Love through suffering

Всё поменялось тогда, тринадцать месяцев назад, когда Харли попала в больницу, она в коме, этих блядь тринадцать месяцев она не приходит в себя. Джейн бессильна, сколько всех возможных вариантов она перебрала, сколько она реактивов перевела, но не одна из всех возможных вариантов не помог, Джейн знает что мама медленно умирает, но ничего сделать не может, просто надо признать что это конец. Джокер тоже ничего не может сделать, поэтому и оставил это дело Джейн, знает, что девчонка сама справляется, он знает, что очень хорошо её обучил, Джейн умна, это факт. Но её ум, не может помочь матери, Джейн бесится, срывается на отца, на друзей, на всех. Но ничего взамен не происходит, с её криков некому лучше не становится, только хуже. Джей пытается как-то её утешить, знает, что все эти телячьи нежности не для него, но Джейн это другой, это скорее то, что изменило его, и он даже не может понять в какую именно сторону, в худшую или лучшую. Джей и не помнит когда это всё началось, не помнит когда именно она начала ненавидеть отца, когда маму положили в больницу или когда в их доме появилась Алексис Кей. Она, кажется, живёт с ними уже как четыре месяца, срок не очень то и большой, но Джейн её ненавидит, лишь потому, что Джейн и отец, живут на иголках, они не говорят уже, редко, но бывает. Они не общаться как раньше, всё из-за того, что Джейн не может принять новую жительницу их дома. Она ненавидит её, как и Алексис её, ждёт когда Джейн уйдет от них. Нервы у Джейн уже сдают, ещё чуть-чуть и она лично перережет глотку Панчлайн. Всё же это дрянь отца, Джейн не имеет до неё никакого дела, пока Алексис не лезут туда куда не надо. Сейчас, Джейн редко появляется дома. У неё есть два клуба, папа подарил, отдал два своих, сначала один, а когда дела пошли вверх отдал и другой. Джейн с тринадцати лет помогала отцу с документами, с планами, всё то, что ей нравится. Сейчас у неё есть два своих, но она по-прежнему помогает ему, иногда ходит на встречи вместо него, иногда они ходят вдвоем. Нет, Джейн не его правая рука. Она, как и он, полноценная правительница Готэма, была, есть и будет. Джейн нравится власть, она любит деньги, то, что выглядит дорого. О чувствах она давно про них забыла, она любит себя, и это точка. Самовлюблённая. Садистка, убийца, эгоистка, это прекрасно. Ей нравится смотреть на то как люди бояться её, шугаются как от прокаженной. Мафия в Готэме уже давно поняла, что девчонка им не по зубам, и не из-за того что её папаша Джокер. Слишком сильна и умна для них, она объект восхищения. Прекрасная и сексуальная. Это пугает, даже лишь потому что она тот человек которому Джокер доверяете полностью, соглашается с ней, позволяет ей делать то, что не позволял никому. Она давно самостоятельная, давно решайте свои проблемы сама, давно может постоять за себя, её боятся в мафии. Знают, что девчонка может устроить им сладкую жизнь, может отправить их на больничную койку, и глазом не моргнуть, не побоится отцовского гнева. Бесстрашность. Наемники боятся её, как и Джокера. Они боятся её до костей, много ребят полегло именно от её руки, может убить за любое слово которое ей не понравится, за любой косяк, и это не изменить. Они называют её «босс», и Джокер знает, и ничего против не имеет. Джейн всего лишь пришлось показать, что если парни не захотят по-хорошему, то будет очень и очень плохо. Вот поэтому она и «босс», такая же, как и отец. Она ему ровня, они на равных. Безумие. Не было такого чтобы Джокер кому-то позволял быть с ним на равных, но в который раз Джейн доказала обратное. Джейн умна, знает очень много чего, психология, психиатрия, химия, биология, математика. Это может и будет звучать как ложь, но всему этому её научил отец, а дальше Джейн, изучала сама, он помогал ей, давал время, Джейн всё схватывает на лету, быстро всё запоминает. Вот поэтому она и лучшая. Она не пользуется своей внешность или статусом, она оправдывает то, что ей дали. Если хочешь быть королевой, начинай добиваться этого. Принцесса и королева разные статусы. Она была воспитана королевой, поэтому очень и любит себя. Она воспитана в любви, в отцовской любви. Он никогда не бил её, кричал да, но не бил. Не мог поднять на неё руку, может поэтому она и уверенная. Мама участвовала в её воспитании, но отец больше. Все повадки и привычки что у него, что у Джейн есть. Манера речи, жестикуляция руками, мимика, это всё было заложено с детства. Джейн с детства не боялась отца, и сейчас ничего не изменилось. Только он всеми способами делает то чтобы Джейн его ненавидела, приводит эту дрянь Алексис. Она живёт с ними, спит вместе с отцом, они даже теперь обедают втроём, Джейн бесится, ненавидит её, ждёт когда Алексис сама уйдет, ждёт когда отец убьет её, если это не сделает он, то сделайте Джейн, нервы на исходе, может это из-за того что она уже устала сидеть за этими реактивами, и снова что-то делать, чтобы спасти маму. Сегодня у отца день рождения, тот праздник который он не видел смысла праздновать, вообще праздники это не его, но всё меняется когда Харли появилась, а потом и Джейн. Это уже традиция праздновать его день рождения, но в этом году всё по другому. Раньше Джейн дарила ему открытки, которые делала сама, то, что было сделано с любовью, и он принимал, ухмылялся, ерошил её волосы, говорил как ему нравится, Джейн улыбалась, смущалась каждый раз, и это было чудесно, в такие моменты Джейн казалось что он и правда её любит, по-настоящему. Но это всё было лишь её мечты, далёкие и нереальные. Раньше Джейн была рада видеть его, прыгала ему в руки, помогала ему, им было весело, и так могло продолжаться вечность. Но рано или поздно любой сказке есть конец. Шестнадцатого августа, у него день рождения, Джейн очень хорошо помнит такие даты. Сегодня именно тот день, где наверное она попытается быть счастливой, у неё с отцом и так общение сошло на ноль, и никто из них не пытается это исправить, Алексис всё усугубляет, делает всё хуже, но она тоже знает что этот день не нужно портить. Поэтому они постараются провести его как семья, папа и дочь, Алексис лишняя, но будет всё же с ними. - Ты лучше бы помогла мне, чем сидела бы над этим, - говорит едко Алексис Джейн. Та ей не отвечает, просто смотрит, прожигает её взглядом, Алексис от этого взгляда мурашки. Может, она и боится её, совсем чуть-чуть. Джейн лениво откладывает документы, кладет их на журнальный столик. - Что, по-прежнему хочешь спасти свою мертвую мать? - с издёвкой спрашивает она, ярость начинает поглощать Джейн. - Ох, милое дитя, мне так жаль, что она умерла, - продолжает она, - а может и нет, - уже более тихо говорит она, и как только Джейн хочет что-то ей сказать, до того момента пока Джейн ей не всадила нож в горло, звучит выстрел с пистолета. Алексис будто тряпичная кукла падает на пол, с головы вытекает кровь, Джейн замирает, может, понимает, что это мог сделать только папа, и она не ошибается. Он прячет пистолет в кобуру, поднимает на неё взгляд, непонимающе смотрит на неё. - Здравствуй, милая, - говорит женский голос, Джейн переводит взгляд, смотрит в голубые как океан глаза матери. Сердце замирает. - Здравствуй, мам, - говорит Джейн. Они молчат, Джейн улыбается, Джей закатывает глаза, подталкивает Харли за спину. - Хватит пускать свои розовые сопли, - говорит с отвращением он. - Всё же праздник, если приучили праздновать, то надо праздновать, а не реветь, - обращаясь к Харли говорит он. Она неловко улыбается, вытирает слезы рукой, Джейн обнимает её. Он говорит что-то о телячьих нежностях, бурчит себе что-то под нос, Джейн смеётся. Они вместе смеётся. Что ж, пожалуй, праздник пройдет в кругу семьи, и пожалуй, сейчас, Джей согласен на эти телячьи нежности.