пространства, — тихо, но так чтобы его все услышали, сказал Гэвин.       Шарлиз поджала накрашенные губы, расцеловалась с Кэтрин, ласково улыбнулась Ричарду. Гэвин с трудом выдавил из себя что-то что должно было напоминать дружелюбную улыбку, и похоже со своей задачей не справился, судя по тому, как нервно дёрнулась Кэтрин.       — Я могу вас подвезти, — галантно предложил Ричард.       — Спасибо, но мы доберёмся сами, — тут же открестился Гэвин. — Счастливо оставаться.       Едва за ними закрылась входная дверь, как Шер вцепилась в руку Гэвина, перенося вес на него, в попытке разгрузить наверняка натёртые ноги, а ведь он предупреждал, что оно того не стоит. В любом случае Гэвин планировал немного пройтись и проветрить голову. Хотела этого Шер или нет, его это мало интересовало, как ей было плевать на желание Гэвина полежать на диване в свой заслуженный выходной. Поэтому он молча направился по дороге. Девушка скривилась, но поскольку всё ещё висела на своём муже, автоматически переставляла уставшие ноги.       — Ну как тебе сегодняшний день? — начала светскую беседу Шарлиз, как только они отошли от дома её дражайшей подруги на приличное расстояние.       — Не расскажешь, что на тебя нашло? — вопросом на вопрос ответил Рид.       — Не понимаю о чём ты? — неискренне удивилась Шер.       — Ну как же так? Ты забыла? То ты прижмёшься ко мне, то положишь руку на колено, то сделаешь ещё какую-нибудь настолько же дурную херню. Зачем, Шарлиз, ты это делала?       Помимо всего происходящего почему-то именно прилипчивость Шер выводила из себя на раз. Шарлиз похлопала густо накрашенными ресницами и сказала как ни в чём не бывало:       — Я просто показала Кэт, как должны выглядеть настоящие, искренние отношения.       — Серьёзно? Вот это вот, — Гэвин махнул рукой в сторону дома Найнсов, даже не поворачивая головы, — ты считаешь искренностью и натуральностью?       — Да, — совершенно серьёзно кивнула Шер. — И я вообще не вижу в этом проблемы. Чего ты так завёлся?       Гэвин с силой растёр лицо, похоже, Шарлиз реально не понимала, где она не права. Но она же просто не могла не видеть очевидные вещи.       — Когда ты успела шизануться? — тяжело выдохнул Гэвин и запустил пальцы свободной руки в волосы, зачёсывая их назад широкими движениями. — То есть для тебя вся эта херня — это показатель искренности в отношениях? По-моему, это настолько наигранная хрень, что купиться на неё может только школьник-девственник, ни разу, блядь, нецелованный.       Шарлиз надулась. Она жутко не любила, когда он оспаривал её действия, но промолчать Гэвин не мог, хорошо, что выяснять это всё не стал в компании её новых друзей. Но судя по тому, как глубоко она вздохнула, она готовилась объяснять, а то и отстаивать свою позицию.       — Гэвин, ты не понимаешь. Я всегда хотела, чтобы наши отношения именно так выглядели со стороны. Всё как в романтических комедиях: счастливый муж с женой, объятья, прикосновения, поцелуи — все дела. И обязательным пунктом — умиление окружающих.       Гэвин передёрнулся, ему вся эта показушность откровенно претила. Просто будь собой и твои близкие, друзья, родственники и товарищи будут принимать тебе таким, какой ты есть. Если кому-то что-то не нравится — пусть идут в туман, вокруг и так слишком много долбоёбов, чтоб засорять своё окружение.       — Напомню тебе, детка, но жизнь это не гребанный ситком, который заканчивается стоит только выключить телевизор. Порой это тот ещё хоррор с элементами драмы. Тебе ли этого не знать?       — Смотря у кого. Я хотела бы чтобы моя жизнь напоминала ситком или романтическую комедию.       — А напоминает шоу Опры, — усмехнулся Гэвин. Почему-то именно такая ассоциация пришла в данный момент, возможно потому, что именно интервью, не непринуждённое общение новых людей напомнила это мероприятие.       — Ой, да ладно тебе. Неужели совсем не понравилось? На мой взгляд, Ричард просто красавчик, и Кэтрин очень повезло отхватить такую лапочку, — Гэвин непроизвольно скривился, назвать лапочкой мужика, который всю встречу просидел молчаливой глыбой, могла только Шарлиз. И умиляться с этого могла тоже только она. — И не без странностей, конечно. Но они с Кэт очаровательно смотрятся вместе. Тебе так не кажется?       — Мне показались они прямо-таки идеальной парочкой, — поделился Гэвин своими впечатлениями о новой-старой подруги Шер и её мужа. — Две напрочь отмороженные селёдки: что твоя Кэтрин, что этот Ричард. Улыбнуться — не, не слышал. Пошутить — в этом нет необходимости. Я вообще не уверен, что он не робот.       — Они действительно немного странные, но Кэт хорошая! Ты же мне веришь?       — А как ты думаешь? — ушёл от ответа Гэвин. — Только никак не могу понять, зачем она тебе нужна? Что ты в ней такого увидела?       Девушка пожевала губы и призналась:       — Потенциал.       Гэвин недоверчиво поднял бровь, одновременно выражая неодобрение и давая ей возможность расширить ответ.       — Да, она очень похожа на меня, когда мне было лет четырнадцать и мы ещё дружили…       — Детка, тебе и этой Кэт уже есть двадцать пять и опыт мне подсказывает, что если она до этого не воспользовалась своим потенциалом, то и не сделает это ни сейчас, ни в будущем. Да и, честно говоря, что ты ты там разглядела, я обнаружить не смог.       — Ты просто не туда смотрел, — упрямо возразила девушка.       — А куда же я по-твоему смотрел? — подозрительно спросил Гэвин.       — Ну судя по тому, что ты сказал двумя минутами ранее, то наблюдал ты в основном за её мужем.       Шарлиз лукаво улыбнулась, будто застала его на месте преступления. Гэвин покосился на неё и неожиданно широко, хищно улыбнулся.       — Я же не успел тебе сказать. Помнишь Коннора? Ну моего коллегу, что пытается привить мне правила приличия? Он ещё со мной разделил первую строчку в рейтинге, когда мы сдавали нормативы?       Шарлиз неуверенно кивнула и тут же споткнулась, сильнее вцепившись в руку Гэвина.       — Может, вызовем такси, Гэв? Ты правда хочешь ещё идти? Разве ты не устал?       Весь вид Шер показывал, что ей срочно нужно обеспечить уют и комфорт, сию же минуту, но Гэвин и был упрямым засранцем.       — Я хочу пройтись. Ты же составишь мне компанию? — Шарлиз обречённо кивнула. — Так вот, у этого Коннора есть старший брат. Я выяснил это сегодня. И как ты думаешь, кто бы это мог быть?       — Неужели Ричард? ­– ненатурально удивилась Шарлиз, деревянно переставляя ноги и смотря исключительно в асфальт. Гэвин внутренне позлорадствовал.       — Прикинь, да? Я когда его увидел, так удивился, что даже обложить матом его не смог сразу. А потом это резко перестало быть актуальным.       — Вот это неожиданность, — вроде бы и искренне, но Гэвин опять почувствовал фальшь. Шарлиз это было совершенно неинтересно. Точно так же как ему было неинтересно посетить эту семейку. Но кто бы его спрашивал. Но всё же садистом он не был. Показать на чужой шкурке, что не стоит его злить — это он мог, но никогда этим не упивался.       — Вызывай такси, — выдохнул Гэвин.              Шарлиз счастливо пискнула и тут же выполнила указание, быстро забивая нужный адрес в телефонном приложении.       Такси пришло на удивление быстро. Гэвин помог забраться Шарлиз в машину, сделала она далеко не так элегантно, как утром, и захлопнул дверцу.       — А ты? — удивлённо спросила девушка, когда поняла, что Гэвин не торопился садиться в такси. ­        — А я ещё не много пройдусь. Счастливо добраться.       Гэвин хлопнул побоку машины, и такси тронулось с места. В окне Шарлиз сверлила его убийственным взглядом, Гэвин не отказал себе в удовольствии и помахал ей рукой. Домой торопиться точно не стоило, Шер нужно дать время, чтобы она остыла от этой выходки Гэвина.       Он остался стоять один на тротуаре, вдыхая полной грудью влажный воздух. Низкие облака закрыли солнце, на улице стало заметно темнее и не так жарко, скорее душно. Судя по всему, в ближайшее время должен пойти дождь. Риду было откровенно на это плевать. Даже если он промокнет, в этомт не было ничего страшного, он привычный. Но в данный момент остаться одному хотелось неимоверно, что Рид немедленно и воплотил в жизнь.               И всё же с Шарлиз стоило серьёзно поговорить. Обо всём. Не стоит замалчивать ещё и это.        Гэвин сам себе кивнул, развернулся и продолжил движение.              Чудесно провели время, ничего не и скажешь.