четыре субботы.

Слэш
NC-17
Завершён
116
Пэйринг и персонажи:
Размер:
25 страниц, 4 части
Описание:
Донхёк влюбляется всего за четыре субботы.
Примечания автора:
А работа-то не претендует на глубокий смысл. Лёгкая снг атмосфера (простите, живу здесь и пишу про это же)
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
116 Нравится 8 Отзывы 22 В сборник Скачать

суббота вторая.

Настройки текста
      Ноябрь оказался отвратительным. Весь месяц Донхёк ходил с полуоткрытыми глазами, пребывал словно в дурном сне, каждый вечер температурил и грелся у обогревателя, пристрастился к горькому чаю с лимоном, а утром не мог встать на учебу, потому что холодно. Парень с отвращением смотрит на вибрирующий телефон, недовольно морщится и опять зарывается под одеяло. Отвратительное время и отвратительное самочувствие. Донхёк по привычке не завтракает, пьет кофе, залипает в тусклый экран телефона, поднимает ноги на рядом стоящий стул. Вечером его ждет Джено, потому что у него что-то вроде дня рождения, о котором он сообщил Донхёку только поздней ночью.       — Когда вернешься? — голос матери долетает до парня из гостиной, проходит сквозь стены и режет слух.       — Постараюсь как можно раньше, — Хёк хлопает входной дверью, выходит на улицу и сильнее натягивает шапку на лоб. На самом деле, он не знает, когда именно вернется. Сегодня он не в настроении, поэтому шанс того, что его нахождение там будет в районе двух часов, заметно возрастает. Нечего всем показывать свое недовольное лицо.       Донхёк подозревал, что людей будет много, поэтому сейчас, стоя у двери, даже не удивляется их количеству. Никто его появления не замечает, а у лестницы мелькают знакомые лица. Там же пробегает и Черён, занятая разговорами с девушками из параллельного класса, и Донхёк решает её не дергать. Может, потом подойдет попрощаться, когда будет уходить. Свет горит только в ванной комнате, дверь в которую до конца не закрыта, и по кафелю растекается тонкая холодная полоса. Атмосфера вполне знакомая, от этого и коробит слегка. Парню немного не по себе. На веселье, хитрые улыбки, перешептывания у него нет настроения. Такой период эмоционального выгорания, наступающий примерно перед декабрем и продолжающийся до середины апреля. С этим ничего поделать нельзя — такова уж природа Донхёка, кисло улыбающегося одноклассникам.       Джено он все-таки находит, даже почти правдободобно строит заинтересованность, когда остается с тем на короткую беседу, но быстро дает заднюю при виде новых участников разговора. На них у него точно сил не хватит, поэтому Хёк решает посидеть для приличия лишний часик, а потом улизнуть и продолжать болеть то ли простудой, то ли апатией.       На кухне почти никого не остается — все уходят по комнатам, зависают в гостиной, выходят на лестничную площадку перекурить. Всё как обычно. Никто его не замечает, позволяя раствориться со стенами и незаметно убраться домой в какой-нибудь удобный момент. Черён опять нет, Джено со своей компанией, а Донхёк один. Лучше бы он и правда посидел сегодня дома.       — Скучаешь?       Балкон. Точно, плотные шторы отлично закрывают балкон и все, что (и кто)там находится.       — Даже себе представить не сможешь.       Минхён. Донхёк неожиданно улыбается, поднимает ладонь, даже встает со стула, перед глазами обнаруживая знакомое лицо. Прошел ровно месяц, а тот его не забыл. Удивительное совпадение, потому что Донхёк его тоже. Даже как-то легче становится от того, что он его сегодня встретил. Наверно, потому что Минхён тоже никуда не мог прибиться, как и Донхёк, отсиживающийся в гордом одиночестве.       — Ты хорошо общаешься с Джено? — Хёк ставит подбородок на ладонь и стреляет глазами в парня. Он интересуется, потому что впервые видит Минхёна месяц назад, а сегодня он появляется снова. Значит, что-то их все-таки с Джено связывает, раз уж он уже второй раз с ним поблизости.       — Что-то вроде того, — Минхён присаживается рядом, одну ладонь кладет на стол, а другую оставляет у себя. Он тихо вздыхает, не опуская улыбку с лица, и расслабляет спину. — Но почему-то раньше про тебя он мне не рассказывал.       — Раньше? — Хёк вопросительно раскрывает глаза, корпусом клонится к столу. — А теперь рассказывает?       — Как только я начал интересоваться, — Минхён довольно сжимает губы и игриво вскидывает подбородок, на пару секунд отворачиваясь в сторону.       У Хёка потянуло в груди. Это точно не последствие его халатного отоношения к своему здоровью, потому что болит оно, только когда Минхён как-то иначе смотрит на его раскрасневшееся лицо и скривившиеся в испуганной улыбке губы. Наверно, это просто от того, что Хёк давно отвык от новых знакомств и в последнее время живет отшельником. По крайней мере, именно так хочется думать.       — Долго тут будешь? — Минхён возвращается к разговору и по-доброму усмехается, наблюдая за сконфуженным парнем.       Донхёк не знает, что ему ответить. Вроде, ему хочется поскорее уйти домой, но теперь это желание далекими всхлипами катится еще дальше, пока вовсе не исчезает. Появление парня разрушило все его планы, и Хёк медлит, все-таки пытаясь прислушаться к здравому смыслу. Наверно, мама его ждет не позднее девяти вечера, а он тут вдруг решает остаться еще дольше, просто потому что какое-то внутреннее желание так решило за него. Ну нет, так дело не пойдет.       — Уже ухожу, — он встает с места и игнорирует нарастащее чувство туманной тоски. Совсем себя распустил в последнее время. Нужно брать чувства под контроль.       — О, отлично, — Минхён без наигранности встает в то же время, что и Донхёк, со своего места. — Нам, вроде, как раз по пути?       Донхёк молча кивает. Ситуация противоречивая, но он не может сказать, что исход ему не нравится. Они снова, как и в тот раз, тихо уходят из шумной обстановки, никого о своем уходе не предупредив, и Хёк вспоминает, что Черён на него из-за этого в прошлый раз обиделась. Ну и плевать, она все равно даже не заметила, что тот был все это время почти рядом. Сейчас это мелкое неприятное чувство затуманено Минхёном, идущим с ним на критически короткой дистанции так, что если бы Хёк вытащил руки из карманов, то наверняка бы дотронулся холодными пальцами до чужих. В носу щипет от холода, а дышать с каждыми прошедшими минутами становится сложнее — воздух тяжелый и влажный.       Разговор начинает Минхён. Спрашивает у Донхёка какие-то обыкновенные вещи, интересуется делами. Хёк мелко шмыгает носом, взаимно интересуется более личными вещами, но ответ получает. Оказывается, Минхён выпустился из его школы, но никогда Донхёка среди более младших классов не замечал, как и Хёк среди старших не замечал Минхёна. Но имя ему было откуда-то знакомым — то ли по классу кто-то говорил о нем, то ли учителя переговаривались о парне между собой. В любом случае, он рад, что смог познакомиться с ним даже при таких абсурдных обстоятельствах.       На улице быстро темнеет, пока они доходят до поворота, за которым живет Донхёк. Он показательно останавливается, благодарит за компанию, зарываясь в крупное горло теплой кофты. Минхён кивает головой, хочет пойти дальше, но бьет себя ладонью по лбу, будто забыв о чем-то важном, и возвращается на несколько шагов обратно, разводя руки в стороны. Хёк начинает чувствовать себя еще более неловко, не зная, куда деть руки, сколько времени стоять в таком положении и как себя вести. Он пару раз хлопает парня по спине, все-таки не устроив руки как положено, и отстраняется, чувствуя напряжение, пробегающее по всей спине.       — Погоди, — Минхён хмурит брови, приподнимает сползающую на глаза шапку Донхёка и прикладывает губы к его лбу. Горячий. — У тебя же температура.       — Вроде того, — парень старается побыстрее вернуть шапку на положенное место и успокоить нервы. Сердце вот-вот пробьет грудную клетку парня, который с ужасом смотрит на свою реакцию от, казалось бы, незначительных жестов.       — Почему дома не остался? — Минхён строит на лице незнакомую Хёку серьезность.       — Не знаю, — жмет плечами и снова прячется в куртку. Кровь в ушах шумит, и Донхёк не понимает, как себя вести уже конкретно в этой ситации. Не хватало, чтобы Минхён начал его отчитывать.       — А я всё думаю, почему ты такой грустный.       Донхёк даже удивляется, но совсем немного, незначительно жестикулирует кистью руки. Ему больше нечего сказать.       — Тогда… пока? — он из стороны в сторону клонит ладонью, которой недавно отмахивался, и стоит на месте, неестественно выгибаясь в спине.       — Пока, — Минхён облегчённо улыбается, после немного резко шагает навстречу, и Донхёк клянётся, что почти разучился дышать. Он чувствует, как мышцы грудной клетки болезненно сжимаются, а после новая порция жара бьёт в голову. Зрачки дрожат, сердце — тоже. Кажется, что, несмотря на плохое самочувствие, Хёк домой уже не хочет.       В какой-то момент по крыше здания, что стоит рядом, проносится ветер и сбивает большую глыбу снега куда-то поблизости. Донхёк на неё быстро отвлекается, прыгает плечами, а когда возвращается, то Минхён его быстро чмокает в губы, аккуратно придерживая за рукав скользкой куртки, и остраняется, опасливо смотря на неизменное выражение лица напротив стоящего парня. Хёк замирает, но только на секунду, пока не начинает ощущать колющие спазмы и тепло, исходящее от Минхёна в момент, когда сам обратно ползёт за поцелуем, аккуратно открывает рот, глубже вздыхает и чуть заметно улыбается, чувствуя, как парень мягко покусывает его за припухшую губу. Горячая ладонь скользит по его щеке, убирает влагу от скатившихся из-за сильного ветра слез, мягко придерживает за подбородок. Донхёк чувствует себя уже намного лучше.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты