Теневая хроника

В южном районе города Вентур, в одном из дворов происходила суматоха. Вокруг одного человека собралась толпа детей. На их лицах были следы грязи, а одежда была изорвана и поношена. На их фоне юноша, которого они окружили, в своих синих, роскошных одеяниях и с идеально чистой кожей выглядел очень противоречиво. На земле рядом стояли две корзины. Под детские выкрики, в одной из корзин он вытаскивал разнообразную еду и вещи. — Таак, Паулу достаётся морковь. — Еее? Только не это, ненавижу её! Можно что не будь другое?! — Не вредничай! Тебе надо есть больше овощей, иначе не вырастишь. — Ммм… Мальчик был расстроен отказом юноши, и поэтому надул лицо. Видя это, юноша испытал жалость. — Эхх, ну хорошо. В следующий раз я принесу тебе немного мяса, ладно? Говоря это, он взъерошил волосы мальчишке. — Правда? Ты же знаешь, я его обожаю. Ты точно не врешь? — Не вру. — Ура! Братец, это обещания! Нарушишь его, и мы больше не друзья. Мальчик вновь был в приподнятом настроении, и уже не мог дождаться следующей встречи.  — Да-да, я знаю. Ладно продолжим… а Клавдии получает этот кусок свинины. Рука юноши протянула девочке лет 9, запакованный в пергамент кусок свиного копченого мяса. Мальчик, что ранее получил морковь округлил глаза. — Стой, а почему это ей досталось мясо, а мне морковь? Нечестно! Клавдия, давай меняться! Видя что его любимое лакомство достаётся другой, 11-летний мальчишка взорвался негодованием. — Не хочу! Братец дал его мне, так что оно мое. — Не будь жадиной, давай же! Паул и Клавдия начали перепалку. Их друзья пытались успокоить обоих, но безуспешно. Скоро это привело к тому, что мальчишка буквально начал выдирать этот желанный кусок мяса из рук маленькой девочки, почти доведя её до слез. И в ту же секунду… — ПАУЛ!!! Резкий, полный ярости крик. Он застал всех врасплох и испугал, да так что каждый дернулся и отскочил. А у того ребенка, к которому был обращен этот крик, прошли мурашки по спине. Крик исходил от их благодетеля, который был очень разозлен поступком мальчика. — Даже если тебе очень хочется эту вещь, отбирать её у своих друзей нельзя, так поступают лишь отбросы! Посмотри, из-за тебя она чуть не разрыдалась, неужели какой-то кусок свинины стоит, чтобы причинять ей боль? После произнесенных им слов, Паул посмотрел на лицо Клавдии. Из её глаз вытекали слезы, а она была испугана. Осознав, что он натворил, мальчик опустил голову вниз. Стыд и сожалению начали пожирать его изнутри. Видя что мальчик искренне раскаивается, лицо благодетеля смягчилось. — Вы же знаете, семья Клавдии самая бедная даже в нашем южном районе. Поэтому она получает больше, не потому что она моя любимица, а потому что без моей помощь ей не выжить… Юноша медленно подошел к испуганным детям. Бруц! Быстрым движениям руки он притянул их к себе и обнял.  — Не нужно ругаться за такую мелочь. Ссоры причиняют лишь боль, как одной, так и другой стороне. Они возникают лишь из-за простого недопонимания между людьми. В следующий раз, перед тем как злиться на друг-друга, просто сядьте и поговорите, хорошо? Эти слова были произнесены с родительским тоном, полные теплоты и заботы. Подобное отношение заставило этих детей видеть в парне больше чем друга. Выбравшись из объятий, виновники спора посмотрели друг на друга. Первым взял слово Паул: — П… прости меня, я виноват! Мы же ведь… все ещё друзья? Мальчик извинился от всего сердца. В порыве своих капризов, он и не заметил, как жестоко обошёлся со своей подругой. Если бы не юноша в синем, ситуация могла стать ещё хуже. Клавдия уже вытерла слезы, и когда услышала слова Паула, улыбнулась. — Конечно мы друзья! Все в порядке, я не обижаюсь. Ты тоже меня извини, мне не стоило так злобно отвечать тебе. Она перевела взгляд на злополучный кусок мяса, а затем на Паула. Немного подумав, она протянула сверток мальчику и неуверенно произнесла: — Эм… отдать его… я не могу… тогда… может… поделим? Услышав слова девочки, мальчик удивился. — Ты точно не против? — Конечно нет, бери! Хоть мальчик и сомневался, но отказаться от такого не мог. Он недоверчиво протянул обе руки к свертку, но в последний момент остановился. — Ааа, я не могу так, так нечестно… Паул достал свой сверток, и немного погодя, вытащил его содержимое. Это были пару морковок, которые оказались у девочки в руках. — Это… мне? — Раз я забираю твою часть подарка, то в ответ я отдам тебе свою! Так будет честно! Мальчик сказал решительно и единогласно. Другие дети порадовались за своих друзей, и согласились с высказыванием Паула, и…  — Ей, не хочешь моего хлеба? — Конечно хочу, тогда держи немного помидор. Поняв что вещами, которые дал благодетель, можно делиться друг с другом, дети начали массовый обмен. Таким странным образом дети научились основам деловых отношений. Юноша в синем довольно качнул головой, и продолжал наблюдать с небольшой улыбкой на лице. Добряком, который раздавал еду детям, был Тиол. Получив свое вознаграждение за миссию, он ушел из Города Ветви, и направился на рынок, где на все деньги купил продуктов на две корзины. С тех пор как Тиол два года назад стал исполнителем Теневого древа, юноша собирал здесь этих детей, и делился с ними разными полезными вещами: продуктами, лекарствами, игрушками, и всем таким подобным. Более того, большую часть своего свободного времени он посвящал им. Слушал их проблемы и переживания, наставлял и обучал как выживать в этом неприветливом мире. Он фактически был их третьим родителям. Ведь двум настоящим родителям было не до своих детей. Южный район Вентура считался самым бедным и преступным районом в городе. Его жителям надо было безмерно работать, чтобы банально не умереть с голоду. Но большинство горожан предпочитало ходить по тавернам и борделям, просаживая с трудом заработанные деньги на мимолетные развлечения, волоча жалкое существования, пока их никчемную жизнь не прервет нож очередного грабителя. Люди здесь перестали надеяться на лучшее, ведь они не знали, что значит лучше. Слоев населения было всего три: бандиты, рабочие и бездельники. Рабочие были немногими, кто хоть как-то пытался выбраться из этого место и нещадно работали и копили деньги, в надежде наконец убраться из этого места. Бандиты же усложняли им эту цель, так как угрозами и действиями заставили их платить огромные деньги за их безопасность, наживаясь на этих честных людях. Ну бездельники, большая часть населения района, полностью отчаявшиеся люди, перебивающаяся маленькими заработками, и тратя эти деньги на развлечения, пока они не умрут где не будь в канаве. Естественно, когда ты живешь в таких условиях, заводить детей было глупым решениям, но люди так не считали. В итоге дети с самого рождения были предоставлены сами себе, и уже кем они вырастут, решали улицы. Возле Тиола собрались дети всех трех слоев, и каждый был тем ещё беспризорником. Если бы молодой вор не следил за ними, неизвестно как бы они закончили. Пока ребята развлекались, молодой вор присел под стенкой. Небо было ясным и солнечным. Когда он смотрел на них, его сердце радовалось. Мягкость и доброта к этим детям не то, что ожидаешь от человека с кличкой «бедствия». " Боже, вечно с ними одни проблемы. Удивительно, насколько они могут быть беззаботны, живя здесь. Но это и прекрасно, им не придется переживать тот ад, что происходил со мной. В моей власти дать им тепло и заботу, так почему же мне этого не сделать? » Пока его посещали теплые мысли, он краем уха услышал обрывок разговора за переулком. — Ей, ты в курсе? Сегодня утром сынка Проэлиумов ограбили. — Что, в натуре? — Ага, говорят охрана гналась за ним до самой площади, но так и не смогла его поймать. — Не гони, он же член сенаторской семьи, у него в охране по любому должен быть хотя бы один этерит. И он не смог поймать обычного человека? Как это вообще могло случиться? — То та и оно. По словам очевидцев, вор был как раз этеритом. — Ты шутишь! Зачем одному из избранных заниматься подобным? — Я то по чем знаю, дурень! Все на площади видели вокруг него сияния, ошибки быть не может. — Да уж, это объясняет, почему ему хватило наглости ворваться в сектор патрицием и ограбить сенаторского сына. Навел он шороху в этот богатый коптильник. Вот бы с ним встретиться. — Еще чего, по всему городу теперь шастают стражники, любого подозрительного типа на висельницу отправляют. Ближайшие дни нужно вести себя тихо, не то и мы попадем под раздачу. — Да знаю я. Но об этом переживать не стоит, Красноглазые Львы все равно привлекут все внимания... Люди, ведущие оживленный разговор прошли. Сюда по говору, они были не самыми честными людьми. " Ооо, так мое утреннее рандеву уже известно всему городу. Ожидаемо.» Тиол повернул голову, и посмотрел вдаль. Вдалеке виднелся огромный белоснежный храм. Именно там он провел свою операцию.  — Это было сегодня утром, но как будто с того момента прошла вечность. Впрочем, так после каждого задания. — тихо произнес себе под нос юноша Глядя на этот храм, он размышлял. «Хоть я там и бывал пару раз, но сектор патрициев удивительное место. Жаль только, что так не во всем городе. Интересно, в других странах тоже есть такие сектора?» — такие мысли его посещали про один из уникальных феноменов его страны. Как известно, после подписания Великого Перемирия и раскола среди Пяти Основателей образовались их личные страны. Империя Арилон была одной из них, и занимала весь запад континента. После того, как один из великой пятерки основал свое государство, он самолично отобрал 100 самых преданных и способных людей среди его подчиненных и наделил их высшей законодательной властью. Так появился первый император и первый сенат. За 700 лет своего существования империя много чего пережила, но власть последующих императоров и сенаторов всегда была огромной. Первые сенаторы основали свои рода, и разделили империю на свои зоны влияния, а также закрепили за собой право на место в сенате. Это означало, что если сенатор умрет или не сможет выполнять свой долг, его сын или ближайший родственник займет его место. Иными словами, места в сенате были наследными, что позволило родам первых сенаторов сохранить свою власть до сих пор. Родственники сенаторов, будь то сестры, дедушки, или братья получали статус элиты, и носили титул «патрициев». После сенаторов они были третьими по статусу, и имели право голоса и небольшое влияния на сенат. Если сенаторов интересовало мнения «народа», то опрос будет только среди патрициев, обычных людей даже спрашивать не будут. Именно патриции занимались непосредственным правлениям своими землями и народом, пока сенаторы пытались добиться большей власти для своей семьи. За патрициями шел обычный народ, плебеи. Они не имели никаких политической власти, и были обычными жителями империи. Ремесленники, работяги, торговцы, все они происходили именно из этого сословия. Но и в самом низу находились рабы. Бесправные и порабощенные люди, к которым относились как к товару. Такой судьбы не кому не пожелаешь. Такова была социальная структура в этом государстве. И дабы её подчеркнуть, города империи были разделены на два сектора, плебейский и патрицианский. В первом проживали патриции и их слуги, а в плебейском соответственно плебеи. Для рабов же не было отдельного сектора, так как все рабы находились при своих хозяевах в их домах. Не стоит и говорить, как уровень жизни в этих двух секторах отличались. Но стоит заметить, что обычные жители империи в большинстве своем не жили в таких условиях, как в южном районе Вентура. Улицы обычного города выглядели более-менее опрятно и терпима, и лишь трущобы, где жили самые бедные граждане, напоминали руины. Многим иностранцам такое устройство городов и общества кажется чересчур строгим и неудобным, но сенат и император не намерены ничего менять. Эта система была создана ещё 700 лет назад, и все уже привыкли к ней. Может она и устарела, но зато всем известны её пороки и плюсы, в отличии от чего то нового и неизведанного. В итоге страх изменения и привел к тому, что Арилон находился в стагнации и застое. Впрочем, до этих мыслей Тиолу ещё предстояло дойти. Сейчас его голова была занята другим. Что же ему делать с поручениям? « Я должен дать ответ завтра, но… я без понятия, что ответить. Если соглашусь, то моя жизнь будет под угрозой, и скорее всего я там и помру. Но если откажусь, то я буду в безопасности. Но мне снова нужно будет вернуться к той жизни… нет! Больше никогда я не упаду на уровень тех ничтожеств! И все же… " Сколько бы он не ломал голову, выбора Тиол так и не сделал. " Бесполезно, ничего не лезет в голову. Время еще есть, некуда спешить» С такими мыслями вор отринул все беспокойства и продолжил наблюдать за весельем детей. Пока… — ТИОЛ!!ВЫХОДИ, УБЛЮДОК! Имя молодого вора прозвучало на улице, за ним послышались тяжелые шаги и угрожающее бряцанья. Тон кричавшего был совсем не дружелюбным. Услышав его, юноша нахмурил брови. На чистом небе начали появляться пасмурные облака.

***

А тем временем в маленькой комнате один человек со странной маской и равнодушным лицом протирал свой меч.