Друг познаётся в беде

Демон Гремори привык бодрствовать по ночам и научился находить различные способы развлекать себя в периоды бездействия, но здесь и сейчас его варианты были полностью ограничены. Мало того, что первый поставил им ограничители силы, так ещё и место ему попалось весьма… чувствительное к чужеродной магии. Порой мужчине казалось, что крылатые волшебницы с многочисленных картин пытаются выжить его из замка. Даже эта птица-призрак, вдруг появившаяся на острове пару дней назад, не спускала глаз с незнакомца. При нормальных обстоятельствах Дик давно бы плюнул на всю эту затею и вернулся в Миркурс, но в отдалённых уголках разума был всё ещё жив его инстинкт самосохранения. И тот явно говорил ему не провоцировать масштабное ополчение со стороны волков и пантер, которые точно захотят разобрать неисполнительного демона на детали. Но находиться в стенах дворца было просто невозможно, поэтому маг незаметно покинул здание, чтобы размять крылья. Сумерки уже давно опустились на остров, и демон находил особое успокоение в этой темноте, где он мог полностью скрыться в угольных небесах. Холодный ветер и свинцовые облака вызывали определённое чувство ностальгии и приносили покой, потому демон и взмыл прямо к тяжёлым тучам, поднимаясь к звездам. Долетев до нужной высоты, он сложил крылья, камнем рухнув вниз. Края плаща развивались, разрезаемые дикими потоками ветра, капюшон норовил слететь с головы. Свист от падения так и звенел в ушах, подобно какому-то навязчивому скрипу. Звезды вновь скрылись за грозовыми облаками и, кажется, с неба начинает падать вода. Но мелкие капли не могут угнаться за падающим демоном. Дик только отдалённо слышит звон крошечных водных сфер, когда те падают в океан. Морская пучина, что окружает остров, стала чуть темнее и беспокойнее, покрываясь хаотичными волнами. Гремори слышит их шелест, слышит, как бьётся о берег вода и как шипит пена. Мелодия дикой стихии, чей покой нарушает гроза, была поистине убаюкивающей. Развернувшись в воздухе, демон вновь расправил крылья и встретился с ярым сопротивлением, что выказывает ветер. Крылья ловят потоки воздуха, только когда до кромки воды остаётся лишь несколько метров. Коготь, растущий на сгибе громоздкого угольного крыла, едва заметно касается океана и издаёт звук, отдалённо похожий на звон монет. Гремори продолжает лететь над водой, поднимая волны, словно быстроходное судно. Как прекрасно было бы встретить сейчас морского змея или гидру, но, кажется, на Земле подобных существ не водится. Даже досадно немного от этого осознания. Дик решает вернуться, когда понимает, что дождь постепенно превращается в ливень. И, кажется, он затянется на всю ночь. Не столь важно. Демон пролетел достаточно, чтобы успокоить свои расшатанные нервы и провести ещё пару дней, ничего не спалив. Когда мужчина приземляется под козырьком замка, падающая вода начинает превращаться в непрерывную стену. Смахнув с крыльев остатки капель — благо, чешуя позволяет быстро избавиться от нежеланной влаги — Гремори заходит внутрь. Лишь крохотные языки пламени остаются на его спине, когда массивные крылья вновь скрываются от посторонних глаз. Маг позволяет огню пройти по телу, дабы высушить одежду, и снова погружается в атмосферу дворца. Женщина, должно быть, давно уснула и даже не заметила его отсутствия. Значит, можно зайти к ней. Пару дней телохранитель не наведывался в покои феи, можно уже и проверить его. Телохранитель неслышно шагает по коридору, когда до его ушей доносится знакомый звон. Будто маленькие колокольчики, потревоженные ветром. Верно, из-за угла появились пикси. И демона совершенно сбивают с толку улыбки, появившиеся на их лицах, стоило заметить мага. — Вот вы где, мы по всему замку ищем! Куда вы пропали, четвёртый? Столько негодования может скрываться в этом писклявом голосе, что Дику хочется смеяться. Но эти лица, во имя Дискорда, эти лица… Надутые губы и румяные от злости маленькие щёки, тонкие бровки нахмурены так сильно, что почти сходятся у переносицы. Позволит себе рассмеяться сейчас — и кто знает, как изменятся эти и без того разгневанные мордочки. — Это ещё зачем? Если эти трудоголики придумали для телохранителя какую-то работу, то он скорее весь день проведёт в подвешенном состоянии, чем станет потакать им. — Королева уснула в библиотеке. — И… что? Они ждут, что мужчина сам догадается, чего хотят эти милейшие создания? Этот демон не умеет читать мысли и уж тем более не понимает намёков. А это вообще намёк… Пикси переглянулись как-то неоднозначно, и один из них только помотал головой, устало вздохнув. Они действительно ждали, что маг сам что-то предпримет? Что же, крах их ожиданиям. — Ну как «что»? Вы когда-нибудь засыпали в кресле? Знаете, как потом всё болит, будто по тебе табун пронёсся! И об этом ему говорят волшебные существа, для которых не существует понятия «ноющие конечности». Одной щепоти этой их пыльцы достаточно, чтобы привести себя в порядок. Эта мелочь совсем не знает, о чём говорит, но продолжает обыгрывать всё своим уверенным тоном. Но, справедливости ради, их суждения верны: конечности потом ломит просто дико. — А от меня вы что хотите? — Ну… мы не можем унести её в комнату… но вам-то это под силу! — Правда, что ли? «Под силу»? Вы так во мне уверены? — Прекращай ёрничать, демон. А вот и самое разумное создание во всём этом дурдоме. Хотя Таби ещё рано причислять к старейшинам пикси, он был явно разумнее прочих своих сородичей. И демона его присутствие раздражало и успокаивало одновременно. Поведение слегка заносчивого существа было вызовом для потомка самого Дискорда: Таби его совершенно не уважал, но что хуже — он его не боялся. — Твоя работа следить за благополучием королевы… — Моя работа тебя совершенно не касается, — едва заметно зарычал мужчина. Он не хочет так скоро растрачивать свой заряд спокойствия, полученный в полёте. Надо поберечь нервы. — Я ей телохранитель, а не нянька. — Но это не мешает тебе помогать королеве с её кошмарами. Дик чуть вытягивается, подобно струне, и медленно поворачивает голову в сторону настырного пикси. Будь у него такая возможность, маг призывал бы сюда пару адских гончих и объявил охоту на наглого эльфа. И как он вообще прознал?! Таби видит замешательство в мимике мужчины, какой бы скудной она ни была. Капюшон не позволяет пикси увидеть глаза, но он видит губы, сжатые в тонкую полоску. Видит, как демон иногда скалит клыки, стараясь не зарычать в голос. — Наглый винтури, — шипит сквозь зубы Гремори и удаляется к библиотеке.

***

Когда пикси сообщили, что женщина уснула в кресле, Дик было решил, что они преувеличили. Вероятнее всего, она спит на одном из диванов, что стояли там в каждом углу. И вся эта паника была только для того, чтобы вынудить мужчину двигаться поскорее. Только вот по итогу оказалось, что демон был слишком низкого мнения об этих пикси. Они даже преуменьшили ситуацию. Королева уснула прямо за столом, подложив ладони под голову, рядом с ней куча книг, хаотично разбросанных вокруг. Часть из них была всё ещё открыта, являя своё содержимое. Да, кажется… Шэдоу упоминал что-то о «странном интересе к темным заклинаниям», который в последнее время проявляла Небула. Будет даже забавно, если создание света решит обратиться к таким искусствам. На памяти Дика ни одному белому магу не удавалось уйти безнаказанным, что же станется с феей? А, впрочем, правителей не судят. Гремори наблюдает за спящей феей и не может решить… как он должен донести её до кровати?! При любом раскладе она проснётся, и не избежать тогда мужчине гневной тирады. И почему эти мелкие существа не разбудили её? Вот так просто: разбудили, пропищали своим тонким голосом, мол, «поздно уже, возвращайтесь к себе», ну, проводили бы её. Зачем они решили усложнить демону жизнь? Таби мстит ему за что-то? Нет, Дик запомнил бы эту наглую морду, встреться они раньше. Тогда в чём проблема?! «Ну, допустим… кто не рискует, тот не прыгает с обрыва со сложенными крыльями». Демон осторожно берет фею на руки, искренне удивляясь, что девушка даже бровью не повела. Мужчина чувствовал её размеренное дыхание на том ничтожно маленьком, но открытом участке своей шеи. Как раз там, где начинался капюшон. У всех людей дыхание такое… тёплое? Сама фея просто ужасно лёгкая, все крылатые существа такие? Когда Дику приходилось таскать с заданий раненую сестру, он явно ощущал её вес, хотя внешне две девушки не особо отличались своей комплекцией. С другой стороны, крылья Дины тогда были при ней и веса прибавляли немало. А крылья феи… такие тонкие и почти прозрачные, словно стеклянный витраж. Совсем невесомые. Мужчина проходит мимо этой огромной птицы, успешно игнорируя недоверчивый и внимательный взгляд последнего. Орёл следит за каждым шагом незнакомца, размышляя о чём-то своём. Покажись хранителю действия демона подозрительными или неподобающими, он бы явно разорвал его на месте. Гремори успешно добирается до спальни и кладёт свою ношу на мягкую кровать, хвостом заранее сдвинув покрывало. Фея лишь немного ворочается, когда оказывается на подушках, и поворачивается к мужчине спиной. Тогда Дик впервые видит их — шрамы. Пара рваных, слабо багровых полос, что так чётко проступали на светлой коже. Он слышал от Танюшки, от сестры, но никогда не видел их. Что же надо сделать, чтобы вечные раны остались даже от бестелесных крыльев… Маг ещё недолго наблюдает за феей, отмечая её спокойную и умиротворенную улыбку. Она полностью расслаблена. Тогда маг переводит взгляд на тумбу, с недовольством цокая языком. — Быстро же ты брюхо набиваешь. Оставленная Гремори зубастая фигурка была тощей, но вот сейчас она по форме скорее напоминала сферу. Казалось, что она совсем скоро лопнет. Демон снял с руки перчатку и поднёс ладонь к «располневшей» статуэтке. Из её брюха начал появляться дым, медленно собирающийся в шарик, похожий на чёрный жемчуг. Чем больше дыма покидало живот статуэтки, тем более тощей она становилась. Наконец весь дым был собран в маленькой жемчужинке, которую с интересом рассматривал Дик. Тощая фигурка вновь ожила, заморгав бледными глазками, и, раскрыв зубастую пасть, она даже тихо довольно засмеялась. — Хорошая работа, — не удержался от похвалы мужчина, похлопав статуэтку по голове. Фамильяр голову склонил ради такого приятного жеста и благодарно замурчал. — Приятного аппетита. Мужчина забрал с собой чёрную жемчужинку и покинул покои феи. Демон вернулся на своё, практически законное и постоянное, место в замке — у большого окна под самым потолком было достаточно светло, чтобы осмотреть жемчужину как следует. В густой чёрной сфере мелькали картинки, затуманенные и размазанные, совершенно непонятные простому человеку. Дик начал нашептывать какие-то слова, и дым стал покидать жемчужину, растягиваясь сродни экрану. Это уже третий раз, когда Гремори собирает кошмары феи. Но он не может бороться с соблазном и не взглянуть на них. В конце концов, девушке не повредит то, о чем она не знает. В первом своём сне она потеряла крылья, во втором — переживала дни битв. И для демона они были… пресными. После всего, что ей пришлось пережить, подобные кошмары — в некотором смысле, норма. У скольких людей он уже видел такое, и на пальцах не сосчитать. Особенно после серьезных битв. Даже самые закаленные солдаты страдали в тишине ночи. Но на сей раз… сюжет сна был каким-то другим. В темной дымке явно был силуэт человека — мужчины, как кажется демону. И ярким пятном в сумерках были огненно-рыжие волосы этого человека. Незнакомый силуэт смотрел в окно, и лунный свет так элегантно обрамлял его плечи. Прямо картина какая-то, а не воспоминание. И атмосфера в нем такая спокойная. Но не успевает Дик привыкнуть к этой расслабленной позе, как изображение меняется. Всё те же красные волосы, только хищный оскал виден в сумраке. Смех, гортанный и холодный, эхом раздаётся в ушах мага и вызывает неприятное ощущение опасности. Человек вытягивает руку, атакуя неизвестным заклинанием, и Гремори слышит истошный крик. В следующую секунду фея падает, будто сброшенная в пропасть. Эта женщина… Неудивительно, что пожиратель снов наедается так быстро. Демон только многозначно хмыкает, прежде чем заново собрать кошмары в жемчужину. Ещё раз прокрутив её меж пальцев, Дик забрасывает шарик в рот. Оболочка сферы, будто стекло, раскалывается, и её содержимое растекается, подобно сиропу. Гремори улыбается, довольный новым, сочным вкусом этих кошмаров. Сладко. Так он и уснул с приятным послевкусием на губах, и только навязчивые лучи Солнца вынудили его открыть глаза. Большой лес, выращенный оленями, был так изысканно украшен каплями дождя. Подобно чистым кристаллам, вода блестела на листьях и даже немного слепила. Но выглядит действительно завораживающе. — И у демонов есть чувство прекрасного… Шелест крыльев был так явно слышен в коридоре. Демон привыкал к этому звуку так долго, что сейчас, ему кажется, он узнает её полёт из сотни. Есть неясная неуверенность на лице феи, когда она поднимает взгляд. Но Дик недвижен, он ждёт её слов. — Спустись сюда. Дискорд! Со скоростью молнии мужчину прибивает к земле, сбивая с самого подоконника. Гравитация возненавидела четвёртого за сам факт существования, когда Гремори встретился лицом с каменным полом. И как он только не пробил его… — Ай… — Прости! — Небула подлетает к нему и опускается на колени, кладя ладонь на спину. — Прости, я не хотела… Очевидно, четвёртый сильно ударился головой и ему мерещится беспокойство в голосе девушки. Маг поднимает руку, как бы показывая, что всё ещё в сознании, и спокойно говорит: — Пожалуйста, — голос звучит грубее, чем хотелось. — Что? Дик невольно стонет — сильно же его приложило — и приподнимается на локтях, потирая ушибленную голову. — Если не хочешь использовать «обязательство», добавляй «пожалуйста» в конце, — демон неумело отлипает от пола, падая на собственный хвост, и смотрит на королеву. —Ты как бы просишь, а не требуешь. Мужчина ещё некоторое время смотрит на обеспокоенное лицо девушки и видит в её взгляде неподдельное чувство вины. Ей действительно жаль… занимательно. Дик медленно переводит взгляд на руку феи, что так и держит его за плечо. Небула вдруг тоже замечает это и одёргивает руку, как будто даже одежда демона обжигает её. — Ты что-то хотела? Королева какое-то время молчит, смотрит куда-то за спину телохранителя. Кажется, ситуация выбила её из колеи. Она мотает головой, отводя наваждение, и обращается к Гремори: — Ты ведь… разбираешься в тёмной магии? — А почему если демон, то сразу разбираюсь? — мужчина не успевает прикусить язык и не ответить колкостью. Не то чтобы совесть сильно терзает его за это. — Хоть твой народ и вышел из мира сказок, это вовсе не значит, что тебе нужно верить тому, что в них пишут. Королева только закатывает глаза и недовольно вздыхает. — Да или нет? — она знает, что в её голосе есть нотки раздражения, но ничего не может с этим поделать. — Ну, допустим… Да-да, разбираюсь! Что дальше? Девушка медлит. Похоже, она так и не приняла конечного решения в… В чём, собственно? Дик видит в её взгляде неуверенность, граничащую со страхом. Фея старается держаться ровно, будто хочет казаться выше, опаснее. И Гремори даёт ей такую возможность: бессознательно отклоняется назад, опираясь на руки. Так он немного ниже и смотрит на фею снизу вверх. Демон помнил, что для людей это чувство превосходства, и оно даёт хоть какое-то ощущение безопасности и приносит уверенность. Мужчине нет дела до того, что он повинуется этой немой просьбе, ведь он точно знает, что куда сильнее этой женщины. — Мне нужна помощь, — девушка отводит взгляд. Волосы, отдающие синевой, скрывают её лицо. Но даже по голосу мужчина понимает: ей неловко и в какой-то степени даже стыдно. — С одним заклинанием. Чувствовать себя бессильным — унизительно. В этом они с Диком похожи. Маг и сам ненавидит признавать поражение и просить о помощи, но он так же понимает, что иногда она просто необходима. Всё же это первый раз, когда о помощи просят его самого. Как ему нужно… — Так и быть, женщина, — просто отвечает Гремори, поднимаясь на ноги. И, наблюдая за всё ещё неподвижной феей, предлагает ей руку. Какой же потерянной выглядит Небула в этот момент. — Показывай, что за проблема. Бывшая фея войны ведёт его к катакомбам. Он знает это наверняка, потому что часто отдыхал здесь. Вернее, здесь он дважды пытался лечь в свою двухдневную спячку, но ни одна из попыток успехом не увенчалась. Правда, так далеко в катакомбы он ещё не заходил, боясь, что фея заметит его. А на тот момент ему очень не хотелось вступать с кем-либо в перепалку. Всю дорогу в голове демона крутилась одна беспокойная мысль: Эта женщина идёт позади… То есть обычно, когда тебе говорят «пойдём покажу» или что-то подобное, ты ждёшь, что тебя будут вести. Кто-то идёт впереди, а ты послушно следуешь за этим кем-то, подобно хвостику. Но эта женщина шла сзади… Она ведь не надеялась, что Дик сможет дойти сам, да? Мужчина время от времени оборачивался, чтобы убедиться, что фея не бросила его. Но волшебница продолжала идти чуть поодаль и говорить магу, когда и куда нужно повернуть. Гремори пока отказывался понимать, почему Небула остаётся в хвосте, но вопросов не задавал. Наконец она сказала ему остановиться и встала с ним бок о бок. Перед ними была… колонна? Частично разбитая и, очевидно, ничего не поддерживающая. Просто столб со сбитой верхушкой стоял в центре катакомб с… какой-то целью. Единственное, что заметил демон, это витиеватая буква «М», вырезанная на колонне. — Заинтригован, — цокнул языком маг, скрестив руки на груди. Он услышал едва заметный, но точно недовольный вздох королевы фей. — Это печать, о которой я тогда говорила с Морганой. — Её заклинание, надо полагать? — Верно. Девушка подходит к колонне и проводит пальцами по вырезанной печати. Магические частицы покрывают её ладонь, но маг не понимает, что именно делает фея. — Я чувствую, будто что-то не так. Вижу… — ладонь феи превратилась в кулак, и Дик подходит поближе, чтобы взглянуть на её лицо. Она закрыла глаза и дышит глубоко, будто успокаивается. Демон только хмыкает, не заставляя её продолжать. Вместо этого он снимает перчатку и кладёт свою ладонь поверх печати. Мужчина невольно замечает: У всех женщин такие маленькие ладони? Гремори стоило лишь чуть двинуть пальцами — и он коснётся руки феи. Но такое действие явно заставит её одёрнуть руку, а Дику хотелось ещё немного понаблюдать. И запах феи, стоящей рядом, вдруг напомнил о середине лихорадки Хару. Демон только недовольно зарычал: он не настолько безрассуден, чтобы поддаваться влиянию Хару. Он выше этого. Мужчина сосредотачивается на деле. Изучает печать и магические следы, которые могли остаться на ней. А эта женщина права: печать практически сломана, но маг не чувствует за ней чужого присутствия. Только остаточный след. — За печатью… был тёмный маг? — маг наблюдает, как Небула нехотя кивает в ответ. Фея поднимает взгляд и, кажется, ждёт слов своего телохранителя. — Как бы сказать… там пусто. — Что?! Королева смотрит на него в неверии, обдумывая слова мага. И Гремори кажется, что он начинает чувствовать панику. Совсем слабую, но всё же. — Кто бы ни был там запечатан, его там уже нет. Но на острове его тоже нет: я бы заметил пользователя тёмных искусств, — демон ухмыляется и хитро смеётся. — Гадов, вроде меня и этого твоего заключенного, выследить куда проще. Мужчина невольно выгибает бровь, когда понимает, что Небула продолжает молчать. Но, вопреки ожиданиям, он не увидел страха в её мимике, только глубокую задумчивость. Королева сжимает и разжимает кулаки, смотря на колонну. Тяжёлый вздох, будто она смирилась, вырывается из её груди, и фея прислоняется к рядом стоящей колонне. — По крайней мере, его нет на острове… — столько безысходности в её тоне, что даже сыну хаоса становится жаль её. — Ты ведь уверен в этом? — Определённо. Скажу больше, печать он сломал не сам, — Дик ещё раз осматривает вырезанную букву. Эта женщина не задаёт ему вопросов, только смиренно ждёт дальнейших заключений. — Как бы… представь, что в комнате, где он был заперт, была одна дверь — вот эта колонна. Он бы не смог выйти через неё, но кто-то другой сделал подкоп, пробурил стену и выбил новую дверь, через которую твой маг и сбежал. Вопрос только в том, какая гадюка его вытащила. — Если он вернётся, ты узнаешь об этом? — королеве уже практически плевать, судя по голосу. Она не знает, чего ожидать. Фея стоит, наклонив голову так, что короткие волосы закрывают лицо. Что за привычка такая… — А почему он должен возвращаться? Гремори такой вопрос кажется вполне резонным. Если этот кто-то не совсем глуп, он не станет возвращаться туда, где потерпел поражение и был заключен. Разумнее будет выманить врагов на свою территорию, где заранее будут приготовлены ловушки и пути к отступлению. По крайней мере, так бы сделал демон. Но, вероятно, он плохо разбирается в человеческой логике. — Слово «месть» тебе знакомо? — спрашивает девушка скучающим тоном. — Тц, не смеши мои клыки, женщина. Кредо демонов построено на мести, и всё же… он будет идиотом, если вернётся сейчас. — Мне бы твою уверенность, — шепчет Небула неслышно, отрываясь от колонны. И, наблюдая за её удаляющейся фигурой, Дик не понимает. Уже ничего не понимает. Фея не ждёт его и не зовёт за собой, улетает в гордом одиночестве. Что не так с этой женщиной? Гремори раздумывает недолго, прежде чем вновь обратить взор на сломанную печать. Невольный рык вырывается из его уст, и мужчина поднимает левую руку в сторону. — Призвать нежить среднего класса. Охотник за головами.

***

Демон нагнал фею в коридоре, она даже не заметила его присутствия. — Hoi, ну ты чего? Совсем уж не превращайся в грозовую тучу, — девушка останавливается, но поворачиваться отказывается. Ладно, демон не гордый, сам пойдёт вперёд. — Откуда такая забота? — Небула почти усмехается, но улыбка скорее грустная, чем расслабленная. — Руку подаёшь, не огрызаешься, помогаешь без пререканий… подменили, а я не заметила? — Не вредничай, женщина… — А нет, всё нормально, — во взгляде феи много недоверия, причину которого Дик пока не понимает. — Шутить изволишь? Ну ладно, но не привыкай к этому. Небула улыбается хитро и скрещивает руки на груди, смотрит на своего телохранителя выжидающе и даже заинтригованно. — Слушай… ладно, я заноза под хвостом, я осведомлён об этом, — Дик поднимает руки, признавая поражение. — Но у меня есть оправдание: мне не дали поспать. — Бедненький, бессонница мучает? — Я же просил не привыкать… В общих чертах, мне нужно спать двое суток без перерыва, если я этого не делаю, у меня портится настроение. Но есть альтернатива: ты либо спишь, либо ешь. — И чем же ты перекусил, позволь спросить? — Ну, я ведь демон. Очевидно, душами твоих павших сестёр. Мимика феи в ту секунду была бесценна. Девушку будто заморозили в один момент, а взгляд был каким-то стеклянным, как у куклы. Её губы были чуть приоткрыты, но она так и не нашла что сказать. Королева нахмурила брови, до конца не веря услышанному. Дик продержался недолго. — Пф, ха-ха, прости! Я шучу! — демон смахивает ладонями в перчатках проступившие слёзы и шипит, когда материал касается кожи. Неприятно, чтоб их… Надо сменить перчатки. — Вот такое у меня чувство юмора. Немножко с придурью, пха-ха! Мужчина хватается за живот и отворачивается, чтобы не провоцировать новую волну смеха: Небула только начала отходить от его слов. Но он прочувствовал всю её злость, когда мага прошибло током. Не то чтобы было больно, просто неожиданно. — Ну ты… — Айя, я же попросил прощение! — Гремори натянул на лицо болезненную гримасу и тихо зашипел, надеясь воззвать к милосердию девушки. — Цени мои извинения, от меня их нечасто можно услышать. Эта женщина смотрит на него, как на шкодливого щенка, и только качает головой. — Я же серьёзно. — А, так хочешь знать? Дикий улыбается хитро, словно лис, и медленно подходит к девушке. Склоняется к её уху, позволяя себе вдохнуть приятный цветочный аромат, и невольно облизывается. Его голос бархатный и низкий, когда он говорит вновь, чувствуя дрожь в теле феи: — Твои сны словно мёд для меня. Очень. Вкусные, — Дик чуть свистит девушке в ухо и быстро отходит в сторону, не желая испытывать удачу. — Не хочешь полетать немного?